Филигранно ссу тебе в уши

      Ну, а что? Снова изъебываться, чтобы произвести впечатление? Неинтересно. Слава не планировал больше заводить новых знакомых, ему хватало впечатлений, а вот социальной батарейки не очень. Он уже стал замечать, как ему порой становилось скучно рядом с Женей или еще кем-нибудь, кто не был Стасом. И это пугало, от этого нужно было избавляться, но Слава не торопился, а зря. Как говорится, это действие будет иметь последствия. Какие? Сложно сказать в одном предложении.       Это обычное явление. Слава всегда выбирал для себя только одну интересную ему личность и отдавал ей все свое время и внимание. Это неправильно, окей. Но он жил так всегда и знал, что в его сердце и, в первую очередь, в мыслях может находиться только один человек. И это даже не мама. Но, если честно, лучше бы он побольше думал о семье, чем о ком-либо другом. Глядишь, и отношения с родителями можно было бы возродить из пепла. Конечно, будь это другой герой и другая история, он бы пошел по праведному пути, выбрал бы силы света и все такое, и тогда мы бы оказались в сказке, где добро снова победило, а зло взяло за щеку огромный жирный член. Но мы не в сказке, и герой у нас не кто-то, а Славик. Наверное, этим все сказано. Руслана Константинова 21:07 Ты нахуй к моему парню лезешь? Вячеслав Генералов, 21:08 Че?       Слава, если честно, не знал, какую эмоцию испытывать первой. Смех? Злость? Недоумение? Непонимание? Смятение? Да все сразу. Таких сообщений он не видел с класса шестого и лучше бы не видел и дальше. Как-то тупо и нелепо. Какой парень? Чей? Почему это пишут именно ему? Почему у нее на аватарке логотип “адидас” и, главное, кто мог купиться на такое чудо?       Но это были даже не цветочки. Если бы не последующий диалог, то все могло обойтись легким чувством испанского стыда. Но следующим пришло сообщение, содержащее ссылку на чужую страницу. И Слава уже понял, кто скрывается за набором цифр и букв. Нажал, и в его глазах почти потемнело, от того как ярко засияли буквы “Станислав Савельев”. Вячеслав Генералов, 21:12 Ты серьезно? Руслана Константинова, 21:13 Вполне Вячеслав Генералов, 21:13 И с чего ты решила, что я кому-то лезу? Руслана Константинова, 21:14 Нахуй лайкаешь?       Руслана переслала тот самый пост с тупой картинкой. Слава, если честно, не понял, как такую хуйню можно было воспринять за флирт или хотя бы повод устраивать скандал. Почему вообще вопросы к Славе, а не к ее ненаглядному? Спросила бы у него, почему он выкладывает картинки подобного характера. Хотя, наверное, Стасу тоже уже досталось. Интересно, она вообще всем написала, кто сердечко поставил? Неужто думает, что у Станислава намечается групповушка без ее участия? А вообще, без всяких вопросов – это бред голимый. Вячеслав Генералов, 21:16 Слушай, это просто картинка. Я вообще парень, если ты не заметила Руслана Константинова, 21:16 Да у тебя на ебле написано, что ты пидор       Сначала Славе было смешно и весело от абсурда происходящего, но теперь медленно, но верно, росло желание нагрубить незнакомке и кинуть в блок, лишь бы больше не видеть тупорылых сообщений. Но в заднице играл интерес, приходилось доигрывать. Вячеслав Генералов, 21:18 А у Стаса тоже на ебле написано, что ты аж мужикам написываешь?       Ну, а что? Он вообще впервые видел, чтобы девушки ревновали своих парней к другим парням. Обычно, в гетеросексуальном мире, такие практики не распространены. А тут такие заявления. Неужели Руслана знает о Станиславе такие грязные подробности? Руслана Константинова, 21:20 Нет, просто я не хочу, чтобы к нему лез кто-либо Вячеслав Генералов, 21:22 Слушай, мне это не интересно. Можешь не переживать и не написывать мне. Я его видел один раз в жизни Руслана Константинова, 21:23 Просто отъебись Вячеслав Генералов, 21:23 Сама отъебись, конченная       Дальше в диалоге повисла тишина. Честно, лучше бы не отвечал. Хотя вряд ли она бы так просто отстала. Когда у тебя в голове такая каша, то ты не оставишь свои безумные идеи. Тяжело, наверное, когда твоя девушка строчит всем подряд и просит с тобой не общаться. Славе, как минимум, было бы стыдно. Продолжение отношений с таким человеком тоже стояло бы под вопросом.       Ну, со своими отношениями Станислав явно мог разобраться самостоятельно и размышлять о них у Славы необходимости не было, но вслед за смехом и непониманием подоспел горький вкус разочарования. Все-таки Слава не ошибался, когда думал, что такие как Стас по определению могут быть только с женщинами. Даже если эти женщины больные на голову. Они выиграли просто потому, что они женщины. И все тут. Славик был готов к подобному, но, почему-то, все равно расстроился. Он любил внушать себе разумные мысли, но предательское подсознание все равно оставляло местечко для надежды. А вдруг? Размечтался, Слав. Прими уже факт того, что из мужчин тебя в жизни ждут только мамкины экспериментаторы или те, кому прикольно называть себя геем, ходя налево к женщинам.       Как-то даже писать Стасу больше не хотелось. Точнее, хотелось, но тупая обида не давала. Нет, вы не подумайте, Станислав не стал ему ничем обязанным просто из-за того, что отвечал тому на сообщения. И он не был ответственным за грезы Славика. Просто Слава сам по себе достаточно капризный и до сих пор из этого не вырос. Его раздражало, когда то, что хотел он, доставалось кому-то другому, даже если он не прилагал никаких усилий, чтобы заполучить это себе. Но, как мы видим, любые усилия были бы бесполезным мероприятиям.       Но сообщение он все-таки написал. Вячеслав Генералов, 21:36 Это че?       Следом были прикреплены пересланные сообщения. Он не хотел никого высмеивать или пристыжать, ему просто было интересно, какое объяснение этому может дать другой человек. Может хоть кто-нибудь разложит все в голове Славы по полкам? Станислав Савельев, 21:39 Да блять, это пиздец       И тишина. Буквально больше ничего. Снова зря надеялся. Хотя, вероятно, Стасу прямо сейчас выносят мозги куда хлеще, чем сделали это со Славой. Вячеслав Генералов, 21:42 Это твоя девушка? Станислав Савельев, 21:43 Я не знаю, как это назвать Наверное Не знаю Вячеслав Генералов, 21:43 Если тебе стыдно, то я отстану Станислав Савельев, 21:43 Конечно, блять, мне стыдно, ты как думаешь? Я просто хуй знает, как обозначить статус этого человека       Слава не знал, что отвечать на такое. Он не так долго общался со Стасом, чтобы понимать, как себя вести, когда тот смущен и выбит из колеи. Он и не обязан был, блять, знать. Он просто хотел, чтобы его никуда не втягивали, а если уж втянули, то объяснили, что ему делать и как реагировать на такое. Типа: “Слав, иди нахуй, моя девушка ревнует, не пиши больше” или “Слав, забей хуй, обычная ситуация”. А тут ему даже объяснить не могут, кто ему пишет и зачем. Как можно не знать в отношениях ты с человеком или нет?       Очередное уведомление вырвало Славу из размышлений и отвлекло от гнева, но и вызвало волну страха. Вдруг это опять кто-нибудь из свиты Стаса, блять, просит не писать ему сообщения, а то страшно, что друга уведут из компании реальных пацанов в блестящий мир педиков. Станислав Савельев, 21:48 Слушай, я за сигаретами собирался. Не хочешь до магнита сгонять?       У Славы, честно, глаза чуть на лоб не вылезли. Он в обычной-то ситуации не ожидал, что его вообще куда-то позовут с собой, а в такой тем более. Разве Стаса не должны были еще приковать к батарее и морить голодом за то, что общался с посторонними?       “Магнит” находился рядом с вокзалом, не близко и не далеко, но Славе особо разницы не было. Сейчас он искал для себя повод остаться дома, но как бы ни старался, все то же тупое подсознание толкало его одеться и выйти. Нет, если бы его позвал, например, Женя, или кто другой, он бы тоже согласился, потому что дома скучно. Но с трудом. Все-таки время не раннее, а еще через пару дней начинался декабрь, на улице холодно и все такое. Короче, он бы нашел повод, чтобы не пойти, но со Станиславом повод так и не находился. Славе было стыдно признать, что он хочет выйти вместе со Стасом и пройтись по пустому городу. Вячеслав Генералов, 21:50 Ладно. Где встретимся? Станислав Савельев, 21:50 Где ты живешь? Вячеслав Генералов, 21:50 Кронштадтская, 25 Станислав Савельев, 21:51 Я подойду через минут пятнадцать       Ну, спорить Слава не стал. Он и не хотел переться на какую-нибудь нейтральную территорию. Было проще сказать малознакомому человеку свой адрес, да? Как минимум, Славик не был такой значимой фигурой и важным человеком, чтобы потом караулить его под подъездом и избивать. Хотя общество “реальных пацанов” его все еще пугало. А вдруг ебнутая Руслана будет поджидать его и плеснет кислотой в лицо? Слав, ну, ты дурак. Но, что поделать, не будь ты дураком, то и истории этой не родилось бы. Вячеслав Генералов, 21:52 Не торопись, мне еще волосы сушить Станислав Савельев, 21:52 Бля, принцесса, ты только оденься потеплее, я тебе лапы греть не буду Вячеслав Генералов, 21:53 А то что, меня на лоскуты разорвут дамы? Станислав Савельев, 21:52 Одевайся уже, я ждать долго не буду       Мудак. Никто не виноват, что Слава нихуя не понял из произошедшего за вечер, а события, которые его возмущают, обязательно должны быть приправлены порцией шуток.       Пришлось одеваться, что уж. Пользоваться чужим терпением на начальных стадиях общения не стоило, иначе вас быстренько отправят в утиль. Вот попозже можно и повыебываться. Заморозить друга под подъездом в десять вечера в конце ноября.       Слава даже не стал выбирать свою лучшую одежду. Его все равно уже видели в мусорской форме, которая Славе не особо-то и нравилась. Самое худшее уже произошло, поэтому толку не было. Да и он не хотел. В конце концов, он устал стараться произвести какое-то лишнее впечатление, лишь бы его заметили. Особенно теперь, когда шансы вообще на что-либо близились к нулю. По крайней мере, он всегда старался казаться лучше, чем он был, показывать только самые презентабельные стороны своей личности и жизни, только в ответ этого никто не делал.       В нос ударил морозный воздух. На улице оказалось холоднее, чем Слава ожидал. Он даже успел пожалеть, что вообще куда-то выперся на ночь глядя. Заболеет еще, кто тогда будет его спасать? Сигареты Стаса? Или шоколадки? Да, Слава все-таки нашел повод выйти в магазин – шоколад. И неважно, что за углом находилась круглосуточная “Пятерочка” и идти до вокзала потребности не было. Но и у Станислава, вероятно, поблизости был хоть один магазин, в котором продавали сигареты, так ведь?       Фонари горели слабо, а не привыкшие к темноте глаза не сразу рассмотрели рослую фигуру. Стаса выдал оранжевый огонек. Может и сигарет у него на самом деле полная пачка? Мы никогда не узнаем. Или узнаем? “Кто знает?” – Судя по тому, сколько я уже тебя жду, ты сушил волосы Рапунцель, а не свои. – Стас поднялся с лавки, потушив сигарету об ее край. – Я опоздал на две минуты, не бубни. – Откуда ты знаешь, сколько я здесь сижу? Может в я окна весь вечер заглядывал и тебя искал. – Значит ты дурак, потому что я на четвертом живу. – Слава рассмеялся, в момент забыв все обиды, будто и не было того горького чувства разочарования и злости. – А я по трубе лез. – Я бы заметил такую тушу в окне.       В ответ последовало лишь очередное подмигивание, и Славик уже был готов поверить, что парень на полном серьезе лазал по чужим окнам. Может он маньяк вообще и Руслана хотела предупредить Славу? – Извини за сегодняшнюю хуйню. Я не хотел, чтобы так вышло.       Ну вот. Путь в магазин обещал наполниться интересными или не очень историями. Вдруг Слава вернется домой еще более расстроенный, чем был? – Я на тебя не злюсь, – ложь, – Просто было бы здорово, если бы ты по-нормальному мне объяснил кто это, а не называл ее аморфным существом. – Я серьезно не знаю. Мы правда встречались долго, но в последние месяцы все пошло по такой пизде, что мне иногда хочется под землю провалиться, лишь бы не разбираться с этой хуйней. – Это, типа, бывшая твоя? – Вроде того, но мы общаемся. Иногда нормально, и я забываю обо всем, но в итоге все приходит к скандалу, а я остаюсь только с желанием ебальник кому-нибудь разбить. Если бы можно было, я бы и ей его помял, но так нельзя, поэтому я просто сижу и злюсь.       Слава не видел чужого лица и эмоций, потому что смотрел только себе под ноги, будто асфальт и его кроссовки – самое интересное в этом мире. Не обращал внимание ни на холод, ни на пустой город, хотя в душе понимал, что такое ему нравится. Было в этом что-то невесомое и обволакивающее. Он любил, когда рождалось ощущение, будто планета погрузилась в вечный сон, а в сознании остался только он и тот, кто рядом. Только какая-то тоска во всем этом все равно была. Слава часто чувствовал себя лишним, только каждый раз это также разбивало его на части. Вот и сейчас. – Почему тогда вы общаетесь, если все так плохо? – Все мы животные и имеем свои привязанности. – Станислав грустно вздохнул, и Слава заметил, как он теребит что-то в кармане куртки. Нервничает? Вероятно. – Но сегодня я так разозлился, что теперь хочу наконец окончательно это все обрубить. Никому от этой хуйни лучше не становится, даже если все конфликты замять. Меня это тормозит во всем. – Ну, знаешь, я пару недель назад расстался с одним человеком, – Славе было тяжело переделывать пол партнеров на женский, да и говорить неопределенно тоже, но приходилось и выбора не было. – Короче, мне всегда казалось, что я этого человека люблю, как бы меня ни гнобили и не бросали, блять, раз двести. Но сейчас мне это все кажется фарсом, потому что ругались мы куда больше, чем жили спокойно. Но ты прав, привязанность – это то еще блядство. – И что, тебя не ебашит порой от тоски? – Да ебашит, че врать-то, но со времен все больше похуй становится. Бесконечно же это длиться не может. Просто со временем ты начинаешь задаваться вопросом: а нахуя мне все это? Типа, какова цель таких отношений? Можно до конца жизни расставаться и сходиться, только ради чего? Так возможность встретить кого-то действительно нужного сокращается с каждым днем. И это начинает пугать все больше. Жизнь идет, а ты все еще ссоришься и миришься, расстаешься и возвращаешься в то же болото, которое тебя однажды уже чуть не утопило.       Станислав замолчал, переваривая информацию. Славе казалось, что он попал ровно в цель. Иногда ему самому хотелось услышать, что он не один такой страдает хуйней и не может из нее выбраться. И у него не было мысли наговорить чего-то такого, чтобы Стас решил, что его бывшая дама ему не нужна, а нужно прыгнуть в койку к Славе. Ну, вы знаете, что такое бывает. Славик сам был в такой ситуации, когда его уязвимым состоянием умело воспользовались и впутали в новые отношения посреди старых. Потом ты просто чувствуешь себя полным мудаком, потому что обманул всех и себя в том числе. Ему никогда не хотелось, чтобы им закрывали дыры в душе, потому что он прикольный и может быть любящим. – Я думал, что я один такой долбаеб, – Стас-таки ожил, кидая взгляд в сторону Славы и немного сбавляя шаг. – А оно вон как. И ты сам пришел к такому решению? – Ну, как сказать. Женя, ну, тот кудряш, мне целый год внушал, что я хуйней страдаю и пора расставаться, но мне не нравится, когда меня жизни учат и пытаются советы раздать, как лучше поступить. Я лучше сам пять раз проебусь и только потом пойму. Хотя, может, послушай я его раньше, то ничего бы не было. И я бы не выслушивал постоянно, какая я шлюха, потому что у меня друзья есть, которых я ценю по-своему. – Бля, это эпидемия какая-то что ли, за друзей мозги ебать? – Да, и, видимо, у нас есть противоядие. Кстати, почему она по такому поводу вообще парням пишет? Я думал женщины таким не страдают. – Возможно, когда у тебя в голове бардак ебанный, то ты мало задумываешься и систематизируешь свои больные фанатазии. – Стас, видимо, решил не рассказывать лишнего. Все мы понимаем, что такие мысли у Русланы не могли возникнуть на пустом месте. – Ну, либо она знает обо мне чуть больше, чем я сам.       Теперь наступило молчание. Неловко от него не было. Они просто шагали нога в ногу, слушая шелест затхлых листьев под подошвами и шум редко проезжающих машин. Из некоторых шумно играла музыка. Все-таки сегодня пятница, и не все люди предпочитали провести вечер за душещипательными разговорами о бывших. Слава даже тихо хихикнул от этой мысли. Почувствовал себя на ночевке у лучшей подружки, где они обсуждают мальчиков из параллели.       Но прогулка не может быть бесконечной, и в глаза ударил белый свет от ламп на огромном магазине. Единственный гипермаркет в городе. Школьники часто заходят туда погреться или наоборот остудиться во время жары. Но, каким бы большим и востребованным он ни был, в нем все равно было пусто, за исключением пары заблудших душ. До закрытия оставался час и торопиться смысла не было, поэтому Станислав без возмущений бродил за Славой по отделам и разглядывал всякие ненужные побрякушки типа дешевых детских игрушек и приблуд для праздников. Скоро здесь появятся горы мишуры, шариков и всего прочего, что так необходимо приобрести горожанам перед Новым годом. В детстве они оба мечтали скупить все блестящие шары и весь красивый дождик, чтобы украсить дома также красиво, как это делали в старых американских фильмах, но судьба-сука имела другие планы и подкинула парням гадкое детство и не менее гадкий подростковый период. О каких шарах может идти речь, если каждый Новый год кто-нибудь из семьи предпочитал нажраться вусмерть и держать всех в страхе или напряжении? Но да ладно. Мы сюда пришли за сигаретами и шоколадом, а стеллаж со сладким уже был замечен.       Славик выбирал недолго. Изменять своим вкусам он не любил, поэтому схватил первую попавшуюся шоколадку с орехами. – Тебе нужно что-то? – Шоколадки, типа? – Я в целом спрашиваю. – Да нет, пойдем. Дай посмотрю, че ты взял.       Станислав протянул руку, и Слава без задних мыслей передал шоколадку ему, не до конца понимая, что может быть интересного в обычной “Милке”. Или он шоколадок не видел никогда?       Но покупку ему так и не вернули. Стас подошел к одной из пятнадцати касс, поздоровался с уставшей женщиной и оплатил покупку. Кассирше вот дела ни до чего не было. Кажется, даже если бы они вынесли половину магазина мимо кассы, она бы и бровью не повела. – Ты дурак? – Слава опешил. Ему оплачивают шоколадки чтобы что? Станислав думает, что у него намокнут штаны о таких жестов? Может быть, но Слава не собирался о таком никому рассказывать и тешить чужое эго. Он любил тупые мелочи и знаки внимания. Только не особо понимал, как ему реагировать на такой в данной ситуации. Возможно, где-то в этой Вселенной Руслана обломала себе челюсти от напряжения. – Зачем? – За то, что выперся со мной на прогулку в ночи. – Рыжий остановился на лестнице и подкурил очередную сигарету. – Я бы, может, с ума сегодня сошел, если бы один остался. А после твоих рассказов все как будто не такое безнадежное. – А сигареты ты себе чего не взял?       Станислав предпочел не отвечать. Просто достал почти полную пачку из кармана и раскрыл ее перед Славой, молчаливо улыбаясь. – Блять. А живешь ты где? – Да вот, – Стас ткнул пальцем в дом напротив, – прям тут. – Ты серьезно?       Слава не знал, какие эмоции ему испытывать, поэтому испытывал все сразу. Все это было странно, а он еще от шоколадки не отошел. Как бы он не старался, он не мог найти объяснения тому, что его новый друг шел к его дому через половину города, что это заняло у него пятнадцать минут, а главное, что он живет напротив того магазина, к которому они шли. – Что такого я опять сделал? – Станислав не скрывал того, что своим поступком он доволен. Он хотел произвести впечатление – он это сделал. – Не стой столбом, замерзнешь. – Ебануться.       Других слов для описания ситуации Слава не нашел, поэтому вложил все в одно, зато какое лаконичное. Все в его голове стало еще более запутанным и непонятным, и он не хотел лишний раз давать себе надежд на что-то лишнее. Заодно заранее начал взращивать в себе возмущение и злобу по отношению к Стасу, чтобы потом не разочароваться вновь. А хотя, может, он снова надумывает слишком много и преувеличивает, а рыжий просто хотел прогуляться по холоду, чтобы башку проветрить. – Тебя проводить или ты по клубам побежишь в пятничный вечер? – Станислав делает затяжку, теряясь в дыму. – Я бы очень хотел, но у меня нет столько денег, чтобы делать кассу бармену. – Так ты ж не пьешь. – Иногда можно и хочется. Чаще всего меня просто душат эмоции. – Я завидую тебе, если ты под действием алкоголя избавляешься от эмоций. У меня наоборот все обостряется, а я и так за день могу полный спектр ощутить, в итоге к вечеру убитый сижу. – Ну, сейчас ты улыбаешься, значит все еще не убит. – Это твоя вина. – Что? – Ты постоянно спокойный. Даже тогда, когда, казалось бы, возмущен. Вряд ли сегодня ты был охуенно счастлив, когда получал ебанутые сообщения. – Ты плохо меня знаешь, Станислав… как Вас по батюшке? – Викторович. – Вы плохо меня знаете, Станислав Викторович.       Стас замолчал, уставившись на лицо напротив. Возможно, какая-то хуйня у него внутри сделала кульбит, но ни вы, ни я никогда с абсолютной точностью не узнаете, что же это было. Иногда он испытывал специфичные эмоции, но не всегда они были плохими. Он об этом Славе не расскажет, но, как бы слащаво и приторно не звучало, ему со Славиком было по-странному спокойно. – Не спорю. Я о тебе вообще не особо много знаю, но первое впечатление тоже играет роль. А еще, что-то мне подсказывает, что истеришь ты тоже по-особенному. Знаешь, после некоторых людей такое кажется чудом. – Облизал с ног до головы. – Ой, да пошел ты нахуй. – Вот это уже больше похоже на тебя. – Ты думаешь я вечно злой и грубый? Правильно думаешь, слюни подбери. – Все-все, мы поняли, что ты брутальный мужик. – Слава слабо улыбнулся, откидывая кудри со лба. – Я один дойду. Тебе тут до дома пару шагов, че тебя гонять? – Ну, как хочешь. Если что – нападай первым, Славик. – Ага, покеда. – Доброй ночи.       Стас ушел, а Славе впереди предстояла долгая дорога домой, через тернии к звездам и все такое. Терниями было его сознание. Он был доволен прогулкой и даже разговорами, но что-то не давало покоя. По ощущениям – его душу вывернули наизнанку, хотя он сам это сделал, когда начал рассказывать слишком личные байки из жизни. В голову начали закрадываться мысли о том, что во всем виновато время суток, ведь мы все живем по каким-то выдуманным биологическим часам, а согласно их показателям – ближе к ночи мы начинаем сильнее оголять свой внутренний мир, а утром жалеем о содеянном или еще что-нибудь. Вот и Слава тупо боялся, что утром Станислав проснется и подумает, что все хуйня и вообще он зря вышел на улицу.       Но дом оказался не так далеко, как представлялось, и мыслям пришлось отступить на второй план, потому что, переступив порог, Слава вдруг очень отчетливо ощутил, какие тяжелые у него веки. Шустро переоделся, рухнул в кровать и уснул, как только голова коснулась подушки. Даже не заметил пришедшее сообщение, но мы никогда не узнаем, что там было написано, потому что уже утром его не было.