Лыжка

Сердце барабанит как в последний раз, глаза горят в нетерпении, а в горле образовалась бесконечная пустыня, и это он ещё даже не стартовал! Тэхён с замиранием сердца наблюдает за последними секундами перед стартом альф восемнадцати лет и старше. Чонгук выглядит просто сногсшибательно в своём черно-красном обтягивающем костюме, который круто обтягивает его трицепсы и крепкий торс. Муж сосретоточен на предстоящей гонке в двадцать километров, Тэхён бы хотел видеть его глаза, но они, к сожалению, скрыты под синими очками, которые переливались на ярком, но таком холодном мартовском солнце. Пять секунд до старта. Толпа зрителей и спортсменов напрягается, готовясь узреть незабываемое зрелище. ─ на старт. ─ командует тренер, спешно отходя подальше от спортсменов, а то снесут еще. ─ внимание. ─ последняя секунда. ─ марш! На этих словах огромная толпа альф срывается с места, со всех сил отталкиваясь палками и нагибаясь корпусом, желая скорее въехать из классической зоны в коньковую. Стартовать общим стартом сразу коньком ─ строго запрещено, ведь лыжники снесут друг друга. Мгновенный коньковый ход разрешён только при раздельном старте, и то, больше половины все равно начинает либо той же классикой, либо горбатым. Тэхён мысленно желает удачи супругу, и так же мысленно пытается успокоить себя. Он тоже учавствует в сегодняшних соревнованиях, но едет не двадцать, а пятнадцать километров и пятьсот метров. Омега, все-таки. Их старт через пять минут, этого должно хватить на восстановку духа. Чонгук и Тэхён поженились через три года после окончания университета омегой, хотя, самому К̶и̶м̶у̶ Чону казалось слишком рано выходить замуж в двадцать четыре, но Чонгук быстро переубедил его мнение, заявив, что его попросту украдут от него, а сидеть за убийсто он не собирается. Тэхён тогда посмеялся, и не воспринимал это всерьез до тех пор, пока Чонгук чуть реально не расквасил альфу, пытавшегося подкатить к нему. Семейная жизнь с Чонгуком оказалась очень уютной и правда семейной. Они вместе доучились в университете спорта и резерва, и оба стали тренерами, хотя, альфа сначала планировал продолжить карьеру спортсмена, но поняв, что это вечный ментальный абъюз, сильная нагрузка на не без того усталые и сломленные ноги, а также временные разъезды, что означало его разделенность с омегой, решил забить. Потому, уже три года они вместе работают в спортивной академии, готовя будущих войнов ─ великих спортсменов. Омега часто думал о мифе, который гласит, что если прожить в браке три года, чувства притупятся и, скорее всего, пара разведётся, но ничего не было, никаких выгораний и пепла чувств, никаких крупных ссор и недопониманий, ничего. Тэхёна это даже пугало, он, конечно, понимал, что истинность тоже играет свою роль, но все равно для него было странно и безумно приятно осозновать, что он со своим альфой прошли этот порог, ну, почти. Уже сегодня их четвертая годовщина со свадьбы, и у Тэхёна сердца готово порхать и петь, понимая, сколько они пережили за эти годы. До старта пять секунд. Омега уверенно обхватывает руками палки, полностью сосредотачиваясь. Это ожидание старта ─ его личный дофамин, его тяга к свободе и сильному ожиданию. Эти пять секунд длятся словно час. Глаза омеги сосредоточенно смотрят только вперед, ладони крепко сжимают палки, правая нога стоит поодаль от левой, готовая сильно оттолкнуться от одного слова, грудь разрывает холодом, поселившимся в пустом месте, ноги и само тело полностью начинают подрагивть, но непонятно от чего, то ли от холода, то ли от страха, то ли от нетерпения. Три. Три заветных слова, и голова омеги опустеет на ближайшие сорок минут. Тэхён ловит глаза Го Пауля, своего главного соперника, и, ответив режущим, как лезвие, взглядом, томно вдыхает как можно больше холодного воздуха, нужно успокоиться. ─ на старт. Сердце уходит куда-то в печень, начиная сильно отбивать чечётку. ─ внимание. Голова пустеет, а вместе с ней напрягается тело, которое вмиг кажется потяжелевшим. ─ марш! Назад пути нет. Тэхён попадает в простотацию, мгновенно теряя из виду все вокруг: болельщиков, соперников, всех. Глаза смотрят только вперед, на выкатанную лыжню. Тело на автомате летит вперед, огибая соперников, омеге лишь остается правильно дышать, но кажется, он сейчас выплюнет свои легкие, что с каждой секундой становятся все расширение и расширение. Голова начинает болеть на пятом километре, когда он забирается на подъем. Тэхён знает, что это плохой признак, но думать сейчас не вариант. Он вообще удивляется мировым спортсменам, которые сразу после финиша дают интервью и без заминки отвечают на вопрос, о чем они думали во время бега. Ха, в его голову ничего кроме мыслей о тяжёлых легких и холодном горле не идет. Он не думает ни о чем, даже о наступающим на пятки Пауле не думает. Голова пуста. Обогнав последнего омегу, перед Тэхеном открывается вид на Яна ─ сильнейшего омегу, который первее всех них получил звание мастера спорта и первый разряд. Ян будто всегда в потоке, будто родился с лыжами на ногах. Тэхён с самой школы восхищался его катанием, и не мог понять, как человек может с такой хирургической точностью и грацией кататься на лыжах, как он может так восхитительно двигать телом. Ян всегда был огромным кумиром Тэ, на которого он равнялся и которому он подражал. Для самого омеги это выглядило как будто он был самой дешевой копиркой такого оригинального и невероятного Яна. Резко заворачивая за поворот, и чуть не падая, Тэхён старается не слететь со своей позиции, он второй. Второй. Но не первый, и не третий. Третьим он не будет, ни-за-что. Он никогда не проиграет Паулю. И первым в этой гонке ему не быть, Ян никогда не сдает позиций, потому, первое место ему гарантировано. Остается последний подъем, за которым следует спуск и финиш. Тэхён отстает от Яна всего на метр, в то время как Пауль борется с новым очередным соперником. При чем, очень сильным. Джин все это время сохранял силы, держась на пятом месте, и прямо перед финишем выплескивает свою силу на максимум. Тэхён оборачивается и ловит взгляд друга, даря ему улыбку, на что неизменно получает её же в ответ. Подъем. Остался лишь подъем. Крутой и длинный. Тэхён старается пересилить себя, заставить не падать духом. Он всегда ненавидел подъемы, особенно такие ─ бесконечные, уходящие далеко в небо. Легкие уже давно вываливаются, ноги гнутся к земле, а тело горит ярым пламенем. Тэхён ненавидит подниматься. ─ йоу, мне стоит сказать "хоп?" ─ до Тэхёна еле доходит голос Джина, что уже идет по его пятам. Он, в отличие от самого Чона, на ура справлялся с подъемами, которые нравились ему больше, чем спуски, потому он всегда поддерживал и подбадривал умирающего Тэхёна на несчастных горах. Этот случай не исключение. Тэхёна словно водой облили. Он мгновенно собирает все остаточные силы в руки и ноги, уже в агонии поднимаясь на верх. Горло издаёт противные всхлипы, со лба градом течёт пот, руки соскальзывают, но Тэхён отчаянно пытается уехать хотя бы на метр от друга с̶о̶п̶е̶р̶н̶и̶к̶а̶.̶ От Яна он отстает на три метра, нужно подтянуться и срочно. Последние толчки и.. свобода. Он на спуске, где меняется карта в его счастливую сторону. Лавируя между лыжней и накатанным снегом, он мчится вниз, стремительно сокращая метры между ним и Яном. Уже во всю слышно музыку у финиша, до которого осталось пятьдесят.. Тридцать.. Десять.. Два метра... Голова больно ударяется о снег. Тэхён распахивает мокрые глаза, смотря на чистое голубое небо над собой. Его тело сейчас кажется ватным и ужасно тяжёлым. Хочется просто закрыть глаза и взлететь на небо, дабы хоть немного почувствовать легкость. ─ Эй! Тэхён! Тэхён! ─ Чонгук летит к нему быстрее ветра. Он видел финиш, а именно, как омега переехал черту и тут же свалился на бок, не справляясь с управлением. ─ ты в порядке? Голова не болит? Блевать не тянет? ─ обеспокоенно спрашивает Чонгук, смотря в родные карие глаза. Тэхён мягко улыбается и отрицательно мотает головой, мгновенно освобождая альфу от груза. ─ вставай тогда, солнце мое, а то отморозишь себе все, или же тебя собьют или наедут. ─ Поднимая слабого, как желе, омегу, заботливо произносит альфа. Он как можно быстрее отводит его в сторону, снимая лыжи. От резкой смены опоры Тэхён чуть не падает, но во время попадает в надежные руки своего любимого мужа, который ласково улыбнулся, оставляя нежный поцелуй на губах. ─ отлично справился, Чон. Почти обогнал меня, я, честно, даже испугался. ─ беззлобно хмыкает Ян, протягивая руку для пожатия. ─ будь уверен, когда-нибудь я точно обгоню тебя. ─ пожимая крепкую ладонь, так же по-доброму усмехается Тэхён. Атмосфера вмиг меняется, и это чувствует даже Чонгук, который готовится уже кашлянуть, но его прерывает Джин, который как всегда появился во время. ─ даа, Ян. Тэхёну двадцать семь лет, ты старшего его на три года, значит, тебе тридцать? ─ наигранно призадумывается Ким, после чего с легкой улыбочкой выдает, ─ теряешь хватку, слышал, к третьему десятку дыхалка сильное страдает, смотри не перетрудись. Ян окидывает Джина режущим взглядом, но все равно спокойно, и, даже в какой-то степени, расслабленно отвечает: ─ не беспокойся за меня, Джин-а. Я бы на твоем месте боялся того, что еле третье место занимаю. ─ на этих словах он поворачивается настолько грациозно, насколько это позволяют сделать ботинки, и уверенной походкой идет к пъедесталу. ─ Джин! Только не слушай его, он идиот высокомерный, знаешь же! ─ тут же налетает на друга с обнимашками Тэхён, зная, что несмотря на всю дерзость и напускную холодность, Джин очень уязвимый и ранимый человек. Его хрустальное сердце легко разбить одним лишь словом, взглядом, выражением губ. Он не подаст виду, но внутри у него все разрушется от его же догадок и самосжирания. ─ ага, идиот, которым ты восхищаешься. ─ не упускает момента подзузыкнуть Чонгук, тут же получая убийственные глаза, заставляющие его заткнуться. ─ да все хорошо, Тэ. Мне плевать на его мнение, пусть он хоть самый быстрый лыжник в мире, мне по-хуй. Я занял своё третье место, на которое метил, обогнал Пауля, почти обогнал тебя. Мне этого достаточно, учитывая то, с какими результатами я катался в старшей школе и универе. ─ пытаясь сказать с уверенностью и весельем, Джин не заметил, как на глазах слезы навернулись. ─ черт. Только и смог он вымолвить. ─ боже, просто забейте хрен на этом павлине и идемте за наградами. ─ закатывая глаза, произнёс Чонгук, хватая Тэхёна за талию, а Джина за локоть. ─ стоп, а какое у тебя место? ─ словно только вспомнив, что его муженек тоже спортсмен, спросил омега. ─ Первое, детка, а как иначе? ─ сверкнув самодовольной улыбкой, альфа потащил их к пъедесталу. ─ вот бы Хосок был с нами. ─ улыбаясь сказал Джин, на что супруги Чон кивнули. Хосок сейчас находится в Швейцарии на международном биатлоне. Он, в отличие от друзей, продолжил строить карьеру, и стал двукратным олимпийским чемпионом. Друзья безумно гордились им, но и скучали тоже. Музыка грохотала со всех сторон, а солнце нещадно слепило глаза, Тэхён уже начал жалеть, что снял очки. Чонгук, в отличие от неосмотрительного мужа, очки не снимал, из-за чего его вид кричал о помпезном спортсмене. Джин, привыкший вообще обходиться без них, спокойно стоял, иногда щуря глаза. ─ приветствую всех вас, дорогие спортсмены, тренеры, гости и болельщики, на нашей ежегодной гонке! ─ радостно начал свою речь ведущий. Тэхён особо не слушал его, так как сам сценарий каждый год один и тот же, сначала говорит он сам, потом его помощники и директоры из разных спортивных клубов, а потом уже и награждение, от самых младших, до ветеранов. Омега засмотрелся на своего альфу, не понимая, как этот человек с каждым годом становится все красивее и красивее? Если сравнить его с собой сейчас и с восемнадцатилетним, то это две противоположные личности. Если раньше Чонгук был накачан не так сильно, всегда закрытый и холодный, в основном мало разговорчивый и в принципе не любитель похвастаться чем либо, то сейчас, он буквально тот самый главный господин всех дорамм и фанфиков: с годами его плечи и мускулы росли и росли, сделав из него подтянутого мужчину с каменным прессом и такими же стальными мышцами. Он стал более открытым и дружелюбным, чаще начал выступать в роли рассказчика, а не слушающего, как это было обычно у них в начале отношений, когда и Тэ, и он сам замолкали, не зная о чем поговорить, ибо не умели выражать эмоции четко, со смыслом и всей яркостью. Чонгук сейчас стал ещё лучше, да, порой Тэ скучает по тому закрытому подростку, которому было трудно даже слово вымолвить, но прежний альфа ─ лучше, увереннее, сильнее и сногсшибательнее. Сам Тэхён тоже поменялся за все года, вытянулся, наработал мышцы и неплохой пресс, из-за чего Чонгук часто ворчал о том, что его омега спортивнее его самого. Тэхёна это веселило. Также омега стал сильнее в плане спорта, стал чаще занимать призовые места, чего не получалось в школьные годы, характер его практически не изменился, лишь уверенность в своих словах и действиях возросла. Омега до сих пор с волнением и визгом вспоминает тот день, когда его бумажка выпала из рук и Чон узнал о его чувствах. Иногда Тэхён задумывается,а что было бы, если бы он так и не признался ему? Что было бы, если бы эта бумажка не упала так удачно? Что? Они бы так и не узнали о чувствах друг друга? Или что-то их свело бы? Об этом думать грустно и тяжело, поэтому он всегда твердит себе, никогда не откладывать ничего на потом, никогда не бояться чувства позора, ведь из-за него ты потеряешь свою любовь, счастье, смысл жизни, своё спасение. Из-за тупого страха быть отвергнутым большая часть людей так и остается несчастной, они страдают до смерти и гадают, любил ли их он когда-нибудь? Были ли они любимы? Люди трусы по своей природе, не каждый способен открыть свои чувства наружу, без комплексов и всяких "но" и сейчас, Тэхён старается ничего не терять и не бояться. ─ о чем думаешь, солнце? ─ Чонгук обхватил рукой его талию, положив вторую на плечо, обнимая со спины. Тэхён мгновенно прижимается к горячему телу, закрывая глаза, спокойствие и лёгкая прохлада от граната обволакивает и расслабляет. ─ о том, какой ты, все-таки, обалденный альфа, и что я был бы идиотом, если бы смолчал на счет своих чувств. ─ чуть ли не мурлыкая от удовольствия, шепчет омега. Чонгук тихо хмыкает под ухом, и целует висок своего нежного и самого тёплого омеги. ─ сходим кое куда вечерком? ─ опаляет омежье ухо горячим шепотом альфа, глядя при этом вперед, на грузного альфу, который секунду назад кинул слишком двусмысленный взгляд на его Тэхена. ─ свиданка в честь годовщины? ─ все так же с закрытыми глазами, тихо спросил Тэхён. Он сейчас поплывет от этих горячих и нежных прикосновений раньше, чем ему вручат серебряную медаль. ─ именно, солнце, ─ чмокает светловолосого альфа в висок, а не макушку (а хотелось бы) потому что та скрыта белой шапкой, на которой изображен флаг страны. ─ хотя, даже если бы у нас не было годовщины в этот день, я бы все равно сводил тебя погулять туда. ─ подмигивает Чонгук, когда Тэхён открыл глаза. Они приехали в другой город на эти соревнования всего на два дня, а Чонгук знает, что только здесь есть то, чего так давно хочет его омега, и чего нет в других городах поблизости. ─ мм, тогда жду с нетерпением, Гуки. ─ разворачивается омега в кольце рук, оставляя легкий поцелуй на алых губах, и игриво усмехаясь, отворачивается. Спасибо, у Чонгук стояк, слава Всевышнему, что лыжные костюмы обтягивающие, порой, до неприличия. Хотя, иногда это тоже играет злую шутку. ─ итак! Переходим к самому прекрасному моменту! Вручение наград победителям! ─ и пошлó поехало, пока вручили всем детям и подросткам, пока перефоткались, Джин уже чуть не упал на Тэ, но во время услышал: ─ ...... за третье в гонке на пятнадцать километров, омеги восемнадцати лет и страше, вручается Ким Сокджину! Слышатся аплодисменты и свисты, Джин грациозной походкой направляется за своей бронзой, чувствуя на себе любопытный взгляд одного крупного альфы, а именно ─ Ким Намджуна, чемпиона, который не уступает ни Чонгуку, ни даже Хосоку. Странно, что он не участвовал сегодня в соревнованиях. Получив грамоту и медаль, счастливый Сокджин шагает к пъедисталу, занимая 3 место. Он все еще ощущает пристальное наблюдение за собой, но старается не реагировать. Вслед за ним идет Тэхён, такой же счастливый и веселый, к своему прекрасному серебру. Омеги с искренней радостью жмут друг другу руки, отдавая свои такие же искренние улыбки. Тэхён ловит глазами Чонгука, и подмигивает ему, из-за чего альфа толкает язык за щеку, намекая очень явно. Тэхён сглатывает вязкую слюну, перемещая взгляд на паховую область мужа, замечая его выпуклость. Дышать становится не чем мгновенно, а слюна и вовсе пропадает. Но омега усмехается с того, как его муж с этим пойдет на вручение? После вышел самодовольный Ян, заслуженно забирая свой золотой кубок. Каким бы уебком он не был, отрицать его способности и отличные навыки будет глупо. Он также пожимает руки Джину и Тэхену, но с явной фальшью, хотя, зрители и журналисты навряд ли заметят этого. После общего фото, Тэхён быстро побежал готовить телефон для фотографии своего мужа с его золотом, а Джин скорее ушёл в сторону своей белой ауди, боясь встретиться с Намджуном ещё раз, но... Его прерывает крепкая хватка на плече. Твою мать, вспомнишь говно.. ─ не убегай, пожалуйста. ─ низким голосом попросил альфа, отпуская его плечо, которое Джин начинает потирать на каком-то бессознательном уровне. ─ могу выкроить у тебя пару минуток? ─ улыбнувшись краем губ, произнёс Ким. У Джина язык будто к небу прирос. А что он молчит то? А что ему отвечать? Омега первый раз в такой ситуации, когда перед ним реально шикарный альфа, тут лишнее слово сказать нельзя. ─ ну, если они не затянутся на часы. ─ максимально тупой ответ, но Джин, вроде бы, старается как-то и ответить нормально, и флиртовать. Получается плохо. ─ поверь, это может случиться только в том случае, если ты согласишься. ─ облизнув нижнюю губу, усмехается Намджун. А Джин падает, вот просто летит вниз, к ногам этому невероятному альфе. За что с ним так? ─ соглашусь на что? ─ аккуратно спрашивает омега. Сейчас будет бум. ─ поужинай со мной. Отказы не принимаются. ─ не давая шанса и слово вставать, обрывает альфа. ─ я не прошу твоего сердца, а лишь шанса. Если тебе не понравится, то мы больше не будем делать этого. Просто один вечер, идет? А дальше решишь сам. Сокджин не знает, что ответить. Он давно не встречал таких альф, которые и правда, самый настоящий газ, а не тормоз, а его стальные нотки и приказ ну просто не дают права сказать "нет" ─ хорошо. Где встретимся? ─ а ещё нужно объяснить этому альфе, что встречи будут, да еще и много. Джин давно сходил с ума по нему, ведь Джун ─ именитый спортсмен, да за него любой омега захочет уцепиться. ─ я напишу тебе. ─ отвечает Намджун, быстро добавляя, ─ номер знаю. ─ И, одарив его взглядом в последний раз, уходит, оставляя ошеломленного Джина одного. ─ ну! Нуууу! Джинаа! Что он сказал тебе? На свиданку пригласил, да?! ─ прыгает от счастья за друга Тэхён, даже не пытаясь скрыть, что они с Чонгуком услышали п̶о̶д̶с̶л̶у̶ш̶а̶л̶и̶ половину разговора. ─ типа того.. ─ не зная, как реагировать, ответил Джин скомкано. У него подобное впервые. ─ это замечательно, бро! Наконец-то у тебя будет тот, кто всю пошлятину расскажет и покажет. ─ подмигивает Тэ, за что получает два подзатыльника, один отДжина, а второй от Чонгука. ─ да ладно вам! ─ обиженно произносит Чон, тут же переключая внимание на танцевальную программу, что устроили в честь данных соревнований. Он хоть и не танцор, но искусство хореографии ценит. В общей сложности проведя на соревнованиях ещё полтора часа, они, наконец, все разошлись по машинам, где Джин и Тэхен не могли перестать глаголить о прошедшей гонке, все время говоря о том, какие они красавчики и вообще чемпионы всея ворлд. О Чонгуке, который, между прочим, пробежал сегодня лучше всех, они говорили мало. Хотя альфе это и не нужно, его лишняя похвала сильно смущает, как бы он не пытался казаться крутым матёрым лыжником, природное смущение берёт своё. Распрощавшись с Сокджином, атмосфера в салоне из дружеской и легкой вмиг меняется на интимную и жаркую. Тэхён не может забыть стояк альфы, потому слюна во рту накапливается с огромной скоростью, а из заднего прохода начинает выделяться смазка, из-за чего сам он приятно пульсирует. ─ так куда мы едем вечером? ─ пытаясь хоть немного разбавить шаткую атмосферу, произнёс Тэхён. Его голос был хриплым, чего сам он сильно испугался. Блять. ─ это секрет, Тэхён-и. ─ Чонгук специально тянет это "и", вгоняя омегу в раздумия и краску ещё сильнее. Он вообще теперь старается на альфу не смотреть, потому что хватает одного взора, и коленки начинают трестись как в течку лютую. До конца отеля, где они остановились, доехали в тишине. Покончив с регистрацией, парни пошли на свой четвёртый этаж, во всю обсуждая творчество русских и зарубежных писателей. Да, несмотря на их увлечение спортом и отсутствие свободного времени, они все равно читали. И, если Тэхён всегда это делал, то сильно удивился, узнав, что и Гук тоже. ─ да блять! Твой Булгаков какой-то не от мира сего, один черт знает, под какими веществами он вообще книги пишет! ─ восклицал альфа, таща два тяжёлых чемодана по длинному белому коридору. Уже седьмой час, окна во всю отражают закатные лучи, благодаря чему отель выглядит очень уютным и эстетичным. ─ а Кинг лучше что ли?! ─ возмущенно повернулся к альфе Тэ, что все время шёл впереди с ключом. ─ его "оно" только вспоминать, где одиннадцатилетнюю девочку по кругу пустили! Уже видно, автор шизой страдает! ─ хмурится омега, поворачиваясь, и слушая продолжение их "конфликта". ─ а, ну, то есть про то, как у твоего Булгакова в одной книги профессора грохнули, и девку зарезали это ничего? А еще вспомнить его " Дьяволиаду", которая вообще, хер знает под чем написана! Там гэ-гэшка помимо того, что с ума сходил, так и в конце вовсе суециднулся! То есть, это нормально, да?! ─ в такой же возмущённой манере спросил Чонгук. Он, конечно, любил спорить со своим мужем, ведь тот умел это делать: всегда выслушивал до конца, приводил весомые аргументы и причины, а также очень редко повышал голос во время спора, всегда уважая соперника, хоть это и был его муж. Но конкретно сейчас, альфа настолько заебался с ним спорить, что уже начал думать переходить к радикальным мерам. ─ да твой Кинг! Ты хоть знаешь что он!.. ─ начал Тэхён повернувшись снова, как Чонгук сразу обхватил его подбородок крупной ладонью, заставив смотреть в глаза. Омега опешил от неожиданности, глядя непоимающе, будто стоп-кадр. ─ Солнышко мое, давай перестанем этот бессмысленный спор, ведь мы оба знаем, что оба эти писателя прекрасны в своём творчестве. Так давай оно не будет поводом наших перепалок, идет? ─ поглаживая пальцем нежную кожу Тэ, спокойно говорил альфа, чаруя Тэхена своими манипуляциями. ─ хорошо. Тэхён сдался, что он имеет против своего альфы, который одним взглядом, касанием способен унять бурю, остановить войну внутри него. ─ ну вот. Пошли скорее мыться и переодеваться, а то опоздаем. И я знаю, что ты голоден. ─ подмигивает Чон, тут же получая в ответ дерзкое: ─ голоден тут только ты! ─ после следует высунутый язык и, ─ а Булгаков все равно круче! ─ вдогонку, когда омега уже открыл дверь номера и полетел в душ. Чонгук лишь счастливо улыбнулся, не понимая, как бы он жил без своей занозы солнечной. ╍╍╍┉╍╍┉╍╍┉┉┉┉╍┉┉┉┉ Чонгук до конца поездки молчал, куда именно они поедут. Как бы Тэхён не старался, выпросить у альфы не получилось, на что он даже обидеться успел, но вся эта обидчивость испарилась ровно в тот момент, когда он увидел название здания. ─ Чонгук.. Реально? Ты серьезно?! ─ Тэхён не верил своим глазам, которые смотрели на яркую вывеску, глаголящую "Кафе с Капибарами." Омега готов закричать от счастья, что, собственно, и сделал, накинувшись на шею альфы, целуя настолько сильно, насколько он способен. Чонгук лишь посмеивался, стараясь угомонить свою радость, придерживая его за талию, дабы тот от счастья не свалился и не помер. Вот было бы смешно. Ладно. Чонгук просто счастлив. Омега давно меча посетить живое кафе с капибарами, но не в их городе, и не в районе такого не было, к сожалению, поэтому Чонгук часами ломал глаза над монитором компьютера, пытаясь найти город с этим самым кафе с крупным грызуном. И вот, за несколько недель то того, как они приехали сюда на соревнования, Чон нашёл его, и заранее установил бронь, чтобы сделать сюрприз своему малышу в честь их четвёртой годовщины. Войдя в кафе и покончив с формальностями, Чоны медленно прошли по залу, разделённому на две зоны: зона еды, и самих капибар, которых было около пятнадцати ш̶т̶у̶к̶,̶ е̶с̶л̶и̶ т̶а̶к̶ м̶о̶ж̶н̶о̶ г̶о̶в̶о̶р̶и̶т̶ь̶ о̶ ж̶и̶в̶о̶т̶н̶ы̶х̶.̶ Тэхён всем сердцем хотел полететь к пушистой капибаре, которую звали Лилианна, но заставил себя проявить каплю мужества и взрослости. Чонгуку нравилось смотреть на глаза своего мужа, которые буквально сияли от вида грызунов. Его муж был настоящим солнцем, ведь не просто так альфа называет его именно им. Омега всегда радостный, несмотря ни на что, даже если все капитально плохо, он все еще пытается быть оптимистом и найти выход, приободрить, Чонгуку такого не хватало в своей жизни до встречи с ним. ─ Чонгук, ты.. Ты невероятен. ─ тихо начал Тэ, когда они сели за столик, решив сначала поужинать, а после отправиться к пушистым созданиям. ─ я понятия не имею, как ты нашёл это кафе, но я очень тебе благодарен, и благодарю не только за это, ─ усмехнулся над своими же словами омега, ─ за то, что ты появился в моей жизни, за то что украсил её, сделал насыщеннее. За все незабываемые эмоции, которые я испытывал тайно сгорая от любви к тебе в школьные годы, за то, что ты подарил мне самые сокровенные моменты юности, звал на эти свиданки, дарил подарки, так красиво.. любил меня. Я.. Я не знаю, за что получил тебя такого, но моя любовь к тебе будет заполнена до краев навечно. Я вечно буду плавиться в твоей любви, в тебе, Гук. ─ они всю речь не отводили друг от друга взглядов, черпая оттуда подпитку для себя и своих чувств. ─ и, я не слишком догадлив для какого-то оригинального подарка, так что.. ─ Омега показывает локоть, на котором последнее время был пластырь, сам Тэхён сказал альфе, что упал на тренировке, потому Чонгук и не подозревал, что там может оказаться. ─ в-вот. ─ голос невольно задрожал, когда он отодрал пластырь, являя взору Чонгука татуировку с надписью: 𝐼𝑙 𝑚𝑖𝑜 𝑎𝑚𝑜𝑟𝑒 𝑝𝑒𝑟 𝑡𝑒 𝑒 𝑒𝑡𝑒𝑟𝑛𝑜. 𝑆𝑖𝑒𝑡𝑒 𝑙𝑒 𝑚𝑖𝑒 𝑎𝑙𝑖, на итальянском. ─ моя любовь к тебе вечна, ты мои крылья. ─ почти шепотом перевёл Чонгук. Тэхён ещё после окончания школы увлёкся изучением итальянского языка, ну а Чонгук подхватил, потому, оба знали его, правда, омега все равно понимал лучше, но и альфа смог бы спокойно поговорить с итальянцем и понять его. ─ Тэ, ─ Чонгук нежно обхватил пальцами подбородок своего чуда, нахваливая себя за то, что поставил бронь на место в углу зала, где нет камер и мало посетителей. ─ ты моё сокровище, ты тот человек, который со мной в самое темное время, ты тот Данко, что отдал своё сердце в мои ладони, доверившись мне и осветив путь. Ты тот, кого я встретил внезапно и полюбил навечно. Спорт объединил нас, не так ли? Ты падал и взлетал вместе со мной, даже в те года, когда мы ещё не встречались и лишь украдкой крали взгляды друг друга. Ты тот, с кем я ощутил весь вкус счастья и нежности. Ты и есть мои крылья, Тэхён. ─ на этих словах, он на пять секунд прижался к тёплым, родным губам, собирая всю сладость и уют их совместной жизни. Отрываться не хотелось, но они в людном месте. ─ поэтому я просто обязан набить крыло ангела на лопатку. ─ вздернул бровями альфа, приобнимая смущённого от его речи, поцелуя и вообще, от него омегу. ─ лаадно, хватит сидеть и только кушать, да словами тешить. ─ в своей манере произнёс Чонгук. Тэхён тихо прыснул, стараясь быть как можно тише, но альфа все равно вопросительно зыркнул, мол, чего смеешься? А Тэхён просто понял причину смены разговора; не смотря на все страстные речи, поцелуи и признания, Чонгук все еще смущенный парнишка, который боится показать свою слабость перед своим омегой, хотя он же и является ею. ─ ничего, просто ты милашка. ─ подмигивает омега, и чмокнув в щеку, хватает Чона за руку, и чуть ли не бегом летит к Лилианне, жующей корм. Тэхён счастлив. Они не заметили, как пролетело время в кампании милых грызунов и друг друга, Тэхён буквально сиял, наблюдая и поглаживая упитанных и смирных капибар, а Чонгук сиял в ответ, снимая на камеру свое солнце, заменившее реальное. Омега испытал отдельный спектр чувств, когда Лилианна доверилась ему, и показала своих детёнышей. ─ если это детёныши капибары, то они капибарята? ─ размышлял Чонгук, пока радостный омега улетал от милоты этих животных. В воспоминаниях этот день точно отложился, подарив лучшие, трепетные эмоции и чувства, сплотившие их еще крепче. До отеля доехали в спешке, Чонгук с самого утра хотел Тэхена настолько, насколько не хотел даже в гон. То ли так повлияла годовщина, то ли харизма и шикарное, обтянутое тело Тэ на соревнованиях, альфа не знает, но он точно понимает, что прямо сейчас сожгет весь мир к чертям собачьим, если хорошенько не выебет своего мужа, который, почувстововав настрой своего альфы, начал заигрывать и распалять еще больше. Только закрыв входную дверь, омега тут же был прижат к стене горячим и железным телом альфы, который, не теряя времени, сразу втянул в страстный, глубокий поцелуй. Тэхён даже испугался такого разбега, нет, он конечно понимал, что альфа на пределе, но не настолько же. Омега плавили под тяжестью чужого тела, пытаясь как-то отвечать юркому и жаркому языку, но понял, что все тщетно, Чонгук давно взял все под свой контроль. ─ обхвати мою шею с бедрами и пошли на кровать. ─ в голосе читалось безумие и неутолимое желание, Тэхён зачарован таким альфой, потому, даже не понял его слов, но все равно на каком-то интуитивном уровне прижался к его шее и торсу, почувствовав, как Чон поднял его за поясницу, потащив в сторону постели. Лежа на мягких простынях, омега дрожал, чувствуя, как прогибается кровать, а тёплые руки хватают его за щиколотку, подтягивая к себе. Чонгук разом стягивает с Тэ одежду, оставив в одной футболке, начиная целовать внутреннюю часть бедра, заставляя омегу метаться по простыням, впивая ногти в свои ладони. ─ я бы больше помучал тебя, солнце, но блять, я так сильно хочу тебя, что времени реально нет, уж извини за это. ─ низким голосом прошептал альфа, целуя метку на шее, из-за чего Тэхён выгибается в позвоночнике, хватаясь за надежные плечи альфы. Чон стягивает с себя штаны, и расстегивает рубашку, не снимая её. Чонгук, вопреки своим словам, уложил омегу под себя, снова начиная изводить огненными поцелуями, после которых останутся багровые росписи. Чонгук прикусывает левый сосок, слыша тяжёлый выдох, альфа довольно усмехается, это слабое место его мальчика, потому, он вновь засасывает левую бусинку, хватая пальцами правую, одновременно сжимая её. Тэхён приподнимает бедра, тело горит, хочется настолько, что описать нельзя, эти ощущения, когда твой альфа ласкает твои чувствительные соски, настолько сильные, что омега готов заорать во все горло, как он хочет своего альфу. Чонгук на активность омеги лишь ухмыляется, и, незаметно для него, протягивает свободную руку к пульсирующей дырочке и... Тэхён давится воздухом, когда альфа одновременно прикусил один сосок, сжал другой, и резко расширил дырочку. ─ Чонгук.. ─ у омеги мир перекатывается, он раздвигает ноги шире, полностью отдаваясь альфе. Чонгук, все-таки, отрывается от сладкой груди, напоследок чмокнув её, и, раздвинув бархатные половинки еще шире, приподает языком к ароматной дырочке, слизывая природную смазку. Виноградный запах ярко увеличивается, что говорит о сильном возбуждении омеги, Чонгуку нравится изводить его, и он решает сделать это еще сильнее, выпустив свои феромоны наружу. Тэхён словно в другую вселенную попадает, уловив рецепторами запах яркого граната. Черт. Он запутывается в волосах альфы, умирая от наслаждения, которое умело дарит Чонгук, вылизывая его, сжимая бедра, на которых сто процентов останутся синяки. Чонгук подхватывает поясницу выше, и буквально засасывает дырочку, из-за чего Тэхён вскрикивает, неосознанно толкаясь, и тут же получая громкий шлепок за своё действие. Омега хнычет, ему хочется кончить, но Чонгук не дает, специально изводя, но не только его, себя тоже. Омега готов лужей растечься от мокрого языка в себе, руки сжимают волосы на голове альфы, а изо рта без остановки льются стоны, вдохи и имя искусителя. ─ встань в коленно-локтевую, солнце. ─ стальным тоном, приказывает альфа. Тэхён на дрожащих ногах встает на четвереньки, выпячивая задницу, струящуюся теплой смазкой. Омега понятия не имеет, что собирается сделать Чонгук, и громко вскрикивает, когда он со всей силы шлепает по мягким половинкам. ─ молчи. ─ прерывая вопрос омеги, все в том же тоне говорит альфа. ─ помнишь, что я говорил, что сделаю с тобой, если не будешь слушаться меня, м? ─ накажешь, Гуки. ─ голос дрожит от сильного возбуждения, Тэхён не понимает, как вообще соображает в таком угаре. ─ умница. ─ похвалил Чон, оглаживая пальцем его сочные губы. ─ и прямо сейчас, я тебя отшлепаю, солнце. Десять раз, и ты должен сам считать шлепки. Если хоть на одном застонешь, прибавляем еще один шлепок, ясно? ─ улыбается ангелом альфа, но сжимает бедра с дьявольской силой. ─ Ах... Да, Гуки, боже. ─ у Тэхена явный фетиш на шлепки, ибо он не может объяснить, почему лишь думая об этом, он пламенем горит, сгорает до тла, а чувствуя горячую кожу на своих половинках, добровольно тонет в этом огне. Жгучий шлепок оглушает комнату, омега со всей силы сжимает зубы, пытаясь даже не пискнуть. ─ р-раз. Шлепок. ─ дв-ва.. Снова распаляющий кожу, шлепок. ─ три.. ─ я не слышу, солнце, громче. ─ хриплый голос Чонгука сводит с ума, Тэхён просто отказывается правильно мыслить. ─ три, ─ стараясь четко шевелить языком, подает голос омега. Снова жгучий раскат. ─ четыре.. На его ягодицах явно будут не то что красные следы, там будут фиолетовые и болезненные, Тэ точно сидеть неделю не сможет, если не месяц. ─ пя-а-ть. ─ стонет омега, тут же заглушая стон ладошками. Чонгук довольно усмехнулся, будто только и ждал этого. ─ солнце, хочешь еще наказание? Чтож, тогда сейчас я шлепну, и ты извинишься передо мной, а после продолжим, понял? ─ с дьявольской ухмылкой, произнёс Чонгук. Он обожает мучать своё солнышко. Тэхен еле кивает, чувствуя помутнение из-за сильного возбуждения, черт, его альфа просто дьявол, дьявол искушения. Омега уже умирает желая члена в себе, он хочет чтобы Гук нагнул и выебал по самое нехочу, но альфе по кайфу изводить его, Тэ ничего поделать с этим не может. ─ извини. ─ стараясь не застонать, хрипит из-за тех же стонов омега. Шлепок. ─ ты забыл, как правильно извиняться? ─ выжигая взглядом, рычит альфа. ─ извини п-пожалуйста, Чонгук, м, Чон Чонгук-а.. ─ омеге плохо, простыни не просто влажные, они, блять, мокрые насквозь. ─ молодец. ─ поцеловав нижнюю губу, хвалил Чонгук. Оставшиеся пять шлепков Тэхён терпел, стиснув зубы. Закончив сладкую пытку, Чонгук нежно поцеловал горящую красную кожу, и освободив колом стоящий и ноющий член, он на пробу провёл по нему кулаком, глухо застонав, пуская мурашки по коже омеги. Навеснув над своим мальчиком, Чонгук начал целовать его, сразу углубляя поцелуй. Медленно входя, альфа ловил и заглушал стоны наслаждения, наваливаясь всем телом. Чонгук зажал запястья омеги по обе стороны от его головы своими руками, начиная двигаться быстрее, переходя на размашистые толчки. Кровать во всю двигалась, а стоны и шлепки тел друг о друга наполняли всю комнату. У Тэхена слезы из глаз текли, а Чонгук тут же слизывал их, не прекращая толчки. Омега сам насаживался бедрами, крича во весь голос, не беспокоясь о соседях, иначе на следующие утро прибьёт администратора, если тот, вдруг, соврал о звукоизоляции. Руки в плену альфьих немеют, горло пересохло и болит от стонов, слезы текут ручьём, а толчки заставляют дрожать и дрожать, посылая спектры удовольствия в головной мозг. Чонгук с ума сходит по узости омеги, сколько бы лет они не жили вместе, не трахались, Тэхён всегда узкий, и это сносит крышу Чонгуку каждый раз, это заставляет его ревновать омегу ежесекундно и защищать от всего мира, но не от себя. Насаживая Тэ под другим углом, он переходит на сумасшедший темп, заставляя омегу буквально прыгать на члене, в лежачем положении. Тэхён кончает первым, но продолжает подмахивать тазом, помогая альфе. Глаза давно затмевают слезы, но омега даже так видит всю красоту своего мужа: его влажные волосы прилипли ко лбу, такая же мокрая расстегнутая рубашка тоже липнит к горчему телу, очерчивая каждую мышцу, по кубикам пресса и шее текут капли пота, глаза горят, а губы сжаты в полоску, иногда открываясь в полустонах. Чонгук прекрасен, есть ли еще такой же человек, как он? Есть ли кто-то лучше Чонгука? Тэхён не уверен в этом. Альфа кончает спустя еще пять минут в омегу, и не выходит, образуя сцепку, где скоро начнет набухать узел. ─ Чон.. гук. ─ порывисто дыша, зовёт Тэхён, осознавая, что творит альфа. ─ Тэхён, солнце мое, ─ Чонгук покрывает лицо омеги нежными поцелуями, приобнимая за плечи. ─ я люблю тебя, обожаю, тону в тебе без единого преувеличения, и я очень хочу ребенка, Тэ. ─ поднимает альфа свои оленьи глаза, Тэхён на секунду думает, что он как ребенок, желающий получить ту самую заветную игрушку. Какая ирония, ребенок хочет ребенка. ─ подари мне его, пожалуйста. Тэхён искренне улыбается, прижимаясь лбом к его лбу, счастливо произнеся: ─ я подарю тебе отдельный мир, Гуки. И ведь Тэхён не лукавит.