/Спасение от чёрного кота/

      Если бы Кенму предупредили, что он будет коллегой с таким человеком, он бы уволился безоговорочно. В следующий же миг расписался в бухгалтерии кампуса и, схватив любимый ноутбук, вылетел за ворота университета, хотя бы потому что очень ценил свои нервы. Энергосберегающая лампа — его второе имя, и тратить силы на сумасшедших не хотелось. А этот сумасшедший ещё сумасшедшее, чем все студенты его потока. Пока одни разрабатывают игры про три фигурки в ряд, а другие про зомби апокалипсис, этот чудак открыл игру — охота на преподавателя, а главным героем стал, к сожалению, как раз Козуме. И если вы ничего не поняли, то я расскажу всё с самого начала. — Скотина, держись… - шипел на ноутбук Кенма, медленно бродя по коридору. Университетская почта разрывалась от писем, в верхнем правом углу горел восклицательный знак, предупреждая о том, что память сайта забита, и вам следует очистить папку «спам». Поток выпускников присылали на проверку работы, в которые вписали имя Козуме, потому что «сенсей лучший программист в этом университете». Лестно? Конечно. Нужно ли это Кенме? Блять, нет, конечно. Самое забавное, что работает он здесь по просьбе ректора. Нет, не это самое забавное, а то, что работать по просьбе ректора он должен был семестр, но пошёл второй год, и сам Козуме не понимал, что тут делает. Зарплата стабильная, слава среди студентов, разные форумы, но можно он пойдёт домой? Впереди дополнительная пара, на которую его опять же попросили зайти, так как там новый преподаватель. И Кенма хотел плевать на нового преподавателя с высокой колокольни, но не умеет говорить «нет». К тому же, с новым коллегой они прикреплены к одному корпусу, а значит, видеться будут часто, если Козуме завтра же не уволится. — Идите все нах… - шепнул в монитор мужчина, громко его закрывая. Надоело всё и вся, но семестр в самом разгаре, а перед глазами дверь аудитории. Кенма протяжно выдохнул, нажимая на ручку. Да, без стука, потому что «ещё я не лебезил перед новенькими». Аудитория обернулась на звук, прожигая мужчину испуганными глазами, и Козуме уверен, боятся они далеко не его. — Почему без стука? – раздаётся у трибуны, и от мужского баса у Кенмы что-то рушится внутри. Он будто снова в школе перед злым учителем, и руки невольно опускаются за спину.       Высокий, казалось, ещё парень, упёрся руками в бока. Белая рубашка безобразно закатана выше локтей, к тому же, один длиннее другого, а на голове вторая мировая, будто добирался до вуза мужчина через леса, перед этим прыгнув с парашютом без шлема. И всем свои несобранным видом, да сдвинутыми к носу бровями, создавалось впечатление, что преподаватель с секунды на секунду бросится к тебе в лицо и высосет глаза.       «Господь милостивый» - то ли испугался, то ли рассмеялся Кенма. В моменте он и сам не понял, что испытывал, но ясно было одно, этот новенький его уже раздражает. — Вопрос не слышал? Где гулял? Половина пары прошла, иди на место! – почти рявкнул мужчина, оборачиваясь к аудитории. — Дисциплины у вас никакой, как я погляжу. Чего стоим? – снова обернулся он на Кенму, а тому будто нравилось злить злого, и он принципиально опёрся острым плечом о холодную стену вдоль двери. Студенты перекинулись шепотком, мол, ничего себе, что он вытворяет?! Козуме не школьный хулиган, или капитан регбистов в колледже, который встречается к самой красивой чирлидершей, но, боже, как же ему нравится насмехаться над новичком, да на глазах студентов. Будь его воля, он бы раскурил любимые сигареты прямо тут. Пускай это будет маленьким протестом за то, что его заставили задержаться для этого злыдня. Злыдень, в свою очередь, почти краснел он злости, а на его лбу улыбалась взбухшая вена: «привет, я сейчас взорвусь!», и в душе Кенмы приятное тепло. Как же давно он не провоцировал на эмоции. — Сядь. На. Место! – раздалось перед глазами, и только сейчас Козуме понял, что новенький прошёл аудиторию и уже стоит над ним.       «Ехать, че здоровый такой?!» - в моменте растерялся Кенма. Он знал, что довести человека до момента беспамятства и аффекта очень просто, поэтому вероятность получись в жевальницу очень большая, а лучшая защита — нападение. — Какая страсть, какое безумство! Отдача делу и дисциплина. Ох, если бы не вы, как же наш университет стоял на прочном фундаменте?! Ой-ой-ой!.. – чуть ли не завывал Кенма, явно переигрывая, чтобы все в аудитории прочувствовали сарказм каждой клеточкой организма. И студенты чувствовали, скатываясь под парту, то ли от смеха, то ли для безопасности, потому что, если новый преподаватель взревётся от злости, обрызгает всех. Но, к счастью, его лицо наоборот исказила удивлённая гримаса, и среди скукожившихся черт оказались очень даже красивые скулы и глаза. — Имя, - не сразу выдал мужчина, разворачиваясь на пятках. Довольно спокойным шагом он дошёл до трибуны, впиваясь взглядом в журнал. — Козуме Кенма, - решил прекратить игру тот, ехидно улыбаясь, прекрасно зная, что новичок не найдёт его имя никогда, но он находит. Не в журнале, а в тёмной голове, и его челюсть отвисает вниз, когда она поворачивается обратно. — Добро пожаловать в коллектив, Куроо Тетсуро, - ещё сильнее улыбнулся Кенма, постукивая пальцем по серебряной крышке закрытого ноутбука.