Всё горит огнём... И я тоже

      Даже сквозь экран телефона можно было увидеть искреннюю радость кодера. Глаза буквально сияли, а лицо озарила прекрасная улыбка. Лололошка немного покраснел — счастливым Дилан выглядел ещё красивее.       Ло выключил телефон. Затем он положил ноутбук рядом с телом любимого. Он не особо разбирался в программах автоматонов, но, так сказать, базу он выучил. Благодаря Ричарду, конечно. Не на каждом шагу будут уроки по программированию автоматонов. Особенно, если учесть отношение людей к ним.       Мироходец постарался перенести разум Дилана с телефона в тело. Процесс шёл. Он очень волновался, ведь одно неверное действие равняется потере. Огромной потере.       Спустя, казалось бы, целую вечность, на экране монитора появилась огромная зелёная надпись: «The operation was successful». Счастливую мордочку Лололошки надо было видеть. Спустя ещё пару махинаций, веки автоматона начали постепенно открываться. Ло внимательно следил за этим процессом.       Как только к Дилану пришло осознание, он было вскочил, но шатен его остановил.       — Спокойно, Дилан, тебе нельзя делать резких движений пока твоя система полностью не придёт в норму. — говорил мироходец, аккуратно укладывая тело программиста обратно на пол.       Взгляд автоматона был будто стеклянным, ещё не пришедшим в сознание. Дилан лежал, переминаясь с места на место, иногда, кряхтел, будто старик. Видимо, одно из прошлых тел оставило след в сознании кодера. Он дышал, но томно, глубоко, тяжело. Со временем, придя в норму, он присел, внимательным взглядом изучая любимого: синяки под глазами, покусанные, скорее всего от нервов, губы, растрёпаные волосы, и, как вишинка на торте, порванный шарф, который годился больше на половую тряпку, чем на вещь. Но Ло всегда его носил, и этот кусок ткани, скорее всего, ему очень дорог.       Спустя время программист всё-таки смог встать. Быть в одежде было… Непривычно. Ло тоже встал, на всякий случай придерживая архитектора. Тот отвык ходить, но, как можно догадаться, не разучился. Просто надо попробовать, а там как пойдёт.       Они медленно стали выходить из заброшенного здания. Спустя очень долгое время, они смогли добраться до каморки, в которой проживал Ричард и наш любимый мироходец.       — М-да, в тесноте да не в обиде. Но мы не жалуется, в телефоне жить явно хуже. — проговорил Дилан, оценивая помещение.       — Ну, привыкай. Тебе тут жить придётся. Потом, как поднакопим — переедем.       — Неплохие у тебя планы.       — Да, но… Но в любом случае — у меня есть ты.       — Хочешь меня рабом сделать? Чтобы пахал и зарабатывал? — сказал брюнет с явным сарказмом.       — Неправда! Я тебя люблю, для тебя работать буду. — возразил мироходец, обиженно надув губы.       Дилан на это лишь закатил глаза. Подошёл к Лололошке и обнял, крепко, очень крепко. Ло даже показалось, что у него сейчас сломаются рёбра, но он молчал — не хотелось прерывать этот момент.       Так они и жили, устраиваясь на различные работы, ловя в свой адрес шутки про то, что Ло и Ричи спали в одной кровати. Они переехали, наконец купили разные кровати. Ричард спал один, а Ло и Ди — вместе.

***

      Ночь. Ричард уже спит, слегка похрапывая. Дилан, словно кот, ластится к Лололошке, требуя к своей персоне больше внимания. Спали они, кстати, в одной комнате, поскольку на многокомнатную квартиру денег не хватило.       — Дилан, перестань, рядом Ричард. — попросил шатен, мягко отодвигая от себя кодера.       — И что? Видишь, как он сладко спит? Ему на нас плевать.       Дилан, не спрашивая разрешения, (будто оно было нужно), впился своими губами в соседние. Ло, не ожидавший такого поворота событий, вздрогнул. Кровать у них скрипучая, надо совершать меньше телодвижений. Мироходец попытался оттолкнуть программиста, ведь он боялся, что Ричард проснётся. Ему нравилась комнания Дилана, но если их увидит Ричи — это будет конец.       — Давайте тише, спать не даёте. — зло пробормотал Ричард, кладя подушку на голову. Упс.

Конец.