Невероятные улучшения (18+)

«Честно говоря, если бы не главная достопримечательность Денатуса — церемония титулования, мы бы наверное встречались только раз в несколько лет, а не каждые три месяца». Думала Гестия, пытаясь сохранить спокойное выражение лица, пока один из восточных богов описывал как один из членов его Семьи повысил уровень. Она уже могла видеть жестокие огоньки в глазах божеств, когда они соревновались в придумывании самого позорного титула для бедного смертного. — Итак, до тех пор, пока дитя по имени Самура Садако не повысит уровень снова, ее титул отныне будет… Сделал паузу Гермес, пока восточный бог неистово молил своих собратьев о пощаде, но все было напрасно… — Змея, Глотающая Небеса! Да… для большинства смертных это было бы прекрасным и хорошим именем, но люди, связанные с ней и знающие о событиях, происходивших в ее жизни в последнее время… Они знали, что она подверглась нападению в районе красных фонарей, а позже ее соратники нашли ее в наркотическом опьянении и орально ублажающей мужчину. Даже Фрейя покачала головой от непринужденной жестокости своих собратьев-богов, но, опять же, это не так уж удивительно, учитывая, как долго существовал Эвилус, и мотивы богов, возглавляющих организацию, были лишь в том, чтобы причинять страдания и создавать свои собственные развлечения. На лице Гермеса появилась кривая улыбка, когда он беспомощно пожал плечами, глядя на бога девушки, когда прошло голосование. — Ну, теперь, когда ее титул определен… Гестия, есть ли у тебя какие-нибудь достижения? Спросил Гермес у Гестии, пытаясь отвлечь внимание бога, который явно боялся возвращаться домой, чтобы сообщить девушке ее новый титул. Гестия гордо поднялась, широко ухмыляясь, и произнесла. — Да, из трех моих авантюристов — все повысили уровень! Бормотание и шепот в комнате стихли, так как всем в комнате пришлось мысленно осознать ее слова. Прежде чем комната успела взорваться от шока, Гестия подлила еще больше масла в огонь, самодовольно усмехнувшись. — Самое интересное, что двое из моих троих побили рекорд Айз Валленштайн по самому быстрому повышению уровня! Не успела она ничего объяснить, как комната погрузилась в хаос, некоторые из более юных божеств даже бросали в Гестию бутылки с вином, но ей удалось ловко спрятаться под столом, так как бутылки разбились о заднюю стену позади нее, показывая, что она ожидала такой реакции. Теперь сама эта комната была зачарована самим Ураном, чтобы заставить людей говорить только правду, так что никто, даже Локи, не могла солгать или даже ввести в заблуждение благодаря его воздействию. Иштар подняла руку, создавая тишину в комнате и устраняя всеобщую анархию. — О, Гестия, ты молодец, но я полагаю, что мы все умираем от желания узнать, насколько они побили ее рекорд. Нынешняя королева района красных фонарей указала на Локи, заставив ее нахмуриться от того, что на нее указали. Ее статус после потери пятого и четвертого уровней сделал ее железную власть над районом красных фонарей в лучшем случае непрочной, а Афродита начала пробивать бреши в ее правлении и уже захватила несколько собственных территорий. — Мое дитя Белл Кранел является авантюристом один месяц и три дня. Сказала она, заставив всю комнату шипеть от недоверия, ведь Айз Валленштайн понадобилось чуть меньше года, чтобы сделать то же самое. Гестия не смогла удержаться от злой ухмылки, когда она перевела дух. — И самое главное, новый капитан моей семьи, Джейк Баррис, является авантюристом чуть меньше трех недель… — Тварь! Более дюжины богов ударились головами о стол, явно сокрушаясь об отсутствии таланта у своих детей, ведь они были просто никчемными по сравнению с Джейком, который теперь тенью завис над всеми. — Это невозможно! Закричало не одно божество, но на мгновение безумие было прекращено, когда та, кто когда-то была лидером этого собрания, распахнула дверь в комнату. Она вошла в комнату в совершенно ином стиле, чем обычно: хотя платье облегало ее тело, оно со вкусом демонстрировало лишь гладкую кожу спины. Но никто не мог отрицать ее сияния, и только Иштар злобно улыбалась, пытаясь выбить ее из колеи. Богиня красоты, тихо сидевшая рядом с Гестией, окликнула ее: — О, смотрите, кто решил присоединиться к нам, а я-то думала, что это собрание для богов с Семьей? Шипела Иштар, которая считала ее своей соперницей. Фрейя просто улыбнулась и слегка покачала головой, говоря. — Конечно, ситуация с моей семьей немного сложная, но я здесь, чтобы наставлять Гестию, поскольку я учу ее, как вырастить свою Семью и, откровенно говоря, как обращаться с вами, детьми. Вся комната вздрогнула и посмотрела на грудастую, но миниатюрную девушку, известную как Геката, указывающую на Фрейю в шокированном молчании. Она подавилась чем-то, и только когда один из богов рядом с ней, который думал, что она подавилась чем-то и ударил ее в спину. Но слова, которые Геката произнесла после того, как восстановила дыхание, заставили комнату, казалось, замереть в замешательстве. — Фрейя беременна! Иштар, которая пила вино, чтобы смочить горло и приготовиться провести всю ночь, понося Фрейю, чуть не упала не подавилась тоже, так как ослабила хватку бутылки с вином, и оно проскользнуло в ее хорошо тренированное горло… Наконец, после того как в комнате прекратились крики, Фрейя открыла глаза, и все божества, связанные с жизнью, смертью или душами в целом, смогли, наконец, зарегистрировать свечение, покрывающее Фрейю, как душу, формирующуюся внутри нее. Удивительно, но Деметре удалось заставить остальных присутствующих божеств замолчать, когда она встала и пристально посмотрела в глаза Фрейи, задавая вопрос, который так глубоко засел в умах обитателей комнаты. — Фрейя, пожалуйста, расскажи нам, как так получилось. Попросила она торжественно, и здесь присутствовали богини, которые, несомненно, собирались объявить Военные игры, если она откажет им в ответе, независимо от того, как это произойдет, не то чтобы это могло чего-то добиться, так как у Фрейи действительно не было Семьи на данный момент. Фрейя ослепительно улыбнулась, говоря о бесконечной любви, погладила свой живот и, прежде чем божества из комнаты начали кричать, когда снова поднялся шум, она заставила их замолчать фактом, который поверг их в ошеломленное молчание. — Джейк Баррис трахал меня лучше, чем кто-либо до него на протяжении бесчисленных тысячелетий, и является отцом моей дочери.