Радиоведущий29

      — О мой бог, — тяжело выдохнул Чонгук сиплым голосом. — Я так не трахался уже… Я вообще не помню, чтобы я так много трахался когда-либо.       — Я уже дыхалку сорвал, — прохрипел Тэхен, лежа поперек кровати головой на его животе абсолютно голый, как и Чонгук. — Но секс с тобой ахуенный, пиздец. Я выдохся уже после третьего раза, но потом посмотрел на тебя и всё, снова пиздец. Страшно представить, что было бы, если бы мы стали встречаться после нашей первой встречи в универе, когда гормоны бушевали еще почти как у подростков.       — Мою задницу спасла сама судьба, — фыркнул младший, заставив Тэхена громко рассмеяться, а сам пытался успокоить часто стучащее сердце после очередного потрясающего секса за прошедший безумный день, который они провели то в постели, то подкрепляясь заказанной едой из местных ресторанов, то в ванной, то опять в постели, сбившись со счета. — Но сегодня она наверстала упущенное.       — Я перестарался? — всё же обеспокоенно спросил Тэхен, повернув к нему лицо.       — Нет! Все было ахрененно! Я сам не мог остановиться, — улыбнулся Чонгук в ответ. — Но если такое проворачивать каждый день, мне придется искать новую задницу.       — Меня сегодня бес попутал. Я обещаю, что впредь буду беречь твою задницу. Кстати, успокаивающая мазь в ванной в шкафчике над зеркалом.       — Когда успел?       — Вчера купил, на всякий случай, — подмигнул ему Тэхен, заставив младшего слегка смутиться.       За окном было уже совсем темно, и, чтобы не привлекать внимания соседей, плотные шторы были зашторены, а спальню освещали прикрепленные на стене с обеих сторон кровати небольшие бра. Обе подушки валялись на полу вместе с одеялом, простынь была испачкана спермой и смазкой, но они оба продолжали лежать на ней, липкие от пота, выравнивая свое дыхание. При этом нежно поглаживали друг друга на автомате, кто по руке, кто по ноге, пуская мурашки по телу.       — Я этот день никогда не забуду, — заулыбался Ким и тихо простонал от удовольствия, когда младший поднял руку с его плеча и опустил на макушку, легкими движениями перебирая пальцами его волосы. — Но, сука, гондоны подвели… Ни разу на моей практике не рвались сразу два подряд… Я уже говорил, что тебе не о чем беспокоиться. Я абсолютно чистый. Хотя все равно завтра же сдам анализы и покажу.       — Я тебе верю, — заулыбался Чонгук, вспомнив, как Тэхен был готов рыдать из-за порванных в самые пикантные моменты презервативов. — Я сам такой же. Поэтому завтра пойдем вместе в поликлинику… И тогда нахер нам гондоны.       — Без них лучше.       — Полностью согласен, — закивал тот в ответ и счастливо улыбнулся. — Мне понравилось, когда ты кончил в меня.       — А потом вымывать?       — Мелочи всё это.       — Если что, я готов вылизывать тебя после…       — Не начина-а-ай, — завыл Чонгук, рассмеявшись. — У меня опять встанет.       — Какой же ты ахуенный, Гуки, — довольно простонал Тэхен, перевернувшись на живот и разместив голову на чужой груди.       — Это ты ах…       Громкий скулящий лай отвлек обоих, и старший быстро присел, бросая взгляд на прыгающего на задних лапах и пытающегося запрыгнуть к ним Танни, но из-за высоты кровати и своего роста у него это никогда бы не получилось.       — Дружок, как мне стыдно… Я сегодня совсем о тебе не думаю, — запричитал старший, с грустью наблюдая за своей собакой и переведя взгляд на Чона. — Мне надо с ним погулять второй раз, иначе он обидится и будет кусать за ноги… А это больно. Поверь. Проходил однажды, когда болел и двое суток провалялся в постели. Он мне потом чуть все пальцы на ногах не сгрыз.       — Можно опять мне? — с мольбой в глазах спросил Чонгук, вспоминая свою первую долгожданную прогулку с собакой днем, но стоило ему сесть на задницу на кровати, он тут же застонал от боли в пояснице.       — Думаю, лучше мне.       Тэхен посмотрел на него с сочувствием, вспоминая, какие позы они успели перебрать за прошедший сумасшедший день. И если Чонгук до этого дня не был гимнастом, а он точно им не был, то после сегодняшнего многому научился. Но младший с такой любовью смотрел на Танни и так долго рассказывал о своих эмоциях после прогулки, что отказать ему Тэхен не мог. К тому же тот упрямо встал на ноги, аккуратно разогнувшись, словно старик придерживая спину, и прижал пса к груди.       — Все хорошо, — улыбнулся Чон, видя извиняющийся за его состояние взгляд старшего и стоя перед ним голым в чем мать родила, уже не стесняясь своей наготы. — Мне наоборот нужно подвигаться и размяться.       — Я тебя сегодня недостаточно размял? — поиграл Тэхен бровями, заставив того рассмеяться.       — Невозможный, — покачал Чонгук головой в ответ, улыбаясь на такую же довольную улыбку старшего и поглаживая собаку на своих руках.       Он ощущал, как все мышцы в теле беспощадно болели, а в заднице сильно саднило, но даже не хотел придавать этому значения. Было слишком шикарно после целого дня секса и отдыха, проведенного вдвоем. Ярко, горячо и даже местами огнеопасно, вспоминая, как они чуть не подожгли кухню, когда он захотел приготовить обед, а старший отвлек его поцелуями и сексом прямо на столе. А из-за того, что все это было именно с Тэхеном, до сих пор сносило крышу и заставляло улыбаться как маленького ребенка, которого привели в парк аттракционов и позволили покататься на всех каруселях.       — Только оденься, пожалуйста, — старший тихо рассмеялся, в очередной раз внимательно рассмотрев тело обнаженного парня перед собой, на котором были рассыпаны его засосы, и закрыл себе ладонью глаза. — Иначе я за себя не ручаюсь, — он тут же сжал свой член другой ладонью, чтобы не дать себе даже повода возбудиться.       Чонгук не сдержался и громко рассмеялся, аккуратно поставив собаку на пол и направившись в ванную комнату, чтобы ополоснуться перед прогулкой. А Тэхен, подобрав свои боксеры с пола и надев их, ушел в гостиную, захватив телефон с тумбочки и проверяя пропущенные звонки, парочка из которых оказались от Намджуна. Он быстро налил себе стакан холодной воды, жадно выпив его залпом, и набрал ему обратный звонок.       — Привет, бро.       — Ты ничего не хочешь рассказать? — послышался голос парня его брата, заставив Тэхена нахмуриться в попытке вспомнить, что он успел натворить за последние сутки, хоть и не выходил из дома и практически не вылезал из кровати.       — Ты о чем?       — Мне и Джину посыпались сообщения, а точнее, предложения от разных работодателей с вакансиями…       — Ой, бля-а-а, — застонал он, вспомнив, что еще утром попросил отца снять с них ограничения, но забыл написать об этом брату, так как отвлекся и увлекся кое-кем поинтереснее, забыв обо всем на свете впервые в своей жизни.       — Мы тебе уже говорили, чтобы ты не делал этого, — продолжил Намджун, но тут же в трубке резко послышалось копошение и раздался громкий крик Сокджина: — Мелкий пиздюк! Какого хуя ты там натворил?       — Отец…       — Я уже понял, что это, сука, отец! Но он не стал бы снимать ограничения без выгоды, а значит, ты…       — Мои акции еще при мне, успокойся. Я ничего не подписывал.       — Не подпи… — тут же замолк тот в ответ и тяжело выдохнул, ничего не понимая. — Что?       — Он заявился сегодня утром ко мне домой, стал опять оскорблять и сыпать угрозами, ну, я не выдержал и сказал, что в курсе про свои акции. Ты бы видел, как он испугался… Я посмотрел шикарное немое кино, — тихо рассмеялся Тэхен, вспоминая выражение лица отца. — Поэтому я воспользовался моментом.       — Не стоило… Я уже говорил, что мне это не нужно… Мне ничего от него не нужно.       — Я знаю, Джин. И ты отлично справлялся все эти годы и, я уверен, справишься дальше. Но в черный список внесен не только ты, но и твой парень. Не забывай, ты не один, вас двое… А жизнь непредсказуема… Может быть, вам пригодится эта возможность, а может, и нет. Пусть лучше будет доступ, на всякий случай.       — Он его закроет, как только получит твои акции… Не смей отдавать, пусть и дальше бесится! — тихо прошипел от злости Сокджин, снова шумно выдохнув в трубку, еле сдерживая негодование на отца.       — Они мне нахуй не сдались, ты знаешь. Не хочу иметь что-то, что будет и дальше меня связывать с ним, — спокойно зевнул Тэхен в ответ, потирая глаза от усталости. — Но еще немного поиграю на его нервах.       — Смотри, чтобы боком не вышло. Он тот еще ублюдок.       — Помню… Но я могу быть хуже, — ухмыльнулся он, провожая взглядом Чонгука, который в футболке и спортивных штанах прошел в коридор, накинул куртку и вышел с Танни на улицу.       От вида младшего в своей одежде, в собственном доме и со своей собакой Тэхену стало настолько приятно, что он еле сдержался, чтобы не застонать от удовольствия. Словно все наконец-то на своих местах и так, как и должно было быть уже давно. Парень идеально смотрелся рядом с ним. И глубоко внутри больше не было ощущения пустоты и одиночества.       — Этого ублюдка никто не переплюнет, — с горечью продолжил Сокджин.       Тэхен поджал губы и понуро посмотрел под ноги. От грустной интонации брата его голову снова заполонили не самые лучшие воспоминания о прошлом. Ему было дико больно, но только не из-за потери какой-никакой семьи, а за Сокджина, который больше всех пострадал в их ситуации. Он видел, как брат с детства очень сильно тянулся к Миндже, старался соответствовать его ожиданиям. Успел несколько лет поработать правой рукой в его фирме, показать себя с самой лучшей стороны, чтобы отец гордился им. Но получил от него нож в спину — фигурально, и кулаком в нос — буквально, стоило только тому узнать о его выборе в жизни. И если Тэхен изначально не хотел работать в фирме отца, из-за чего учился, только чтобы было образование, а работал — чтобы были деньги, то его брат всегда стремился и тянулся к отцу, несмотря на постоянную холодную отстраненность старшего. А получить то, что получил Сокджин в ответ на преданность, было настоящей несправедливостью, которую Тэхен никогда не сможет простить отцу.       — Я умею удивлять, — с ухмылкой произнес Тэхен, повторяя слова, которые еще утром услышал от Чонгука.       — Ты что задумал? — встрепенулся Сокджин, заверещав в трубке. — Даже не вздумай! Тэ, не смей! Слышишь! Он того не стоит! Он, сука, вообще ничего не стоит!       — Что-то тебя совсем не слышно, ало… Ало… Ало, — специально затараторил младший, тихо посмеиваясь и сбрасывая звонок.       Он медленно вернулся в спальню, поправив подушки и одеяло, сменил грязное постельное белье на новое и включил на всю квартиру тихое звучание мелодичного джаза без слов. Понимая, что Чонгук уже должен был скоро вернуться, стал набирать горячую воду в ванну, добавив в нее специальный гель с маслом, и по помещению быстро распространился приятный аромат нежной мяты. Тэхен скинул с себя белье, забросив его в рядом стоящую стиральную машинку, и погрузился в согревающую тело воду, откинув голову на бортик и окончательно расслабившись.       — Там дождь пошел, — послышался взбудораженный голос Чонгука, зашедшего к нему и быстро стягивающего с себя все вещи, сразу же закидывая их в стиральную машину, на которую указал Тэхен. — Я никогда не видел, чтобы собаки так быстро ходили по большому.       Они тихо рассмеялись, и Ким развел руки и раздвинул ноги в разные стороны, приглашая к себе. Чонгук улыбнулся на такую же улыбку в ответ и с наслаждением еще раз глубоко вздохнул, пропуская через свои легкие любимый аромат перечной мяты. Он быстро опустился в горячую воду, откинувшись спиной на грудь старшего, и простонал от удовольствия.       — Танни не любит дождь, и стоит только попасть под него, он на удивление быстро делает все свои дела, за что я ему всегда безмерно благодарен, — тихо прошептал Тэхен и нежно провел мокрыми руками по груди Чонгука, согревая горячей водой охлажденное после прогулки тело. — Мне завтра после поликлиники нужно будет съездить в офис, проверить пару-тройку документов и сделать несколько звонков. Чем планируешь заняться?       — В первую очередь нужно добраться домой и сменить вещи, я уже твои начал носить, — рассмеялся он, наслаждаясь ладонями, которые мягко поглаживали его кожу под водой. — И хочу не откладывать вопрос о курсах по фотографии и поискать что-нибудь на ближайшее время, а потом… Я очень давно не был на тренировке по боксу, — чуть тише заговорил Чонгук, не зная, какую реакцию вызовет этим. — Хотел связаться со своим тренером, если он еще дает уроки, и переговорить о будущих занятиях.       — Бокс?       — Ты против? — несмело спросил младший, поджав губы и вспомнив неприятный опыт с предыдущим парнем.       — Ты спрашиваешь меня? — продолжали они сыпать вопросом на вопрос, только старший не мог понять, почему Чонгука волновало его мнение. — Как я могу быть против? — быстро продолжил Тэхен, не заметив, как тот с облегчением выдохнул, так как даже задержал дыхание от страха. — Идея ахуенная! Я бы даже посмотрел на твои занятия, если ты не будешь против… Я вот за последние пару лет как вернулся в Сеул, совсем забросил спорт. Раньше ходил на большой теннис и гольф, сейчас же только прогулки с Танни и то не каждый день, и это пиздец как сказывается на дыхалке, — рассмеялся он, прижав Чонгука к себе еще крепче и положив голову ему на плечо. — Но знаешь, есть проблема…       Чонгук снова замер, ожидая продолжения, пока старший медленно поглаживал его живот под водой, слегка царапая кожу ногтями.       — Твоя задница уже настолько великолепна, что я готов петь ей дифирамбы… А при наличии постоянных тренировок она станет… Блять, она и так шикарна, я не знаю, что будет с ней после… Поэтому заранее предупреждаю — держи рядом нашатырный спирт, чтобы ты мог привести меня в чувства, когда мне поплохеет при следующем вылизывании твоей ахуенно-аппетитной задницы…       Чонгук громко рассмеялся, снова с облегчением выдыхая от счастья, разливающего внутри по венам и заставляющего сердце биться с каждой минутой все быстрее. За весь день он так много улыбался и смеялся, сколько не делал этого за последние несколько лет. А слышать от Тэхена в течение всего дня такую искреннюю поддержку, было непривычно и очень смущало. В голове снова и снова проносились сомнения, что такого вообще не бывает, но крепкие объятия, в которых он лежал, и легкие поцелуи, которые рассыпались по плечу, шее и щеке, убеждали в обратном. Так действительно бывает. Особенно, когда в паре оба взаимно без ума друг от друга. И Чонгук не побоялся сделать для себя быстрый вывод — неважно, как долго это все продлится. Этот день навсегда останется самым счастливым в его жизни.       — Ты в какой зал пойдешь? — продолжил Тэхен, нежно целуя его шею и пуская мурашки по коже младшего.       — Хотелось бы рядом с домом, там мой тренер преподает, но не знаю…       — Что не так?       Чонгук наморщил нос, недовольно поджав губы, что не укрылось от старшего, который нахмурился в ответ на реакцию.       — Там работает бывший…       — Ой-ля-ля, — заверещал Тэхен, встрепенувшись, и выпрямил спину, садясь ровно.       — Ты чего? — удивился Чон и немного развернулся к нему в пол-оборота, чтобы увидеть странную ухмылку на лице старшего.       — Ну, как же… Мне интересно посмотреть на суку, которая посмела пользоваться тобой и обидеть…       — Может, не надо? — испуганно прошептал тот в ответ, пожалев, что сболтнул об этом, и тут же уставился на Тэхена, поняв, что тот все же слышал про его бывших. — И как много ты успел услышать в той ссоре с Чимином?       — Я должен удовлетворить свой интерес, — улыбнулся Тэхен и быстро поцеловал в кончик носа, не желая отвечать. — Не бойся. Я, может, и припизднутый местами, но не отбитый на всю голову.       — Очень на это надеюсь, — еле слышно вдохнул Чонгук, заставив старшего снова рассмеяться. — Лучше забудь о его существовании.       — Подожди, а это же зал «Индиго»? — удивился Тэхен, вспоминая дом младшего и его расположение.       — Да, а что? — Чонгук шумно выдохнул и снова откинулся на его грудь, погрузившись в воду с ароматной пеной.       — Его владелец — Ким Намджун. Это парень моего брата.       — Ого. Я незнаком с ним, но слышал от тренера. Его там все очень уважают.       — Джун крутой. Я вас познакомлю, — кивнул сам себе Ким, снова нежно гладя пальцами его живот под водой. — А кем там работает твой бывший?       — Тэхе-о-он, пожалуйста, не надо, — застонал Чон в ответ, чувствуя, как от бесшумного смеха дергается грудная клетка за спиной. — Я его почти год не видел, может, он уволился давно.       — Ну да, ну да, — тихо рассмеялся старший, мягко прикусывая чужую мочку уха и вслушиваясь в шумный выдох Чонгука. — А как его зовут?       — Тэхе-о-он, умоляю, забудь о нем, — снова застонал Чонгук. — Иначе я начну расспрашивать о твоем бывшем!       — Да я не против рассказать, скрывать нечего, — фыркнул Тэхен, продолжая нежно целовать шею Чонгука и прижимать его к себе крепче. — Расстались полгода назад, так как отношения изжили себя. Он сразу же вернулся в Париж.       — Он — француз?       — Да.       — Ты любил его? — тихо произнес Чонгук, боясь услышать ответ.       — Это была не любовь, скорее, взаимная симпатия, — задумался старший, вспоминая прошлое, пока Чон внимательно слушал и старался не представлять другого парня рядом с Тэхеном, хотя сам же задал вопрос, а теперь сдерживал свою ревность. — В Париже мы работали в одном офисе и не замечали друг друга. Где-то за пару месяцев перед моим возвращением в Сеул мы столкнулись в клубе и стали время от времени проводить ночи вместе. Когда я вернулся сюда, он пару раз приехал в Сеул по работе и вскоре перевелся в дополнительный филиал. Мы продолжили видеться и решили, что можно было бы попробовать отношения. И как-то все закрутилось-завертелось и незаметно пролетел почти год, который можно назвать попыткой быть парой. Но ничего не вышло. Не хватало эмоций и чувств, — спокойно ответил он, вдыхая аромат мяты и прижимаясь носом в волосы за ухом младшего. — А сейчас я очень четко понимаю, насколько с тобой все по другому. — Он поднял одну руку из воды и мягко повернул к себе лицо Чона, сразу же впиваясь в чужие губы и ощущая ответные жадные посасывания своих губ.       — С ума меня сводишь, — прохрипел Чонгук, забывая о ревности как по мановению волшебной палочки, стоило только старшему так сладко поцеловать его.       — Вот и я такой же, — прошептал он в ответ, облизывая губы. — А как выглядит твой бывший?       — Тэхе-о-он!