Feel your flame

– Соберись, – прошипела Опалин. – Сконцентрируйся. Почувствуй своё пламя. Ощути его внутри себя.       К сожалению, сделать это было гораздо труднее, чем Санни думала изначально. Прошла уже неделя с тех пор, как она начала учиться у Опалин огненной магии – но пока результаты были, откровенно говоря, плачевными. Она могла летать и освещать темноту бледным светом, ей удавались некоторые заклинания – но всё это никак не помогло бы справиться с Аллурой и её волшебным льдом. Опалин легко говорить, она-то с рождения огненный аликорн, и пламя – это неотъемлемая часть её сущности. Санни было куда сложнее. То ли из Опалин наставница была не очень, то ли Санни оказалась не самой способной ученицей – а может и то, и другое, – но дело никак не хотело двигаться с мёртвой точки.       В первый день она, взволнованная и предвкушающая успех, с самого утра встала перед дверью в подвал Опалин, готовая хоть в этот же момент идти учиться огненной магии. Отсутствие результата в то утро её совсем не смутило, она готова была продолжать практиковаться и на следующий день хоть от рассвета до заката. В конце концов, кто вообще способен освоить такую могущественную магию за несколько часов?! Спустя неделю же Санни начала подозревать, что у неё просто абсолютно нет способностей. Настроение портило как отсутствие результата, так и неутешительные новости, которых с каждым днём становилось всё больше. То там какой-то единорог оказался наполовину заточён во льду, то здесь пегас повредил крыло, потому что просто не смог летать в такой мороз и упал с высоты. Санни очень сочувствовала всем несчастным, ставшим жертвами магии Аллуры, но поделать ничего не могла. И от этого становилось только сложнее сосредоточиться. И стыдно было немного перед пони, если честно. Все словно ждали от неё, аликорна, спасения – а она даже огонёк не могла зажечь.       Ещё во время этих "уроков", ежедневно устраиваемых в саду у маяка, обязательно присутствовала Мисти. Она следила за тем, чтобы Опалин не переутомилась, а заодно готова была вмешаться, если аликорн начнёт обижать Санни. И хотя Опалин пока ранила только острым языком, а Санни относилась к этому довольно спокойно, Мисти всё не успокаивалась и каждый раз, как только аликорны начинали спорить о чём-то, подходила ближе, внимательно навострив ушки. Хотя Санни всё-таки подозревала, что это не единственная причина, по которой Мисти каждый день терпеливо наблюдает за её безрезультатными стараниями. Для того, чтобы убедиться в этом, стоило всего лишь взглянуть на мордочку Мисти. Глаза у единорога восторженно горели, когда она наблюдала за тем, как Санни рассекает воздух светящимися полупрозрачными крыльями или выпускает в небо россыпь мерцающих искорок. У Мисти с магией дела обстояли примерно также, как у Санни с огнём. Она была единорогом, но получила знак отличия гораздо позже своих ровесников –только тогда, когда магия вернулась в Эквестрию и другие единороги уже успели чему-то научиться. Жители Гривландии постепенно, методом проб и ошибок, осваивали всё более сложные заклинания, а Мисти в это же время едва-едва удавалось на несколько мгновений поднять с земли тоненькую веточку. У окружающих это неизменно вызывало сочувствие, от чего и так стеснительная Мисти только ещё больше смущалась. "Ничего страшного, – говорила она в такие моменты, робко улыбаясь. – В следующий раз получится". Непонятно только, кого она пыталась убедить этими словами – других пони или саму себя. Иногда Мисти говорила, что ей просто не дано – хотя Санни считала, что подруга просто слишком не уверена в своих силах, вот у неё ничего и не выходит. Нужно просто немного подбодрить Мисти, а дальше всё наверняка со временем получится. – Санни! Санни!!!       Санни резко подняла голову. Опалин возвышалась над ней, недовольная и явно начинающая раздражаться. Надо же, оказывается Санни как-то совсем задумалась и отвлеклась... Она занималась без перерыва уже около двух часов, наверное, стоило немного передохнуть. – Я не собираюсь повторять дважды, – обрушилась на земную пони аликорн, и Санни виновато прижала уши. Она и сама знала, что позволила себе отвлечься. – Если ты не хочешь продолжать, то я вернусь к себе. – Нет, нет, погоди, – Санни помотала головой. От напряжения у неё даже виски разболелись. – Мне кажется, я почувствовала дым. Давай ещё раз попробуем. – Какая прелесть, учитывая, что магический огонь не пахнет дымом, – язвительно заметила Опалин, но взгляд её слегка смягчился. – Хорошо. Ещё один раз, и мы заканчиваем. Я устала.       Санни с готовностью встала, расправила плечи, немного наклонила голову, выставив рог вперёд, и закрыла глаза. Опалин говорила, что нужно сосредоточиться, почувствовать пламя внутри себя – но внутри себя Санни чувствовала только зимний холод и стремительно растущую неуверенность. – Сконцентрируйся, – голос Опалин доносился словно издалека. – Чувствуешь пламя? Ты его чувствуешь?       Санни ощутила тепло – но это, к сожалению, было не пламя. Опалин подошла ближе, наклонилась практически вплотную и накрыла земную пони крылом. Это было очень кстати – Санни и замёрзнуть успела за это время. – Не напрягайся, – прошептала Опалин, наклонившись к её уху. Санни почувствовала, как шерстку защекотало тёплое дыхание аликорна. – Ты не почувствуешь огонь, если не позволишь ему стать с тобой единым целым. Ты должна сконцентрироваться, а не напрячься. Теперь чувствуешь? – Я ничего не чувствую, – признала Санни, открывая глаза. Наверное, сейчас она ощущала себя точно так же, как Мисти под сочувствующими взглядами окружающих. Только вот у Опалин взгляд был отнюдь не сочувствующим, а острым и разочарованным. – Ты всё ещё думаешь, что я смогу быть огненным аликорном?       Опалин досадливо закатила глаза, отошла и цокнула языком. – Я повторяю в последний раз, Санни, – сказала она. – Ты не станешь огненным аликорном. Огненный аликорн – это я. Но вот зажигать огонь – это тебе вполне под силу. – Раз ты так говоришь... – пробормотала земная пони, хотя на самом деле сама уже ни в чём не была уверена.       Ещё и эти расплывчатые формулировки... Ну вот как, скажите, понять фразу: "Ты не почувствуешь огонь, если не позволишь ему стать с тобой единым целым". Ещё бы был здесь этот огонь, с которым можно стать единым целым... Опалин легко говорить, она постоянно упоминает, что внутри неё горит огонь, а Санни вот подозревала, что у неё-то никакого огня внутри нет. Да ещё это постоянное: "сконцентрироваться, а не напрячься". Слишком уж размытая граница по мнению Санни. – А может быть, – вмешалась Мисти, как обычно наблюдавшая со стороны за тщетными стараниями подруги. – Может быть, вам потренироваться сразу на льду Аллуры? Санни увидит лёд и сразу сможет зажечь огонь. – Это глупость! – вскинулась Опалин и повернулась к Мисти. Кажется, её немного задело то, как единорог бессовестно вмешалась в дела аликорнов.       Мисти едва заметно дёрнула ушами, но взгляд не отвела и даже не дрогнула. – Это не глупость, – возразила она. – Вдруг Санни и вправду сможет растопить лёд Аллуры? Если увидит, как этот лёд опасен? Это будет эмоциональная реакция. Давайте попробуем? – Мы можем попробовать, – согласилась Санни. Ей стало не по себе от мысли, что для этого придётся ступить на замороженные территории Аллуры, но попробовать стоило. – Но только не будем заходить слишком далеко. – Не будем, – успокоила её Мисти. – Будет очень грустно, если Аллура заморозит сразу нас троих. – Мы можем принести немного снега в маяк… – продолжала рассуждать Санни. – И тогда ты сожжёшь маяк, – ядовито вмешалась Опалин. – И Зипп, конечно же, обвинит меня.       Её замечание осталось без ответа, потому что в этот момент Санни задумалась, откуда же безопаснее будет принести снег. Сложно сказать, ведь никто не знает, где и в какой момент появится Аллура. Если честно, земной пони уже заранее холодно стало при одной только мысли об огромной хищной ледяной кошке. – Хуже не будет, – в конце концов решила она. – Надо попробовать. – Мне точно станет хуже, – заявила Опалин. Она тяжело вздохнула в подтверждение своих слов и покачала головой. – Я пойду в маяк.       После этих слов она и впрямь ушла, сильно прихрамывая. Санни и Мисти остались на улице и переглянулись: Санни – расстроенно, Мисти – сочувственно. Только вот от этого сочувствия Санни было ещё хуже. Она ведь понимала, что нельзя научиться всему и сразу... но когда складывается такая отчаянная ситуация, очень тяжело беспомощно наблюдать. Угроза со стороны Аллуры с каждым днём давила на неё всё сильнее. Но это, говоря откровенно, была лишь одна из основных причин. Второй причиной, по которой Санни так хотелось поскорее овладеть магией аликорнов, был Скайрос. Ей ужасно хотелось вновь попасть в эту таинственную страну – но земная пони чувствовала, что должна сначала заслужить это право, защитив Эквестрию и своих друзей от страшной угрозы. Из историй о Древней Эквестрии Санни знала, что Твайлайт Спаркл сначала была единорогом и ей с друзьями пришлось пройти через многое, прежде чем она стала аликорном. Это было честно и справедливо, и Санни тоже очень хотелось доказать, что она достойна своих крыльев и рога. Вот только пока с такими успехами Скайрос откладывался, а Аллура уверенно забирала себе новые территории. И как тут не отчаяться? Твайлайт наверняка уже знала бы, что делать.       Санни подождала, пока рог и крылья исчезнут и с облегчением выдохнула. Ей всё ещё куда больше нравилось быть земной пони. – Никто не требует от тебя сложной магии прямо сейчас, – сказала Мисти, словно прочитала мысли подруги. – Ты учишься также, как и все мы. Это только Зипп у нас летать начала, как только магия вернулась... Но она мне рассказывала, что с детства всякими акробатическими трюками увлекалась, так что ей легче.       Земная пони опустила взгляд и начала разглядывать землю. От таких разговоров ей становилось только тоскливее. – Я понимаю, – сказала она. – Но сколько ещё времени пройдёт прежде, чем я научусь? Что, если я вообще не смогу контролировать огонь? А ведь именно это нам нужно сейчас! – Единственным аликорном, который мог контролировать огонь, была Опалин, – возразила Мисти. – Никто не видит в тебе огненного аликорна, и никто никогда не осудит тебя за неудачу. – Я сама себя осужу! – воскликнула Санни. Её удивляло то, как подруга не понимает. – Я ведь стала аликорном не просто так, Мисти. Я, а не ты или Зипп. Значит есть во мне что-то… Значит, я должна это что-то найти. – Ты стала аликорном за то, что сделала первый шаг к объединению рас, – напомнила единорог. – А не за то, что внутри тебя есть какая-то скрытая огненная магия.       Она успокаивающе улыбнулась. И, несмотря ни на что, Санни была очень рада, что эта добрая, понимающая пони всегда находится рядом, готовая её поддержать – ну и защитить от Опалин, если потребуется. Хотя с Опалин тоже очень неловко вышло... Мисти как-то в разговоре вскользь упомянула, мол, "К тебе Опалин терпимее относится, чем ко мне раньше». И хотя она сказала это без всякой обиды и зависти, Санни стало очень не по себе. Она постоянно забывала о том, что Опалин когда-то была для Мисти не только хозяйкой, но и приёмной матерью – и для Мисти это всё ещё должно что-то значить. Чтобы избежать недопониманий и мук совести, Санни пришлось рассказать подруге о том, что вся терпимость Опалин сводится не к какому-то личному предвзятому отношению, а к совершенно корыстному желанию вернуться домой на Скайрос.       Вообще-то они с Зипп договорились пока особо никому не рассказывать о своём путешествии, на это нашлось несколько причин, но здесь был исключительный случай. К тому же, если кто-то и умел хранить секреты в их компании, так это замкнутая, сдержанная Мисти. Вот Санни и посвятила единорога во все подробности. Сказать, что Мисти тогда удивилась – значит ничего не сказать. Она так и замерла посреди комнаты с широко распахнутыми глазами и не шевелилась, пока Санни аккуратно не потрясла её за плечо. Потом земной пони пришлось отвечать на множество вопросов о Скайросе, аликорнах и о том, как они живут, потому что Мисти, на самом деле, была очень любопытной пони и захотела знать всё. Она так впечатлилась, что тут же захотела нарисовать парящие острова и радужные водопады, огромный дворец на вершине скалы и пирамиды... Наверное, Опалин когда-то рассказывала ей о Скайросе, потому что Мисти, на самом деле, о пирамидах и радужных водопадах оказалась наслышана. Но тем не менее, в тот момент Санни могла с полной уверенностью сказать: вот теперь Мисти точно завидует. – А можно я с вами в следующий раз пойду? – спросила она с надеждой, а потом добавила: – А как ты уговоришь аликорнов принять Опалин назад?       Вот об этом Санни старалась пока не думать... Кажется, легче было справиться с Аллурой. А сейчас... Сейчас Санни только после ухода Опалин поняла, как же она морально устала. Срочно нужно было отвлечься на что-то ненавязчивое и расслабляющее. А ещё почему-то очень захотелось ягодных кексов. Это уже звучало как хорошая идея, чем заняться. Санни готовить любила, так что за приготовлением кексов и сама отвлечётся, и друзей потом вкусной выпечкой порадует. Настроение от одной только мысли об этом поднялось, и даже жить стало немного веселее. – Поможешь с кексами? – спросила Санни, и Мисти с готовностью закивала.       Единорог большую часть жизни недоедала и теперь не упускала возможности стащить что-нибудь с противня. Для неё это было чем-то вроде инстинкта выживания, и Санни с пониманием к этому относилась, так что неизменно звала Мисти во время готовки продегустировать всевозможные кексы или печеньки. Ну а кексы и печеньки для дегустации всегда, совершенно случайно, оказывались самыми большими и подрумянившимися.       Подруги уже собрались, было, возвращаться в маяк, когда до Санни донёсся едва слышный визг. Сначала земная пони решила, что ей показалось. Но визг становился всё громче, к нему примешивались сдавленные рыдания и истеричные всхлипы. Мисти, тоже услышав это, растерянно дёрнула ушками. – Это... Пипп кричала?.. – растерянно спросила она. Голос действительно походил на голос Пипп, Санни и сама это заметила, просто понадеялась, что ей почудилось. Ещё она понадеялась, что, если это действительно Пипп плачет, то причина слёз в низких просмотрах или в обидном комментарии, о котором принцесса забудет через неделю. Не хватало ещё, чтобы случилось что-то серьёзное... – Ох... – выдохнула вдруг Мисти, глядя Санни за спину. Взгляд у неё стал очень напуганный, а ведь Мисти ещё надо постараться напугать. И вот этот искренний страх в глазах единорога перепугал Санни даже больше, чем приблизившиеся рыдания Пипп. Холодея от ужаса, земная пони повернулась и тут же невольно попятилась.       Пипп стояла перед ними, перепуганная, с потёкшей тушью и струящимися по щекам слезами. Она громко плакала и даже не пыталась сдерживаться – и на это действительно была причина. Хорошенькая мордочка Пипп была исполосована широкими длинными ранами, следами от когтей. Кровь струилась по щекам и капала с подбородка на снег, а принцесса вся тряслась и постоянно всхлипывала от боли и страха. Одна рана пролегала в опасной близости к глазу, остальные пересекали левую щёку. Сказать честно, Санни даже растерялась, потому что никогда раньше не видела ничего подобного, только в боевиках и детективах, которые Зипп с Хитчем смотрели. Нужно было срочно что-то делать – кровавая лужица на снегу становилась всё больше, – но в голове была только пустота. Мелькали какие-то сбивчивые воспоминания из школы с уроков по оказанию первой помощи, какие-то советы, как надо делать и как не надо, из детских энциклопедий – но от ужаса Санни даже не могла толком вспомнить, с чего начать. – Что случилось? – воскликнула она вместо этого. – Это Аллура? Она на тебя напала? Что произошло?       К счастью, рядом была ещё и Мисти. Мисти, которая могла с первого взгляда показаться ранимой и впечатлительной, на самом деле в таких экстренных ситуациях отличалась хладнокровием. Опалин растила из неё злодейку, видимо поэтому кровь совсем не испугала единорога. Вместо этого Мисти лишь осмотрелась, словно надеялась увидеть в заснеженном саду хоть что-то полезное, потом сказала, повернувшись к Санни: – Отведи её в дом и усади куда-нибудь. Я найду, чем можно промыть раны.       Санни лишь отрешённо кивнула, не в силах оторвать взгляд от изуродованной мордочки Пипп. – Там всё очень плохо, да, Санни? – спрашивала принцесса. После этих слов она неизменно начинала истерично всхлипывать. – Я боюсь смотреть… Там всё плохо, да? – Нет, нет, – постаралась успокоить её Санни. На самом деле всё было действительно очень плохо, но Пипп пока об этом знать не стоило. – Пойдём домой. Сейчас Мисти найдёт, чем можно продезинфицировать и всё будет хорошо. Это из-за крови кажется, что всё так страшно. Там просто царапины.       Она старалась звучать убедительно, хотя и сама в свои слова пока не очень верила.  – Маме… Маме только не говорите! – плакала Пипп. Взгляд у неё был остекленевший, она явно с трудом понимала, что говорит. – Она меня заберёт, а я не хочу. Я здесь хочу остаться. Не говорите маме. – Хорошо-хорошо, не скажу ни слова, – соглашалась земная пони, понимая, что спорить не надо.       Одновременно с этим она осторожно подталкивала Пипп к двери. Принцесса послушно шла, продолжая бормотать что-то несуразное о том, как ей надо сегодня вечером устроить стрим и нужно, чтобы раны успели к этому моменту зажить. За Пипп по снегу тянулся кровавый след, и выглядело это очень жутко. – Где Зипп? – бормотала пегаска. – Она дома? Пусть она посмотрит и скажет, страшно ли это. Она умная, она знает. Пусть Зипп посмотрит, ладно?       Санни вспомнила, что Зипп пропала куда-то ещё с самого утра – но всё же продолжала покорно соглашаться. «Хорошо, Зипп обязательно посмотрит, как только вернётся домой». Услышав это, Пипп почему-то разрыдалась ещё громче и скривилась от боли. – Я даже говорить не могу, – жаловалась она. – У меня всё очень плохо?       Санни всё-таки довела её до кровати, где уже ждала Мисти с ватой и обеззараживателями. Пипп послушно позволила промыть раны, но, явно пребывая в состоянии шока, всё продолжала то и дело повторять одно и то же. Про стрим, про маму и про то, чтобы Зипп обязательно посмотрела на её царапины. В ответ на это Санни лишь кивала и обещала, мол, да-да, всё так и будет, никому ничего не скажем, и Зипп вернётся и подтвердит, что всё не так страшно, и стрим провести удастся. Мисти в это время осторожно вытирала кровь и убирала уже засохшие потёки. В конце концов Санни смогла увидеть три длинные широкие красные полосы на левой щеке. Было очевидно, что к вечеру они точно не заживут – а ещё было очевидно, что на мордочке принцессы останутся страшные шрамы. Пипп лежала на правом боку и всё тщетно пыталась скосить глаза, словно пыталась увидеть повреждения. – Дайте мне зеркало, – говорила она. – Я хочу посмотреть.       Мисти не хуже, чем Санни, понимала, что не стоит сейчас пугать бедняжку, а потому только ласково заворковала что-то, пытаясь отвлечь и успокоить подругу. Оставив добрую, заботливую Мисти с Пипп, Санни спустилась на первый этаж и взяла со стола телефон. Машинально набрала номер Зипп, приложила телефон к уху, тревожно вслушиваясь в длинные гудки. В этом мире было множество причин, по которым Зипп могла не ответить – слишком наслаждалась полётом, чтобы обращать внимание на такие мелочи, как звонок, или просто могла быть где-то, где нет связи. Но после третьего гудка в трубке всё же раздался заспанный голос. Кажется, Зипп на самом деле просто решила затаиться в каком-нибудь укромном месте и подремать. Санни не могла осуждать её за это. – Что такое? – пробормотала Зипп слегка недовольно. – Эх, Санни, такой сон прервала... – Ты можешь прямо сейчас вернуться домой? – без всяких предисловий спросила земная пони.       Эти слова оказали на Зипп поистине пробуждающий эффект, потому что в следующий момент, когда принцесса заговорила, голос её звучал уже куда яснее и серьёзнее, а от сонливости не осталось и следа. Было слышно, что тон подруги её очень встревожил. – Уже лечу, Санни, – отозвалась она с готовностью, потом из динамика послышался какой-то шорох и шум, а затем гудок, уведомляющий о завершении звонка.       Видимо, Зипп дремала где-то неподалёку от маяка, потому что уже через полчаса она ворвалась в дом, со всей скорости чуть не врезавшись в диван. Грива и хвост растрепались, но на такие мелочи взволнованная пегаска в тот момент никакого внимания не обращала. – Что случилось? – резко спросила она, как бывало всегда, когда её что-то тревожило. – На нас напали?! Это Аллура?! Мы в опасности?! Где кристаллы единства? – Зипп! Зипп, успокойся! Зипп! – Санни пришлось заметно повысить голос, чтобы принцесса её всё-таки услышала. – Аллуры здесь нет, и с кристаллами единства всё хорошо! – А, да?.. Фух, – Зипп всё-таки мотнула головой, приводя гриву в порядок, и неловко улыбнулась. – Это хорошо. У тебя был такой напуганный голос, я решила, что она напала на маяк.       М-да... Сказать вслух истинную причину, тем более старшей сестре Пипп, оказалось куда сложнее, чем земная пони думала. Санни посмотрела на Зипп, совершенно несчастная, опустив ушки и растерянно водя копытом по полу. Ей никак не удавалось заставить себя выдавить хоть слово. Конечно, это не ускользнуло от пристального взора Зипп. Впрочем, не нужно было быть гениальным детективом, чтобы догадаться, что что-то не так. – Санни, что такое? – принцесса серьёзно заглянула подруге в глаза. – Я вижу, что что-то не так. Опалин что-то натворила? Ох-х-х, запереть бы её в подвале, чтобы она оттуда не высовывалась. – Это не Опалин, – отстранённо произнесла Санни. – Пойдём.       Она привела продолжающую недоумевать Зипп на второй этаж, где Пипп лежала на своей кровати, безучастно уставившись в стену. Мисти сидела на своей кровати и кивнула, мол, сделала всё, что могла. Несмотря на то, что единорог бережно стёрла кровь с мордочки подруги, подушка всё равно пропиталась красным. Зрелище было не из приятных. Санни поёжилась и отвела взгляд не в силах смотреть. – Пипп! – воскликнула Зипп, бросаясь к сестре. – Пипп, что такое?! Что случилось?! – Зипп... – младшая сестрёнка попыталась улыбнуться, но тут же прикрыла глаза от боли. – Зипп, посмотри, там очень страшно всё? Я боюсь смотреть сама...       Санни подумала, что вопрос излишен. Стоило только посмотреть в глаза Зипп, в которых застыл ужас – и это если учитывать, что Зипп была одной из храбрейших пони, которых знала Санни! Но сейчас нужно было очень постараться, взять себя в копыта и поддержать Пипп. Даже если для этого придётся немного приукрасить действительность. – Нет, нет, – слабо усмехнулась Зипп, покачав головой. Она изо всех сил старалась придать своей мордочке более расслабленное выражение. – Скоро и следа не останется. – А как я сегодня стрим проведу? – простонала Пипп, и в голосе у неё снова зазвучали слёзы. – Зипп, а ты можешь записать сообщение подписчикам? Пожа-а-алуйста? Скажи, что я сегодня не смогу. Только меня не показывай. – Сама ска... – начало, было, Зипп, но тут же осеклась.       Было очевидно, что в таком состоянии Пипп не может показаться зрителям. Зрелище было не для слабонервных, а весомую часть аудитории принцессы составляли дети. К тому же, не стоит вгонять в панику и так пребывающих в постоянном напряжении жителей Эквестрии. В общем, выбора у Зипп не было. – Хорошо-хорошо, я скажу, что ты приболела. Ты только не волнуйся, пожалуйста, – сказала Зипп, спешно включая на телефоне диктофон. – А теперь скажи, что случилось. Где ты была? Что делала? Это было столкновение мордочкой к мордочке или Аллура напала из засады?       Пипп застонала и уткнулась здоровой щекой в подушку. Она явно не хотела об этом говорить, да и дотошность старшей сестры нередко её раздражала. К тому же, от Санни не укрылось, как принцесса вздрогнула и напряглась, стоило Зипп напомнить о нападении. Наверное, не стоило так сразу пугать её... – Я-я-я... – младшая сестра прерывисто вздохнула и, кажется, с трудом подавила новый всхлип. – Я не знаю... Я где-то была между заливом и Зефирными горами. Но там не было ни снега, ни льда! Я... Я... – она задумалась. – У меня пропал интернет, а я как раз записывала сообщение Из. И я опустилась на землю, потому что не очень удобно было на лету перезагружать телефон, а там... Там практически сразу на меня напала Аллура.       Зипп закатила глаза со страдальческим видом. Кажется, ей очень хотелось сказать что-то по поводу того, что сестрёнка постоянно торчит в телефоне и из-за этого попадает в неприятности, но сейчас явно было неподходящее время читать морали. Тем более, что Пипп снова разрыдалась, и стала тереться здоровой щекой о подушку, как будто пыталась таким образом "сбросить" боль. – Это просто ужас! — продолжала рассказывать она. – Я даже не успела её рассмотреть. Она как большая сиреневая молния. – М-м-м... – Зипп выключила диктофон и нахмурилась. – Нет ни снега, ни льда... Звучит не очень по-Аллурски... И она обычно не нападает из засады.       С этим Санни, конечно, поспорить не могла – однако другие варианты никак не приходили ей в голову. Пипп не сомневалась, что на неё напала Аллура, да и кто ещё мог оставить на её мордочке такие страшные следы? В землях между Заливом и Зефирными горами водились мелкие грызуны и прочая небольшая живность – но крупных хищников там раньше никогда не было. Если только голод и мороз не заставили их покинуть гривландские леса... Что ж, возможно, хищная кошка решила сменить тактику и перейти в наступление.       Подумав об этом, земная пони почувствовала, как кровь прилила к щекам. Вспомнились её тщетные, безуспешные попытки овладеть магией, способной остановить Аллуру. Жалко было всех жителей Эквестрии, так или иначе пострадавших от лап кошки, но лишь теперь, когда жертвой стала близкая подруга, Санни в полной мере осознала, насколько плачевна ситуация. Аллура была непредсказуема, к тому же удивительно быстра и ловка. А ещё её невозможно было выследить – Зипп пыталась, но так и не смогла взять след, даже продвинутые гаджеты не помогли. – Как я теперь буду выступать? – убивалась Пипп и снова расплакалась. – Я теперь страшная! Я теперь даже на глаза никому не смогу показаться!       За этим последовал новый поток слёз и рыдания, а Санни даже не знала, куда взгляд отвести. Если честно, ей просто было стыдно, что она не смогла это предотвратить. Земная пони отошла от друзей и, удостоверившись, что они даже не заметили этого, спустилась на первый этаж, понуро опустив голову. Она успела заметить, как Зипп села рядом с сестрёнкой и, приобняв её крылом, начала что-то рассказывать. "А помнишь, ты была маленькой и разбила коленку? – говорила она. – Ты тогда плакала и боялась, что она никогда не заживёт?". Санни слабо улыбнулась. Хорошая всё-таки Зипп сестра, хоть сначала в этом и можно слегка усомниться.       Уже потом, сидя на кухне, Санни безучастно листала новостную ленту, в которую рекомендации то и дело подкидывали идеи для новых рецептов – не тот контент, который обычно смотрят в Интернете её ровесники, но Санни вполне устраивало. Зипп где-то на улице старалась записать видеосообщение для подписчиков Пипп – её голос глухо доносился снаружи, но земная пони никак не могла понять, что говорит пегаска. Слышно было только, что принцесса то и дело запинается и начинает новые дубли. Надо же, могла без малейшей запинки часами наговаривать свои теории на диктофон, а записать короткое сообщение для аудитории – это уже было сложно.       Сзади послышались тихие шаги, и перед Санни возникла Мисти, тоже расстроенная, но постаравшаяся мягко улыбнуться. – Случается с лучшими из нас, – промурлыкала тихо единорог и села за стол напротив подруги. – Можно совет дам? – Конечно! – Санни представить было трудно, что можно сейчас сделать, но раз Мисти могла что-то предложить, то земная пони с жадностью готова была ловить каждое слово. – Опалин неплохо в алхимии разбиралась, – сказала Мисти. – У неё тако-о-ое было... Наверняка что-нибудь от ран. Я однажды в детстве упала и разбила подбородок, а она мне чем-то рану промыла, и скоро ни следа не осталось. – Правда?! – Санни взволнованно дёрнула ушками.       Это было бы прекрасно! Она не сомневалась, что раны Пипп со временем заживут, и жизни принцессы ничего не угрожает. Но земной пони дурно становилось, когда она представляла, какие страшные шрамы останутся на мордочке подруги. Это ведь само по себе страшно – а для певицы и очень медийной личности, так и вовсе немыслимо. Санни покосилась в сторону двери в подвал и нахмурилась. Ей всё ещё было некомфортно просить Опалин о помощи, а при мысли, что аликорн может начать насмехаться над Пипп, так и вообще злость брала – но если уж стоило так рискнуть, чтобы помочь Пипп, то Санни готова была потерпеть язвительные комментарии и злорадство, а то и вовсе осадить пленницу. – Правда-правда, – оживлённо закивала Мисти. – Я сейчас тороплюсь, извини... Спросишь сама? Я обещала папе позвонить в шесть, он уже ждёт, наверное. – Да, конечно, – конечно, Санни было бы проще, если бы с Опалин поговорила её воспитанница, но настаивать не собиралась. – Я пойду. Спасибо, Мисти.       Неладное Санни почувствовала уже в тот момент, когда заглянула в подвал. Было слишком тихо. Обычно Опалин тут же начинала возмущаться, что кто-то из друзьяшек нарушает её личное пространство, но сегодня она молчала. "Опалин? – негромко позвала Санни, спускаясь по лестнице. – Опалин, ты спишь?". К сожалению, Опалин действительно спала – даже ухом не дёрнула, когда земная пони обратилась к ней. – Опалин? – снова позвала Санни уже чуть громче.       Со второго раза это сработало. Аликорн пробурчала что-то неразборчивое и повернулась. Что ж, по крайней мере, она не притворялась – взгляд у неё действительно был заспанный. – Что ты здесь делаешь? – недовольно осведомилась Опалин. – Оставь меня в покое. – Опалин, ты разбираешься в зельях? – прямо спросила Санни. Ей хотелось скорее узнать, что делать, чтобы помочь Пипп.       Аликорн потянулась – настолько, насколько позволяли ей бинты и подживающие раны – и зевнула. Взгляд у неё стал более осмысленным и ещё более недовольным. – Я злая королева, Санни, а не ведьма из ваших примитивных сказок, – сказала она. – С чего такие предположения?       Потом она, правда, помолчала, думая о чём-то своём, и добавила не без гордости: – Но я действительно знаю пару вещей. Да, да, я талантливый алхимик. У меня было много книг, но – какая жалость! – вы разрушили мою библиотеку.       У Санни и у самой сердце сжималось, когда она думала о том, сколько древней литературы, хранящей в себе знания о былых временах и могущественной магии, было уничтожено вместе с замком Опалин. Столько ценных реликвий и артефактов! Но сейчас речь шла не об этом. – Слушай, Опалин, – Санни села на кровать и заметила, как аликорн брезгливо отодвинулась и поджала копыта. – Аллура разодрала Пипп щёку. И там действительно всё очень серьёзно. Ты можешь сказать, как можно это вылечить? Чтобы совсем не осталось шрамов?       В какой-то момент усмешка полыхнула во взгляде Опалин, и Санни уже готова была спустить её с небес на землю. Но когда пленница заговорила, в голосе её звучали лишь обида и возмущение. – О моих ранах вы так не переживаете, – напомнила она, указывая на длинный шрам, пересекающий левую щёку.       Санни не знала, что на это ответить, потому что Опалин была права. Ей помогали, заботились о её травмах и давали отдыхать – но никто и не думал избавлять аликорна от шрамов. Хотя, судя по рассказам Мисти, Опалин уделяла огромное внимание своей внешности, и следы от ран наверняка ужасно злили и смущали её. – Поможешь сделать лекарство и сама свои раны вылечишь ведь, никто тебе не запретит, – сказала неуверенно Санни. Опалин задумчиво хмыкнула и кивнула. Её такие условия вполне устроили. – Вот что, Санни, – она огляделась, взяла со стола высокую изящную декоративную свечу и протянула её земной пони. – Зажжёшь мне огонь, и я скажу тебе, как я раньше лечила раны.       Санни уставилась на свечу, с трудом заставляя себя успокоиться. Вдох-выдох, вдох-выдох... Хотя, честно говоря, от такого неприкрытого издевательства захотелось закричать и разрыдаться – нервы ведь у земной пони и так уже сдавали. А Опалин продолжала сидеть и спокойно смотреть на неё задумчивыми полуприкрытыми глазами. Знала ведь, что Санни всё равно ничего ей не сделает! Она готова была снизойти и помочь плебеям, вот только условия для этого ставила невыполнимые. Хотела унизить Санни или просто на самом деле ничего не могла без своих алхимических книг и хотела это утаить? В любом случае, Опалин прекрасно понимала, что вряд ли у Санни получится выполнить это требование. – Ты же знаешь, что я не смогу зажечь огонь, – сказала земная пони. Если Опалин так хочет, чтобы она признала поражение, то пусть. Пусть насмехается сколько хочет, главное, чтобы всё-таки сказала, как вылечить Пипп.       Опалин разочарованно закрыла глаза. – Да какой же из тебя аликорн, Санни, – фыркнула она. – Позор моего вида. Рассказываешь мне о своей магии дружбы, а сама не хочешь даже постараться, чтобы помочь своей подружке-певице. – Причём тут это? – буркнула Санни, продолжая смотреть на свечу.       Что-то дьявольское полыхнуло во взгляде аликорна. Она улыбнулась – практически оскалилась, – и от этого у земной пони мороз пробежал по коже. Даже поверженная, пленница умела быть пугающей. – А вот, причём, – прошипела Опалин, с удовольствием наблюдая за растерянностью Санни. Она практически упивалась осознанием того, что Санни пришла к ней за помощью. – В Гривландских лесах растёт сирень, обладающая замечательными целебными свойствами. Вот, что вам нужно. Здесь нет алхимии. Это просто знания, необходимые для выживания. Какой кошмар... Пони сейчас даже не знают, чем себя лечить. – Сирень?.. – удивлённо переспросила Санни. – Да-да, сирень! – нетерпеливо воскликнула Опалин. Она ненавидела, когда её переспрашивали. – Сирень, которая цветёт только в первый день весны на закате, а потом теряет свои магические свойства. Спроси у своей странной подружки, она наверняка тебе расскажет.       Санни медленно подняла голову и растерянно уставилась в глаза пленнице. Та смотрела с усмешкой, издеваясь над непониманием собеседницы. Потом Опалин встала с кровати и пошла к лестнице со словами: "Пить хочу" – а земная пони последовала за ней. – То есть... То есть ты хочешь сказать, что я вылечу Пипп только тогда, когда научусь зажигать огонь и положу конец зиме, которую устроила нам Аллура? – уточнила Санни, и Опалин промурлыкала что-то себе под нос, наклонив голову в согласии. – Тогда... Я поняла!       Странно было осознавать, что Опалин на самом деле даже не пыталась намеренно её запутать и уйти от ответа. Слова аликорна были логичными и правдоподобными – да и зачем ей лгать, когда она сама спит и видит, как бы избавиться от шрамов, покрывающих её тело. Пока Санни, одновременно вдохновлённая и напуганная возложенной на неё ответственностью, заоглядывалась по сторонам, пытаясь найти ещё какую-нибудь свечу, пленница удобно устроилась на диване, сжимая в копытах стакан с водой. – Посмотрим, получится ли у тебя, – сказала она. – Как Мисти это назвала? "Эмоциональная реакция"? Ну-ну...       В дверь вдруг постучали. Санни вздрогнула от неожиданности. Кого это принесло вечером, да ещё в такую метель? Она панически оглянулась на Опалин, а та тихо застыла на диване, навострив ушки. Не хватало только, чтобы кто-то из непосвящённых узнал, что злодейка освобождена и находится здесь. Может, конечно, это Хитч решил зайти? Но он обычно не стучал, а если и стучал, то сдержанно и с паузами. Сейчас же в дверь беспокойно и нетерпеливо тарабанили. Санни тихо подкралась к двери и, прежде чем открыть, выглянула в окно, тут же мысленно застонав. На пороге топтались неразлучные Сишелл, Глори и Пич Физз. Самые верные фанаты Пипп наверняка получили сообщение от Зипп и тут же прибежали узнать, как чувствует себя их кумир. Игнорировать жеребят было бы нехорошо, так что Санни всё же открыла дверь и постаралась встать в проходе, чтобы дети не увидели Опалин. – Привет, Санни, – сказала Сишелл. – А можно мы к Пипп пройдём? – Привет, девочки, – земная пони ласково улыбнулась жеребятам. – Не стоит. Пипп приболела, её сейчас нужен отдых. – Принцесса Зипп сказала, что Пипп плохо себя чувствует, – пискнула Глори и понурилась. – Мы хотели её поддержать. – Это очень мило, – Санни продолжала вежливо улыбаться. – Но сейчас лучше дать Пипп поспать. Пусть восстанавливает силы. Это ей будет самая лучшая поддержка.       Подружки расстроенно переглянулись, но спорить не стали. – А мы вот принесли Пипп открытку и вкусняшки, – добавила Пич Физз и протянула Санни пёстрый пакет, в котором что-то перекатывалось. – Передашь? – Конечно? – пообещала земная пони. – Пипп обязательно вас отблагодарит как только хорошенько отдохнёт. А теперь бегите, уже поздно.       Дети восторженно переглянулись, довольные тем, что Пипп обязательно уделит им внимание, быстро попрощались, пробормотав что-то вроде: "Хорошо-спасибо-Санни-пока" – и наперегонки понеслись по заснеженной тропинке в сторону города. Санни помахала им вслед и закрыла дверь. Всего-то постояла на пороге чуть-чуть, а уже замёрзла... А жеребятам всё ни по чём. Главное только, чтобы они Опалин не успели заметить. Вон, как Сишелл с любопытством заглядывала за спину Санни, надеясь увидеть Пипп. Выяснят ведь, что аликорн здесь, а потом об этом каким-то чудесным образом узнают все. Не хватало только ещё и таких проблем... А в остальном всё не так плохо... Всего-то научиться создавать огонь, растопить снег, спасти заточённых во льду пони, победить Аллуру, вернуть Опалин домой на Скайрос и теперь ещё вылечить Пипп. На словах звучало вполне выполнимо.