Сознание паршивца

В ночное время суток, когда на каменных стенах замка образовывалась чья-то холодная тень, производимая окном от луны, на которую падали солнечные лучи, происходило не самое доброкачественное положение. Камин давно затух, так час или два прошло, от чего прохладный ветер нагонял тоски в эту комнату, погружая в холодный и страшный мрак. Мужской силуэт тихо дышал, он стоял и не шевелился, его взгляд был направлен на что-то блестящее, то что было частично испачкано в засохшей от долгого времени крови. Вздох приобрёл сильные очертания, когда тот начал использовать резкие движения своим небольшим клинком по эластичной коже. Из этой ранки появились маленькие капельки жидкости, что нетерпеливо стекли по руке с разных сторон образуя одну большую каплю. От этой тяжести они не смогли сдержаться в таком невесомом состоянии. Эта капля упала на чёрствый пол, издавая приятный и короткий булькающий звук в комнате. Быстрые дыхания успокаивались, но накалялось, когда рука с раной подносилась к его рту. Его влажный язык слизывал кровавые подтеки, вызывая сильнейшую эйфорию в разуме. Страсть увеличивалась, парень делает несколько шагов назад, упираясь спиной к ледяной стене. Будто проникался вглубь раны, заставляя дыхательные пути попыхтеть сильнее, а что уж говорить про грубый выдающийся голос. Всё это было похоже на глубокий поцелуй, страстный поцелуй, его спина слегка выгибается назад, ударяясь головой об стенку замка. Боль пробуждала этого больного человека, мазохист крепче сжал своё плечо другой рукой, пытаясь впиться своими обкусанными ногтями в плоть, это было слишком безуспешно. Агрессивные действия прекратились, когда из глубокой раны прекратила идти красная жидкость, видно тромбоциты начали выполнять свою должную работу в организме. Тень двинулась к камину, он берёт коробок со спичками, доставая одну из них, слышался характерный, но короткий звук трения, от чего спичка засияла горячим пламенем. Спичка падает на оставшиеся обломки дерева, поджигая их, от чего тень человека просветилась с другой стороны. Мужчина берёт некоторые осторожные брёвна рядом, подкидывая их в пламя, послышалось одобрительное огнём тресканье дерева. Как только открытое окно закрывается, тепло начинает распространяться по комнате, доставляя приятные ощущения телу. Так что же это за человек, ох это знаменитое лицо в этих местностях.. Так называемый джентльмен Валериан Маккормик с большими секретами в своём тщеславном характере.. Догадаться очень сложно, только если увидеть его множественные шрамы по телу, можно понять, что с ним не всё в порядке. Качнув головой, мужчина двинулся к своей на вид простой кровати, его телосложение настолько устало за сегодняшний день, что хотелось бы ему буквально расплавиться на ней. Его старания стать вновь весёлым и озорным сейчас были провалены, прошедшее мероприятие не придаёт ему новых сил, он пьян от алкогольных напитков и танцев с несколькими женщинами и мужчинами. Падая на кровать, он поворачивается на бок, не смыкая глаза с этого маленького костра в камине, фоновые звуки казались приятными, эта тишины совмещается с треском древесины. Не заметил, как сам закрыл глаза и уснул. Сон, иногда влиял на его эмоциональное состояние, но сновидения Валериана имели посыл его детства, ужасного детства, как он находился в кругу своей маленькой семьи, что причиняли ему сплошную моральную боль, а в благо отдавались и в физической боли. С большими процентами Маккормик пробуждался и тяжело дышал, чувствуя как пот распространяется по его телу, а иногда это обходилось истерическим криком, наполняющий звон голоса только в части замка.. Но сейчас мирно спит, в надежде на то, что забудет другой сон или представит, что это был только чёрный экран. . Было ли утро доброе? Зеленоглазый с трудом встаёт с кровати, чувствуя себя как-то не важно, но он не хотел беспокоиться о себе. Внимание было окружено на одежде, чёрная рубашка была самой предпочтительной для нахождения в замке, а также обычные джинсы. Его походка была вполне обычной, давая осознание, что потихоньку просыпаешься. В ванной комнате, он внимательно ухаживает за собой, умывание лица, а также чистка зубов, причёска, что нужно немного подправить. Звучит всё даже просто. Настрой Валериана налаживается, когда он находится на кухне, чтобы приготовить себе свежий кофе, много сахара скрасит его начало дня, и даст забыться о потребности в обычной еде. Нет, он умел готовить и даже очень хорошо, но сейчас слишком лениво, да и только проснулся. С налитым кофе делает глоток, ощущая ещё один вкус чего-то приятного, помимо вчерашней сладковатой крови. В потоке своих мыслей, он вспоминает об одной маленькой мелочи, хотя стоит ли её называть мелочью? Маккормик цокнул, хмурясь. Он отвлекается от напитка, торопливо шагая по коридорам замка, чтобы найти одну из его личных комнат. Расслабившись, мужчина унюхивает запах по той стороны двери, чего-то металлического, ах да, кровь. Джентльмен неуверенно шагает, открывая дверь. Он видит человека, который сидит на прочном стуле, он казался очень уставшим сейчас и дремал. Валериан недовольно пробормотал - совсем забыл о нём, надо завязывать с выпивкой. - Пальцы переносятся на переносицу, тягостно вздыхая. Кажется этот незнакомец оказался тут почти случайно, но самое удивительное, что он был связан профессионально, не смотря на состояние Маккормика в ту ночь. - видимо, я приятно удивлю своего сожителя. - Тот усмехнулся, заходя в холодную, плохо освещённую комнату, закрывая дверь за собой. Его шаги приближаются к сидящему телу в упор, пальцы рук хватают волосы какого-то мужчины, заставляя его поднять голову. Голос Валериана убедительно пытается пробудить сидящего, это получается, но сколько же паники началось только с этого. Брови джентльмена приподнялись, в конце концов он привык видеть подобное поведение своих жертв, а это его ещё мягко говоря, раздражало. Но самый главный признак, что позволяло Маккормику быть таким игривым, это ощущение страха у людей. Казался, словно вампиром, ему стоило только ощутить на острый клык этот приятный вкус чего-либо поражения и он в игре. Он с ухмылкой посмотрел на брюнета, немного прикрывая свои веки, из-за спины слышится щелчок, очень медленные, чувство это канцелярский нож, с острым лезвием. — я бы сыграл с тобой в психологические игры, но давай мы отнесемся друг к другу с пониманием.. — С ничего Маккормик изящной махнул рукой из-за спины, прикладывая остриё к шее мужчины. — Я люблю тишину, а ты хочешь ещё немного глотнуть воздуха в свои последние часы жизни. — Улыбка расширилась в разы, как и его бесчувственные глаза, покрытые снизу фиолетовыми синяками. Брюнет в свою очередь дышал очень тяжело, но он действительно притормозил и не кричал. — С такими как ты, я бы справился за два счета. — новые щелки послышались от ножика, остриё плотно прилегает к шее. — Но думаю я выбью из тебя всё дерьмо, я сломаю тебя, ты будешь умолять меня прекратить это. Умолять. — Грубоватый тихий голос объяснял всю серьёзность ситуации, а его смех, что стал очень звонким и безумным выбивал эту колею атмосферы. Лезвие отстраняется от шеи, но оно переходит на руку Валериана. — ты боишься крови? Если у тебя есть побочные ощущения от её вида и запаха.. То не переживай, ты в самом центре кровавой вечеринки! — с этим последним словом, он резко наносит себе порез с прерывным вздохом, вызывая у жертвы явное недопонимание и сильную тревожность. Маккормик хихикает, смотря на своё кровотечение из раны, но он углубляет порез, ковыряясь остриём в новом потоке жидкости, ещë и жалобно стонет, выпрямляясь в спине от удовольствия. Но самый главный момент в том, что вся кровь с руки, лилась на голову жертвы, стекая частично и на лицо. Чужой страх.. Очень переполнял ощущения Валериана, особенно то, что мужчина пытается переубедить его, перестать вытворять такие вещи с собой, но закрывать глаза на это не получится, всё не так легко, как кажется. Противный запах и ощущения ещё больше давят на психику человека, чем просто зрительный контакт. Маккормик замечает насколько морально слабый человек ему попался, казалось упадёт в обморок от этого крохотного безумия. Маньяк положил лезвие на столик, намачивая свежей кровью свои чистые пальцы, он проводится по губам брюнета, оставляя капельки на её нижней части. — попробуй, это очень вкусно, особенно, в твоем случае, ты ведь очень хочешь пить.. Прими мою кровь, как знак заботы. — ничего не произошло, естественно, кто бы начал пить чью-то кровь, но Валериан настаивал, что его моральная сила перешла в физическую, последовал шлепок по лицу, что раздался по всей комнате. — никаких манер в чужом месте, почему ты вообще находился на балу.. Тебя стоило выпнуть из балкона, за такое неуважение ко мне, к МОЕЙ ВЫСШЕЙ ЛИЧНОСТИ В ОТЛИЧИЕ ОТ ТЕБЯ. — прорычал Маккормик, меняя своё итак не предсказуемое поведение. Жертва заплакала, жалобно смотря на него. — как женщина, честное слово. Ничего, я научу тебя манерам, я то знаю, как нужно себя вести в обществе, ЦЕЛУЮ ТВОЮ ЖЕ МАТЬ ЖИЗНЬ. — С криками Валериан схватил скальпель на там же миниатюрном столике, протыкая плечо брюнета, громкий крик боли пронзает каменный замок. Взгляд маньяка ужесточился, как и злобный оскал, маленькое лезвие некультурно проворачивается в руке Маккормика, вызывая кровоток, который пачкал костюм человека. — славно, что ты не оскорблял меня, в первые минуты времяпровождения со мной здесь. Это достойно моего почтения, ведь я не люблю таких, режу на кусочки и подаю к обеду-. — Вновь его настрой стал маниакально-счастливым, ведь голос начал звонко протягиваться, как и слова. Скальпель высовывается из плоти, заставляя кровь течь с большей силой. — но понимаешь ли, ты тут оказался не зря, в одной из самых тёмных моих комнат. — резко Маккормик обхватывает спинку этого стула двумя руками, от чего она отклоняется назад, как и сам мужчина на ней, из-за того, что психопат решил нависать над ним. — самое ужасное место. Запах мертвечины, чувствуешь его? Ты следующий. — он говорит это с улыбкой, слегка кивая своей жертве. От лица человека, его смех убийственно пробивается из уст, даже глаза казалось улыбались этому. Маккормик встаёт с места, а брюнет всё ещё остаётся лежать, а что ему ещё остаётся, помимо того, он связан очень грубо. Кричать только ухудшит ситуацию. Обходя человека, маньяк начинает сооружать его, этот металлический стул был очень интересным, будто он сам его и создал для таких пыток, зеленоглазый обхватывает прикреплённый к стулу дугообразный металл, и закрепляет шею мужчины. Этого было вполне достаточно для Валериана, поэтому все острые предметы лежащие рядом, словно сияли от желания стать первыми по применению. — Сыграем в считалку, а? — хихикнул тот, начиная указательно тыкать на предметы. Жертва тяжело взглотнула, начиная произносить тихие слова ' прошу, не надо. Это полный бред. Бред! ' Но Маккормик не учитывал желания, он только лживо прискорбно смотрел на него, а затем улыбался, скаля зубы. На его глаз попадается очень интересный и тяжёлый инструмент, ранее не использовал в прошлом, так почему бы не взять его в свои потные кровавые ручки и не завести этот чудо инструмент. Маньяк подхватывает на руки целую бензопилу, проводясь своим пальцем по пильной цепи. — Ах.. Да.. Кажется оно не просто разорвёт твою одежду, но и твою плоть.. — брюнет вновь начал кричать от сильной паники, сейчас его точно разрежут пополам. — Хаха, не ори, ты не перекричишь шум этой детки! — сказал Маккормик, опять поставив бензопилу на ровный участок, ему было не нужно много времени, чтобы её подготовить, включить зажигание и с помощью рукоятки стартера сделать несколько яростных подтягов, от чего она громко и агрессивно рявкнула, а затем зарычала как зверь. Валериан поднял её, крепко держа за рукоять двумя руками. Стойка была такой же ужасающая, как и лицо самого маньяка, он медленно подносит этот жуткий режущий инструмент к телу брюнета, пока тот извивается как может, ощущая прилив такого сильно страха, что и не позавидуешь. Казалось что у Маккормика текли слюнки от такого жалко вида, извивается да кричит изо всей мочи. Психопат почувствовал как у него защипали щеки, он действительно покраснел и с каждым разом, когда он подносил ближе бензопилу к чужому телу эта эйфория усиливалась. Но теперь громкий смех разрывает звук бензопилы, ведь тело брюнета начинает разрываться от сильно быстрой действующей силы острого предмета, одежда рвётся, а кровь начинать брызгаться во все стороны. Интересно, насколько же громко это раздавалось по большой местности, но псих не думал, он чувствовал, ощущал как капельки крови попадали на его лицевую сторону, одежду на себе Маккормик не щадил, он пачкался чужой кровью! Этот приличный разрез был хорошим для зеленоглазого, он поставил бензопилу, и своей рукой проникает в это кровавое месиво, чтобы потрогать его внутренности, звуки склизкого дополняли атмосферу отвращением. Валериан не остановился, его страсть на пределе, ему хотелось большего, чем просто ощутить на руках кровавые органы другого человека. Он хватает молоток, начиная со всей дури ломать грудину мертвеца, чтобы пробраться в самое сердце, оторвать его, и лопнуть из-за сильного сжатия руки. Давненько он так не развлекался с людьми, так и ещё завёл бензопилу, что пылилась зря. Мужчина своими сильными руками, приподнимает полностью свой юный садизм, ломает кости, режет рвëт органы, совершает то, что не видно другим глазам. . Сделав несколько шагов назад, Валериан понимает, что возможно перебрал, и это тело вообще больше не будет не нужно для чего либо. Но он только покачал головой, освобождая от цепей лёгкое телосложение чужого человека, чтобы понести его в другую комнату, но только уже не совсем его, а в сожительскую. Чтобы Санни, сам разобрался с этим телом. Конечно для того, чтобы не распространять кровь по коридором, нужно было его немного привести в порядок. Затолкав органы и кости внутрь, а затем завязать бинтом. Подняв на руки бездыханное тело, Маккормик вышел из комнаты, проходя совсем недалеко, его встречает подобная другая комната, но только здесь было гораздо грязнее и ужаснее по запаху мертвечины, ведь она обычно была предназначена для трупов, очевидно. Кинув тело куда то в угол, Валериан пятится назад к выходу, но напряжённо вздыхает, ощущая как в кого-то врезался. Его плечи крепко обхватили. Маньяк резко повернул голову в бок, чтобы посмотреть на мужчину, хоть и понимал, что идея сама по себе плохая, тело Валериана провокационно полностью в крови. — Давай без церемоний. Понимаю, очень неожиданно, что я убил кого-то и без тебя. — Это бывает очень редко, но сейчас Маккормик просто хотел избавиться от тела, чтобы не мучиться с ним. Но неожиданно для себя Уилсон посмеялся, заключая в объятия для того чтобы похлопать в знак уважения. _ Очень даже неплохо.. Ты использовал бензопилу? Это было громко. _ Валериан улыбнулся, кивая в знак того, что он действительно прорезал тело этого брюнета бензопилой, бинты вновь разошлись, от чего кровавая каша вывалилась из дохлого тела. — Но всё же, я переборщил с ним, он стал негодным продуктом, я переломал ему большую часть костей, про органы я не стану говорить. — Послышался смешок. _ Годен, годен, ты совсем забыл про руки, ноги, а также его головную часть. Дай я посмотрю, разберусь. _ Санни отстранился от Маккормик, усаживаясь на корточки к трупу, чтобы осмотреть повнимательнее, руки скользят по лицу мужчины. Даже успел заглянуть в его неживой глаза, необычные оттенки голубых, но в тоже время тёмных цветов. Ему не нужно времени, чтобы осторожно забрать этот круглый шарик и начать его деформировать в своих пальцах. Язык острозубчатого проходится по зрачку, а также и радужке, оставляя свою нить слюны. Зубы прокусывают половину глаза, из которой вытекло стекловидное тело, подобно прозрачному гелю. Валериан смотрит на него, ожидая какого-нибудь одобрительного кивка. _ Обычный вкус, всё в норме, я возьму только оставшуюся часть от него, и займусь я этим скорее всего прямо сейчас, пока тело не начало гнить. _ Маньяк выдохнул, теперь он не будет переживать об этом теле, ведь скорее всего эти ненужные остатки растворяется навсегда. Короче, будто ответственность больше не на нём. — Фуух, отлично, я очень рад, что это решилось очень легко. Я желаю тебе приятного аппетита, заранее не переживай, он не испытывал на себе никаких наркотических веществ, потому-что мне было жалко, да и.. Я его привёл не специально вчера. — _ Хах. Хорошо, но как ты смог его привести не специально, так и ещё связать, не упустить детали? _ Когда Уилсон обернулся, он понял что он уже находился в этой комнате один. _ И он тихо свалил от моего вопроса. _ с раздражённым вздохом, Санни принялся, что пора разбираться с вкусными частями тела, так-что пора сходить за острыми приборами. . Маккормик в это время торопился в ванную комнату, чтобы смыть кровь хотя бы со своего лица и рук. Остальное тело, да и волосы, лучше уж помыться полностью, но вечером. Верхняя одежда летит в стирку, как самая пострадавшая в кровавой бойне. Зеленоглазый внимательно смотрит на себя в зеркале, приподнимая свою чёлку вверх. Его взгляд плавно скользит по своему же телу со шрамами, явно он был доволен собой, от чего и игриво улыбнулся на несколько секунд. Но сейчас он находится в мыслительном потоке. Новое мероприятие планирует буквально через четыре может и пять дней, поэтому сейчас стоит немного расслабиться, его сожитель точно не останется голодным, особенно зная его любовь к накопительству. - всё хорошо, всё будет в порядке, только не нужно сходить с ума по ночам, только бы не эти ужасные сновидения.. Я же справлялся с ними, прошло столько лет. Почему я не могу смириться. ПОЧЕМУ. - Валериан наклоняется к раковине, переводя взгляд на текущую с крана струю воды. Прорычав что-то, джентльмен стукается лбом об стекло, вскрикивая. Выключив воду, он некультурно открывает дверь с помощью ноги, уходя дальше по коридорам замка. Эта агрессия смягчается, от прогулки по замку, его пальцы пробегаются по холодным стенам. Санни он уже успел встретить пару раз, конечно на лице того мужчины была недопонимающая улыбка, ведь зачем Маккормику так долго ходить здесь, уже несколько раз, повторяя те же движения, мимику. Живёт в этом замке всё детство и бродит как призрак. Уилсон с течением часа, принял решение остановить эти бессмысленные похождения, на него даже внимания особо не было. Поэтому, ставшее телосложение преградило путь. _ Что ты делаешь? _ Хотел бы выразиться Санни грубее, но есть чувство, что что-то здесь не так. Маккормик же со стороны ощутил себя нервно, отведя взгляд. — Я просто пытаюсь настроиться.. Понимаешь, я не в хорошем настроении сегодня, ведь. _ Это из-за сна? _ Перебил острозубчатый, приподнимая брови, да, он знал про ужасные сны другого, это оставляло след на уставших зеленых глазах. Может на это влияли и наркотики, но их потребление было редким, будто по праздникам случаи. — Хах, догадливый, но дело слегка в другом. Я не хочу их видеть, в свой долгий отдых. Знаю, что зашёл слишком далеко и мой разум уже не способен стать нормальным. Знаю, что не лечится. Но я уже устал видеть этот кошмар, не могу.. Не могу! — Джентльмен отчаянно смотрит в синие глаза, его руки тянутся к плечам Санни, чтобы показать серьёзность своего негодование. — Да, сошёл с ума, но почему я просто не могу относиться к этим снам, как будто, это уже больше не мои проблемы. Почему мне не плевать? — Рыкнул Валериан, сжимая чужие плечи крепче. Его эмоциональное состояние напрягается, готовясь взорваться. Уилсон вздохнул, кажется он был озадачен этим вопросом, а то что ответить на это нормально нельзя, так ещё и сложно, он отдаётся в сочувствие. _ Эти моменты тебя травмировали. Вот в этом и загвоздка твоих снов. Попытайся отнестись к этому проще как-нибудь, кажется бредом, но попробуй ещё раз. _ Другой пытался быть мягче, несмотря на то, что он буквально несколько минут занимался расчленением какого-то брюнета в комнате. Зеленоглазый вспыхнул как огонь, ведь у него этого никак не получалось. Он конечно не способен контролировать свои сны. _ А может.. Ты переживаешь очень сильно в последнее время, я это вижу. _ — Я что, похож для тебя на какого-то параноика чтобы нервничать каждый раз по пустякам?! — _ Вполне. _ Валериан цокнул, ударяя кулаком по стене с силой. Его движения начинали оказывать самоповреждения в знак агрессии. Санни же наблюдал за этим, не предпринимая, пока что никаких мер, конечно, если дело не зайдёт на что-то опасное для жизни мужчины, или даже его жизни. Не проходит и минуты, как мазохист начинает себя калечить и разными способами. Кулаки ударялись об его живот, заставляя подхватиться и кашлять. Он ударяется боком к стене, яростно нанося ещё пару ударов. _ Это забавно, но заканчивай с этим придурок, тебе это не нравится. _ Уилсон хватает чужие руки, на что и получил провокацию со стороны. Маккормик был очень расстроен, очень. Он пытался выбраться из хватки, переживая только за свои чувства. _ Да угомонись ты. _ Превысил голос садист. _ Я не могу смотреть на то, как ты страдаешь во всех формах этого смысла. _ На это Валериан резко притих, видимо это показалось ему комплиментом. _ Слушай, я и так с тобой живу, что тебе ещё нужно для сука твоего всеобщего спокойствия? _ Маккормик неряшливо улыбнулся, а его руки ответно обхватили руки союзника, поддаваясь к нему вперёд. — Вот именно, что мне нужно? А я не знаю, у меня есть всё, буквально всё! Но счастлив ли я этим вообще? Посмотри на мой жалкий вид, я устал от этой однообразности. — Джентльмен фыркнул, ещё не до конца формируя свои мысли, он просто говорит, что думает и чувствует. Собеседник напрягся такими словами, делая шаг назад для дистанции. _ Я не источник нежности, но в твоём случае. _ Санни вновь переводит свой взгляд на глаз Маккормика, до боли сжимая его руки. _ Я мог бы очень даже постараться. _ Беспокойное лицо Уилсона превратилось в улыбающийся оскал, словно ухмылка. На это мазохист удивился, а действительно ли этот человек сможет ему помочь, как нужно? Хотя, многие чувства в голове больного объяснимы. — Хорошо? — _ Отлично! Тогда почему бы тебе не помочь мне с трупом, даже рубашку снял для потной работёнки, молодец! _ Зелёные глаза метнулись в сторону мёртвого человека, за час Санни успел сделать пол работы, и даже перенести всё необходимое в холодное помещение. — Пошли, может ты отвлечешь меня своими историями?— Валериан даже улыбнулся, ему за это одобрительно похлопали по плечу. _ Конечно, конечно. Только перестань психовать, все твои прошлые страдания закончились. И пришли только новые. _ С хохотом садиста, они заходят в комнату, чтобы дорубить вкусные участки тела. Беря инструменты по собственному вкусу. Уилсон одобрительно кивал собеседнику, указывая на то, что всё режет правильно. Каждый кусочек кровавого мяса пойдёт на вкусную будущую пользу. . . .