Возрождение с силами Эмии (18+)

Это не было результатом божественного вмешательства - это был просто поступок одержимого мальчика, который слишком сильно любил героев. — ААААААААААААААААААААААААА. 「УСИЛЕНИЕ」 Его тело обжигало, его кровь кипела... 「УСИЛЕНИЕ」 Белл видел свое тело как единый меч. Так почему бы не использовать его техники на собственном теле? 「УСИЛЕНИЕ」 Он довел свои проецируемые мечи до теоретической точки разрыва, которая максимизировала потенциальную разрушительную силу, так что он сделает то же самое для своего собственного тела. 「УСИЛЕНИЕ」 Еще одна убогая техника. Гораздо менее изящная, чем те слабые воспоминания, которые остались у него от Голиафа, но для Белла этого было достаточно. Белл вспыхнул многочисленными искрами вокруг своего тела. Он кричал от отчаяния. Он кричал от злости. Но его глаза не говорили о поражении. — А Н Т А Р Е С ! ! ! ! ! Белл опустил свое тело на землю и расплылся во вспышке молнии. Он мгновенно опустился на Антареса. ∎∎∎∎∎∎∎∎∎???!!! «Мое тело сломается, ничего похожего на медленное разрушение, которое я испытывал. Моя рука определенно будет разрушена, но теперь я смогу добраться до этого ублюдка...». Его глаза начали ярко светиться, когда он приблизился к кристаллу монстра. «Это не удар героя, но он точно будет соперничать с ним!». Белл поднял правую руку высоко в небо - его кости, его нервы, его магические контуры, его клинок - это была вершина, которой он мог достичь в данный момент. Голубая молния чистой магии зазвенела повсюду, как колокол, возвещающий о предстоящем ударе. ДИНЬ…ДИНЬ…ДИНЬ… «Снова... ПРОРЕЖЬ!!!» СЛЭШШШШШ В момент соприкосновения с мечом комнату залил яркий свет. ∎∎∎∎∎∎∎∎∎∎∎∎∎∎∎∎∎∎∎∎∎∎∎∎∎∎∎∎∎∎∎∎∎∎∎∎!!! Антарес закричал от сильной боли. Этот удар - это была самая мучительная атака, которую монстр когда-либо испытывал. Его тело было разрезано пополам, его кристалл был сильно поврежден, но все еще оставался твердым. КРАШШШШШ Тело Белла ударилось о ближайшую стену пещеры и рухнуло на пол. Сила его удара была огромной. — Ха..Ха…Кха… — Кровь начала в огромном количестве стекать по маске Белла, он отчаянно пытался отдышаться. «Мои ноги и правая рука... они разрушены». Белл почувствовал потерю чувствительности в ногах и правой руке - они были полностью разрушены. Его кости раздробились при использовании. Мышечные волокна были разорваны на куски. По всем меркам и определениям он добровольно искалечил себя, чтобы достичь того, что он сделал, но ему было все равно. «Шевелись...». Белл должен был закончить работу. Его противник все еще стоял и его глаза все еще были живыми. «ДВИГАЙСЯ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ!». Зрение Белла начало превращаться в помехи с левой стороны. Он попытался спроецировать еще один меч, но он не мог его увидеть. Он больше не мог добраться до своего мрамора реальности. — ...ха...хаха...ХАХАХАХАХАХАХА...Значит, я даже вывел тебя за пределы твоих возможностей? Прости, что был таким дерьмовым пользователем, ты тоже был очень красив...несомненно, зря... Белл начал извиняться перед своим внутренним миром. Он не знал, был ли он вообще разумным. Он лишь смутно помнил, как он иногда работал независимо от своего пользователя, но, тем не менее, он осквернил такой прекрасный мрамор реальности ради собственного эгоизма. — Надеюсь, ты не будешь на меня обижаться, но я не жалею, что сделал это. Даже если это означает, что я стану не более чем калекой-реинкарнатором, потерявшим свои силы. Магические контуры Белла снова начали разгораться, жгучая боль была для него сейчас не более чем слабой щекоткой. — Но мне нужно спасти людей, кого-то, чью судьбу я хочу изменить. Может быть, я больше не нужен в этом мире? Лили становится все сильнее, быстрее, чем даже я. Вельф, несомненно, создаст нечто такое, что посрамит мои мечи. Асфи... она уже прекрасно справляется с моими предложениями. Белл начал вспоминать все, что он уже успел сделать в своей новой жизни. — Нааза, несомненно, станет пивоваром, не уступающим Эйрмиду. Я знаю, что это в ней. Интересно, что случилось с той волчицей и синеволосым мальчиком? Они показались мне очень знакомыми. Гефест... Интересно, сможет ли она выковать такой же шедевральный меч, как у Аэды Весты? Я очень хотел ковать вместе с ней. С Эйной все будет хорошо... даже если я никогда не вернусь, я уверен, что она будет продолжать верить, что со мной все в порядке. Больно, что я снова разобью ей сердце, но она сильнее этого, она продолжала быть упрямой заботливой матерью гильдии, в конце концов. Теперь Белл просто разговаривал сам с собой, от боли он начал бредить, но его глаза продолжали фокусироваться на цели. — Дедушка... несомненно, у него большие планы, он не признается в этом, но у старика есть обида на черного дракона, которую он намерен осуществить. Тетя Идия... до сих пор не знаю, что с ней, но мне кажется, что деревня в полной безопасности, пока она там. Медея, я надеюсь, что в этом мире ты найдешь хорошего мужа, а не такого, который будет обращаться с тобой как с дерьмом, как Джейсон. Твой брат будет присматривать за тобой, если это будет мой конец, так что, пожалуйста, живи счастливо... Белл задыхался. Он словно примирялся со всеми своими привязанностями: их было слишком много, чтобы перечислить,так мало дыхания, которое он мог бы использовать, чтобы объявить о них всех. «Лунуар... Хлоя... Мэй... Мия... Артемида... Ланте... Реетуса... Аталанта...». Мне не удалось встретить таких людей, как семья Локи... или Ксенос...семья... Гестия... Он так многого не успел, так много ему еще предстояло сделать, но он не чувствовал мук сожаления.