Недосягаемый.

Юджи. Я вновь произношу твое имя. Будто схожу с ума. Вновь и вновь. Постоянно. Перед сном, оно звучит как колыбель. На заданиях, тогда я понимаю, что должен вернуться. Во время еды, кажется еда становится вкуснее, стоит только упомянуть твое имя. — Сенсей, кажется я стал намного сильнее. — Молодец, Юджи. Я в тебе не сомневался. — тяну руку, чтобы погладить тебя по голове, но она будто проходит сквозь меня. Это начинает сводить меня с ума. Я постоянно убираю бесконечность вокруг себя, но так и не могу коснуться. Почему? Мне кажется я слишком жаден. Ты не принадлежишь мне, однако я хочу тебя рядом, постоянно. Слышать твой голос… Интересно произносишь ли ты мое имя с такой же нежностью, как я твое? Думаешь ли ты обо мне так часто, как я о тебе? Хочу касаться тебя. Прикоснуться к волосам, щекам, рукам, которые возможно огрубели от бесчисленных тренировок, но это не важно, они всегда будут самыми приятными для меня. Хочу обнимать, целовать, оставить на тебе, хоть какой-то след своего присутствия, чтобы никто даже не смотрел на тебя и даже не думал прикоснуться. — Извините, сенсей. Нобара с Мегуми пригласили меня сегодня на весь день погулять. В следующий раз сходим туда, куда вы хотите! Вновь, ты отталкиваешь меня. Вновь, я не могу даже приблизиться, хоть на немного. Ты постоянно рядом, но тебя нет. Ты изучил бесконечность и используешь ее против меня? Иначе, я не могу объяснить это. Неужели ты разглядел тот жадный взгляд, с которым я взираю на тебя, каждый раз, как ты появляешься в поле зрения? Неужели слышишь, как быстро и сильно бьется мое сердце, стоит тебе подойти? Это, пугает тебя? Или ты читаешь мои мысли, что до ужаса отвратительны и неприемлемы, для такого «порядочного» учителя, как я? Мысли… верно. Мой рассудок вернулся только тогда, когда я жадно вцепился в твои губы, кусал их, оставляя свои следы. Когда приблизился к твоей шее, от которой исходил самый приятный аромат. Твой запах, Юджи. Он был для меня будто афродизиак. Я сжимал твои кисти. Держал так, будто это спасательный круг, а я вот-вот утону. Кажется там остались синяки. Я касался твоего тела, даже там где не видели другие. Я наносил раны, а после целовал, но только те, что были видны. Твои внутренние травмы, я не смогу залечить поцелуем, все что глубже твоего тела, я касаться не мог. Это раздражало, но тогда я не мог понять, что именно. Сейчас, осознал. Мне было мало, ласок, я решил пойти дальше. Я вдалбливал твое тело в несчастный матрас. Хотя несчастным был не только он. Каждый из нас. По-своему. Меня не останавливала даже кровь на члене, который исчезал в тебе. Но я понимал, если она твоя, то все в порядке. Ты крепкий парень. — Сенсей... Годжо… Почему вы делаете это со мной? Ты сам в этом виноват. Это не я. Ты единственный воспринимал меня в серьез, для других, я был шутом и сильнейшим. Но ты. Ты смотрел на меня, как на человека, а не как на орудие, способное спасти мир. Твои глаза, они первые коснулись меня. Коснулись того места, которое больше всего болело, которое я пытался ото всех скрыть. Ты сам в этом виноват. Если бы ты не показывал бы мне свою улыбку, которая растопила во мне то, что казалось бы давно замерзло, этого бы не произошло. Ты сам в этом виноват. Тебе не стоило называть меня особенным, не стоило вводить в заблуждение, если ты не мог быть рядом. Тебе не стоило, обделять меня, я слишком глубоко воспринял эти слова. Даже сейчас когда ты рядом, буквально подо мной, я не чувствую что имею то, что хотел. Твое тело, он в моих руках, оно в моих следах, но ощущение будто через мгновение все исчезнет. Мой мир, исчезнет. Интересно, если бы в тебе не было Суккуны, смог бы ты меня принять? Дать коснуться своей души? Ты ведь поэтому наложил на себя «бесконечность»? Близких очень больно терять и я понимаю это, как никто другой. Ты создаешь иллюзию для всех. «Юджи рядом, прямо сейчас», но надолго ли это. Твоя жизнь зависит от других. Стоит им сказать слово и тебе останется лишь принять приговор. Это давит на тебя, верно? Ты согласен зайти в душу каждого, но никого не пускаешь в свою. — Знаете, сенсей. Человек будет жить, после смерти, если о нем будут вспоминать. Зря ты сказал эти слова, теперь ты будешь жить вечно. Ведь даже после своей смерти, последнее о чем я подумаю, это Юджи. Я ведь и правда сошел с ума?