удачный снимок

..ведомый жгучим интересом и предвкушая грядущий “пиздец”, который, хорошо бы, не случился, молодой журналист на удивление уверенно подкрадывается ближе к месту преступления. он, скрываясь за углом ближайшего здания, рассчитывает сделать несколько сочных кадров, написать кричащую статью с подробным фотоматериалом и заработать много денег, но кто знал, что все повернётся так. парой кадров тела не обошлось, ведь на месте появился ещё один персонаж, по его статному виду - чёрный, определённо дорогой, костюм, идеально чистые лаковые туфли, кожаный плащ и зачесаные назад длинные волосы - главный следователь или ещё чего похуже, выглядящий так, будто из фильма вылез. очень заметная и запоминающаяся его черта - острые, немного опущенные, тёмные уши и хвост - придавала мужчине ещё более грозный и уверенный вид, а и без того ошеломленному пареньку умножали дрожь в коленях и шевеление где-то внизу в несколько добрых раз. ну не мог он остаться без фотографии этого чертовски красивого и горячего лиса. первый, второй, третий шикарный снимок. и ещё один тихий “щёлк” и на небольшом экране застывает холодный взгляд направленный ровно в объектив. -“ну бля-я-ять” - отчаянно звучит в голове и юноша подрывается с места, уходя теми же путями, что пришёл. -ах.. приведите его сюда. - устало произносит мужчина, кивая в нужном направлении, после тише добавляя, - очередной горе-фотограф.. журналиста ловят в шаге от спасения, он отнекивается, отшучивается, но как известно, с органами лучше так не делать, а оттого его почти за шкирку тащат обратно, на ковер к следователю. -что ж так грубо.. я и жалобу могу накатать.. - отряхиваясь ноет парень, когда его отпускают. -ты бы не бросался словами в своём положении, потому что я могу тебе и срок накатать. - абсолютно спокойно проговаривает лис. и хоть он ниже, хоть вблизи эти пушистые ушки просто очаровательны, этот властный, доминирующий взгляд испепеляет любую, сохраняющую хоть какую-то адекватность, клетку мозга. а тембр, пробирающий до кончиков пальцев.. -давай камеру, мне нужно лично проверить, что ты не наснимал чего-то лишнего. -а давайте я сам все удалю, вы мне поверите на слово и я уйду? - продолжал увиливать юноша, лишь бы не стать посмешищем в глазах этого дьявола во плоти. -слушай, либо ты отдаёшь мне камеру и спокойно забираешь её завтра в отделе без лишних последствий, либо едешь сидеть 15 суток и все равно с ней расстаешься, гук-и. - не поведя ни одной мышцей лица продолжал мужчина, наблюдая за появившимся удивлением на чужом лице. -откуда..? -места надо знать. камера. - протягивая руку строго говорит лис, а младшему ничего кроме и не остаётся, как передать злосчастный аппарат. следователь протягивает свою визитку без единого слова, кинув коллегам сухое “приберитесь тут” садится в машину и уезжает. чонгук читает слова на белом картоне с пропечатанным полицейским гербом, которые гласят “главный следователь отдела по расследованию тяжких преступлений - мин юнги”, ещё раз бросает взгляд на окровавленное тело какой-то девушки, оказавшейся не в то время не в том месте и тоже уходит. больше ему тут делать нечего. уже под ночь попав наконец домой, мин первым делом включает ноутбук и подключает к нему камеру - сразу все подчистит и будет спокоен. первые открывшиеся файлы заставляют его удивиться, а после растянуться губам в самодовольной улыбке. надо же.. не дерни этого темноволосого парня черт, в лице самого следователя, и не спалился бы. удаляя ненужные никому кадры один за другим, юнги вскоре доходит до снимков самого хозяина техники: шикарные, видимо, совсем недавние фотографии, в не менее красивой обстановке. в студийном свете шоколадный цвет волос парня выглядел совершенно иначе, чем в полумраке уличных фонарей, миловидная внешность контрастирующая с идеальным оголенным торсом, набитый по всей правой руке рукав: он красив и знает это. “а передо мной краснел как 5-летняя девочка..” - вспоминает мужчина с заметной улыбкой, просматривает ещё пару кадров и выключает ноутбук, наконец отправляясь досыпать свои жалкие часы. <...> ..по комнате раздаются скулящие сбивчивые стоны смешивающиеся с пошлыми шлепками двух тел. сильные руки ближе притягивают за бедра, сжимают талию и давят на поясницу. полностью подстраивая младшего под себя, он закидывает голову назад жмурясь, испытывая истинное удовольствие, сопровождаемое серенадой на высоких тонах. чон стонет куда-то в подушку, не в силах держать голову в поднятом состоянии, когда его за плечо, а после шею тянут назад, на себя, проникая глубже, приближая к пику. ощущения становятся все ярче, сердце, кажется, тот час остановится, но, ощутимо вильнув хвостом, мужчина начинает двигаться лишь жёстче. томно шепчет что-то на ухо, а после, предварительно поцеловав, кусает в шею, вынуждая.. резко проснуться. все тело дрожит. всю ночь нервничавший чонгук заснул лишь под утро, но и к этому получил “превосходный” подарок от своей впечатлительности. на часах 8:03, около трех часов сна помогли не особо, но и ложиться обратно желания нет: если ему ещё раз приснится тоже самое - “fatality” обеспечено. поэтому парень чуть отойдя встаёт с кровати и отправляется освежить себя и свои мысли перед тем, как ехать за этой уже осточертелой камерой. растягивая сборы как можно больше, он обувается когда на экране блокировки светится 10:57. внутри все неимоверно скручивает, но дорогущую и определённо ценную для него технику он оставить точно не может, так ещё и по такому глупому случаю. поэтому взяв себя в руки, насколько это возможно, чон выползает из квартиры и направляется к метро. благо ехать до отдела минимум 40 минут.. на середине пути юноша вспоминает, что ему стоит оповестить героя его сна о своем прибытии, довольно быстро печатает нужные слова, но палец предательски застывает над кнопкой “отправить”. -ну какого черта это вообще происходит.. - еле слышно давит из себя журналист, выдыхая, и вновь смотрит на горящий экран с пустым окном мессенджера. “плевать, все равно не увидит меня больше ни разу” твёрдо звучит в голове и сообщение наконец отправлено. к отделу он бредет также медленно, лишь бы отдалить момент встречи как можно больше. и заметив уже знакомый герб чон вновь открывает диалог: его сообщение прочитано, в ответ - ни слова. “я на месте” отправляется следователю, и в этот раз он читает сообщение почти в ту же секунду. вновь не получив ответа, юноша остаётся на улице, обдуваемый прохладным осенним ветром, в ожидании укравшего его сердце за долю секунды мужчину, перед которым опозорился в первые же минуты их знакомства. ещё через несколько мгновений юнги появляется в главных дверях, но выглядит совсем иначе: объёмный кардиган, сильно свободные брюки, кеды вместо строгих туфель и волосы, теперь аккуратно спадающие на лицо. от вчерашнего, что подкашивал ноги и не позволял нормально соображать, будто и вовсе не осталось и следа. светлая, почти молочная, кожа в свете утреннего солнца, казалось, еле-заметно светится. единственное оставалось неизменным - высокомерный взгляд, за который младший цеплялся и ему становилось тяжело дышать. -выгляжу не так устрашающе, да? - подходя ближе и замечая несколько удивлённый взгляд произносит мин с лёгкой улыбкой. - держи. смотря на протянутую худую руку с ярко порозовевшими костяшками, удерживающую камеру за объектив, в голове невольно проносятся не сильно нужные сейчас мысли. с горем пополам, пытаясь случайно не дотронуться до чужих пальцев своими, он принимает аппарат, прачя в рюкзак. хотя бы за него теперь не нужно переживать. -и, хах, - мужчина смеётся, вынимая из пачки сигарету, а после смотрит в глаза, продолжая, - если я тебе так понравился, мог и без этого перфоманса узнать мой номер. сейчас в нем сражались две идеи: “как его задушить” и “как провалиться сквозь землю”. первое - слишком самоуверенно, второе - в самый раз, жаль, не осуществимо. -ты.. как себе это представляешь? - запнувшись начинает чонгук, смотря на слишком красиво выдыхающего дым старшего, “сфоткать бы..”, - что я подошёл бы со словами: “хэй, да ты красавчик, дашь номерок?” -вроде того. - усмехаясь отвечает юнги, делая очередную затяжку. а чон лишь смотрит на него распахнутыми глазами, чем только смешит мужчину. он смеётся, а младший старается как можно лучше запечатлеть в памяти такую очаровывающую улыбку. -ну, мой номер у тебя уже есть, даже диалог начат, - довольно скоро лис докуривает и затушив сигарету произносит последние слова перед уходом, - а мне нужно работать. не бросив и мимолетного взгляда он скрывается за стеклянной дверью, махнув кончиком хвоста, оставляя парня наедине со своими мыслями. а тот смотрит на закрывшуюся дверь вновь пытаясь не сгореть от стыда и странных чувств, каждый раз проходящихся волной по всему телу. остаётся только отправится домой, по пути решив все имеющиеся дела, чтобы весь оставшийся день провести в релаксии за фильмом и чашкой чая, хотя бы минимально отпустив ситуацию, ведь.. “никогда больше не увидит”? кажется, у него немного другие планы.. без происшествий добравшись домой к половине четвертого, до этого посетив офис, чонгук забивается в свою комнату, чтобы следующие несколько суток откисать в сумраке пурпурной подсветки в сопровождении фильмов и любимой еды. но желанное уединение длится лишь пару часов. ближе к вечеру к нему стучится встретивший его сосед и по совместительству близкий друг - чон хосок. -ты отшельником решил стать, чонгук-и? или споры свои сеешь? - заглянув в комнату спрашивает явно собиравшийся куда-то парень. -да. - на полном серьёзе отвечает юноша с лицом, не выражающим ничего, поворачиваясь к источнику слов. -ла-адно.. еда у тебя есть и славно. а я пошёл, буду часов в 10. - сообщив все, что хотел, старший аккуратно закрывает дверь и спустя ещё 2 минуты чон слышит повороты ключа в замке с другой стороны. он один в квартире и можно вновь спокойно прокрастинировать.. умеренно шел пятый день импровизированных “каникул” журналиста: он понемногу писал заказанную статью, выпивал вечерами с другом, тратил время на приставку и пк. все было так, как чон и представлял, за исключением одного.. часов в шесть вечера ему приходит сообщение от того самого, который мин юнги и который сразил его наповал всем, чем только возможно. -”хах, мои убеждения подтвердились, ты так и не осмелился написать первым, поэтому.. привет?” - так и началось смс, а тело уже перекрутило в пару узлов, - “написал бы раньше, но дел поуменьшилось только сейчас.. ну чтож, расскажешь о себе что-нибудь? было бы неплохо узнать о тебе что-то кроме имени и плохого умения выкручиваться”. щеки загорелись, виной тому был и стыд, и злость. откинув телефон подальше, парень наконец вылезает из своей берлоги за глотком (ведром) холодной воды. -о, доброе утро, чонгук-и, - звонко звучит из коридора, - если что - буду как обычно. с юнги поужинаю. -ага.. - заторможенно отвечает младший, также продвигаясь к кухне, и только после осознает, что сказал его сосед, - подожди.. с кем? резко оборачиваясь он выглядит чуть ли не напугано. -лучший друг мой, гук-и. память отшибло? - с усмешкой спрашивает хосок, наблюдая за чужим удивлённый лицом. -а.. а где он работает? - не в силах осознать простую истину, которую он все это время пропускал мимо ушей, юноша мямлит очередной уточняющий вопрос. -в следственном комитете. - понимая, к чему ведёт диалог, старший опирается плечом о стену, скрещивая руки на груди, - а ещё недавно он говорил о очередном журналисте, пытающемся сделать сенсацию, но облажавшемся. и удивительно отличившемся в своём провале.. - он улыбается, видя моральную смерть на чужом лице. -ну пизда. - чонгук смотрит куда-то отрешенно с опущенными руками, понимая насколько же все плохо, - позорище. -да брось, - смеясь, хосок хлопает младшего по плечу и продолжает, - он вообще-то сказал, что ты очень симпатичный и в его вкусе.. и “мо-ожет быть он соизволит написать первым.. но маловероятно” - показательно обведя взглядом вокруг, парень возвращается в прежнее положение, - тут я уже был уверен о ком идёт речь, но решил ничего не узнавать. а гук теперь не менее отрешенно, но ещё и с сильно округленными глазами смотрит ровно в глаза соседа. -он написал мне 2 минуты назад. только что ему говорить - я в душе не чаю.. -скажу так: он, наверно, может показаться грубым или недостаточно чутким, но в итоге тот ещё очаровашка, уж поверь мне. и если все сойдется - станет одним из лучших людей в твоей жизни. - уверенно произносит старший успокаивая журналиста, - удачи и не умри тут пока меня не будет, ладно? после отлично проведённого ужина я не хочу выносить тело из квартиры.. - он прощается и выходит, оставляя младшего в тишине. тот наконец добирается до живительной жидкости, а после начинает агрессивно строчить все, что считает нужным и уместным. только бы диалог задался.. и все идёт как тому и хочется. мин весь грядущий вечер будет постоянно заглядывать в телефон, моментами забавляясь с очередных до гениальности глупых фраз чона, хосок довольно наблюдать за этим, зная, что именно его напутствие помогло нормально запустить этот диалог, а гука каждый раз взволнованно ожидать ответа на смс.. <...> уже через 3 недели чон оказался в кабинете следователя: дорогой интерьер слабо освещенный одной лишь жёлтой лампой на столе, много тёмного дерева, чёрного цвета и серебра. вкус его обитателя чувствовался в каждом атрибуте. -темновато у тебя конечно.. - медленно обходя весь периметр комнаты произносит парень, в очередной раз прищуриваясь, чтобы что-то рассмотреть. -обычный свет тут тоже существует и ты можешь его включить, - обходя рабочий стол отвечает мужчина, перекладывая какие-то бумаги, - мне просто так работать проще. -понимаю.. - усмехается младший, который сам, в основном, работает именно ночью, когда лишь ноутбук и Led-лента освещают помещение. - да ладно, есть в этом антураж. юнги не отвлекался от изучения некогда лежащей на столе папки, когда чон все так же плавно пересекал кабинет в его направлении. в сумраке лампы чужие ресницы и ближайшие к лицу пряди волос неимоверно сказочно подсвечивались и, будто бы, сияли светлым золотом. очередной кардиган контрастирующий со строгими очками в тонкой оправе, полностью погруженное в текст выражение лица. юноша останавливается ровно за его спиной, почти впритык. и только дрогнувший хвост является подтверждением существующей реакции. лис все также неподвижно стоит, продолжая, наверно, читать документ, пока младший с чувством изучает пушистые острые уши, шёлковые угольно-черные волосы, изгиб светлой шеи. спускаясь от плеч по рукам останавливается на голубоватых, от проступающих вен, запястьях, мечтая окрасить в бордово-розовые пятна. парень с опаской, будто впервые, хотя успел сделать это уже много раз, касается его талии. аккуратно целует в шею с немым вопросом, а мужчина отвечает подставляясь под следующий. поворачивается полностью, откидывая куда-то бумаги в руках, целует, по-хозяйски проходясь языком по ровному ряду зубов, кусая и оттягивая чужие губы, пока с силой удерживает за затылок. чонгук в свою очередь крепче сжимает чужую фигуру, пропускает под одежду ладони, оглаживает торс, в попытке изучить. с каждым поцелуем и касанием желание разгорается все больше. младший тянется к пуговицам на мягкой вещи и кажется, что получается их расстегивать у него катастрофически медленно несмотря на затраченные доли секунд. кардиган сползает по опущеным плечами, а ещё через мгновение летит на рядом стоящее кресло. вслед за ним отправляются белая футболка и чонов лонгслив, падающие куда-то за мягкую спинку. длинные пальцы старшего тянутся к не сильно аккуратному узлу на чужих спортивных брюках и, быстро с ним расправившись, невесомо проходясь по золотистой коже, тянут резинку вниз. но его мгновенно перехватывают, крепко удерживая за запастья и всем весом придавливая к столу. принимая свою затею, как проваленую, юнги намеревается обратно ухватиться за сильные плечи и шею, что ему позволяют, а он в свою очередь удовлетворенно прочесывает и сжимает в руках густые волосы занятого его брюками парня, продолжая развязно целовать. наконец сняв ненужный атрибут с манящих бедер и вновь откинув куда-то в сторону, чонгук усаживает лиса на стол, снова придвигаясь ближе, разводя чужие ноги и располагая их у себя на талии. природная лень берет над следователем верх и он, выдохшись, отклоняется назад, опираясь руками о тёмную столешницу. -хочешь сказать, ты уже устал? - удивлённо спрашивает юноша, сквозь активное дыхание. -я просто даю тебе простор для действий.. - и это конечно же значит: “да, есть такое, поэтому старайся сам, зайчонок”. парень, якобы обречённо выдохнув, подтягтвает ещё ближе к себе чужие бедра, а мин, от такой будоражещей сильной хватки, буквально растекается по собственному, когда-то рабочему, столу, мягко выгибаясь. проходится пятерней по волосам, убирая выбившиеся пряди назад и улыбается, смотря на оторопевшего чона. такие действия старшего заставляют терять голову и лишь завороженно наблюдать, не в силах что-то сделать. и рассматривая изгибы чужого тела, так красиво подсвеченные лампой, он и не замечает, как пальцами подцепляет резинку дорогого белья и тянет вниз. юнги остаётся перед ним абсолютно нагим, с распускающимися на бледной шее багровыми цветами засосов и выглядящим абсолютно беззащитно. чонгук ещё раз останавливается, мысленно говоря себе: “в последний раз.. за этот час”. вновь осматривает утонченное тело, порозовевшие плечи, бедра и руки, расцелованные раскрасневшиеся губы. -хватит меня разглядывать.. - с лёгкой улыбкой произносит человек, ставший хрупким артефактом в глазах парня напротив, - ещё успеешь насмотреться.. наверно. и опять этот чертенок заставляет уставиться на него с широко распахнутыми глазами. опять тихо смеётся, а после за шею тянет на себя для очередного поцелуя. не так долго задержавшись на чужих губах, чон наскоро ведёт дорожку влажных поцелуев по шее, груди и животу, вплоть до тазовых косточек и внутренней стороны бедра. кусает нежную кожу, смотря ровно в прикрытые тёмные глаза, слышит вырвавшееся еле слышимое “ах”, а после невесомо целует с улыбкой, извиняясь. отстранившись, парень бегло осматривает стол в инстинктивной попытке найти такую нужную сейчас ёмкость, которой и быть тут не может, о чем он вспоминает уже спустя пол секунды, но остающийся не менее озадаченным. -в нижнем ящике.. - выдаёт лис, заметив в чужих глазах лёгкое смятение. опускаясь в заданном направлении гук вновь неотрывно смотрит в чужие глаза с искренним удивлением. -есть потребность иногда.. - выуживая из кипы очередных бумаг полупустую баночку слышит чонгук уже тише. возвращаясь в свою позицию, он выдавливает достаточное количество содержимого на пальцы, а после, равномерно распределив, плавно вводит один в тугое колечко мышц. мин слабо гнется навстречу, когда младший принимается бережно его растягивать, отводит взгляд. шумно выдыхает, когда вскоре он чувствует второй, а ещё через несколько аккуратных движений и третий пальцы в себе. -прекращай, а.. - явно жаждущий чего-то большего произносит юнги. максимально расслабленное тело служит прекрасным доказательством его готовности и чонгук уже сам не в силах тянуть время дальше. он нетерпеливо спускает брюки вместе с бельём до середины бёдер, остатки смазки с пальцев распределяет по чувствительному, давно налившемуся кровью члену и наконец мягко входит до конца. мужчина под ним томно выдыхает прикрывая глаза. горячо, влажно и чертовски дурманяще. сжимающиеся вокруг талии худые ноги давят на поясницу и не дают сдвинуться ни на миллиметр, а жар пылает по всему телу сбивая любые другие мысли к чертям, если они вообще есть. секундное пересечение взглядов: тёмных, почти чёрных глаз, полных собственничества и власти, и скрытого ресницами в рыжих радужках чистейшего удовольствия. опираясь на руку, расположенную около чужой головы и удерживающую венистое запястье, парень почти придавливает юнги к столу всем своим весом, хватается за крепкое бедро и ведёт собственными, срывая ещё один резкий выдох с пухлых темно-малиновых губ. он совсем недолго движется медленно, лишь покачиваясь, когда на смену размеренному ритму выбирает размашистые жёсткий толчки, хаотично прибавляя или снижая скорость. и наконец видит лиса во всех красках: громкие, порой сбивчивые и переходящие в скулящее мычание, мелодичные стоны, напряженное тело и выгнутая спина. его чувственность и полная открытость сбивали и повышали градус с каждой секундой проведенной рядом все сильнее. крепче сжимая тонкое запастье в своей руке, журналист каждый раз вдыхает все больше тёплого, почти молочного, аромата, до сих пор не смешавшегося с сигаретным дымом, и буквально пьянеет. он вновь наклоняется к светлой шее, расцеловывая и кусая, в руках переминая мягкую кожу бедер и талии. на очередном проникновении чувствует сжавшуюся на его плече ладонь и ещё более узкие стенки вокруг себя, а в ухо летит выбитый, на грани выкрика, около-болезненный стон. чон оглаживает худой торс, поднимается, наконец отпуская чужое запастье, смотрит на незнающего куда теперь деть свои руки юнги, на его вздымающуюся грудь и смены в лице с каждым толчком. сжимающиеся на талии бедра делают ещё жарче и вскоре это становится невыносимо: снова откинув упавшую на глаза чёлку одним движением головы, парень не без усилий освобождается от сильной хватки и, поддерживая в коленях, удобнее разводит, продолжая вбиваться в горячее тело. под собственные высокие ноты следователь пытается ухватиться хоть за что-то, но удаётся лишь безрезультатно царапать лаковую поверхность стола короткими ногтями на дрожащих пальцах и чувствовать себя ещё более беззащитно, выстанывая маты из-за чертовски горячего и властного сейчас молодого фотографа, нависающего над ним и не дающего нормально вздохнуть. смысла в стимуляции нет - яркая реакция на каждое движение младшего даёт понять, что он доведёт мужчину до пика без помощи рук, что не может не заводить ещё больше. ещё какое-то время чонгук трахает уже буквально растекшегося по столу мина, бесстыдно замедлившись, но не менее сильно толкаясь, когда перекидывает одну из его ног по другую сторону от себя, вынуждая перевернуться. и, с чьей-то неведомой помощью, юнги все же располагается на столе, утыкаясь лицом в сгиб локтя одной из рук, когда сначала полностью опустошив, чон входит на всю длину, не помедлив ни секунды. разводит и сжимает ягодицы до красных следов на коже, пропускает через пальцы мешающий подрагивающий хвост. вновь сбавляя темп ведет ладонь по влажной спине до плеч и шеи, оглаживает, а после за подбородок задирает голову, возвращая скорость, лишь бы громче слышать хриплый голос. пока парень с силой сжимает его талию, старший цепляется за край стола, чтобы почувствовать хоть какую-то опору, ведь дрожащие ноги ее уже совсем не обеспечивали. но даже эти наивные попытки устоять идут прахом, когда после мина и чонгук начинает чувствовать приближающуюся разрядку: на несколько мгновений хватаясь за тёмные волосы, он опускает ладонь вдоль бедра и поднимает одну, из и так не совсем ощущающих пол, ног на стол, в который раз меняя угол. и в этот раз он попадает идеально: в момент напряженное тело, насколько вообще возможно прижатые к голове уши, до этого трепещущие в полу-опущеном положении и сбитый напрочь голос таким глубоким и верным поподанием. он кончает, заскулив и всем телом задрожав, будто ударенный током, и жаль, что чон сейчас не может видеть его лица, дрогнувшие ресницы и раскрытые в немом стоне пухлые губы. волосы наконец отпускают и юнги может наконец снова обессиленно уткнуться лбом в свои скрещеные на столе руки и пытаться отдышаться, не прекращая чувствовать внутри пульсирующий член. и младший в свою очередь уже болезненно оставляет чужую ногу в желанном положении и старается ещё ближе приблизить к себе за плечо, продолжая с той же силой толкаться в уже еле-живое тело. у него болит и ноет все: руки, шея, поясница, ноги, а в особенности пострадавшая сегодня более всего задница, которой посчастливилось встретиться с чон чонгуком. ведь он не жалеет вообще ничего - ни своих сил, ни мина. и будто если он сорвет голос или потом будет киснуть в постели неделю - это будут лишь “незначительные последствия” столь жарко проведённого часа. чон последние разы ведёт бёдрами и наконец изливается глубоко внутрь чертовски уставшего лиса, который и предпринять что-то против не в силах. а младший лишь мягко опускает руки на талию и закидывает голову назад в настоящем экстазе. вновь переминает в руках бедра, пытается восстановить дыхание и опять осматривает заметно движущуюся от активного дыхания спину. -чон.. чонгук.. - первые слова даются с трудом, - после подобных действий.. будешь сам потом все вымывать.. -я только с радостью. - явную улыбку не нужно даже видеть. - не пачкать же тебе стол.. не было бы тут всех этих документов - я бы ещё подумал.. -какой же ты.. - в попытке хоть краем глаза зацепить самодовольное выражение лица, старший слабо поворачивает голову, но помогает это мало, поэтому опустив голову он лишь недовольно выдыхает. мужчина наконец может опустить ногу со стола и пытается подняться, опираясь руками о стол: тяжело, но выходит. а все ещё поддерживающий его за талию чон наконец значительно отодвигается, покидая горячее тело и вновь мелко дрогнувший хвост принимает свое законное положение между раскрасневшихся ягодиц. журналист становится сбоку, оглядывая разминающего шею юнги, а после тянется за очередным поцелуем, на этот раз спокойным и не напирающим. нежно целует влажную шею, а после притягивает к себе за талию, когда мужчина прочесывает назад мешающие волосы. слишком измотанный, он утыкается в чужое плечо и обвивает руками торс, а младшему только и остаётся, как обнять лиса за плечи, пока тот немного восстановится и будет готов уходить. но спустя ещё немного старший наконец чувствует медленно стекающую по ноге сперму, и ему приходится отстраниться от парня и залезть в один из ящиков стола. -в следующий раз получишь.. - тихо, но не менее злостно произносит он, пока вытирает чужие следы со своих бёдер, а чонгук лишь негромко смеётся, - извини.. и спустя ещё какое-то время с горем пополам они собираются, прихватив нужные, так и не прочтенные бумаги, и направляются домой к мину: хозяин - спать, гость - натворить чего-нибудь ещё..