Предназначение

      Стремительно перебирая ватными ногами, только-только вышедшая из здания девушка брела вдоль улицы в сторону волонтёрского центра. Ноги сами вели своего носителя, пока до сих пор напуганный взгляд был устремлён в асфальт. Ещё день назад, отправляясь в свою тихую деревушку по заверению друзей, она и подумать не могла о том, что в будущем узнает нечто столь шокирующее; сможет узреть то, что в упор не замечала со времён своего... рождения? Или вернее будет всё же сказать создания?       Осознание собственной сущности, как и сущности почти всего окружения, до сих пор не укладывалось в голове, устраивая самый настоящий бардак в сознании Дженны. Диалог с Диланом также не смог помочь: информационный рой из множества предположений и воспоминаний всё продолжал и продолжал кружить внутри, ничуть не улучшая ситуацию, напрочь вытесняя ранее находящиеся в приоритете мысли о делах и учёбе. Требовалось остыть; обдумать всё и разложить по полочкам без лишнего вмешательства и сбивающих верный настрой бесед.       15 минут пути, и дверь в небольшой кабинет в центре «СЧАСТЬЕ», стены которого хранили множество тёплых воспоминаний, оказалась надёжно заперта, а сама активистка расположилась за рабочим столом, подпирая руками подбородок. "Сердце" билось с бешенной силой, сбиваясь с привычного её настройкам ритма, пока Дженна следующие несколько минут сидела без единого движения. Только губы, время от времени, то и дело шевелились, беззвучно проговаривая слова из собственного сна. Утром она считала его вздором, временным помутнением рассудка или банальным веянием охватившего её с головой волнения, оттого и умудрившись забыть важнейшие детали. Однако сейчас... Сейчас разум, в попытках понять смысл, активно воспроизводил тот самый сон, из раза в раз заставляя, словно в бреду, повторять одни и те же слова, что были адрессованы ей создателем.       Осознать тупиковое направление своих размышлений удалось только тогда, когда они плавно перетекли на мысли о других автоматонах. Ведь... Неужели они все живут в неведении? Считают себя людьми, потакая безжалостно управляющему каждым их действием коду?       — Несправедливо... — слетает с губ еле разборчивый шёпот, в то время как рыжие брови недовольно хмурятся. Тело напрягается, подскакивая с места, и дрожащие руки эмоционально бьют по столу.

Жизнь во лжи - это ужасно.

Это неправильно.

Это недопустимо.

      — Люди или автоматоны - не важно. Никто не должен жить так. — рассуждая вслух, уже более уверенно заключает, а наконец осознанный взгляд цепляется за рабочий ноутбук и одинокий usb-кабель.       Что-то внутри словно обрывается, беспощадно пересекая ту самую точку невозврата. Пазл в голове моментально складывается в единое целое, затмевая весь здравый смысл. Руки поспешно тянутся к ноутбуку, а на лице мелькает нервная улыбка.

***

      Рассматривая свой код и паттерн с уже до боли знакомыми ей символами, девушка хмыкает, не без труда, но получая доступ к необходимой ей сети.       С каждой секундой, с каждым новым нажатием на кнопки уверенность в правильности собственных действий возрастает. Тело охватывает лёгкий жар, но активистка в упор этого не замечает, продолжая судорожно печатать, символ за символом приближаясь к исполнению своей главной миссии. Это определённо было оно - то, для чего её создал JDH! И она ни за что не подведёт ни его, ни собственные принципы. Она откроет глаза автоматонам; раскроет правду всему острову. И не важно, какую цену придётся для этого заплатить.       Пара минут, и студентку начинает бить неестественной дрожью, неимоверно раздражая и лишь усложняя почти завершённую работу... Но на губах, вопреки всему, расцветает очередная улыбка, и палец нажимает Enter, рассылая код практически всем жителям их островка. Кажется, звуки синхронно пришедших волонтёрам сообщений можно было услышать даже отсюда, за чем тут же последовал ни с чем не сравнимый шум и суматоха, лишь подтверждающие успех.       Стремительно покидая комнату и спускаясь вниз, девушка широко распахнутыми глазами наблюдает за хаосом, инициатором которого стала именно она. В воздухе пахнет гарью. Автоматоны хаотично и бесцельно бродят по залу, врезаясь то в друг друга, то в мебель и стены, дымясь и беспощадно повреждая собственные оболочки; окончательно и бесповоротно ломаясь. Откуда-то сверху раздаётся первый взрыв и грохот то ли от упавшего замертво тела, то ли от повреждённой стены. Мгновение, и в Дженну врезается очередная коллега, а сама она опирается рукой о стену, ощущая более сильный жар и слыша оглушающий взрыв буквально в двух метрах от неё. Левую часть лица прошибает самой настоящей болью, заставляя заторможенно зажмуриться и бороться с мерзким звоном в ушах.       Когда она открывает глаза, звуки, теперь заглушаемые треском охватившего центр огня, становятся заметно тише. Двигаться вперёд удаётся с трудом - её собственна система явно оказывается неисправна, постепенно отказывая и выходя из строя. Изнутри словно всё рушится, с каждым шагом усиливая неприятные ощущения и заставляя гореть каждую имеющуюся внутри плату, что в этот момент безбожно плавятся под воздействием сильнейшего перегруза.       Осознание того, что внутренности сгорают точно также, как и всё её окружение, приходит с опозданием... Но Дженна не жалеет об этом. Даже не пытается хоть как-то исправить столь плачевное положение, доживая последние минуты, пока в глазах отражается разруха когда-то казавшегося ей идеальным мира.       Она успешно выполнила своё главное предназначение и поведала всем жестокую, но правду, и сгореть вместе с ними уже было не так страшно. Что-либо иное уже попросту не имело значения.