Я сделаю тебе приятно

Ну сколько они ещё так проживут, год, два? Вадим взрослел и всё больше и больше понимал, на сколько это неправильно, та и не могла же это длиться вечность, хоть и поддаться неугасаемому желанию было слишком легко. Их связывали не только плотские утехи, а глубокая душевная связь, которая лишь укрепилась таким способом. А Глеб своего мнения так и не менял, принимая всю неправильность их отношений. Старший Самойлов начал с малого, спихивая всё на занятость, усталость, сессии, дипломы. Позже снова занятость и уже работу. Но он никогда не отказывал брату в простом разговоре или обычном времяпрепровождении, всегда помогал и не был груб. Но конечно не обходилось без ссор или обид. Глеб не глуп, чтобы не замечать отстранённость брата в любовных планах. Чем дальше всё это заходило, тем больше его сердце обливалось кровью, по немного, по чучуть, тихо нагнетая тревогу и боль. —Почему?!!!!! – Маленькие капельки слёз часто стекали по щекам юного, уже совершеннолетнего Глеба. Он с искренней надеждой бегал глазами по лицу Вадима. —Потому.... Что это неправильно. – Тяжело выговаривал старший. Он не хотел этого говорить. Он не мог даже смотреть на плачущего брата, у самого уже ком в горле почти передавливал дыхательные пути, но он с последних сил сжимал свои зубы, держа себя в руках. Он не мог смотреть на него, но приходилось, ведь отвести взгляд было ещё труднее. Он не хотел. Он совершенно не хотел этого говорить. —Нет. Блять, нет! И что?! Та не плевать ли на это, не похуй же ну?! Тебе это как-то мешало блять?!! – Глеб кричал, он пытался достучаться до брата, будто если это будет громче, то он поймёт и передумает. Младший чувствовал как его горло резко сжималось от истерики и слёз. Глядя на молчащего, такого же страдающего в душе Вадима, Глеб просто уже не выдерживал, отворачиваясь от него в сторону и тряся кистями рук в попытке выкинуть адреналин. Истошные звуки плачя и безвыходности ударялись об стены и врезались в голову и сердце старшего. – Я люблю тебя блять!!! – Прокричал Глеб, снова резко замолкая и глядя на брата. – И ты тоже меня любишь! Я то знаю!! Я вижу! И ты думаешь я на столько тупой, что не понимаю ничего? Когда ты в последний раз меня целовал? Полгода назад? А до этого ещё полгода? Младший так искренне говорил об этом на своих вспыхнувших эмоциях, что почти не фильтровал свои слова. Вадим ощущал как его сердце сжимает колючая проволока, а глаза намокают. Он крепко обнял брата и прижал к себе, что есть сил. Утыкаясь губами в волосы при макушке Глеба, старший не показывал ему свои слёзы. А младший же при первой возможности вцепился руками в тело брата, боясь выпустить его из объятий и продолжал тихо плакать. Глебу нужно было время. Он пытался адаптироваться, но уже после подавленного состояния. Вадим помогал ему и всячески способствовал его состоянию. Конечно он мог бы, но не стал делать никаких действий в сторону их прежних отношений, ограничиваясь исключительно близко братскими. В какой-то из лучших периодов Вадим позвал Глеба в свою не так давно собранную группу и с тех пор многое изменилось. Их отношение друг к другу стало снова крепкое и надёжное, больше времени проводили вместе, Глеб писал тексты, складывая в них свой собственный одинокий смысл о той самой любви, о тех чувствах, о правде. В правда была в том, что чувства никуда и не делись, может даже стали сильней, но он не разбирался в этом, часто чувствуя тоску при обыденных вещах. А Вадим кажись слишком легко пережил это действие давно, тем самым только усугубляя состояние Глеба. Он много думал, достаточно много, чтобы рассмотреть все варианты и вернуться к мысли, которой он придерживался. Он знает, как это неправильно, но он жил так, пока его психика и мировоззрение формулировались, поэтому это не кажется на столько ужасным. Агата кристи – одна из величайших рок-групп нынешнего времени. Считали так многие, но точно не Глеб. Как можно считать себя великим, когда средств иногда не хватает на самые банальные вещи для музыканта? В последнее время стало слишком много потребностей, как грязи, только вот денег столько не наберешся. Как братья стали жить отдельно и их бюджет зависеть только от концертов, так сразу и начались проблемы. К этому добавились ещё разгул, пьянки и наркотики. В трудную минуту приоритеты каждый сам для себя поставил. Вынимая из пыльного шкафа небольшой пакетик с белым порошком, Глеб был несказанно рад тому, что его заначка ещё не закончилась. Сейчас определённо станет легче. Глеб не помнил, а может быть просто не задумывался, как через несколько часов оказался около дома брата. Он знает, что Вадим тоже в последние дни ходит весь на нервах. Это ли не повод просто забыться на какое-то время? Делая глоток из банки дешёвого пива, купленного по дороге, Глеб ударил несколько раз кулаком по двери. Старший Самойлов сосредоточено сидел на диване с блокнотом в руках и ломал весь день голову, да тексты не клеились. Пара скудных, ничем не связанных между собой фраз читались из разу враз и уже так надоели. От скуки Вадим наводил слова снова и снова, пока буквы не стали жирными, что аж прочитать сложно. На столько впустую он давно уже не тратил время. Опустошённый, уставший, забитый мыслями и одновременно с пустой головой Вадим поджимал губы и сильно щурился, дабы увидеть в полу тёмном, из-за век, пространстве хоть что-нибудь, хоть очертание какой-то тени, маленькую щель со светом озарения, но нет. У брата это получалось всегда лучше и интереснее, с глубокими подтекстами и смыслом. Но сейчас у обоих всё на нуле. А вот и он. Брат. Только старший об этом ещё не знает. Только открыв дверь, у Вадима пронеслась мимолётная фраза «вспомни солнце вот и лучик, да?». По виду младший был в норме, только его выдавало то, что он немного шатался и это только при первых пару секунд. Вадим глубоко выдохнул и пропустил гостя к себе. —Проходи. Только мне нечем тебя накормить. – Со смирением молвил владелец уютной однушки прошёл снова в комнату. Глеб пьяно приподнял уголки губ, по-хозяйски переступая порог квартиры брата. —Да похуй, Вадь, я так заебался.. – Наспех скинув ботинки и сбросив куртку, он пошатываясь прошёл за Вадимом. Темноволосый парень буквально завалился на раскладной диван, откинулся на спинку и пару секунд попялился в потолок. После он повернул голову на брата и осмотрел его серьёзным, но уставшим взглядом. —Откуда у тебя деньги? – Состояние Глеба не радовало Вадима. Ведь если он под действием наркотиков, значит точно где-то нарыл денег, которых и так было слишком мало. – Мне есть нечего, а ты обдолбался. Немного раздражённый Вадим был то-ли из-за недосыпа, то-ли из-за опускания рук. Видеть брата в таком состоянии было не в новинку, это не было особой проблемой, но мысль и хотя бы лишней копейке уже будоражило воображение старшего. Глеб сел рядом с Вадимом, нервно шарясь по карманам штанов. —Вадь, ну не начинай, а. Ну были копейки какие-то, какая разница, их всё равно на всё не хватит. – Он прекрасно понимал, что придя к брату в таком виде, его сразу же начнут отчитывать, но тон Вадима всё равно был неприятен, не до его вопросов сейчас. Глеб вынул из кармана вскрытую упаковку с булочкой, протягивая её Вадиму. – Держи, теперь есть что. – Он ехидно усмехнулся, следом вынимая пакетик с белым порошком. – Кстати говоря, думаю тебе бы тоже не помешало. – Глеб заинтересованно заглянул в глаза Вадима, протягивая ему находку. Он прекрасно помнил о том, что брат всё пытается с этим завязать, но ведь сейчас такие обстоятельства, не просто так. Вадим явно не был в настроении обсуждать наркотические вещества и отношение Глеба к ним. Когда карие глаза упали на выпечку, что принёс гость, старший Самойлов Усмехнулся и с лёгкой смешинкой выдохнул. Но как только в поле зрения попал пакетик с наркотиками, парень очень плотно прижал руку к своему лицу и провёл вверх, после по голове, заводя волосы назад и отпуская, при этом он тяжело вздохнул и на выдохе промолвил имя брата. —Глеб... – Старший взял из рук второго выпечку и откусил, далее не продолжив фразу. Вадим тоже баловался этими веществами, конечно же начал чуть ранее, чем брат, позже они вместе тонули в этом. Выходить на концерте в пьяном состоянии конечно весело или просто отдыхать где-то в рандомных местах, но под действием веществ на мозг можно делать некоторые глупые вещи. Глеб вновь слабо улыбнулся реакции Вадима на наркоту, аккуратно отгибая край пакетика. —Ну что "Глеб" то, неужели сам не хочешь? Мне можешь не пиздеть, я сам всё прекрасно знаю. – Он взял немного порошка пальцем, прислоняя его к верхней десне. – Вадь, реально легче станет. – Глеб довольно прикрыл глаза, опуская голову на плечо брата. Ещё раз взглянув на Глеба, темноволосый парень видел сей процесс и сжимал челюсти. Сердцебиение будто стало громче, когда он наблюдал за этим. На плече стало тяжелее и приятнее, а Вадим косился на пакетик и молчал. Внутри будто стало горячо, а снаружи наоборот, прохладнее. Внутренняя боротьба была немой. Никакие мысли не тревожили его сознание, но он противостоял себе, немного ёрзая зубами. —Меф? – Внезапно спросил старший, будто прикованный глазами к запрещённому веществу. Глеб же был напротив, расслаблен. И Вадим это чувствовал. Слышал, что младший будто чёрт сидит и соблазняет к греху, точно вот-вот ждёт его ошибки. Младший чувствовал как наркотическая дымка приятно обволакивает сознание, оставляя лишь решительное желание повлечь за собой Вадима. В конце концов не в первый раз, да и он был уверен, что точно не в последний. —Догадливый. – Глеб чуть сморщился, откидывая голову на спину дивана. – Возьми уже, заебал ломаться, будто в первый раз наркоту видишь. Желание отказаться было равносильно принять порошок. Он сглотнул, пытаясь убрать лишние слюни, что выделились в потоке мозгового предвкушения от наркотиков, но тем самым он только усилил эту жажду. Слова Глеба будто скрепкой по стеклу прорезались и донеслись до ушей Вадима. Это стало последней каплей и даже можно сказать с лёгкой злостью старший взял наркотики с рук брата. —Заткнись, мудак. – Темноволосый лизнул свой палец, а после опустил в открытый пакетик, набирая порошок и сразу растирая по верхней десне, а сразу же за этим и второй раз, только уже по нижней. Немного нервно закрыв пакетик, Вадим кинул его куда-то в брата и откинул голову на спинку дивана. Закрыв глаза и глубоко набрав воздух в лёгкие, старший Самойлов стал ждать прихода, уже мысленно осуждая себя за это. Он так долго держался, вроде уже и не хотелось вовсе. Но совокупность всех бед, что обрушились на голову уже заставляли снова катиться обратно на дно. Глеб слишком уж вовремя подоспел с наркотиками, зная, что старший пытается отказаться, но всё равно соблазняюще предлагает. Глеб, выпуская из рук порошок, усмехнулся тому, каким Вадим был нервным. Ему самому пока не приходилось сталкиваться со столь сильной внутренней борьбой. Принял и принял, зачем отказываться, если становится так хорошо. Большинство музыкантов наркоманы, по мнению младшего, поэтому пока что можно ни о чём не заботясь наконец перестать думать о внешних проблемах. —Ну вот, а то целку прям из себя строишь. —А ты из себя черта рогатого. – Молвил Вадим, поворачивая голову Глебу, но увидев его, тихо рассмеялся, будто причина этому была понятна только ему. Отвернув голову он всё ещё хихикал про себя. Наконец-то мышцы расслабились, а за ними и мысли улетучились. —Как хорошо, что сегодня никуда не надо идти.. – Глеб расслабленно вытянул руки, потягиваясь, после вновь опуская голову на плечо Вадима, утыкаясь прохладным носом в его шею. Мозги будто превращались в водянистое желе ещё больше, чем они есть на самом деле. Смотреть куда-то стало достаточно сложным, фокусировать взгляд почти нереально, вся картинка будто продолжает двигаться, а Вадим же продолжал смотреть на плывущую комнату, а точнее почти на потолок. Прохладная точка на коже выделилась особенно, будто приводя старшего в чувства и заставляя переключить всё внимание на шею. Вадиму нравилось, когда младший так делал и сейчас это совершенно не странно. Это будто переносило его на пару лет назад, когда всё было хорошо и безмятежно, и у них были лучше годы. Темноволосый парень только больше наклонил голову в противоположную сторону, дабы открыть шею. —Нам редко когда куда-то нужно. Когда пришло осознание других конечностей, Вадим стал перебирать своими пальцами воздух, но и сам не заметил, как уже полминуты гладит ими ляжку Глеба. Остановившись он, не вставая из своего места и не отрывая спину от дивана, выпрямился и слегка отодвинул плечи назад, дабы немного разомняться, а после сразу вернулся в то же положение. Старший провёл своим языком по своим дёснам и губам, немного увлажняя их, а затем протянул руку в сторону младшего, на ощупь пытаясь найти маленький пакетик с наркотиками на чужих ногах. —Дай ещё. Чувствуя ладонь Вадима на ляжке, Глеб весьма удивился. Он не помнил когда последний раз брат поддавался на его провокации. Нервно пошарившись по своим коленям, он нащупал пакетик, охотно протягивая его Вадиму. Сердце билось будто тяжелее, Вадим закатывал глаза под закрытыми веками и просто чувствовал. Он иногда позволял Глебу делать подобные вещи, старший тоже ими наслаждался, пока они не заходили далеко. Хоть они и давно уже прекратили слишком близкий контакт, как было когда-то, пусть Вадим и показывал себя сильным, будто отпустить это и не было трудно, но в душе он всё ещё тот 21летний парень, которого до невозможного тянуло к брату. В пьяном угаре они иногда могли поцеловаться, переизбыток эмоций на сцене слишком туманил разум, что уже не было и видно здравого смысла. Снова пакетик открыт, палец, порошок и лёгкое покалывание дёсен. Ясность мыслей туманилось, притуплялось, терялось, только чувства усиливались и обострялись, старший буквально чуял даже так запах брата, а внимание будто сконцентрировано только на его касаниях к шее. Темноволосый положил остаток запрещённых веществ в руку Глеба, на пару секунд полностью накрывая его руку своей. А после, даже почти без сомнений, ладонь снова легла на ближайшую ляжку брата. Тайные желания вырывались наружу, медленно и не спеша, будто пытаясь быть незамеченными, будто так и надо. Старший сжимал ладонь, чувствуя мягкость тела Глеба. Приятный, тёплый, соблазняющий. Вадим может и хотел что сказать, да слов не подобрать, да и что и зачем говорить. Голова ватная, он ориентировался на тактильные ощущения, пока глаза закрыты. Чувствуя тёплую ладонь Вадима на своей ноге, Глеб довольно расслабился, осознавая, что отпихивать его кажется не собираются. И это ощущение вседозволенности сносило крышу окончательно. Он медленно положил обе руки на плечи брата, откровенно прижимаясь к нему всем телом и оказываясь предельно близко к его губам. И пока наркотическая дымка ещё туманит сознание, можно прибегнуть и к крайностям. —Вадь, я так устал от всего этого.. – Тихо шепнул Глеб в самые губы старшего, резким порывом накрывая их своими. Сейчас откровенно всё равно на то, что будет потом, главное это здесь и сейчас. Он рискнул, надеясь, что Вадим забудет о принципах и не отпихнёт. Хоть и с поплавленным разумом, но Вадим уже сразу понимал чего хочет его брат. Темноволосый почти сразу ответил на поцелуй, мягко, трепетно. Только один раз он проскользил губами по нижней губе Глеба и остановился, будто распробывая или даже дегустируя этот поцелуй. Вошёл во вкус он быстро и, поддавшись желанию, уже сам примкнул к губам Глеба, жадно их целуя. Кончиками пальцев Вадим ощущал как зарывается в чужие волосы, начиная с шеи и идя к затылку. Он почёсывал голову младшего, добавляя приятных ощущений и не давая ему отстраниться. Углубляя поцелуй, старший всё больше позволял себе и наглел. Левой рукой он сжимал талию Глеба, подгибая пальцы и впиваясь короткими ногтями в кожу через футболку. А затем и вовсе прогладил всей ладонью по чужой спине и вернулся в изначальное положение, массируя лишь по местности рядом. Этот поцелуй точно кирпич упавший на голову, заставляет терять рассудок. Вадим не думал ни о чём, только чувствовал. Он завёл свою руку за спину и бёдра Глеба, касаясь его ляжек с задней стороны. Одну из его ног он потянул в сторону, за себя, а тот легко поддался, что облегчало всё действие. Глеб удовлетворенно промычал в поцелуй, явно не ожидая такого напора со стороны брата. Чувствуя, как пальцы скользят в его кудри, а вторая рука сжимает талию, младший ластился ближе, наконец полностью опускаясь на колени Вадима. Он нетерпеливо ёрзал, наконец отрываясь от столь продолжительного поцелуя. —Вадь.. Сделай уже что нибудь со мной.. – Медлительно прошептал Глеб периодически чувствуя как язык не слушается из-за наркоты. Он облизнул губы, фокусируясь на глазах брата. Слова Глеба только больше завели Вадима. Темноволосый приблизился ко второму, резко запуская левую руку в русые волосы и протянул вниз, открывая себе больше пространства. Широким мягким языком Вадим облизал шею Глеба, а ближе к уголку челюсти заострил кончик языка, делая прикосновение более ощутимым. —Ты как щенок выпрашиваешь это. – Прошептал старший прям на ухо брата. Вадим не особо мог рассчитать силы из-за помутнённого разума, он ещё немного сжал чужие волосы при корню. Старший Самойлов уткнулся носом в начало роста волос Глеба и провёл им же по шее вниз, вдыхая дурманящий запах его кожи. Губы сами потянулись к ней и Вадим влажно целовал шею младшего, облизывал и буквально засасывал его кожу. Особое внимание он уделил кадыку, с нажатием облизывая под ним, при откинутой голове Глеба. Когда Вадим схватил пряди волос, Глеб резко втянул воздух от неожиданности, податливо запрокидывая голову, дабы уменьшить боль. Он прикусил нижнюю губу, концентрируясь лишь на влажном языке, что скользил по шее, заставляя кожу покрываться мурашками. Чувствуя как становится жарче от слов брата, он довольно усмехнулся. Как же всё таки наркотики меняют людей. Глеб послушно запрокидывал голову, ни говоря ни слова о том, что ему больно или неприятно. Отпуская волосы брата, Вадим вновь вдохнул запах младшего Самойлова, спускаясь к основанию его шеи и продолжил целовать. Шаловливые ручки забрались под футболку Глеба, не церемонясь облапывая всё его тело, поднимаясь вверх по талии и рёбрам к спине и опускаясь по груди и торсу, очерчивая по линии штанов на бёдрах назад и к мягкому заду. Проделывая снова похожий маршрут, старший сделал акцент своими большими пальцами на сосках младшего, но задерживался он не долго. Медленно покачиваясь на бёдрах Вадима, он не без удовольствия наблюдал за реакцией, наслаждаясь новыми прикосновениями языка к шее и кадыку. Как только его волосы отпустили, он наконец выпрямился, вновь закидывая обе руки на чужие плечи. — Это всё на что ты способен? Не думал, что будет так скучно.. – Наигранно грустно прошептал Глеб, проводя ладонью по груди брата сквозь домашнюю футболку. Только собравшись вновь поцеловать шею младшего, его слова останавливают Вадима и он резко укусил его кожу. В след послышался сбивчивый полувскрик от неожиданности. Старший провёл рукой по телу Глеба к шее, обволакивая её ладонью и начиная плавно сжимать, надавливая большим пальцем на кадык. —А может пошёл ты? – Сильнее сжимая чужую шею молвил Вадим, смотря в глаза брата, медленно проходясь взглядом по его лицу вниз к губам и обратно на глаза, будучи очень близко к нему. – Ты же знал, что всегда был таким придурком? – Из-за давления на горло хотелось постоянно сглатывать, да только рука старшего мешала и дышать уже тяжело. Оказалось Вадима из себя вывести не так трудно. Чувствуя, что рука на шее препятствует поступлению воздуха, он судорожно начал пытаться вдохнуть, немного дёргая головой. Слова брата вновь заставили скривить ухмылку. Младший прекрасно понимал, что просто так его не выгонят, та и сам он точно не горел желанием уйти, уж слишком далеко всё это зашло. Рука Вадима сжимает горло сильнее, от чего он вцепляется в ткань его футболки, шипя: —Задушишь же, блять.. Подержав достаточно на взгляд Вадима, он разжимает свою руку, но не спешит никуда отстраняться. Чувствуя, что его отпустили, Глеб нервно сглотнул, восстанавливая дыхание. Старший провёл ладонью до лица брата, потом большим пальцем по его губах и всунул его в рот, прижимая язык, а остальными пальцами поддерживая чужой подбородок. —Соси или вали. – Скользнув другой рукой к паху младшего, накрывая его всей ладонью и немного сжимая, как бы изредка массируя. – Но как я вижу ты уже на всё готов, чтобы трахнули твою мелкую задницу. Да, Глеб? – Он ехидно ухмыльнулся смотря прямо в глаза напротив, будто пожирая их душу. Палец во рту заставил выпустить короткий стон и вновь заинтересованно уставится на Вадима. Фраза того звучала так возбуждающе, что Глеб даже послушно вобрал палец в рот, проходясь по нему горячим языком. Стон Глеба заставил старшего ещё больше ухмыльнуться, а подчинение возбудиться. От каждого слова брата теплело в паху, но младший не собирался так просто становится послушным. Он заглянул в глаза напротив себя, тяжело сглатывая и сжимая зубами палец в своем рту. Следующие действия брата нисколички не удивили темноволосого и никак не мешало, даже напротив, ещё больше разгоралось желание. Смотря на укуренное, похотливо-жалобное лицо Глеба, который находиться в таком положении и пытается ещё что-то сделать, Вадим мог думать только о возбуждении и чувствовать как его же зубы сжимаются. Старший Самойлов прижал пальцем нижнюю челюсть под языком брата, приближая его лицо к своему. —Даже не пытайся. – Даже с некой насмешкой молвил Вадим, а следом облизал верхнюю губу Глеба. Второй рукой он понемногу расстёгивал штаны младшего. Вадим вынул палец со рта второго и завёл руку за его шею, сжимая чужие русые волосы у себя в руке. Он притянул к себе брата, жадно целуя его губы, свободной рукой уже проскальзывая под его штаны сзади и сжимая ягодицы. Глеб продолжал ерзать на бёдрах Вадима, довольно отвечая на поцелуй, после медленно отстраняясь. Добился таки своего. По телу бежали мурашки от касаний, а разум был пьян, казалось, не от наркотических веществ, а от понимания всего что происходит. Младший провёл кончиками пальцев по своей шее, вновь приближаясь к губам Вадима. —Если у меня останутся засосы, то я тебя придушу. – настойчиво-игриво прошептал он, вновь двигая бёдрами, задевая стояк брата. Когда брат приблизился к нему и очень забавно пригрозил, Вадим ухмыльнулся, уверенно отвечая ему и настойчиво приближая голову, показывая всю уверенность и даже ехидность. —Можно подумать, что ты больно уж против этих засосов. – Насмешливая ухмылка украсила лицо старшего. Глеб ничего не ответил, лишь довольно усмехаясь, он и правда не был против и даже за. Когда тот начал трогать его ягодицы, Глеб нетерпеливо сжал ворот футболки Вадима двумя руками, потянув на себя и наклоняясь к его уху. —Трахнешь ты меня сегодня или нет? – Младший настойчиво положил ладонь на пах брата, сжимая. Оказавшись рядом с ухом младшего, Вадим мог лучше ощутить его запах. Он прикрыл глаза в довольном опьянении. Подождав, пока брат закончит, старший провёл ладонью по чужому плечу к шее, останавливаясь только возле мочки уха, он провёл большим пальцем под челюстью младшего, немного надавливая. —Что за скулёж? Терпения не хватает, Глеб? – Темноволосый с жадностью облизал шею брата и остановился возле линии челюсти. – Я дам тебе то, что ты хочешь, но ты должен правильно попросить. Сказать чего ты хочешь. От новых касаний к шее, младший чуть запрокинул голову, подставляясь под чужие руки. От следующих слов возбуждение вновь тёплой волной прошлось по телу и Глеб наигранно возмущённо сжал губы. —Я не собираюсь тебя не о чём таком просить. – Он прижался губами к шее брата, неаккуратно кусая. – И вообще, раз уж так, найду себе кого нибудь поинтереснее тебя, понял? – Младший немного отстранился, заглядывая Вадиму в глаза и проводя указательным пальцем по его влажным губам. – А так, ради интереса, что ты подразумеваешь под правильным, м? – Глеб вновь положил руку на пах брата, довольно улыбаясь. – И вообще, у тебя такой стояк на меня, что ты ведь вряд-ли меня просто так отпустишь? – Самодовольная ухмылка не спадала с губ, Глеб аккуратно подцепил край футболки Вадима, залезая под неё прохладными пальцами. Он пытался не на столько раздразнить брата, как даже доказать самому себе правильность его слов. Вадим лишь усмехался и тихо посмеивался про себя. Его правда забавляли ответы этого обиженки, что пытается быть непокоримым и гордым, хоть и пару минут назад слышались другие слова. —А тебе и правда члена в заднице не хватает, Глеб. – Он опустил свою руку с шеи брата и хорошенько облизал свои два пальца. Затем завёл обе руки за чужую спину и помогая левой рукой отодвинуть мешающие штаны, коснулся подушечками пальцев анального отверстия младшего, поглаживая его, а затем медленно, но настойчиво входил одним из пальцем и постепенно начал им двигать. – Можешь не строить из себя умника. Ты уже давно этого хочешь. – Вадим злорадно ухмыльнулся. – А сегодня вообще пришёл соблазнить меня наркотой и жалобно стонал, чтобы я тебя трахнул. Так что ты ещё заговоришь по иному. – В ходе монолога старший немного приблизился лицом к брату, показывая надменность, а с последней фразой нагло вошёл в Глеба вторым пальцем, не церемонясь растягивая его и лаская изнутри. Глеб, пьяно улыбаясь словам Вадима, уткнулся носом в углубление между его шеей и ключицей, чуть приподнимая задницу. Когда тот дотронулся до ануса, младший рвано выдохнул с еле слышным стоном, а по телу вновь пробежались мурашки от предвкушения. Как только фаланга пальца вошла, Глеб громко, несдержанно простонал, сводя брови. От слов Вадима стало даже немного стыдно. —Иди на хер, мудак. – Раздражённо прошипел младший. Чувствуя внутри второй палец, он чуть прогнулся в спине, прикусывая ткань футболки брата, чтобы сдержать слишком громкие стоны. Хмыкнув от лёгкого смеха, старший провёл свободной, тёплой рукой по задней части шеи Глеба, зарываясь в волосы и почёсывая его затылок. —Разве это не так? – Вадим повернул свою голову к брату и потёрся носом об его волосы, вдыхая его аромат, вновь кружа себе голову им. Пальцы приятно и мягко двигались внутри младшего Самойлова, но второй решил углубиться, засунув пальцы по их начало, с третьей фалангой. Вадим кропотливо проходился по всем стенкам изнутри, раздвигал пальцы и конечно же выходил и входил. Одним словом провоцировал брата на всё что только возможно. Левой рукой старший провёл по спине брата вниз, ощущая как тот выгнулся. Вадиму нравилась эта уязвимость Глеба на данную минуту, как он то ли стыдливо, то ли смущённо скрывал своё лицо, как он поддавался телом, как он подавлял стоны, задерживая дыхание и тихо, но резко выдыхал тёплый воздух на шею старшему. Темноволосый снова повернул свою голову, только уже к шее младшего, влажно засасывая его кожу снова и снова, оставляя яркие следы. —Не сдерживайся, я хочу это слышать. – Прошептал Вадим, снова целуя чужую шею. В этот же момент он вновь по основание зашёл в брата, немного быстрее двигая кончиками пальцев. Глеб, подставляясь под ладонь, что зарывается в волосы, отвёл взгляд в сторону, стараясь не смотреть брату в глаза. —Отъебись. – Тихо, раздражённо шепнул он, поддаваясь на встречу движениям пальцев. Было безумно приятно и Глеб вновь прогнулся, хватаясь руками за плечи Вадима. Чувствуя, что пальцы входят глубже, младший непроизвольно сжался, опять уткнувшись в шею брата, стыдливо пряча раскрасневшееся лицо. – Вадь... Глубоко.. – Глеб простонал это, впиваясь зубами в кожу шеи. От своих же слов стало не по себе, слишком уж уязвимо это звучало. Вадим был даже немного удивлён такой нежности со стороны брата. Все его действия и звуки вызывали неподдельное удовольствие, Вадиму нравилось уже осознание того, что Глеб в таком положении. Конечно старший откликнулся мягкостью в ответ. Он поцеловал пару раз чужую щеку, а после вернулся к шее, потому что не с руки поворачивать так голову. —Глеб.. Это только пальцы. – Напомнил старший об продолжении сего мероприятия шёпотом. Но по просьбе брата не стал входить так глубоко пока что. Свободной рукой старший забрался под футболку русоволосого уже прощупывая каждый изгиб спины брата напрямую. Темноволосый гладил, ощупывал и прочёсывали её, пока не решил хоть немного спустить штаны Глеба. Глеб нервно сглотнул на слова Вадима, вновь утыкаясь его плечо. Когда нахождение пальцев внутри перестало быть дискомфортным, Глеб сам поддался навстречу, томно выдыхая в ухо брата. Опуская взгляд на стояк, он настойчиво ухмыльнулся, вновь доказывая себе что-то. —Так возбуждаю, а, Вадь? – Несмотря на ехидную речь, щеки Глеба так и пылали, а в глаза брату он не смотрел. Это лишь заставило старшего тихо посмеяться про себя. Он приблизился к уху Глеба и очень соблазнительно и протяжно прошептал "да", обволакивая чужое ухо лёгким тёплым воздухом, а затем он лизнул хрящ уха младшего, в самом верху. Глеб весь извивался, чувствуя как штаны давят на вставший член, а от шепота в ухо стало совсем невозможно. Он никак не ожидал, что Вадим окажется таким прямолинейным в этом плане, это чуть сбивало ту настойчивость и уверенность, что были в начале. Когда тот начал спускать с него штаны, младший быстрым движением вынул из них пакетик с остатками наркоты. — Давай ещё закинемся. – Он нервно открыл его, начиная предлагать брату. Лишь бы только это всё продолжалось. Вадим спустил чужие штаны до колен, как тот в спешке достал наркотические вещества с кармана. Старший знал зачем, знал почему русый так трясётся над этим пакетиком и совершает резкие движения, что совершенно выбивались из его поведения. —Глеб, не нервничай. – Темноволосый забрал пакетик из рук брата и отложил в другую сторону, подальше. Когда из его рук отняли заветный порошок, Глеб недовольно и растерянно попытался вернуть себе наркотик. —Вадь, ну я хочу! Какого хрена ты у меня забираешь? – Он попытался дотянуться до порошка, слегка обиженно заглядывая в глаза Вадима. Старший повернул голову брата лицом к себе свободной рукой и влажно, но кратко поцеловал в губы. Поцелуй был весьма неожиданным и таким быстрым, что Глеб поспешно наклонился за новым, приоткрывая влажные губы. Теперь Вадим полностью понимал, что нужно Глебу. Приблизившись к брату он возобновил желанный поцелуй, за которым Глеб уже тянулся. Младший с наслаждением отвечал на поцелуи, слабо покусывая нижнюю губу брата, на мгновение даже забыв то, за чем он тянулся. Эти долгожданные ласки были намного важнее. Свободной рукой старший убрал пару прядей с лица младшего и слегка отстранился нижней частью лица, соприкасаясь с братом только носами. —Нам это не нужно. – Ответил тот на каприз Глеба и вновь воссоединился с его губами. Слова Вадима заставили вернутся в реальность и от их осознания по телу пробежался холодок. Он давно уже всё понял. И от этого кружилась голова, а сердце билось чаще. Младший был уверен, что они с братом просто накидаются и тот даже не вспомнит ничего на следующий день. Он надеялся на этот план, хотя бы на поцелуй, а то и возможно что-то больше, но больше всего Глеб не хотел, чтобы на утро брат снова всё переосмыслил и отстранился. Похоже, что так не будет, но сейчас уже не до этого. Дрожащей от возбуждения рукой Глеб расстегнул ширинку, кусая нижнюю губу. —Думаешь я не понимаю чего ты хочешь, Глеб? Думаешь не понимаю чего так давно ждёшь? Я знаю, что сам это начал. – Вадим вынул пальцы правой руки и уже спокойно, приподнимая по одному колену Глеба, спустил чужие штаны вместе с нижним бельем. Положив ладони на зад младшего, темноволосый пододвинул того к себе ближе, дабы он мог расстегнуть уже свою ширинку и освободить стоячий член, которому уже воздуха не хватало теснится в одежде. Горячий стояк коснулся обнажённой задницы Глеба, прилегая к ней. Вадим хотел насладится этим моментом, поэтому двигая бёдрами он потёрся членом об задницу брата, попутно жадно поцеловав его Когда член коснулся обнажённых ягодиц, младший, казалось, потерял дар речи, приподнимая бёдра. —Вадь, боже... Войди в меня.. Я-я не могу больше.. – Запинаясь молвил Глеб, тихо, жалобно постанывая. За свои слова стыдно будет потом, сейчас хотелось только одного. Всё больше и больше возбуждающие слова брата заставили Вадима прикусить свою губу, чувствуя как всё внутри перемешивается от похоти. Старший взял в удобную руку свой липкий от влажности член, пару раз проводя по нему вверх-вниз, второй рукой он взялся за ягодицу брата, немного оттягивая её. Головка коснулась анального отверстия Глеба. Немного поводив ею, Вадим пристроился. Старший на столько возбуждён, что уже любое касание к Глебу приносило сильное удовольствие. Глеб продолжал тихо скулить от нетерпения, вновь прикусывая ткань футболки брата в районе плеча. Этот значимый и долгожданный для обоих братьев момент настал. Дорога назад есть всегда, но Вадим даже не рассматривал такой вариант сейчас. Он приподнялся бёдрами, начиная входить в младшего. Давалось это довольно свободно, они хорошо подготовились. Головка вошла как влитая, а уже дальше Вадим переместил свои руки на бёдра брата, понемногу опуская его вниз. От этого младший непроизвольно сжался, на мгновение переставая дышать. —А.. Вадим..! – Имя брата слетело с губ, а бёдра послушно опускались, погружая член глубже. Уголки глаз заслезились, Глеб обнял руками Вадима за шею, кусая нижнюю губу чуть ли не до крови. – Глубже.. Наслаждение аж билось в уши. Когда крайняя плоть опускалась по члену, головка проходила всё дальше, а ствол обволакивало тепло всё больше и ниже, Вадим закатывал глаза под прикрытыми веками и немного сдвигал брови от наслаждения, при этом издав протяжное мычание. Объятия брата были немного неожиданными, Вадим утыкался губами в плечо младшего, а точнее в футболку на плече. Старший отодвинул ткань, дабы была возможность продолжить его целовать. После он вернул ладони на чужие бёдра и немного сильнее надавил, опуская Глеба полностью. Жар и влажность обволакивали его всего, весь член. Вадим буквально чувствовал, как мозговые извилины закручиваются, а сердце сильнее билось. —Когда привыкнешь, поменяем позу и будет тебе глубже. – Немного сдерживая дыхание молвил старший, затем влажно поцеловал его плечо. Вошёл он не трудно, а вот с выходом надо было помедлить немного, этим Вадим и занялся. Он не спеша опускал свои бёдра, а затем уже приподнимал бёдра Глеба. Глеб продолжал тихо скулить от нетерпения, вжимаясь в тело брата. То, как его властно держали за ягодицы, заставляло выгибаться от удовольствия и редко пропускать громкие протяжные стоны. Во время секса старший всегда менялся, этот Вадим ему так сильно нравился, что крышу рвало с корнями, Глебу хотелось поддаваться ему и подчиняться. Голос старшего заставил поднять на него жалобный взгляд. —Я хочу сейчас глубже.. – Младший прикусил нижнюю губу, сжимая руки в кулаки. В этих голубо-серых глазах читалась похоть, мольба и неприкрытое обожание. Вадим не мог отказать в этом брату, когда он так смотрел на него и просил о таких вещах. Старший ещё раз кратко поцеловал второго в губы, залез руками под его футболку, выпячивая большие пальцы и поднял ткань вверх, позже уже полностью снял с него оставшуюся одежду. Глеб, помогая брату стянуть с него футболку, вновь замер в предвкушении, смотря в глаза напротив и буквально пожирая их. —Поворачивайся. – Вадим приподнял бёдра Глеба, выходя из него и повернул податливое тело в сторону, дабы тот слез и расположился вдоль дивана на колени и локти, естественно подсказывая ему своими движениями. Послушно ложась и приподнимая задницу, тот ёрзал от нетерпения. И вот старший уже тоже встал на колени сзади брата, пододвигаясь ближе и кладя член между чужих ягодиц. Тёплые руки скользили по разным участкам тела Глеба, одной по заднице, сжимая её, а второй по спине. Не долго отвлекаясь от сути, Вадим подставил головку и помог себе рукой немного надавить на неё, снова входя в Глеба. В этот раз было проще, младший уже ожидал этого, та и мышцы подготовлены. Качнув бёдрами, Вадим сделал хороший толчок, входя в брата полностью, глубже, чем в прошлый раз и прижимал зад Глеба к себе, держась за его талию при бёдрах. Когда внутри вновь начала скользить головка, младший протяжно скулил, благо в этой позе можно было скрыть своё раскрасневшееся лицо. Глубокий толчок ощутился неожиданно, от чего Глеба прогнуло в спине, а с уст опять слетело имя брата. —Вадь.. Какой же это пиздец.. – Он уткнулся лицом в подлокотник дивана, стараясь как можно больше расслабиться. Темноволосый решил не тянуть время и начать почти сразу постепенно двигаться, пока что на маленьких расстояниях. Толчки ощущались немного болезненно, но это не мешало получать удовольствие. – Умоляю, не останавливайся.. – Было откровенно плевать на остаток гордости, на смущение, осознание того, что сейчас происходит срывало крышу. О гордости уж тем более не шло и речи. Младший был слишком счастлив, что сейчас это всё происходит, спустя так много времени. А Вадим и не собирался останавливаться, он уже задал свой темп движений, по немного делая их размашистей, то бишь расстояние перед толчком увеличивалось. Хорошенько сжимая у себя в руках талию младшего, темноволосый притягивал того к себе на встречу. —Глеб, это точно пиздец. – Открытость брата скрашивала краски. Вадим не задерживался руками на одном месте долго, меняя их положение, тем самым отвлекая внимание брата на другие участки тела. Старший прикусывал губу и закидывал голову назад, закрывая глаза от удовольствия, пока понемногу, но уверенно ускорял темп своих движений бёдрами, превращая их уже в толчки. Чем больше Вадим двигался в Глебе, тем больше желания охватывало его разум. Он сжимал свои ладони, а в них чужую кожу. Старший провёл рукой по спине русого и будучи уже между лопатками резко надавил вниз, дабы тот больше прогнулся, прижался лицом и плечами к дивану. Сам Вадим тоже нагнулся вместе с ним, упираясь рукой в спину брата и продолжая глубоко двигаться в нём. Чтобы не передавливать одну точку, старший скользнул рукой к его плечу, всё ещё вдавливая его в диван, но уже не нажимая на спину. Глеб поддавался бёдрами назад, вцепляясь пальцами в подлокотник. Он не мог поверить, что Вадим сам прогибает его и удовлетворённо прижимает к дивану. Слишком приятно. Младший подмял руку под своё тело, сжимая член. Безумно хотелось кончить. Глеб прогнулся больше, непроизвольно представляя, как брат видит его прямо сейчас со стороны. Становилось так стыдно, ведь до этого он только намекал о подобном, а ещё до это было слишком давно, но сейчас он лежит под ним и буквально кричит от удовольствия, так странно понимать, что это не сон. Ритмично двигая рукой по своему члену, Глеб содрогнулся, чувствуя что скоро кончит. Чувствуя, что скоро и он достигнет своего пика удовольствия, Вадим завёл руку под шею Глеба, поднимая его и сам же поднялся на колени. Старший прижал брата к себе, держа руку на шее и немного сжимая, а второй рукой всё так же двигал его бёдра к своим толчкам на встречу. Наклоняя свою голову к чужому плечу, Вадим плавно сжимал свои зубы на его коже. В таком положении Глебу были лучше слышны вздохи и мычания брата, а Вадиму его. И в этой же позе удовлетворение достигло своего предела, выливаясь за его границы. Вадим сильнее сжал зубы на плече Глеба, задерживая дыхание и протяжно простонал что-то нечленораздельное, не разжимая челюсти. Он излился в младшего, делая заключительные движения бёдрами для пущего эффекта. Глеб, выгибал спину на столько, насколько это возможно. Ладонь на своей шее заставляла загнанно глотать воздух, а глаза начали слезится сильнее. Вскрикивая от укуса в шею, младший сжал свой член, удовлетворённо кончая на поверхность дивана. Чувствуя как тело заполняет сперма, он глухо простонал имя брата, обессилено падая на диван всем телом. А Вадим не растерялся, сел на свои ноги и положил она руку на ягодицу Глеба, поглаживая её.