Радиоведущий29

      — Там сильно прессуют? Жопу сколько раз пришлось подставлять? Языком много работал? — не умолкал Чимин, выдавая с каждой минутой такие фразы, что сидящий напротив него Чонгук уже около пятнадцати минут, как они все встретились в главной кофейне Тэхена, не понимал, что ему делать — смеяться или обижаться. — С авторитетом уже закорешился? Познакомишь?       Вчерашний день закончился как в тумане, так как после секса, который они повторили еще в душе, оба вырубились и проспали крепким сном почти до обеда следующего дня. А после плотного позднего завтрака и переговоров с Минхо, который сообщил, что все документы и заявления по делу Чонгука переданы в вышестоящие инстанции, чтобы не просто получить снятие обвинений, а оформить жалобу на сфабрикованные свидетельские показания, они несколько часов гуляли по городу, греясь в лучах солнца из-за хорошей погоды. Но насладиться обществом только друг друга долго не получилось, так как Чимин, дозвонившись до младшего и узнав, где он пропадал все это время, вынес мозг своим недовольством. Поэтому было решено встретиться и пообщаться не по телефону, о чем Чонгук успел уже десять раз пожалеть.       — Не надоело еще? — ухмыльнулся Юнги, сделав глоток своего американо и присев за круглый стол на небольшой диван рядом с Чимином, довольно улыбающимся ему в ответ. — Он, кстати, — кивнул Мин на Пака, тихо рассмеявшись, — полдня читал о том, что происходит в тюрьме с новенькими, чтобы сейчас закидывать тебя вопросами.       — Я был не в тюрьме…       — В камере в полицейском участке, — перебил Пак Чонгука, пока тот недовольно цокнул в ответ и закатил глаза. — А там никто из нас еще не бывал. Вот я и хочу узнать, а то вдруг пригодится…       — Пригодится? — ухмыльнулся Тэхен, тихо рассмеявшись вместе с Юнги.       Ким был рад снова встретиться с друзьями Чонгука, который сидел сейчас рядом с ним на втором диване напротив ребят и грелся в его объятиях. Он давно заметил, что Чон пользовался каждым моментом их близости и часто прижимался к нему. А Тэхен чувствовал это и сам тянулся к младшему, закидывая на него свою ногу, гладя ладонью по плечу, перебирая пальцами волосы и шепча на ухо всякие непристойности, чтобы заставить его покраснеть даже в общественных местах. Таких открытых и взаимно ярких чувств ни Тэхен, ни Чонгук не испытывали еще ни с кем. И желание касаться друг друга читалась у обоих невооруженным взглядом.       Чимин и Юнги, ухмыляясь, не стали что-либо говорить, чтобы не засмущать Чонгука, которого они не видели таким счастливым уже долгое время. Они молча переглядывались и ярко улыбались ребятам в ответ, радуясь за обоих, особенно Чимин, который считал все это собственной заслугой, вспоминая все, что успел сделать.       Они вчетвером заняли столик у окна, за которым на город спускались сумерки, освещая последними лучами солнца и окрашивая помещение в ярко-красные и оранжевые цвета. Людей практически не было, не считая несколько парочек, ворковавших о своих проблемах и планах в разных частях кофейни. А их компания продолжала свои веселые разговоры и тихий смех, за чем и наблюдал Хосок, продолжающий работать за кассой.       — Чим, тебе там не выжить, — наигранно серьезно выдохнул Чонгук, посмотрев на Тэхена и сделав глоток бананового латте, тут же облизывая губы, что не ушло от взгляда старшего. — Точно будешь личной шлюшкой главного по камере.       Пак замер и раскрыл рот от возмущения, но Чон не выдержал и рассмеялся из-за испуганного лица друга, который до сих пор не мог поверить, что тот просидел в камере всю ночь. Его негодование от того, что младший не позвонил ему и не сообщил, что случилось, было таким сильным, что Юнги потребовалось время, чтобы успокоить своего парня и дать понять, что в той ситуации единственным, кто реально мог что-то предпринять и сделать, был Тэхен, и Чон поступил правильно. Но дружеское отношение Чимина все равно было немного подорвано, поэтому он решил высказать свое недовольство стебом о тюрьме, над которым корпел несколько часов, закидывая теперь того дурацкими вопросами.       — Так все-таки с авторитетом ты уже познакомился? — все-равно не унимался Пак. — Глубокое знакомство получилось?       — Если двоих пьяных бомжей ты посчитаешь авторитетами, — поморщился младший от воспоминаний, — то хочу разочаровать, я с ними даже не разговаривал, так как пытался даже не дышать, чтобы не задохнуться от их запашка.       — Фу, блять, — скорчился Чимин, представив эту картину и откинув в сторону чайную ложку, которой уплетал за обе щеки выбранное ранее на витрине пирожное с белковым кремом.       — Кстати, — вклинился Тэхен и обнял Чонгука за плечи, кладя руку поверх спинки дивана. — Есть планы на эти выходные? Может, завтра все ко мне? Устроим после обеда воскресное гриль-пати. Мясо и пиво за мой счет. Также приедут мой брат и его парень Джун. Думаю, нам всем пора познакомиться поближе.       — О-о-о, — одобряюще закивал Юнги, — я завтра абсолютно свободен. А от мяса никогда не откажусь. Я умею готовить отличный стейк на гриле.       — Классно, а то я готовить совсем не умею, — хмыкнул Ким, заметив смешок от Чонгука, который уже был осведомлен по поводу этого.       — И я смогу завтра, — кивнул Чимин, наклоняясь к плечу Мина и обнимая его руку. — И вообще, я теперь свободен на ближайшие пару недель, пока не приступлю к работе в фирме у родителей.       — Когда ты успел уволиться? — удивился Чонгук, чуть не подавившись своим кофе.       — Ты новости вообще смотришь? — закатил глаза Пак, но тут же поджал губы и виновато посмотрел на Тэхена, ведь весь вчерашний день все каналы говорили только об его отце.       — Все нормально, этого мудака давно нужно было опустить на землю, — фыркнул Тэхен, расслабляясь от теплого Чонгука, сидевшего рядом вплотную к нему, и закинул свою ногу на его колено.       Чон поджал губы и сдержал улыбку от таких действий старшего. В очередной раз оказалось приятным его открытое поведение рядом с собой, особенно поглаживание рукой по плечу, которое пускало по телу мурашки.       — Как только вчера утром громыхнуло новостями, на работе начался такой пиздец, — присвистнул Чимин, вспоминая пятницу. — Я и еще несколько коллег уже в обед написали заявления на увольнение. Некоторые захотели побыстрее убраться из компании, чтобы не зачернить свою репутацию… Я тоже решил не задерживаться, мне все равно там больше нечего было делать… Поэтому я доработал вчерашний день и, нахуй, свалил.       — Говорят, Со Джун, тот самый репортер, что раньше работал на твоего отца, — произнес Юнги, который уже нашел много разной информации в интернете, но достоверные сведения раскопать было сложно.       — Да, больше десяти лет, — тяжело выдохнул Тэхен. — Пару лет назад отец подставил его, сломал ему жизнь…       — Ты не обязан что-либо рассказывать, — мягко перебил его Чонгук, положив ладонь на колено старшего, которое по-прежнему находилось на его ноге.       Тэхен улыбнулся в ответ, снова сжав пальцы на плече Чона, жестом поблагодарив за проявленную поддержку и заботу, которую тот постоянно проявлял. Сложно было поверить, что этот парень сейчас сидел рядом, улыбался и смотрел на него так влюбленно, что голова шла кругом. Он кивнул ему в ответ и, поставив свою кружку чая на стол, сжал второй рукой его ладонь на своей ноге в знак благодарности.       — Отец заслужил то, что сейчас происходит, — продолжил Тэхен, облизнув губы и с обожанием посмотрев на губы Чонгука, что не ушло от Чимина и Юнги, которые прикусили языки и промолчали.       — С тем, в чем его обвиняют, у него вряд ли получится уйти от приличного срока, — хмыкнул Юнги.       — Даже следить за этим не буду, похуй на него, — пожал плечами старший, переведя взгляд на Хосока, который помахал ему, показывая подготовленные документы, за которыми приехал Тэхен, совместив встречу и работу. — Я ненадолго отлучусь, только проверю документы.       Он мягко и быстро поцеловал при всех Чонгука в губы, который облизнул их, стоило старшему отстраниться от него, и проводил Тэхена влюбленным взглядом. Не смотреть на Кима в присутствии Кима было невозможно. Взгляд то и дело скользил по стройным длинным ногам, широким плечам с прямой осанкой, волнистым волосам, которые пружинились на голове при каждом движении, а также на пухлые губы, которые он успел изучить от их объема до вкуса и температуры.       — Ты такой дурачок, — фыркнул Чимин, ярко улыбаясь от счастливого вида Чона, взгляд которого завис на старшем.       — С чего это вдруг?       — Влюбленный дурачок, — поправил сам себя Пак, радуясь за друга, счастливо улыбающегося им в ответ. — А вообще, я дико испугался, когда ты рассказал, что случилось. Уму непостижимо, как его отец пошел на такое.       — Да, одно — уволить кого-то и поставить черную метку, — продолжил Юнги. — А подставить, чтобы человека посадили…       — Мне еще повезло, — с грустью заметил Чонгук, снова взглянув на Тэхена, который о чем-то разговаривал с Хосоком. — Со Джун, тот репортер, там такая ситуация была, жесть.       Чимин наклонился вперед, ожидая продолжение, но Чон замолк и поджал губы. Он не знал, стоило ли рассказывать друзьям о том, что узнал от старшего. Тот говорил, что это не тайна или секрет, который нужно сохранить между ними.       — Если сказал А, значит, говори Б, — поторопил его недовольный Чимин.       Чонгук закатил глаза, так как ничего другого от Пака он не ожидал. Да и молчать не было смысла, хотелось поделиться, особенно с тем, кому доверял и кто был рядом и всегда помогал ему.       — Со Джун помог Намджуну, парню Сокджина, не попасть в тюрьму, когда Миндже решил подставить того на работе, — тихо начал Чонгук, также наклонившись вперед и сделав глоток латте. — Со Джун быстро понял, что Миндже все подстроил, и не смог остаться в стороне… Передал Намджуну недостающие документы, чтобы тот смог доказать свою невиновность… А Миндже, узнав обо всем, нанял людей, сфабриковавших фотографии, на которых Со Джун якобы трахал проституток в дешевых мотелях, пока был женат и воспитывал дочь. На фоне этого Со Джуна уволили, все знакомые и друзья отвернулись от него, жена развелась и оформила единоличную опеку над дочерью, и он был на грани… Он чуть не покончил с собой…       — Пиздец, — тихо прошептал Чимин, откинувшись на спинку дивана и прижавшись к боку Юнги, который покачал головой от всего услышанного.       — Тэхен вовремя вернулся в Сеул из Парижа… Он помог Со Джуну не сорваться и поддерживал его на протяжении всего этого времени.       — Какая же сука этот Миндже, — не сдержался Юнги. — Я даже не думал углубляться в историю Со Джуна, чтобы все это разузнать… Думал, что он всего лишь бывший сотрудник, репортер…       — Да, — кивнул Чимин, все еще пребывая в шоке.       — Этого урода больше не будет среди нас… Надеюсь, ему дадут большой срок. — Чонгук зажмурился и опустил голову. — Жесть, я ненавижу отца своего парня… Это же неправильно? Да?       — Тэхен его ненавидит намного сильнее, — заключил Мин, осмыслив все, что услышал. — Это не тот родитель, которого стоит уважать и слушаться. Он сам сделал все, чтобы его презирали… Не терзай себя.       — А еще все так быстро закрутилось с Тэхеном… С ним так потрясающе, что страшно от этого чувства, — продолжил Чонгук, облизывая губы и смотря на свои ладони на коленях. — Мне кажется, я сошел с ума, и все, что со мной сейчас происходит, это игра воображения… И на самом деле я попал в аварию, лежу сейчас в больнице в коме и все это мне просто снится…       — Может, у вас все действительно быстро, но и так бывает, Гук, — мягко улыбнулся Чимин, взглянув на Тэхена, который бросал влюбленные взгляды на младшего, пока проверял документы у прилавка. — Все мы разные, каждый со своей придурью в голове, со своими желаниями и целями. Не может быть единого правильного времени для чувств и какого-то распорядка в отношениях. Кто-то любит не торопиться и все обдумать десять раз, а кому-то надо, чтобы было все и сразу, и желательно приправить сверху страстью… Так что, отставить панику!       — Я не паникую!       — Паникуешь, — кивнул Юнги.       — Не паникую! — замотал он головой в ответ.       — Еще как паникуешь! — тихо рассмеялся Чимин.       — Не паникую, — уже неуверенно простонал Чон, снова зажмурив глаза.       — Паникуешь? — произнес Тэхен, заставив Чонгука резко поднять голову и с испугом посмотреть в глаза.       Ким присел обратно на свое место, положив на стол перед собой бумаги, взятые у Хосока, и снова обнял младшего одной рукой, положив ее поверх плеч. А Чонгук не знал, что сказать. Он снова и снова открывал и закрывал рот, словно рыбка, не зная, что и ответить, так как палиться перед ним совсем не хотелось.       — Он испугался, что залетит, — на полном серьезе выдал Чимин, запихивая в рот кусок пирожного и продолжая говорить с набитым ртом, еле прожевывая. — Рассказал, как у вас презик порвался, вот и боится, что…       — Чим, блять, — застонал Чонгук, покраснев всем лицом, понимая, что Тэхен теперь узнал о том, что его друг многое чего знает о них.       Ким с Мином громко рассмеялись, откинувшись на спинки диванов и покачав головой. А Пак пожал плечами, состроив максимально обыденное выражение лица, чтобы не подставить младшего.       — Ну, я как настоящий джентельмен в случае твоего залета женюсь на тебе, мадемуазель, — прошептал Тэхен, поцеловав младшего в висок и крепче прижав к себе, отлично понимая, что разговор был о чем-то другом, и добавил шепотом на ухо: — Не паникуй, я теперь рядом.       — Эй, вы знакомы всего-то несколько дней! — воскликнул Чимин. — Какая свадьба?       — Ты же сказал, что неважно, сколько времени мы знакомы, — фыркнул Чонгук, толкнув язык за щеку, выдавая часть их разговора, на что Тэхен покачал головой и усмехнулся.       — Ну, для потрахушек неважно, но не свадьба же…       — Я же мог залететь, — продолжил Чон тему Пака, усмехаясь над закатившимися глазами друга.       — Вообще-то, — вклинился Тэхен, сделав глоток своего чая, — мы знакомы более пяти лет.       — Ага, ты до недавнего времени даже не знал, как его зовут! — снова воскликнул Чимин. — Тоже мне, Ромео…       — Зато сосались мы тогда ахуенно, — произнес Ким, нежно поцеловав Чонгука в губы.       Младший улыбнулся от крепких объятий и мягкого поцелуя, окончательно расслабившись в руках Кима, который вместе с ним продолжал сидеть рядом, пока Чимин с Юнги тихо посмеивались над обоими.       — Пидоры, — послышалось со стороны, заставив всех обернуться ко входу, у которого остановился взрослый мужчина, купивший недавно кофе у барной стойки.       — И это очень заразно, чувак, — громко произнес Тэхен на всю кофейню, толкая язык за щеку. — Я не смог сбежать, но у тебя еще все получится. Беги, пока не поздно. Беги-и-и!       Мужчина чертыхнулся себе под нос и быстро вышел на улицу, громко хлопнув дверью, а все хором рассмеялись. Даже незнакомые парочки, которые продолжали сидеть неподалеку от их столика, ярко улыбнулись всем в ответ и о чем-то тихо зашептались друг с другом. А Тэхен нахмурился, почувствовав в кармане вибрацию телефона. На экране высветился незнакомый номер, и старший, недолго думая, быстро ответил, продолжая обнимать Чонгука второй рукой.        — Слушаю.       — Господин Ким, вас беспокоит Со Дживон, я — адвокат вашего отца, — послышался незнакомый голос в трубке, заставив Тэхена ухмыльнуться. — Мы могли бы с вами встретиться? Я хотел бы поговорить и передать вам информацию от господина Кима…       — Прошло менее двух суток, и отец вспомнил, что у него есть дети, — хмыкнул он в ответ, видя, как ребята замолкли и уставились на него. — Адвокат Со, мой отец отказался от меня и моего брата несколько лет назад. Если вы проверите семейные документы, вы убедитесь в этом, так как все, что могло перейти мне с братом по наследству, он переписал на других людей и разные организации… Он полностью вычеркнул меня и брата из своей жизни. Мы же в ответ забыли о его существовании и живем дальше… Мне ничего не нужно от него. Текущая ситуация не изменит моего решения.       — Мы могли бы помочь друг другу…       — Думаю, отец долго смеялся, когда вы предложили ему вариант помощи в моем лице, — он ухмыльнулся, покачав головой и шумно выдохнул. — Единственное, что я могу сделать — это попросить вас передать отцу слова, которые он однажды сказал мне… Чем выше взлетаешь, тем больнее падать… Прощайте, адвокат Со.       Тэхен сбросил звонок и положил телефон на стол, сделав большой глоток чая и наблюдая за ребятами, которые поджали свои губы и молчали.       — Словно кого-то похоронили, — фыркнул он, ухмыльнувшись. — Я уже давно привык к своей семье… Точнее, к тому, что осталось от нее. Когда с детства в этом варишься, к такому относишься по-другому. Все в порядке.       Чонгук положил руку на колено старшего и мягко сжал в молчаливой поддержке, пока Юнги закивал в ответ на слова Кима, вспоминая о своем отце и разделяя его чувства. Только Чимин поджал губы, жалобно смотря на всех и чувствуя себя неловко из-за того, что у него в семье все было хорошо.       — Цени своих родителей, Чимин, и не извиняйся, что у тебя замечательная семья, — кивнул ему старший, заметив, как Пак опустил взгляд на стол и стал кусать свои губы. — Это офигенно круто, когда родители рядом и помогают.       — Да, — кивнул Юнги, обняв Чимина за плечи. — Это дорогого стоит.       — Бли-и-ин, мне же маме еще надо рассказать обо всем, — застонал Чонгук, прижав ладони к своему лицу и прикрывая глаза. — Увольнение, обвинения в убийстве…       — Жених, — продолжил Тэхен.       — Жених, — на автомате повторил за ним Чон, замерев на месте, заставив всех рассмеяться, за что он слабо толкнул старшего локтем в бок.       — Забыл передать, — хмыкнул Ким, успокоившись после смеха. — Как только Минхо разберется с твоим делом, Джун по-прежнему ждет тебя у себя в зале.       — Это так замечательно, — встрепенулся и с радостью посмотрел Чонгук на него в ответ. — Я боялся, что после всего случившегося…       — Джун через подобное уже проходил, — улыбнулся ему Тэхен, щелкнув того по носу. — Ему незачем менять решение. Он будет рад видеть тебя у себя.       — Что за зал? — встрепенулся Чимин, продолжив уплетать пирожное.       — Ты не рассказал им, как я прижал за яйца Минсока, а ты теперь будешь работать вместо него? — удивился Тэхен, наигранно возмутившись. — То есть, как у нас гандон порвался — ты рассказал, а про бывшего — нет?       — Ты сделал что? — не сдержавшись, вскрикнул Пак, уставившись на Тэхена и выронив из рук ложку, которая с грохотом упала на пол.       — Это все ты! — возмутился Чонгук, тыкнув Кима пальцем в грудь. — Я рядом с тобой обо всем на свете забыл. Такое ощущение, что за последние две недели у меня жизнь взорвалась, и каждый день происходит какая-нибудь поебень.       — Это я — поебень? — не сдержался Тэхен, наигранно возмутившись, словно обиделся.       — Да не ты поебень, а все это, — Чонгук обвел в воздухе рукой, — поебень.       — Мы — поебень? — не сдержался Юнги и тоже подыграл Киму, распахнув глаза от удивления.       — Да, блять, — разозлился Чонгук, а все громко рассмеялись, снова привлекая к себе внимание Хосока и других посетителей. — С кем я дружу, — фыркнул он, глядя на всех и улыбаясь от чувства, что он не просто счастлив, а наконец-то находится на своем месте с нужными людьми.