Первая и единственная
7 мая 2024 г., 00:00
Примечания:
Публичная бета открыта. Указывайте, пожалуйста, на ошибки и опечатки.
— Котетсу-чан! Иди сюда, несносный котяра!
Кот ярко-рыжей окраски уверенно проигнорировал оклик и продолжил рысью двигаться в направлении порта. Куникида бежал за ним в течение последних пятнадцати минут, но никак не мог догнать ловкого зверя.
Этот кот даже не был его питомцем. Он принадлежал директору, и в тот день Фукудзава-сан просто попросил Куникиду за ним приглядеть. А этот наглец, не проявив ни капли уважения к плотному графику Куникиды, взял и сбежал через открытую форточку в здании Вооружённого детективного агентсва.
Котетсу-чан и не думал останавливаться. Петляя между огромными ящиками с грузами, ожидающими погрузки на торговые суда, он выбежал к причалам. Куникида с ужасом подумал о том, что случится, если кот вздумает залезть на чей-нибудь корабль, и тот, словно прочитав мысли детектива, в несколько элегантных прыжков оказался на старом невзрачном лихтере.
Куникида замер. Кот как будто дразнил его: тоже замедлился, расслабленно двигаясь туда-сюда совсем недалеко от борта.
«Если я не поймаю этого кота, Фукудзава-сан очень расстроится: гад — один из любимых питомцев директора. Но если я без разрешения заберусь на чужое судно, проблемы могут быть не только у меня, но и у агенства, — думал детектив. Кот повернулся своей наглой мордой к нему и, Куникида готов был в этом поклясться, хитро улыбнулся. — Чёрт побери! Пока я здесь стою, идут драгоценные минуты, которые можно было бы потратить на заполнение отчёта по последнему расследованию!»
Оглянувшись по сторонам и убедившись в том, что никто его не видит, Доппо влез на корабль. Нигде не было видно ни его владельца, ни грузчиков, ни кого-либо ещё из команды.
«Ничего незаконного в этом нет. Я просто заберу кота и... — переведя взгляд на то место, где только что сидел Котетсу-чан, Куникида никого не обнаружил. Затем откуда-то справа раздалось протяжное «мяу!», и детектив увидел мелькнувший в грузовом люке рыжий хвост. — За что мне это?» — подумал он.
Отступать было уже поздно, и Куникида скрепя сердце полез вниз по такой же старой, как и весь лихтер, лестнице.
В грузовом отсеке царил полумрак. Несколько лампочек слабой мощности горели под потолком, но из-за кучи ящиков и коробок, возвышавшихся над Куникидой ещё сантиметров на сорок, по углам оставались чёрные пятна, словно кто-то ножницами вырезал часть пространства.
«Наверняка, кот спрятался в одном из этих пятен», — подумал Куникида с отчаянием и без особого энтузиазма зашагал между грузами, стараясь заглянуть во все углы.
Спустя десять минут безрезультатных поисков Доппо хотел было вернуться и купить на рынке нового рыжего кота, чтобы Фукудзава-сан не слишком расстраивался из-за пропажи питомца, как вдруг услышал за углом чьё-то бормотание:
— И как тебя только угораздило...
Голос показался Куникиде смутно знакомым. Он осторожно двинулся к проёму между громадными контейнерами, на всякий слушай держа наготове блокнот и ручку. Но прежде чем он увидел обладателя раздражённого голоса, сверху на него что-то гавкнуло. Он в шоке уставился на золотистого ретривера, весёлыми глазами смотревшего на него с высоты грузового контейнера.
— Да куда ты снова?! — голос стал громче и приблизился, и через секунду Куникида встретился удивлённым взглядом с не менее удивлённым Тачихарой Мичизу. — Детектив? А ты что тут делаешь?
Рыжеволосый мафиози непонимающе глядел то на Куникиду, то на своего, видимо, пса. Проигнорировав его вопрос, Доппо задал свой:
— Ты здесь из-за пса? Он тебя сюда привёл?
В ответ Тачихара недоверчиво на него посмотрел, мол, откуда знаешь? Куникида не успел ничего пояснить; открыв рот, он был прерван очередным громким мяуканьем. Котетсу-чан довольно приближался к ним, будто и не было никаких тридцати минут погони. Золотистый ретривер тоже вдруг осмелел, спрыгнув на пол прямо перед Куникидой и радостно завиляв хвостом.
— Серьёзно? Я минут пятнадцать снять его не мог... — обескураженно произнёс Тачихара, почёсывая затылок.
— Они что, хотели чтобы мы встретились? — Куникида недоверчиво смотрел на зверей, заинтересованно обнюхивающих друг друга.
— А почему здесь? Что вообще за бред происходит?
— Если бы я знал... — Доппо вдруг резко поднял голову, заново осматривая помещение. — Этот корабль — собственность Портовой мафии?
Тачихара издал оскорблённый звук негодования.
— Эта развалюха? — он казался искренне поражённым одним подобным предположением. Куникида закатил глаза.
Вдруг вдалеке что-то загудело. В следующий момент пол под ногами слабо задрожал.
— Мы чё... Плывём?! — Тачихара заозирался, потом вдруг подхватил своего пса и бросился к выходу.
— Эй! — крикнул ему вдогонку Куникида. Котетсу-чан тревожно мяукнул. Поколебавшись мгновение, Доппо последовал примеру мафиози, подхватив кота на руки и побежав в ту сторону, где, по его предположениям, должны были находиться лестница и люк. На то, чтобы выбраться из лабиринта контейнеров, ему понадобилось несколько минут.
С горем пополам вылезши из грузового отсека с котом на руках, Куникида огляделся. Лихтер, утягиваемый буксиром, неспешно двигался прочь от Йокогамы. На палубе по-прежнему никого не было.
Он медленно двинулся вдоль выстроенных в линию ящиков с грузами. Вскоре он услышал голоса громко переругивающихся мужчин, и тут же что-то потянуло его за пиджак и затащило в щель между двумя особенно крупными контейнерами. Тачихара одной рукой держал пса, а другой прикладывал указательный палец к губам.
«Контрабандисты», — почти беззвучно прошептал он.
Куникида мгновенно напрягся и постарался вслушаться в ссору, происходившую за ближайшим к нему контейнером.
— В очередной раз, я не хочу слушать твои оправдания! — отчитывал кого-то низкий мужской голос. — Мы не можем быть так беспечны, когда речь идёт о товаре Портовой мафии!
— Да ладно вам! — воскликнул другой голос, защищаясь. — Я даже на камеры не попал! Один только охранник меня и видел, ничего страш...
— Ты за это поручиться готов?! — первый голос резко прервал его. — Я — нет! И за решётку — это в лучшем случае! — из-за тебя потом не собираюсь! В лучшем случае! — человек, которому принадлежал низкий голос, по-настоящему надрывался, ругаясь, похоже, на своего подчинённого. — Говоря о Портовой мафии, ты не можешь рассчитывать на такую роскошь! Три пули и сломанная челюсть — вот что нас всех ждёт!
— Да ладно вам, босс, — в разговор вступил третий. Он говорил, как-то неприятно растягивая слова, словно давал понять, что вся окружающая суета его совершенно не касается. — Эти портовые шавки ничего из себя не представляют. Вон сколько месяцев у них воруем — и ничего. Наверняка они просто очень умело пускают слухи о своей непобедимости и опасности.
Услышав эти слова, Тачихара дёрнулся, и Куникиде пришлось, одной рукой схватив его за плечо, резко прислонить мафиози к металлической стенке контейнера, которая при этом издала громкий скрип. На мгновение замерев, Куникида с облегчением понял, что преступники ничего не слышали, занятые спором.
— Я не понял, ты что, защищаешь его, что ли?! — первый мужчина всё не унимался.
— Да не защищаю я, — в той же ленивой манере отвечал третий, — просто, по-моему, вы, босс, зря нервы тратите.
До слуха Куникиды донёсся тяжёлый вздох: кажется, у «босса» наконец закончились силы кричать. Тачихара зло смотрел на Доппо, но он его игнорировал, сосредоточившись на затихающих голосах контрабандистов.
— Ладно, хер с вами. Пошли, будем проверять, всё ли на месте. И если ты, придурок, ещё и не донёс чего!.. — послышался глухой удар, а затем обиженный скулёж. Удаляющиеся шаги и хлопнувшая крышка трюма возвестили о том, что на палубе Куникида и Тачихара остались одни.
— Какого хрена? — тут же вскинулся Тачихара. — Эти уроды воровали у Мафии на протяжение полугода, ещё и бросаются подобными высказываниями! Они должны понести ответственность за свою тупость!
— Успокойся, — холодно произнёс Куникида, поглаживая сидящего на руках Котетсу-чана. Тачихара делал то же самое со своим золотистым ретривером. Это выгледело даже комично — то, как они стояли друг напротив друга, метая глазами молнии, а питомцам не было никакого дела до разногласий владельцев. — Никуда они от тебя не денутся: мы уже слишком далеко от берега, чтобы они могли попытаться уплыть самостоятельно. К тому же, теперь у нас есть преимущество: они пока не знают, что на судне есть кто-то, помимо них самих.
— «У нас»? — едко повторил Тачихара. — С каких это пор...
— А с тех самых, как эти контрабандисты воруют не только у Портовой мафии, но и у государства, — сказал Доппо, а на вздёрнутую в немом вопросе бровь Мичизу пояснил:
— Наше агенство не раз за последние полгода получало запросы на поимку портовых преступников, опустошающих государственные склады и обворовывающих суда, идущие в соседние страны с экспортными товарами.
На лице Тачихары загорелось понимание.
— Они досаждают обеим организациям. К тому же, раз между Портовой мафией и Вооружённым детективным агентством сейчас временное перемирие...
— ...нам выгоднее работать сообща, а не сопротивляться друг другу, — закончил за него Куникида.
Мафиози молча буравил его взглядом, раздумывая над этим предложением, при этом продолжая гладить пса так настойчиво, что бедное животное стало извиваться в объятиях хозяина, стараясь избежать его руки, пока Тачихара наконец не обратил внимание на его недовольство.
— Ладно, — сказал он, поставив пса на пол. — И в чём твой план, мистер У-Меня-Всё-Под-Контролем?
***
Тачихара аккуратно спускался в трюм, одной рукой прижимая Бимо к груди. Сердце билось слишком быстро для человека, состоящего в самом опасном отряде Портовой мафии и успешно завершившего сотни миссий. Плевать бы на этих контрабандистов — главное, чтобы пёс не пострадал. Хотя, конечно, на самом деле не плевать. И Мори-сан, и Хироцу могли бы только за подобные мысли голову ему открутить, да и сам он не настолько глуп, чтобы ставить хоть что-нибудь выше интересов Мафии. Но за пса всё-таки было тревожно. Спускаясь по лестнице, Мичизу намеренно сильно шумел. Контрабандисты, естественно, услышали его, и ещё до того, как он сшагнул с последней ступеньки, за его спиной раздался крик: — Кто это там? Тачихара сделал глубокий вдох и сказал так жалобно, как только мог: — Пожалуйста, помогите мне! На секунду в трюме воцарилась тишина, а затем один из преступников, тот, которого ругал его босс, нервно повторил вопрос: — Я спрашиваю, кто там, блядь, пришёл! — Мне очень жаль! — Тачихара старался изо всех сил, чтобы звучать напуганным, но ему казалось, что контрабандисты не поведутся на его игру. — Мне очень жаль, господин, что я без приглашения оказался на вашем судне! Я просто случайный прохожий. Понимаете, мой пёс влез на ваш корабль, а я погнался за ним. Но теперь он упал, и он ранен! Пожалуйста, нет ли у вас чего-нибудь, чем можно было бы обработать рану? Мичизу слышал, как перешёптывались сообщники и как один из них сказал: «Да какой, к чёртовой матери, пёс?!», за чем последовал глухой стук, будто кто-то споткнулся, и наконец из-за поворота появился мужчина в тёмной одежде с наброшенным на голову капюшоном так, чтобы части его лица не было видно. — Что конкретно вам нужно? — спросил контрабандист, медленно приближаясь к Тачихаре. — Я не знаю, господин, я не уверен в том, что нужно делать в таком случае. Вот, посмотрите на него сами, — и Тачихара слегка вытянул вперёд руки с Бимо, сидящим на них. — Может быть, чистая тряпка и миска тёплой воды?.. Контрабандист подошёл ближе. «Пора», — решил Тачихара. Мысленно досчитав до трёх, он отпустил Бимо, и тот, приземлившись на лапы, тут же бросился бежать, умный пёс, а Мичизу быстрыми, точно выверенными движениями достал из спрятанной под курткой кобуры пистолет, подбежав к шокированному преступнику, развернул его спиной к себе и приставил оружие к виску мужчины. — Какого чёрта там происходит? — раздался из-за контейнеров низкий встревоженный голос. — Боюсь, Портовая мафия вовсе не так глупа, как вы считали, — Тачихара вновь заговорил в привычном для себя тоне и злорадно ухмыльнулся, услышав, как босс контрабандистов взвыл от отчаяния. — Ваш подчинённый у меня — выходите и сдайтесь, если не хотите, чтобы эти ценные грузы оказались забрызганы его мозгами. — Вы правда думаете, что я настолько дорожу этим идиотом, чтобы рискнуть своей жизнью ради него? — босс истерично хихикнул. — Нет уж! Тебе меня не обмануть, портовая пси... Он не договорил, прервав свою речь стоном боли. За ним последовало какое-то копашение, несколько чётких ударов и глухое «ух», после чего чьё-то тело звучно приземлилось на пол. — Эй, детектив? — неуверенно позвал Тачихара, продолжая держать ствол у виска наименее опасного из трёх контрабандистов, который даже не пытался оказать сопротивление. — Порядок, — спокойно откликнулся Куникида. Когда Тачихара и горе-преступник зашли за угол, он уже приковывал бессознательных босса и того, кто не верил в опасность Мафии, наручниками к трубе, торчащей из стены. Мафиози присвистнул. — Нормально ты их так. Этого сюда же? — убедившись, что все три контрабандиста теперь уж точно никуда не денутся, он отправился на поиски своего пса и вскоре вернулся с ним. — Вообще не могу поверить, что эта херня сработала. В ответ на его реплику Куникида закатил глаза: — Признай наконец, что это был нормальный план. — Это был херовый план! У нас получилось, только потому что эти, — он пренебрежительно махнул в сторону обездвиженных преступников, — оказались совсем тупыми. — Умение учитывать слабости противника — одно из главных качеств, необходимых для составления хороших планов, — мудро изрёк детектив. Тачихара не выдержал и рассмеялся. — Ладно-ладно, а дальше-то что? Мы всё ещё плывём туда не знаю куда. — Я позвонил знакомому, который обладает достаточными связями для того, чтобы выслать за ними пару вертолётов. — Погоди, это ты сейчас похвастался типа? — хмыкнул Тачихара, но Куникида остался невозмутим. «Какой-то дохуя спокойный он, — подумал мафиози. — В последнюю нашу встречу куда сильнее нервничал». Ни до чего додуматься Тачихара не успел, потому что Куникида вдруг протянул ему руку. — Спасибо за сотрудничество, — он был неожиданно очень серьёзным. Тачихара подумал о том, является ли склонность к драматизму обязательным критерием приёма в Вооружённое детективное агентство, но руку всё-таки пожал. — Да чё уж там. Бимо и Котетсу-чан устроили игру в догонялки, весело бегая друг за другом между украденных грузов и совсем ни о чём не беспокоясь, потому что знали, что их миссия на сегодня выполнена.
