Биатлонисты

      — Джек, ты уверен, что лежка именно в этом блоке?       — Так же, как и в том, что ты сегодня уже выпил, даже если у тебя не трясутся руки.       Заглушенные тихим смехом быстрые шлепки босых ног за контейнерами остались незамеченными.       Мелькнувшая же в проходе тень получила вслед пару плазменных шаров, оставивших округлые подпалины на бетонной стене склада, стоящего здесь, казалось бы, еще со времени прибытия первого корабля.       Двое мужчин молча бросились в разные стороны, обходя ряд контейнеров за которым скрылась цель.       Качнулось пятно света, после того как еще одна тень прыгнула на одни из плафонов основного освещения.       Раздалось шипение сгорающей плоти, а по-старому, но еще действующему складу на окраине разнесся резкий запах горелой плоти и волос. Сопровождаемый пронзительным визгом, переходящим в ультразвук.       Новые вспышки в разнобой, сверкнувшие с двух концов прохода. Крик прервался, а к запаху горелой плоти добавились легкие нотки корицы.       — Тьфу, дольше искали.       Снова качнулась потолочная лампа, скрыв в тени проход и лежащее по центру тело.       — Сзади!       Новая вспышка, прервавшаяся лязгом металла отлетевшего оружия. Торжествующее рычание, сменившееся болезненным визгом и усилившимся запахом корицы.       — Это было, черт подери, близко, с меня пиво, Джек.       Ослепительно сверкнуло оранжевым, вычертив острыми углами теней покрытые ржавчиной бока так и не вышедших из употребления морских контейнеров. Запищал, охлаждаясь после перегрева основной кожух ствола.       — Ничего личного, Ник. Просто предложение от которого я не имел права отказываться.       — Кха… Я так и знал, что это не просто старая травма, отпечатавшаяся на душе. Веришь или нет, но я собирался после этого рубежа предложить помощь.       — Верю, почему нет? Но контракт на душу с Баалом не оставляет особо много свободы воли. Ты был хорошим напарником, Ник.       — Ты тоже, Джек. Приятно было поработать вместе. Не одолжишь сигарету? — Мужчина похлопал по обугленной нижней части тела. — Мои сгорели.       — Ɔhyew a ɛrehyew.       Лепесток магического, пронзительно синего и неестественно спокойного огня коснулся зажатой в зубах трупа сигареты, стремительно распространяясь по ней вверх к лицу. Через десяток секунд уже все тело было объято бездымным пламенем.       

***

             — Паскудство.       К раскрашенным алым закатом облакам устремилась струйка сигаретного дыма. Тихо пискнул в руках планшет начав запись.       — Отчет №9923х200. Участники гонки: биатлонист №1379 и биатлонист №9872. Гонка началась в 13:45 7 апреля. Лежка целей была обнаружена в 17:50 на складе промышленного района. Демон вернулся в лежку в 19:13. Выход на огневой рубеж произошел в 19:17. В ходе стрельб обе цели были поражены. Обнаружены 2 штрафных круга. В ходе гонки биатлонист №9872 выбыл. Мишени успешно опущены, лыжня очищена. Присутствие технического персонала не требуется. Конец отчета.       

***

      — Курсант Дорн. — Молодо выглядящий, лет двадцати, парень спрыгнул с рампы, замершего посреди порта, контейнеровоза и протянул в приветствии руку. — Прибыл для прохождения полевой практики.       — Джек Харпер. — Я пожал протянутую руку. — Поехали, сдашь документы в штаб СПО. Вояки таки придержали для нас местечко в офицерской деревне. — Тихо заурчал по непонятной причине не только все еще производящийся в этом захолустье, но и устанавливающийся на колесную технику дизельный двигатель. — Заодно погоняю тебя по теории, раз уж ты на практике, а не в усиление.       — Но вы же можете посмотреть мой табель. — О да, то самое возмущение, когда экзаменатор меняет условия сдачи и отменяет автоматы ровно в день экзамена.       — Предпочту узнать лично. Да и есть у меня вопросы к последним изменениям в учебных планах. — Слишком сильно академия сосредоточилась на классических дисциплинах, кажется, решив полностью забить на современные методы. Так еще и это сокращение традиций личного наставничества, оставшегося со времен существования егерей… Если бы я знал ректора Михайловича чуть хуже, то подумал бы что он пытается подчинить себе институт биатлонистов. А так, ставлю на то, что старика наконец пробрал маразм.       — Тогда начинайте, я готов. — Отрицание, гнев, торг, депрессия, принятие. Все пять стадий принятия неизбежного мгновенно промелькнули на лице подростка, сменившись сосредоточенной готовностью. Кажется, из него выйдет толк, набраться бы только опыта.       — Ну, тогда начнем с простого. Каков порядок действия при прибытии на место проведения гонки?       — Требуется провести предварительный поиск нечисти. Затем при отсутствии компрометации местного правительства следует объединиться с силами СПО для обеспечения оцепления и выйти на огневой рубеж. Если в администрации обнаружено присутствие культа и его самостоятельное уничтожение невозможно, требуется вызвать ближайший патрульный эсминец для проведения орбитальной бомбардировки.       Молодец, ни на секунду не сомневался в словах. Четкое следование инструкциям и готовность применять жестокость. Хорошие качества, а гибкость и готовность иногда идти на компромиссы придет со временем.       — Какие способы предварительного поиска ты можешь назвать?       — Ритуал определения разрывов в пространстве, Компас Эйзенхорна, Обращение к Миру, также Сотворение Поля дает погрешности с того направления, где находится разрыв.       — Есть как минимум еще один способ.       — При проведении Планарного Поиска можно обнаружить места, в которых происходили разрывы, но далеко не у каждого мага получится его использовать, он слишком требователен к контролю, к тому же данное заклинание не входит в пакеты обеспечения для модуля облегчения мистицизмов.       Да, все же слишком сильно полагается на классику. Эх, если бы классика работала так хорошо, то мы бы еще были егерями.       — Нет, есть другой, пожалуй, даже более эффективный и к тому же не требующий от мага ничего кроме знания бестиария.       — К сожалению, не помню. — Парень явственно расстроился.       — Это орбитальное термальное сканирование. Оборудование для его проведения есть на каждом патрульном эсминце. А уже затем, ориентируясь на засветки в промышленном секторе можно начинать проводить поисковые ритуалы. Твари на удивление консервативны в плане мест обитания: подвалы, чердаки, заброшенные склады и промзоны, иногда пещеры и лесополосы. Если засветка поиска была в центре города, то ты ищешь человека, всегда человека.       — Но разве привлечение посторонних к гонке не является нежелательным?       — Нежелательным – да, но никак не невозможным, а чем быстрее ты прикончишь тварь, тем меньше трупов придется утилизировать. — Пусть лучше считает меня поехавшим параноиком и фаталистом чем у него случится его личная Проксима II. — А теперь покажи мне исполнение Компаса Эйзенхорна, раз уж ты про него вспомнил.       — А… как без реагентов?       Оу, а вот эти изменения в программе я, видимо, умудрился пропустить. Нехорошо. Нехорошо.       — Мнемонического исполнения с поддержкой импланта хватит. Над тем чтобы отказаться от этих костылей поработаем позже.       — Это не костыли!       — Костыли-костыли, имплант позволяет исполнять только весьма узкий список воздействий. Он, конечно, хорош для боя, но как ни старайся все то, что ты мог бы помнить, в память не загонишь. К тому же при смещении более 7 пунктов вся электроника, даже зачарованная, выходит из строя. И вот чтобы не остаться с одним ножом против каких-нибудь тварей и нужно знать заклинания самому.       — Bɔne ntumi nhintaw me.       Лицо курсанта приняло крайне растерянное выражение.       — Сорвалось?       — Н-нет, все сработало, просто есть пять векторов, и все в городе.       — Культ.       — И вы их пропустили?       — Мы шли не за ними. Сообщение о пропажах поступило от администрации.       Биатлонисты. Вот уже полтора столетия именно мы занимаемся отловом всякой нечисти, пролезающей на территорию Альянса. Раньше этим занимались егеря, но их способ контроля территории прекрасно работал пока люди ютились на маленьком каменном шарике. Первые признаки надвигающейся катастрофы появились еще когда один из егерей на Целестии Прайм поддался искушению и вызвал демонов. Окончательно же решение о расформировании егерей было принято после того, как в 2103 году, спустя 30 лет после начала великой экспансии, весь корпус егерей, ответственный за Калинград IV, совершил жертвоприношение и открыл проход для архилича с плана мертвых. В течении суток на планете не осталось ничего живого, а вот неживого было даже с избытком.       За двое суток русские отозвали с переднего края патрульную эскадру и оцепили захваченную Кощеем Бессмертным планету. Через неделю орбитальной бомбардировки на планету спустились двадцать тысяч отборных психов в голубых беретах. Размазали остатки нежити тяжелой техникой и прошли через портал. Никто до сих пор не знает, что там произошло. Но через неделю вернулось пять тысяч седых десантников, доложившихся о полном уничтожении противника. Планета была отбита и реколонизирована, а сам инцидент записан в официальную историю как единственный случай столкновения с агрессивной неразумной ксенофауной.       После того как егеря были распущены, был организован институт биатлонистов. Никаких статичных наблюдательных пунктов и крупных баз. Только одиночное патрулирование сложных маршрутов с многократным дублированием со стороны других биатлонистов. Такая тактика до сих пор позволяла не допускать подобных инцидентов. Все две сотни лет непрерывной экспансии в мертвенно пустой космос, где люди не встречали ничего ушедшего по эволюционной лестнице дальше мхов и лишайников, у нас получалось купировать прорывы демонов, представляя особо крупные как провалившиеся генетические эксперименты и без следа уничтожая мелкие.       Наибольший вред всегда наносили культы. Демонов найти легко, они не знакомы с обществом, они, несмотря на всю свою хитрость и коварность, все же подчиняются инстинктам. Но люди. Они не бросаются очертя голову к первой возможности, они будут ждать годами по капле копя силу. А потом правительству приходится извиняться за пропущенные "природные катастрофы унесшие тысячи жизней". И теперь тут почти с гарантией есть неизвестного размера культ, а у меня под рукой есть курсант и батальон СПО с неизвестной лояльностью. Ближайший эсминец в двух сутках полета, а ведь жрец должен был почувствовать поисковый импульс Компаса Эйзенхорна.       

***

             Солдаты на КПП выглядят как обычно, не нервничают, оружие не мацают, хорошо. Значит, либо время еще есть, либо СПО на нашей стороне.       — Так, ты иди закинь вещи в 63 домик, а я пока поставлю тебя в штабе на довольствие.       — Но как же ку… — Начавшаяся фраза парня была прервана на корню. Потом пообижается, а как наберется опыта поймет, но этот опыт он должен для начала успеть получить. Так что сейчас нам бы аккуратненько выскользнуть из внимания возможно-скомпрометированных людей с тяжелым вооружением и тихонько вызвать десантуру.       — Нужно перепроверить результаты стрельб. Иногда твари умудряются спрятаться.       — Вы думаете, что меня направили к вам именно после завершения стрельб чтобы, я помог вам проверить лыжню?       Молодец, быстро понял, из парнишки точно выйдет толк.       — Да, если кто и смог пережить, то это или только пролезший и не успевший освоиться и наследить, или кто-то очень слабый.       — Понял, тогда я быстро.       — Спальник не забудь взять. Если тварь и вернется в лежку, то ночью.       — Понял, сэр. Спасибо, сэр.       

***

      — То есть как это "располагайся, мы здесь на пару дней"?       Как только мы поднялись в кабинет директора бетонного завода, который в последний раз использовался, видимо, еще в первую волну колонизации, Дорн тут же начал возмущаться.       — А вот так, я сейчас пойду чертить Связной ритуал Каспера с экранированием, а ты будешь сидеть здесь и смотреть, чтобы к нам никто неожиданно не заявился. Все равно с расчетом погрешности не поможешь ни в программу, ни в типовые наборы для модулей обеспечения мистицизма не входит в принципе.       — Там культисты прямо сейчас угрожают жизням мирных людей.       — И мы должны облачившись во все белое идти их спасать? Мы не справимся и умрем. Но проблема не в этом, проблема в том, что мы не сможем тогда сообщить об этом армии. И тогда все эти мирные люди точно умрут. Вообще без шансов. Но если мы вызовем подкрепление и предоставим разведданные выживших будет больше.       — Я понял.       Мальчишка насупился. Кажется, прививку сукой жизнью он получит быстро, как бы не сломался.       — А главное… Кого именно ты собираешься спасать? Далеко не от каждого культиста фонит демонами, но каждый с удовольствием воткнет биатлонисту в спину что-нибудь острое!       — Да понял я, понял. Сидим и ждем любителей модной силовой брони.       — То-то же, и нишкни, прорвемся. И не из такой жопы выбирались.       

***

             Такой полезный и нужный ночной сон был нагло прерван наглыми и чувствительный тычками в бок.       — Если это не что-то важное, то тебе достанется и утренняя вахта тоже.       — Считается ли чем-то важным багровый круг в небе?       Тц, всего сутки прошли, а этот паршивец уже язвит. Ну да ладно, скинет стресс – меньше шанс, что сломается.       За окном, ровно над центром города мерно пульсировало багрово-черным двадцати километровое кольцо. Паскудство.       — Hwehwɛ nsonsonoe ahorow.       Результат быстрого анализа оказался дерьмовым и даже хуже. Полноценный разрыв второго класса. А может и первого, зависит от того, сколько жертв принесут культисты.       — Твою, то мать, они готовят ритуал призыва! Собираемся.       — Так демоны же не лезут в реальность. Не захватывают территории. Зачем спешить? Дождемся патрульный эсминец.       — Они не лезут потому, что боятся еще одного удара возмездия. Они изматывают, наносят мелкие удары. Почему ты думаешь существуют биатлонисты? Да потому что как только демоны почуют слабину они снова нападут, снова будут пожирать целые миры. Или ты думаешь, что никто не пытался после русских это повторить? Штаты дважды отправляли контингент. Оба раза связь прерывалась через пару дней. Никто толком до сих пор не знает, как и что сделали психи-русские чтобы спуститься в натуральный ад и убить там дьявола. Но демоны ничего об этом не говорят даже под страхом полного уничтожения. И пока они думают, что мы можем это повторить они боятся. Стоит им без сопротивления захватить мир и там закрепиться, как это чумой пролетит по колониям. Да, мы остановим тысячи прорывов, но даже десяток – это миллионы и миллиарды сожранных тварями людей.       — Но вы же сами говорили, что у нас не получится победить и лучше дождаться подкрепления.       — А сейчас у нас нет выбора. Мы либо идем и останавливаем то, что они там начали, либо выползшая оттуда тварь сожрет город и нас на закуску. А потом флот будет бомбить поверхность пока не прокопает сквозную дырку через литосферную плиту. И уж что-что, а за нами спускаться не станут. Так что вставай курсант, мы идем совершать подвиги.       — Да, сэр, я готов к подвигу!       — Прекрасно, и не собирай вещи, плохая примета.       

***

             Шаг вправо, густо малиновый луч рисует оплавленную черту в керамитовой стене.       Вспышка плазмы за спиной, и воющий шарик раскаленного газа оставляет женщину в балахоне только с половинкой обугленного черепа.       Шорох слева.       — A ɛreporɔw.       Выскочивший из-за угла культист оседает грудой, почти мгновенно начавшего разлагаться, мяса.       — А говорили, что имплант — костыль.       — А что, если я могу есть руками я не стану использовать вилку? Я уже говорил, что имплант прекрасно подходит для боя. Возможность быстро атаковать важнее широкого и безотказного арсенала. Но как биатлонисту одной возможности быстро кинуть проклятие тебе точно не хватит.       — Спасибо за науку, учитель, я обязательно запишу это в тетрадь, как только меня перестанут пытаться убить.       — Если выживешь, получишь пятерку автоматом.       

***

             Однообразные коридоры, умирающие мужчины и женщины сливались в однотонную полосу трупов и черных балахонов. Дорн весьма неплохо держится, хотя уже понемногу сдает, явно экономя ману и почти все время пользуясь трофейным излучателем.       Новая дверь. Соединяются воображаемые многомерные контура формируя структуру простейшего заклинания толчка. Имплант перестал отвечать, превратившись в простую железяку где-то внутри черепа еще два этажа назад. И я бы рад собрать что-нибудь получше, что-нибудь что не нужно перекачивать маной до начала деградации контура, что-нибудь навроде Копья Карны. Но внимания не хватает даже на то, чтобы следить за обстановкой, так что остается только компенсировать качество количеством.       Влажно хлюпает, судя по эмнациям маны, жрец, оказавшись на роли масла в странном бутерброде из керамитовой стены и арамидной, выбитой заклинанием, полутонной двери.       — Джек Харпер, ты молодец. — Аватара Баала, стоящая возле обсидианового, клубящегося пронзительно-глубоким синим портала, улыбнулась, растянув еще недавно принадлежащее смертной женщине лицо в зубастом оскале от уха до уха. — Лучше просто и не могло быть. Николас умер именно тогда, когда было нужно, ты прекрасно исполнил свою часть сделки.       Лицо Дорна скривилось в отвращении.       — И меня теперь убьешь? Защитник человечества.       — Нет, я уже выплатил свои долги. Пока демоны еще были напуганы русскими я смог заключить выгодную сделку с Баалом. Вечная молодость в обмен на десять жизней, даже не душ. Еще и заплатил он авансом. Николас был последним.       — Так ты убивал биатлонистов?       — Нет, он был единственным. Двое ученых. Политик. Репортер. И шестеро гражданских. Я даже не узнавал, чем они занимаются, ограничился лишь выяснением что к критическим областям они не имели отношения.       — …       — Ты не понимаешь, да? Биатлонисты стареют, реакция притупляется, и мы умираем. Те, кто смог выжить тоже умирают, но только от старости и знания все равно теряются. А новички, новички неопытны, новички слабы магически. Только представь себе стража человечества, который не ошибется по неопытности, у которого не дрогнет рука от старых травм. Который способен сразить архидемона в магической дуэли. Столь ли я высокую цену заплатил? Прорывов демонов не становится меньше, а человечество продолжает распространяться. Только у бога хватит сил защитить всех.       — Ты такой же монстр, как и этот демон.       Так вот как это выглядит для наивного курсанта.       — Я не жду, что ты примешь это, даже не жду что поймешь. Просто давай сейчас убьем эту тварь, а затем делай что хочешь.       — Извините, что прерываю мальчики. — Демон тягуче прыгнул к порталу. — Но позже.       Разошедшаяся по пленке портала рябь почти мгновенно успокоилась за прошедшей фигурой, с начавшим отрастать шипастым хвостом.       Не сговариваясь, мы с курсантом бросились к арке. Кто его знает, что там, может и Ад. Но если там окажется Оружие Судного Дня, а мы не пойдем, то какие из нас биатлонисты.       

***

             Под ногами раскинулся замерший диск галактики с черной точкой по центру.       — Где мы?       Точка по центру дернулась.       — Понятия не имею, но демон явно не здесь.       Глаза Дорна расширились.       — Это наша галактика. Млечный путь. Но… тогда этой точки там быть не должно. В центре находится сверхмассивная черная дыра. И она явно не двигается.       — Понятия не имею, но оно смотрит.       — Приятно было учиться у тебя.       — Ага, ты был хорошим учеником.