Детский летний лагерь Мин Юнги

      Чонгук сильно нервничал. Кажется, он так часто ерзал на сиденье автобуса, что почти проделал в нем дыру. Юной ведьме в этом году исполнилось 17 лет, на носу было поступление в магическую академию и взрослая жизнь. Родители очень хотели, чтобы обучение прошло гладко, поэтому договорились со своим старым другом - довольной известной ведьмой в узких кругах Мин Юнги, об одной услуге - обучении их сына в период летних каникул.       Как Чонгук узнал из многочисленных звонков родителей этому самому Юнги, он не сильно хотел брать себе нового ученика. И Меркурий у него так некстати был ретроградным в период с июня по июль, и посадка трав как раз намечалась на середину лета, которую нужно было делать в тишине и спокойствии. И много чего еще, включая гостившего у него племянника.       Путем долгих уговоров, манипуляций и надавливания на чувство вины, Юнги согласился принять ребенка под свою ответственность, но с один условием - тот будет послушен, а при 3 нарушениях правил пулей вылетит из дома ведьмы и больше там никогда не появится.       Родители, конечно, поохали и поахали, но убедили друга, что сын у них самый ответственный и законопослушный. Правда, перед отъездом хорошенько запугали Чонгука. И новый котел грозились не купить, если правила будут нарушены, и новую мантию в академию, а еще обещали лишить карманных денег на целый месяц. Одним словом, не родители, а ироды.       Честно говоря, к концу тирады мамы и папы ведьме уже не хотелось никуда ехать. Казалось, будто наказание неминуемо и даже пробовать не стоит его избежать, но родители были непреклонны. Усадили ребенка на автобус, помахали ручками с остановки и забыли о сыне, как о страшном сне, на ближайшие 3 месяца. По крайней мере, они очень надеялись, что Чонгука раньше не вернут.       За окном был дремучий лес. В автобусе помимо самой ведьмы было еще буквально 5-6 лесных созданий. Он не сильно вглядывался в них, потому что банально не хватало на это времени. Всю дорогу Гук прокручивал в голове правила поведения в своем временном пристанище-летнем лагере и репетировал приветственную речь.       - Моросилово! - Прокричал на весь автобус водитель. По коже Чонгука пробежали крупные мурашки, а в руках усилилась дрожь. Следующая остановка была его.       Автобус поехал дальше, напрочь позабыв на предыдущей остановке съехавшую кукуху Чонгука, иначе как объяснить несвойственное ведьме поведение типичной трусливой девчонки?       - Сраково! - Слишком скоро вновь закричал водитель. Чонгук шмыгнул носом, наскоро собрал все свои вещи и выбежал из автобуса навстречу потенциально просранному лету.       На удивление, нетривиальное название деревни совсем не совпадало с ее внешним видом. Автобусной остановки как таковой тут не было, транспорт подъезжал сразу к красивым деревянным воротам, которые были радушно открыты. Дальше были видны небольшие ухоженные домики. Почти у каждого жилища была своя территория с цветами и грядками. Все выглядело очень мило и приятно. Очевидно, жители деревни чрезвычайно любили свое место проживания и тщательно за ним ухаживали.       Постояв немного и собравшись с мыслями, Чонгук пошел к воротам, где его встретил милый дедушка-хранитель, скажем так, домовой всей деревни. Он объяснил где найти Мин Юнги, угостил медовой печенькой и по-старчески добро улыбнулся, хлопая Чонгука по плечу и желая удачи. Ведьма даже приободрился и увереннее зашагал по указанному маршруту.       В деревне было довольно много самых разных магических существ. Большинство из них здоровались, спрашивали имя и к кому Чонгук приехал, некоторые просто изучающе смотрели. В целом, прием был довольно дружелюбный.       Мин Юнги жил почти на самом краю деревни. Как объяснил хранитель, оттуда проще добираться до полянки с травами, поэтому путь до дома составил почти 20 минут.       Чонгук шёл и шёл, в то время как дома вокруг встречались все реже и реже, что немного смущало. Вдруг перед глазами и вовсе появился резкий спуск, а за ним 3 небольших домика. Ведьма почти выдохнул с облегчением, что наконец добрался, но его отвлек громкий крик.       - Тэхен, мать твою за ногу! - Из одного из домов выбежал лохматый кудрявый парень. На вид ему было лет 17. На ногах был один ботинок, в руках какая-то колба, на лице черное пятно от золы, а изо рта рвался жгучий смех.       За парнем бежал крайне злой мужчина с крохотным котенком на руках. Животному, видимо, от жизни тоже досталось. Золотая шерстка была вся мокрая и грязная. Мужчина орал благим матом и стрелял в паренька безобидными проклятиями, пока тот носился между домов и все никак не мог перестать хохотать.       Из соседнего дома на крик вышел рыжий невысокий мужчина, явно гном. Он только открыл было рот, чтобы узнать причины крика, как споткнулся о ведро под ногами и с громким звуком упал на землю. Смех стал еще громче, даже тот самый грозный мужчина и, кажется, котенок остановились и начали ржать.       Из того же дома выскочил другой персонаж - это был высокий и красивый эльф, который, увидев беду с гномом, тут же заохал и начал его поднимать. Чонгук тихо ахуевал, не зная как реагировать. Он просто стоял с открытым ртом и наблюдал, пока не услышал голос прямо у своего уха.       - Дурные они немного, да? - По округе разнесся оглушительный визг. Ведьма от испуга даже упал на землю. Над ним теперь возвышался ужасно улыбчивый фей, который Чонгука и напугал. Тот заливисто высоко хохотал, держась за живот, и поддакивал самому себе типа “орешь как девчонка, конечно! Ржу-немогу”.       Все внимание толпы в эту минуту обратилось на Чонгука и фея. Мужчина с котенком, наклонив голову, внимательно всмотрелся в ведьму и, хлопнув себя ладонью по лбу, позвал.       - Чонгука! Это ты? Мы тебя уже заждались, иди скорее сюда!       Юной ведьме уже точно совсем не хотелось никуда идти. От мысли, что мужчина, минуту назад покрывающий матом какого-то парня, и есть Мин Юнги, становилось не по себе. Деваться, правда, было некуда, поэтому Гук встал с травы, не без помощи все еще хихикающего фея, отряхнулся и пошел вниз по склону.       Юнги разглядывал его издалека довольно внимательно, не переставая поглаживать котенка. Лохматый парень успел уже куда-то испариться, а гном и эльф широко улыбались и тоже рассматривали ведьму.       - Здравствуйте, Юнги-ши! - Сразу начал с заученной фразы ведьма, кланяясь под 90 градусов. - Меня зовут Чон Чонгук, я приехал к вам на лето отработать магические зелья и проклятья. Позаботьтесь обо мне, пожалуйста!       Гук так и стоял с опущенной головой, пока не услышал недовольное “Ц”, явно от Юнги.       - Вставай, ты, демонов ради! - Немного недовольно проговорил старший,- можешь звать меня хён или сонбэ, а про всю эту формальщину с поклонами забудь, у нас в деревне так не принято.       Чонгук тут же поднялся и широко улыбнулся. Юнги выглядел все еще недовольно, но как будто играючи. Ласково гладил котенка за ухом и в целом создавал впечатление довольно дружелюбного человека.       - Знакомься, это Намджун,- Юнги указал рукой на гнома,- и Сокджин,- теперь на эльфа, - запоминай, соседи как никак       - А я Хосок! - Снова на ухо прозвучал чей-то звонкий голос, от которого Чонгук шарахнулся. Фей только гаденько захохотал и протянул руку для рукопожатий.       - Он у нас с задержками развития немного, - почесывая затылок и поглядывая на Хосока, прокомментировал Юнги. Фей снова расхохотался, а Чонгук по правде не понял - шутка это была или все таки нет.       - Очень рады тебя видеть! - Подал голос Намджун. Для гнома он был в общем-то великоват. Ну метр шестьдесят ростом так точно, крупный в плечах, рыжий как апельсин и весь в веснушках. На щеках появились милые добрые ямочки, когда гном улыбнулся, приветствуя, что даже нервный Чонгук не смог сдержать ответной улыбки.       - Чоны много нам о тебе рассказывали, - подал голос эльф. Его кожа светилась на солнце, уши стояли торчком, а глаза были голубее неба. Чонгук видел эльфов и раньше, но таких красивых - никогда.       - Родители, правда? Вы тоже с ними знакомы, Сокджин-хён? - Эльф лучезарно улыбнулся, как будто даже ослепляя своими белыми зубами, и часто закивал.       - Конечно! Мы все тут учились с ними вместе в магической академии, но они решили в городе остаться, а мы вернулись в лес       - Ладно, харе трепаться, потом все обсудите, дайте ребенку с дороги отдохнуть! А мне еще надо этого оболтуса найти и желательно выпороть. - Оборвал всех Юнги, нетерпеливо топая ногой       - Нет, Юнги, подожди, - окликнул Намджун, немного тушуясь под вновь ставшим злым взглядом старшей ведьмы, - а случилось то что? Вы так орали!       - Цц..- закатив глаза, выдал Юнги и показал котенка, вытянув руки вверх, будто представлял Симбу из “Короля Льва”, - он Чимина омолодил!       Хосок снова зашелся в хохоте, пока Сокджин и Намджун сочувствующе рассматривали котенка.       - А кто такой Чимин? - Внезапно осмелев, поинтересовался Чонгук.       - Мой муж,- коротко объяснил Юнги. Ведьма еще помолчал, а после под непонятливый взгляд подростка добавил, - Он оборотень, рысь, видишь? Просто сейчас в форме двухмесячного котенка, хотя ему недавно стукнуло 35.       Чонгук едва сдержал смешок. Попытка выдать сочувствие была провалена, на что Юнги снова закатил глаза, а после позвал его в дом.       - Твоя комната будет на втором этаже, в самом конце коридора. Наша с Чимином спальня на первом, вот тут, - Юнги показал дверь, которая шла сразу после кухни. - В соседней комнате от тебя живет мой племянник - Тэхен. Ты его уже видел, лохматый бес прямиком из преисподней. Ему 18, а ведет себя как пятилетка.       - Он правда бес? - Выпучив глаза, поинтересовался Чонгук. Таких существ он еще не встречал, они нечасто выходили       - Дорогой, ты идиот? - Мягко поинтересовался Юнги. Младший опешил, но замотал отрицательно головой, - конечно, он не бес! Ведьма, как ты и я, просто характером в мать - кикимору болотную, чтоб ее,- а дальше Юнги говорил что-то на татарском.       Чонгук вновь участливо покивал и пошел за Юнги на второй этаж. Там всего было 3 двери. Первая вела в своеобразный кабинет, где лежало много книг и трав, вторая - в комнату Тэхена, третья - в комнату Чонгука.       -Располагайся и чувствуй себя как дома. Я пойду отловлю племянника, а ты пока посмотри за котенком. Зелье сильное было, не исключаю, что и в развитии Чимин откатился на пару десятков лет назад.       Котенок с удовольствие пошел на руки к Чонгуку, ластился и мурлыкал, на что Юнги не поленился снова закатить глаза. Когда дверь захлопнулась, ведьма еще долго сидел с пушистым на своих коленях, гладил грязную шерстку, успокаивал. Малыш совсем скоро уснул, негромко порыкивая во сне.       Чонгук принялся раскладывать вещи. В комнате было довольно мало мебели - 1,5 спальная деревянная кровать, тумбочка, стол и стул, небольшой шкаф и комод, заваленный книгами.       Гук как раз рассматривал старые сборники с рецептами зелий, когда снизу послышался грохот и крик.       - Ты не ребенок, а чертово проклятье! - Сокрушался Юнги, - будешь месяц котлы по ночам драить, это же надо было додуматься Чимина в зелье молодости искупать!       - Он случайно туда упал, аййй!!! - Кого-то явно по мягкому месту чем-то били, судя по звукам - полотенцем.       - Так упал он туда, потому что ты пытался вылить в мое зелье настойку для запора, а он прыгнул на тебя, чтобы помешать! - И еще один звонкий хлопок.       - Аййй!! Да откуда вы знаете, дядя!       Дальше слышно было плохо из-за топота ног. Видимо, Тэхен вырвался и сейчас носился по дому, спасаясь. От криков проснулся котенок. Он спрыгнул с кровати и пошел скрести дверь, чтобы его выпустили. Чонгук выходить из своей комнаты совершенно не горел желанием, а пускать на произвол судьбы новоиспеченного ребенка тоже не хотелось.       Чимин громко и грозно зашипел, когда понял, что дверь открывать ему не собираются, поскреб угрожающе лапами по деревянным доскам, а потом замер и… Обернулся!       Чонгук выпучил глаза, когда после негромкого хлопка и золотистого дыма в комнате оказался пятилетний малыш, который ловко открыл дверь и как был голышом побежал вниз. Ведьма устремился за ним.       Поймать ребенка удалось только на предпоследней ступеньке. Чимин брыкался и визжал, всячески пытаясь выбраться, пока Гук старался поймать равновесие и не упасть с лестницы.       Внизу было слишком тихо. Как только Чимин и Чонгук это осознали - тут же переглянулись и со страхом стремительно пошли на кухню.       На диване лежал Юнги, кажется, без сознания, а у котла стоял Тэхен и что-то варил. Парень был немного дерганный.       Ребенок тут же спрыгнул с рук и побежал к самому старшему, в то время как Чонгук подошел к Тэхену.       - Что у вас случилось? - Тихо поинтересовался Гук, поглядывая на Юнги. Тот вроде бы пришел в себя, медленно моргал, оглядывая сидящего на нем Чимина.       - Дядя Юнги целился в меня обездвиживающим проклятием, но попал в зеркало, то отрикошетило заклинание и пустило обратно в хозяина. А я вот противоядие варю       - Понятно, - чуть-чуть успокоившись, выдал Чонгук.       - А ты тот самый Чон Чонгук?- Поинтересовался Тэхен, размешивая зелье большой ложкой и теперь разглядывая ведьму рядом с собой.       - Почему тот самый?       - Потому что как дяди услышали о твоем приезде, сразу суетиться начали. Чонгук, Чонгук, только это и слышал последние две недели. Они ставили ставки даже       - Правда? И какие? - Гук и правда был очень удивлен       - Разные… На кого ты больше похож - на маму или на папу, какой у тебя магический резерв, любимый предмет и… Будешь ли ты хуже, чем я?       - По поведению что ли?       - Конечно       - Мне до тебя далеко…       - Никто на тебя и не ставил…       Остаток вечера прошел довольно спокойно. Юнги откачали, но двигался он довольно медленно, а говорил и того хуже, еле волоча языком, не выговаривая буквы. И хотя на вечер, очевидно, было запланировано взросление с помощью зелья Чимина, его пришлось отложить. Юнги все таки хотел детей чему-то научить, а сейчас это получилось бы плохо. Так что после ужина все отправились спать.       Чонгук, переполненный эмоциями, долго не мог уснуть. Когда он почти провалился в сон, вдруг услышал скрип половиц. Не зная зачем, Чонгук крадучись подошел к двери и тихо открыл ее. По коридору сосредоточенно передвигался Тэхен, очевидно пытаясь не шуметь. Преследуя свое любопытство, Чонгук отправился за ним. Уже на улице Тэхен коротко обернулся, обращая на ведьму внимания, и спросил.       - Чего ко мне привязался?       - Интересно просто, - пожав плечами, ответил Чонгук. Тэхен ничего больше не сказал и пошел дальше к полянке.       Луна была почти полная, небо чистое, ни облачка. Лес тихо шумел из-за ветра и поющих ночных животных. Парни шли молча друг за другом около 10 минут, пока не добрались до озера. Тэхен сел на берег в позу лотоса, глубоко вздохнул и… все.       Чонгук растерялся, сел рядом и начал ждать, но ничего не происходило. Тэхен просто сидел с закрытыми глазами и все.       Позже он узнал, что Тэ по ночам приходит к озеру медитировать и набираться энергии. Его мама и правда кикимора болотная, так что парень генетически лучше пропитывается силой именно недалеко от водоемов. Он бы и делал это все днем, как большинство полукровок, да, оказывается, стеснялся и не хотел показывать себя с такой стороны - спокойной, тихой, уязвимой.       Хотя Чонгук чистокровная ведьма и энергию подпитывать не имел особой нужды из-за силы рода, он в этих ночных медитациях тоже нашел для себя плюсы. Ложился недалеко от Тэхена на землю в позу звезды и смотрел на ночное небо. Иногда повторял выученный материал или раздумывал над тем, что бы хотел узнать дальше. Но никогда не пропускал их ночные вылазки.       Первый месяц пролетел довольно незаметно. Чонгук планомерно вливался в деревенскую жизнь и получал от этого удовольствие. Юнги был совершенно не страшным, а, наоборот, заботливым и веселым хёном, если, конечно, его не злить. Чимин был и в человеческом обличии мягким и пушистым, покладистым. Он с Чонгуком сразу нашел общий язык, учил его готовить и хозяйство вести, пока Тэхен и Юнги все больше занимались мужскими делами - типа дров наколоть или починить что-то.       Рано утром Юнги и дети всегда отправлялись на сбор трав. На полянке они обсуждали план на день и повторяли пройденный вчера урок. В это время Тэхен и Гук любили дурачиться. Пока Юнги шёл впереди, Тэ всегда строил смешные рожи и пытался хёна передразнить, а Чонгук едва сдерживал смех и повторял за старшим.       На самой поляне они устраивали марафоны - кто быстрее соберет зверобой или шалфей, кто больше проклятий на другого успеет натравить или кто разбудит задремавшего Юнги, показывая перед ним рожи.       После сбора трав они уставшие отправлялись домой завтракать. Иногда к ним заходили вместе провести трапезу соседи, расспрашивая об успехах, а иногда они ели вчетвером.       После завтрака все расходились по своим делам. Юнги делал срочные заказы, подростки либо что-то учили, либо помогали хёнами. Чонгук часто готовил с Чимином обед и ужин, делал заготовки, помогал со стиркой и другими домашними делами. Тэхен периодически присоединялся к Намджуну. Гном хоть и невысокий был, но крепкий, мускулистый, в деревне занимался починкой, покраской, прополкой грядок, в общем всем, что силу требовало. Тэ руками делать что-то тоже любил, так что с удовольствием присоединялся.       Сокджин был местным стилистом. К нему приезжали даже из соседних деревень за советами касательно одежды и макияжа. Посетителей у него всегда было много, особенно по субботам - в этот день часто устраивали свадьбы, эльф женихов и невест красил и укладывал.       Чонгук у Сокджина многому научился. Узнал вот какая прическа ему больше идет и как сделать макияж глаз, чтобы подчеркнуть красивый разрез. Пару своих вещей перешил, чтобы быть модным. Тэхен на все его эксперименты только глаза закатывал и убегал, когда объектом пыток пытались сделать его.       Хосок работал в местном детском саду, куда Тэ и Гук тоже иногда захаживали. Дети вот чрезмерной активности и смешливости феи были только рады и всегда уходили довольные домой, чего не скажешь о Юнги. Каждый раз, когда Мин видел Хосока на горизонте, пытался испариться, лишь бы волна счастья его не захлестнула. Юнги спокойствие любил и тишину, хоть и был считай управляющим местного детского лагеря для непутевых ведьм.       В два все обедали, а потом расходились на тихий час. Вставать приходилось рано, чтобы собрать траву для зелий с восходом солнца. Юнги говорил, что так в них сохраняется больше полезных свойств, ведь растения только “проснулись”.       А после тихого часа начинались занятия.       - Напомни мне классификации зелий,- попросил Юнги Тэхена, пока размешивал что-то в котле.       Тэ лежал на диване ногами на спинке, а головой почти на полу, Чонгук сидел на ковре и записывал все действия Юнги. Старший готовил новое зелье для детей с витаминами для роста.       - Возвратные и невозвратные       - И что это значит?       - Что для первой категории можно сделать противоядие или аналогичный продукт, но с противоположным эффектом, чтобы вывести действие зелья в ноль. А для деактивации второй категории нужны особые условия или они отсутствуют. Обычно это индивидуальные заказы. Действие невозвратных зелий всегда направлены на конкретного человека, поэтому прекратить воздействие можно только соблюдая определенные правила.       - Какие, например?       - Зависит от зелья, конечно. При привороте - это взаимодействие с объектом воздыхания, например       - А что значит «для деактивации особые условия отсутствуют»?       - Значит, что ничего уже не поделать. Если зелье вызывает мгновенную смерть, обратно человека уже не вернешь. Вот и вся история.       - Каких зелий больше?       - Возвратных…       Чонгук откровенно говоря не слушал. Кажется, он все это уже знал, а может быть и нет, не суть. Юнги так ловко разделывал на доске ингредиенты для зелья, что все внимание ведьмы было сконцентрировано на чужих руках, а негромкие спокойные голоса убаюкивали.       Юнги насыпал мак в специальную чашку, чтобы растолочь вместе с какими-то сухоцветами, следом взялся за нож и аккуратно разделал куриные лапки. Потом с верхней полки достал слезы болотного духа, на весах отмерил ровно 3 миллилитра и тут же залил в бурлящий котел.       - Чонгук, ты все запомнил? - Голос старшего заставил испуганно вздрогнуть.       - Да, сонбэ, конечно! Тэхен, спасибо, что все проговорил! - Чонгук был мастер выходить из ситуаций, которые на первый взгляд казались патовыми. Юнги пожал плечами, не замечая подвоха, и начал рассказывать о том, какое зелье готовит.       Тем временем Тэхен наконец-то сполз с дивана и переместился на ковер к Чонгуку.       - Спорим, что ты не сможешь незаметно украсть у дяди лепестки бакопы?       - Бакопы? Зачем они тебе?       - Потом узнаешь, так что? Слабо?       - Нет! - Громким шепотом ответил Гук и сосредоточился. Как назло лепестки стояли на самой верхней полке и украсть их незаметно было трудно. Чонгук напрягся, вызывая слабый поток ветра, который смог бы подхватить баночку, но при этом не издать завывания. Он увлеченно подталкивал лепестки к краю, пока Юнги носился со своим зельем.       Бакопа стояла уже на самом краю, когда Тэхен закричал: «Дядя, горим!», что вызвало суету и грохот, кажется, от падения половника на пол. Чонгук в это время ловко толкнул потоком ветра банку, заставляя ее упасть с полки, и спрятал под кофтой.       - Тэхен, ты совсем идиот!?! Жить надоело?! - Рвал и метал Юнги, пока Тэхен, уже привычно, вроде бы и строил виноватую морду, но на деле едва сдерживал смех.       - Мне правда привиделось, что мантия загорелась, дядя! Честно-честно       - Демоны тебя дери… Как с тобой вообще справляться? - Забормотал Юнги и принялся разглядывать зелье, боялся, что туда могло что-то лишнее упасть.       Как оказалось позже, лепестки бакопы Тэхену понадобились для зелья, улучшающего память. И нет, он не хотел начать запоминать все лучше, его цель была создать из него зелье с противоположным действием, а после напоить им Юнги.       Варили они с Чонгуком зелье по ночам, когда Тэхен медитировал. На деле всю работу сделал младший, а Тэ только ингредиенты добывал, да иногда подсказывал в какой очередности засыпать продукты.       На разработку варева ушло почти 1,5 недели, но результат того стоял. Мин 3 дня не мог разобраться, почему он такой рассеянный и все забывает.       После выяснения причины, подростки наотрез отказались признаваться, кто виноват, даже выпив зелье правды. Сидели, как партизаны, ладошками рты друг другу позакрывали и на вопросы не отвечали. А Юнги посмеялся только и похвалил за отличную работу. Зелье было сварено профессионально. За что же ругать?       Чонгук втягивался в шалости со временем все сильнее. Как и говорили родители, он действительно был ответственным и законопослушным парнем. Но рядом с Тэхеном все резко поменялось. Хотелось дурачиться, испытывать адреналин, который разливался по венам каждый раз, когда они проворачивали очередную абсурдную кражу или порчу зелья Юнги.       Гук чувствовал себя рядом с Тэхеном живым и интересным. Ему впервые было так легко и свободно. Раньше он жутко всех стеснялся, хотел быть удобным и не доставлять лишних хлопот. А Ким раскрепощал, показывал, что можно жить иначе, при это не нанося на самом деле особого вреда. Их шалости по сути были довольно безобидными.       Так они однажды с Тэхеном испортили зелье Юнги для гнома. В варево для роста мышц подсыпали кое-чего да скрылись с места преступления. После обнаружения в зелье чего-то незапланированного, их обоих заставили в углу стоять часа 1,5, пока Мин готовил новое зелье для Намджуна, чьи рыжие волосы с легкой руки детей стали зелеными.       Они превращали кур в зайцев, как-то отрастили Джину павлиний хвост, сами пробовали полную и частичную трансформацию, пугая местных жителей в обилке летучих мышей. Отрывались как могли.       Признаться честно, 3 нарушения правил Чонгук уже давно истратил, но Юнги, то ли по доброте душевной, то ли просто из милости, закрыл на это глаза и… Возможно радовался, что его племянник тоже ожил.       До приезда Чонгука Тэхен просто все портил. Был сложным, на всех обиженным подростком. Специально подливал что-то в зелья или чай посетителей, ставил подножки, отвечал на вопросы неправильно и в целом делал все назло, лишь бы показать как ему тут плохо. А сейчас он начал учиться… каждая новая шалость была интереснее предыдущей и Юнги гордился. Они делали действительно интересные зелья и практиковали прикладную магию вполне успешно, отлично работая в команде.       Тэхен выглядел счастливым, ровно как и Чонгук. Казалось, что даже слишком.       Самой младшей ведьме, откровенно говоря, тоже иногда казалось, что все между ними было слишком. Дружба у них была крепкая, но с подвохом.       Странности появились примерно в начале июля. Например, Чонгук однажды спустился на кухню утром, увидел там заспанного Тэхена без футболки и даже на секунду потерялся. “Красивый”, почему-то подумал младший тогда, но мыслей своих тут же испугался. Покраснел да в баню убежал умываться, а после постарался о мыслях забыть, но они все таки иногда в голове проскальзывали.       Чонгуку еще внезапно важно стало, чтобы Тэхен его новую прическу, выученную у Сокджина, похвалил. Или сказал свое любимое «молодец, Гуки!» и по волосам потрепал, когда младший в очередной раз поддался на уговоры и что-то незаметно украл у Юнги.       Но ладно Чонгук, придумал себе что-то да мучался, но Тэхен ведь тоже вел себя странно, не по дружески немножко. Подливал масло в огонь и заставлял активнее пытаться все забыть и затолкать поглубже в себя. То во время слежки пристроится сзади и на ухо тихо задышит, что мурашки по коже табуном пойдут, то как-то двусмысленно за бедра возьмется, пока Чонгук с верхней полки достает книги или травы. В общем, выкинет что-то, а потом с невинным лицом испарится из поля зрения, оставляя страдать одного.       С наступлением августа начала накатывать грусть. Отъезд сначала домой, а потом в академию уже маячил перед глазами, а деревня слишком скоро стала родной. Уезжать совсем не хотелось. Чонгук эти мысли мог по долгу гонять в голове и отвлекаться от реального мира. Так его однажды Тэхен и подловил.       - Ты какой-то грустный, Гуки, может мы тебе немного зелья счастья в чай добавим? Дядя как раз недавно приготовил. Представляешь, у него, оказывается, план зловещий. Хосок его своим хохотом в край задолбал, так что дядя Юнги придумал сделать сначала зелье счастья, а потом попробовать из него вывести зелье несчастья, чтобы пыл Хосок-хёна поумерить.       - А почему бы просто проклятие не наложить?       - Какой ты жестокий, Гуки, - заворковал с улыбкой Тэхен и начал в чай что-то все таки капать, - проклятье все таки хуже зелья. Оно оставляет отпечаток на ауре, особенно такое сильное, негативное, а зелье такого характера почти безобидное, если соблюдать дозировку.       - Ну да, ты прав, если рассчитать правильно количество капель на массу тела, Хосок может просто стать более спокойным, а при проклятье мог бы и депрессию заполучить       - Ты прав, - пододвигая чай к Чонгуку, с улыбкой проговорил Тэхен и взъерошил его волосы, - пей скорее и тебе станет легче       Чонгук сделал первый глоток и довольно улыбнулся. Ему сразу как будто стало тепло на душе, видимо, зелье и правда было хорошее. Чашка закончилась довольно быстро. Тэхен со своим чаем управился так же скоро и пошел убирать посуду, но у столешницы замер и испуганно обернулся к Гуку.       - Что случилось?       - Гу, ты только не пугайся…       - Что такое?       - Я, кажется, перепутал зелья       - Ты ЧТО?       - Да, Гуки, ты знаешь, как действует любовное зелье?       - Любовное? Тэхен, ты совсем головой ударился?! Как ты их мог перепутать?       - Они рядом стоят, все в положительных эмоциях, да и цветом похожи, я случайно!       - Черт, что теперь делать? Я же… Ох, нет! Ты мне его налил, получается…       - Получается, что твоя любовь обрушится на меня…       - Как же так, демоны, что теперь будет?       - А ты правда не знаешь?       - Ну разве что чуть-чуть, я такой ерундой не интересовался!       - Ну тогда слушай. Сначала тебе станет тепло, будто солнце тебя оглаживает своими лучами       У Гука глаза на лоб полезли, ведь именно это с ним и происходило.       - Потом сердце начнет биться чуть чаще, как будто ты задыхаешься.- Сердце действительно забилось с новой скоростью, особенно когда Тэхен приблизился и начал говорить низким шепотом,- дальше у тебя обострятся органы чувств, но только в направлении одного конкретного человека. Тебе будет казаться, что теперь ты чувствуешь только его запах, слышишь только его голос, видишь только его и чувствуешь тоже только его.       Мир Чонгука начал сужаться. В нос и правда забился аромат Тэхена. Он пах травами и немного соленой водой. Звук его дыхания стал непомерно громким, а голос обволакивал сознание и растекался по мозгам сладким медом.       - Эти чувства будут нарастать. Появится одно желание - коснуться. И просто быть как можно ближе, отдать всего себя       - И как… и как снять это? Тэхен, где противоядие?- С трудом выдавил из себя Чонгук       - А его нет,- пожав плечами легко сказал Тэхен и совершенно не сочувствующе ухмыльнулся.       - В смысле его нет?       - Гуки, это зелье относится к числу невозвратных. То есть сделать противоядие просто невозможно. Но есть альтернатива       - Какая?- Чонгук почти потерял надежду, но тут же ее вернул       - Ну как же, Гуки, проклятье и зелье снимается поцелуем. Наш дядя все таки не криминальный авторитет и не делает крепкие любовные зелья, которые нельзя снять. Все его варева в основном продаются подросткам, которые любят такой ерундой баловаться.       Чонгук гулко сглотнул. Сейчас мысль поцеловать Тэхена долбила по мозгам. Последнюю минуту он только и смотрел на мягкие блестящие губы и мечтал впиться в них своими. Но это было не правильно. Или слишком правильно в данный момент. Понять было сложно.       Головой Чонгук понимал, что дело пахнет жареным и возможно стоит дождаться Юнги, а не доверять Тэхену, но коснуться хотелось безумно.       Младшая ведьма подскочил на ноги, роняя стул позади себя, и побежал на второй этаж. Очевидно, он принял решение дождаться Юнги. Тэхен за ним не пошел, оставляя личное пространство и возможность подумать.       Было очень тяжело. Все тело буквально сводило и зудело от желания спуститься вниз, найти Тэ и коснуться его. Хотя бы пальчиком. Вдохнуть его аромат, увидеть мягкие кудри и просто ощутить его присутствие.       Но Чонгук лежал, уткнувшись в подушку, и терпел, хотя было невыносимо. Вечер наступал медленно, казалось, что день длится вечно.       Когда внизу послышались голоса, а после и крик Чимина, который звал на ужин, Чонгук уже был похож на чучело. Волосы взъерошенный от того, что Гук их часто дергал, глаза все были красными от напряжения и пары слез, голова болела, а тело ломило.       За ужином он молчал под непонимающие взгляды всех присутствующих. На Тэхена Чонгук принципиально пытался не смотреть, но получалось плохо. А в глазах парня было столько волнения, что Гуку становилось не по себе. Младший будто чувствовал все его эмоции и жалел, что так себя вел и заставлял друга волноваться.       Юнги рассказать о зелье он так и не решился. Сослался на плохое самочувствие и ушел к себе. Долго ворочался, но зуд никак не проходил. Тогда Чонгук решил, что выбора и сил у него больше нет. Встал с кровати и отправился к озеру.       Там привычно сидел Тэхен в позе лотоса и медитировал. Чонгук не впервые отметил, что друг очень гармонично смотрится на берегу озера в лунном свете. Его кудри красиво бликовали, на профиль мягко ложился свет и делал лицо еще привлекательнее, а фигура, ну, она всегда была отличной.       Желание подойти, обнять и поцеловать стало еще сильнее. Терпение лопнуло. Гук сделал несколько шагов на встречу, когда Тэхен внезапно обернулся, а после встал и затараторил       - Чонгук, прости, это все неудачная…       - Замолчи,- прошептал прямо в губы Чонгук и мягко поцеловал. Он так сильно хотел этого, что в чужие губы буквально простонал. Но легче не стало. Прикосновение было одуряюще приятными, теплым и уютным. Когда Тэхен задвигал губами на встречу и вовсе весь мир закружился. У Чонгука коленки задрожали от удовольствия. Это первый его поцелуй и он был таким желанным и волнительным.       Тэхен обвил руками чужую талию, прижимая ближе к себе, Чонгук нерешительно положил руки на плечи Тэ и продолжил неумело отвечать на поцелуй. Воздуха не хватало, но было так наплевать. В животе кружились бабочки, а голова совсем не работала. Там было только слово «ещё» и пустота.       - Гуки, милый, посмотри на меня       Тэхен все таки отстранился на несколько сантиметров и принялся рассматривать блаженное лицо Чонгука. Но младший был как будто без сознания, слепо потянулся вперед к чужим губам и вновь начал поцелуй. Мягкий и трепетный.       Тэхен не нашел силы отказать, лишь потянул Чонгука вниз, и усадил к себе на бедра, продолжая сладкую пытку. Устав младший отстранился и обнял ведьму за шею, укладывая подбородок на плечо. Тэ еще долго гладил его по спине и молчал, пока Чонгук не уснул.       Проснулись они в одной кровати и младший, хотя и чувствовал себя физически лучше, не мог понять, почему его все еще тянуло к Тэхену. Парень мирно спал на соседней подушке, мило причмокивая губами. Его кудри разлохматились, но все еще выглядели красиво. Хотелось их потрогать, а потом чмокнуть в макушку.       И Чонгук почему-то не смог себе в этом отказать. Запустил руку в мягкие волосы, коснулся губами пробора почти у самого лба, опустился поцелуями к уголку рта, скуле и шее, пока Тэхен громко не вдохнул воздух, просыпаясь.       - Ты чего балуешься, Гу?- Посетовал сонный Тэхен, пока пытался с трудом открыть глаза и посмотреть на нарушителя своего сна.       - Действие зелья так и не закончилось. Я все еще хочу тебя целовать.       Вмиг блаженное лицо Тэхена стало серьезным и немного виноватым. Он приподнялся на локте и заглянул Чонгуку в глаза.       - Сердце все еще часто бьется и хочется быть рядом?       - Да       - Кажется, что жить без меня не можешь?       - Да       - И все чувства обострились?       - Да, да, да, я же сказал!       - У меня для тебя плохие новости, Чонгук       - Какие? - Напуганно уточнил младший, вжимая голову в плечи       - Ты влюблен       - Чего? - Глаза буквально на лоб полезли       - Влюблен ты в меня, говорю! Никакое зелье я тебе вчера не подливал. Пошутить хотел, а ты…       - Как не подливал?!? - Тут же вскочил с кровати Чонгук, утаскивая за собой и одеяло. Он инстинктивно прикрылся им, хотя был полностью одет, - а как же симптомы?!? Я все чувствовал!       - Боюсь, что ты просто их себе придумал       - Как придумал? - Силы от стресса кончились и Чонгук расстроенным плюхнулся на попу прямо по середине комнаты, - я все чувствовал, все, что ты описал!       - Ну точнее не придумал… а как бы просто… разрешил себе испытать? Значит все это изначально было в тебе просто, когда я описал конкретные вещи, ты наконец их отпустил и осознал.       Чонгук молчал. Смотрел в пол и пытался понять, правда ли это. К несчастью, да. Правда. Он все это время был влюблен, но скрывал даже от самого себя, потому что страшно? Чонгуку скоро уезжать в академию, а Тэхен, наверное, останется здесь, да и в целом… Они же друзья?       - Но у меня есть и хорошая, наверное, новость       Чонгук поднял свой вмиг ставший безразличным взгляд. Будто мир погас. Тэхен даже испугался       - И какая?       - Я тоже влюблен в тебя!       Чонгук подумал, что ослышался.       - Чего?       - Говорю, что тоже влюблен в тебя! Так что можешь просто, ну не знаю, поддаться своим желания и поцеловать?       Чонгук смотрел на Тэхена как на умалишенного.       - Издеваешься?       - Ни в коем случае!- Убедительно сказал Тэхен и развел руки в стороны призывая к объятьям, - смирись и расслабься!       И Чонгук, тяжело вздохнув, поднялся и нырнул в спасительные объятья. Было хорошо, даже слишком.       - А как мы теперь будем?       - Будем что?       - Жить, Тэхен. Я через 2 недели уеду в академию, а ты тут останешься       - Это еще почему?       - В смысле?- Чонгук приподнялся на локте и заглянул Тэхену в глаза, тот смотрел с недоумением       - Я же тоже еду в академию учиться. В том году не поступил, вот меня к Юнги и отправили знания подтягивать, а весной все экзамены пересдал и меня зачислили на первый курс       - А почему ты молчал?!? - Гук был крайне возмущен       - Так, а ты же не спрашивал!       Крыть было нечем, но слова успокоили. Чонгук улыбнулся, а после даже пустил облегченный смешок, получая широкую улыбку в ответ. Он расслабился и вновь лег в чужие объятья. В общем, лето прошло отлично - и знания подтянул и парня нашел. Ставим детскому лагерю Мин Юнги 12 из 10 баллов. Будем приезжать еще!