Возрождение с силами Эмии (18+)

Невинный. Это было единственное, что приходило в голову Афродите в данный момент. Она не считала Белла невинным и наивным по отношению к миру, ведь она видела, как он в отчаянии остановился, чтобы не перейти тонкую грань. Но более того, несмотря на плотские соблазны, которые она ему преподносила, он все равно решил не участвовать в них. Вместо этого он предложил чистую дружбу. Отношения, основанные не на стремительной страсти, а на медленно разгорающемся тепле, которое проникало гораздо глубже, чем могла бы достичь потная, длинная и пылкая ночь. — А? Что... Я... Ты! Афродита начала краснеть гораздо ярче, когда Белл нежно улыбнулся ей. Его взгляд, крепкие руки, которыми он обхватил ее тело. Не для того, чтобы владеть или контролировать, а для того, чтобы нежно держать, не желая причинить вреда тому, что держит в своей ладони. Тепло часов усилило это ощущение в богине. Она была хорошо знакома с лучшими предметами одежды, которые могли позволить себе за деньги, но этот простой плащ путешественника был гораздо удобнее, чем все те экзотические вещи, которыми она обзавелась. — ... Тепло... Тепло, не ищущее ничего взамен... не ищущее кайфа эмоций... «Это чувство...». Богиня, погруженная в страстное желание. «Это..» Теперь она лично узнала о невинной романтике. «Любовь?». — Будешь ли ты моим другом, леди Афродита? Белл говорил с нежным лицом, цвет которого не мог не привлечь Афродиту не из желания завладеть им. Ей хотелось убедиться, что его никогда не постигнет беда, способная уменьшить его сияние. — ...Э-э... конечно... — тихо ответила Афродита. Это было совсем не так, как если бы она домогалась до него. Да еще на людях. Богиня судорожно сжимала руки, отводя взгляд от Белла. На ее лице появился румянец. Этот мальчик не только отказал леди Афродите в сексуальном предложении, но и очаровал ее? Талия, эльфийская помощница и капитан семьи Афродиты, была в шоке. За все время, проведенное рядом с богиней, она ни разу не видела смертного, способного устоять перед ее соблазном, а тем более так открыто отказавшем ей. Люди, наблюдавшие за происходящим, постепенно выходили из-под обаяния Афродиты и приходили к тому же выводу, что и Талия. И мужчины, и женщины сдались бы, если бы их преследовали подобным образом. — Тогда я надеюсь на нашу дружбу... Афродита — сказал Белл, поглаживая покрасневшую богиню по щеке, отчего кровь еще больше прилила к ее лицу. «Я должна была бы рассердиться, ведь мне ни разу не отказывали... ни разу не предлагали простой дружбы... но... «. Гнев Афродиты начал быстро остывать, когда Белл провел рукой по ее волосам. Она каждый день делала все возможное, чтобы вылечить, сохранить и уложить волосы. Он, несомненно, портил их, но радость, которую она испытывала, ощущая тепло его руки на своей голове.. «Это не так невыносимо жарко, как в ночь страсти, но это теплое ощущение - это обращение со мной, как с самым хрупким предметом...». Улыбка вспыхнула на лице богини, когда Белл продолжил свое занятие. «Это приятно...». Богиня, которая очаровывала смертных до такой степени, что они переставали соображать теперь и сама испытывала подобные ощущения. — Я тоже жду этого с нетерпением, Белл... хе-хе~ Белл, видя, что богиня поддалась на его технику поглаживания по голове, которую он разработал с Медеей, Сир и Лили, немедленно начал делать шаги для достижения успеха. — Афродита, нам придется пока разделиться. У меня есть еще кое-какие дела, хорошо? Афродита тут же прижалась к Беллу, не желая отпускать тепло, которое она ощущала. — ... Она ничего не сказала, но Белл смогла различить на лице богини обиду. — Я обещаю, что мы будем общаться гораздо больше, когда встретимся снова. Я даже буду готовить для тебя. Я даже приготовлю для тебя… Я даже приготовлю для тебя кролика — сказал Белл, поглаживая спину Афродиты. Невинное ощущение, которое еще больше расплавило мозг богини в невинности. «Белл и я? Едим вместе... эта сцена... она греет». Богиня страсти стала зависимой от невинной целостности. — ...Обещаешь? Афродита говорила тихо, но Белла смогла расслышать нежелание богини расставаться. — Обещаю... вот, протяни мне свой мизинец — сказал Белл, опускаясь перед богиней на колени, как родитель, говорящий с ребенком. — ?... Афродита сделала то, что сказал Белл, не понимая, что происходит. Но в одно мгновение ее мизинец переплелся с его. Неожиданный физический контакт в состоянии невинной влюбленности вызвал у нее бурные эмоции. Но Белл, не подозревая о необратимых изменениях, которые он произвел с другой женщиной, наивно произнес: — Там, откуда я родом, это называется «обещание мизинца». Он символизирует наше обещание. Так что всякий раз, когда я буду смотреть на свою руку, а ты - на свою, мы оба будем помнить о данном обещании. Круто, правда? — ... Афродита замолчала, но мысли ее были заняты совсем другим. «Это так безумно мило и восхитительно!». Она сразу же увлеклась этой идеей и принялась возиться с мизинцем, улыбаясь, как идиотка. — Это не прощание с Афродитой. Друзья всегда смогут встретиться снова, так что до встречи, мой друг — Белл говорил с улыбкой. На что Афродита немедленно ответила: — До встречи, мой друг, Белл. Так Белл вырвался из сексуальных лап богини. Он бодро зашагал прочь от нее и от толпы, которая просто глазела на эту встречу, он не хотел продолжать быть выставкой для горожан Преблики. «Я больше не могу здесь жить, люди будут знать меня только как парня, который подвергся сексуальному насилию на улице...». Белл со слезами на глазах думал о том, что его планы на пенсию провалились. Зайдя в переулок, он вызвал свою магию.