Невероятные улучшения (18+)

Даже если кровь Даки и Гютаро не сможет полностью вылечить Нерин, мне кажется, их демоническая кровь, данная всем троим Доумой, перемешается, как кровь братьев и сестрер, и в конце концов девочка станет более управляемой. Я на это надеюсь, ведь я знал, что до сих пор жив лишь благодаря подавлению воли Нерин, иначе она бы уже давно перегрызла мне горло во сне. Мой компас постоянно улавливал метки демонов. Летать над городом с сумасшедшим радиусом обнаружения в пятьдесят километров было крайне удобно. «Хм… Несмотря на всю сексуальность Даки, она сильно привязана к своему братцу и уже более сотни лет питается человеческим мясом, поэтому призвать ее в Орарио будет скорее ошибкой…», — подумал я, следуя по компасу, уже готовый расправиться с Даки любой ценой, пусть даже наша схватка разрушит чье-нибудь жилище, как это было в нашей с Музаном битве. По меркам Данмачи силу Музана можно было оценить на седьмой уровень, Альфия же была восьмого уровня, и такого, казалось бы, разрыва в один уровень было бы более чем достаточно, чтобы она уничтожила его, буквально растворила бы своими звуковыми волнами. Даки и Гютаро, полагаю, находятся приблизительно на пятом уровне. Наконец я добрался до метки в квартале Красных Фонарей и с треском мое бронированное тело пробило себе путь сквозь потолок одного из зданий. Через облако пыли я увидел силуэт Даки, но стоило ей только моргнуть, как я уже с выпадом оказался подле нее, а мой меч выскочил из ножен и потянулся к ее шее, однако порешить судьбу демона одним резким ударом в мгновение не удалось. Даки наколдовала дюжину лент, сковавших меня от головы до ног, и, хотя мой меч с легкостью резал их материю магической природы, время уже было упущено. Этого маневра оказалось достаточно для Даки, чтобы она выпорхнула из помещения через бумажную стену позади нее. — Какого черты ты вытворяешь?! Крикнула она, когда я сорвался с места, заряжая катану, от которой стали исходить молнии, они издавали чрезвычайно громкий электрический треск, будто сотня другая электрошокеров работали одновременно, и я надеялся, что это поможет разогнать людей, чтобы они не пострадали от предстоящей борьбы. Даки в исступлении словно разучилась парировать, и я успешно атаковал ее, нанося сильные удары один за другим, и сверх резаных ран ее демоническую плоть били разряды молний. — Убиваю тебя, конечно же, или твой глупый мозг закостенел в сперме, что в тебя наспускали? Хихикнул я, заставляя ее поперхнуться от ярости, и увидел, как кожа ее лба рассекается, открывая третий глаз. Это был взор Гютаро, отныне наблюдающего бой, а прежде сидевшего в ее теле. — О божечки, сердечко твоего братика заколотилось, когда до него дошло, что его младшенькую сестренку кромсает незнакомец-чародей. Я не останавливался и продолжал бить Даки, ведь теперь я точно знал, что ее сила и регенерация усилены Гютаро. Демоница отступала и билась магическими лентами, что резали меня, когда мы уже перебрались наружу. Они были острее лезвия бритвы и впивались в стены зданий подобно ножу, проникающему в подтаявшее масло. К счастью, люди уже разбежались, и квартал пустовал, когда Даки стала размахивать ленточками. Либо уже были убиты или раздавлены обломками рухнувших зданий… — Замолчи! Я вообще вижу тебя впервые! Кто ты такой?! Ревностно защищалась Даки, очевидно, не привыкшая иметь дело с человеком, который сутками сидел в интернете и ежедневно выслушивал оскорбления в сторону своей матери, а после не гнушался применять их на более слабых противниках. Вдруг я заметил парочку идиотов, решивших понаблюдать за нашей схваткой. Я понял, что пора заканчивать, пока число пострадавших не увеличилось, и бросил в Даки серию пространственных лезвий, что совершенно незаметно вонзились и так же невидимо вышли из ее тела, прорезав ей ребра и оторвав руки, но от последующего удара катаны, направленного в шею, она все же сумела увернуться, подпрыгнув высоко в воздух, благо на ее взлете я успел отрубить ей ногу. Пока она регенерировала и ее плоть силилась заново прорасти сквозь магию огня, молний и пространства, которой я залил ее рваные раны, я бросился вперед и увидел, как Гютаро выползает на помощь, отклеиваясь от спины Даки. Это мерзкое зрелище походило на таяние свечи, но будто происходящее задом наперед, когда дряхлая испещренная трещинами кожа мутанта Гютаро отросла от гладкой спины его сестрицы. И вот уже моя катана повстречалась с серпами Гютаро, отозвавшись оглушительным звоном. Я мог сдержать его удар, будучи не пресловутым смертным истребителем демонов, а усиленным дарованной мне Фалной. Мне не приходилось парировать или отводить его атаки, наши клинки то и дело сталкивались, сокрушая землю, поднимая пыль и сбивая штукатурку со всех окрестных зданий, пока те в конце концов не рухнули вслед за остальными и не обратились руинами. — Наконец-то набрался смелости вылезти из тела сестренки и взять ситуацию в свои руки? Или просто позавидовал нашему страстному танцу и приревновал, тоже решив выступить? Выкинул я, отчего демон одернулся и начал бормотать нечто невнятное, царапая собственную морду острыми когтями, и глаза его горели совершенным безумием, а глубокие раны, прочерченные по всему его лицу, быстро заживали. — Ты посмел издеваться над моей сестрой! Прохрипел Гютаро, сокращая дистанцию между нами, а его серпы угрожающе вспыхнули красным светом — Да, ведь монстры-каннибалы, что видят человечество просто скотом, не заслуживают ни уважения, ни пощады. Вы все будете обращены в пепел и развеяны по ветру. Я ответил и сразу же отбил его атаку, окутывая свою катану космической магией, отчего пространство вокруг моего меча стало искажаться, покрываясь волнами, будучи рассеченным лезвием. — Посмотрим же, кто здесь скот, а кто хищник… Произнес я, и Гютаро, услышав мои слова, слегка улыбнулся и кивнул. Удивительно, но при всем своем безумии он оставался достойным и не лишенным чести воином. Мир вокруг нас взорвался, когда Гютаро призвал свое искусство Кровавого Демона, оно представляло собой огромные серпы, сделанные из его крови, способные вращаться в воздухе, но сочетание моего пламени, молний и пространственных лезвий полностью свело на нет его наступление, а обоюдные последующие атаки не позволяли даже лентам Даки приблизиться к нашим телам, и наконец ее ленты были снова отрезаны. У Гютаро было небольшое преимущество в ловкости, но он не мог оставаться в зоне действия моих стихий: в тот единственный раз, когда он почти успешно попытался пробить мою бронированную грудь серпом, прежде оставлявшим на моем доспехе лишь неглубокие бороздки, он был обожжен магическим огнем и принял страшный разряд молний, и его плоть буквально стала плавиться, обвисая на дряхлых костях. Тогда я отрубил ему руки чуть выше предплечий и одну ногу ударом пространственного клинка. Бой начал утомлять меня, ведь я постоянно использовал магию. Я пропустил удар в бок, но это только сыграло мне на руку: я схватил Гютаро и, как учила меня Рю, повернулся и перекинул его через себя, и как только его сгоревшая туша приземлилась на землю, я прижал его ногой и со всей силы скрутил и дернул руку, за которую его и бросил. Боль разрывающихся сухожилий плеча заставила демона дико закричать. — Попробуй отрегенерируй себе и сухожилия в придачу. У Гютаро не осталось иного выбора, кроме как зафиксировать поврежденную руку для регенерации. Он отпрыгнул назад, но тщетно, ведь в ту же секунду его голова полетела с плеч, с мягким глухим стуком свалившись на землю. — Братик!!! Завопила Даки, и я со вздохом повернулся к убитой горем женщине. — Отомстишь за него? Обратился я к ней. Я еще не знал, усилит или наоборот ослабит ее потеря близкого человека. — Убей же его, Уме! Хрипела отрубленная башка демона. Как же демоны умудряются говорить, будучи обезглавленными? Ведь у них нет легких, чтобы пропустить воздух через голосовой аппарат. — Я не могу!!! Мастер Музан, спасите меня!!! Истерично пищала Даки, упав на колени и сдерживая рукой слезы. — Ну и мерзость… Прости уж… Я проворчал и наконец добил демоницу. Только мой космический клинок настиг ее, она подавилась плачем, и голова ее скользнула на колени. Пока кровь еще тянулась струйкой с увядающих тел Даки и Гютаро, я поспешил собрать несколько образцов в шприц, что дала мне Тамаё. Затем я сложил их головы поближе друг другу и сел рядом с ними. — Пока вы еще способны разговаривать, давайте побеседуем, прежде чем вы отправитесь в ад. Удивительно, но они не ругались друг с другом и были очень спокойны. Оба они уже уяснили, что пред ними не обычный истребитель демонов, а настоящий сверхъестественный феномен. Даки, обращенная в демона в тринадцать лет и не старевшая с того времени, стала проявлять свое ребячество. — Господи Боже, неужели мы оба действительно навеки попадем в ад?.. Тихо прошептала она. Видимо, они посчитали меня настоящим богом. И для сего мира я, пожалуй, действительно был самым близким к этому статусу среди живущих. Если так подумать, я могу сказать то же самое практически о любой вселенной, в которую захочу перенестись. Например, если я когда-нибудь заскучаю, то смогу отыграть эту роль в мире наподобие Highschool of The Dead, чтобы запросто соблазнить понравившуюся вайфу. — Жалеете ли вы оба о том, что натворили, будучи демонами? Особенно ты, Уме? Задал я вопрос с искренним любопытством, и не ошибся в собственных догадках: Гютаро решительно покачал головой, отрицая, что сожалеет, а Уме фыркнула в ответ. — У меня не было выбора: меня бы забили до смерти после того, как тот самурай набросился на меня… Меня сожгли заживо... Я не хотела становиться демоном! Я просто хотела счастливой жизни с моим братом! Я не хотела быть шлюхой и подвергаться насилию!.. Уме расплакалась, и я погладил ее по голове. — Это прекрасно, что ты не забыла человеческого прошлого. Я плохо знаком с путями реинкарнации, но я уверен, что если ты очистишь душу от прежних грехов, то ускоришь процесс возрождения, и тогда вы, брат и сестра, сможете встретиться в другой жизни. То, что я наплел, не было пустой бессмыслицей, поскольку в этом мире действительно существовал механизм реинкарнации, во всяком случае так говорится в книгах. Гестия и Фрейя рассказывали мне, как им приходилось разбираться с тем, куда отправляются души в Тенкае. Но после моих слов лица брата и сестры обрели блаженную гримасу облегчения, утешение, что однажды они снова смогут увидеть друг друга, сработало. Наконец, головы обратились в пепел, и я положил останки демонов Даки и Гютаро в пространственный карман, и не столько из-за их практической ценности, ведь они были на вес золота, сколько, пожалуй, из-за своего рода уважения. Как бы странно это не звучало… «Что ж… Пора отнести кровь Тамаё, а потом встретиться с Шинобу в Киото.», — я зевнул, все еще не привыкший к столь поздним предприятиям.