Так сильно жаждешь наказания, Лэйн?

С того момента, как Лэйн восстала из мертвых и присоединилась к отряду, прошло уже несколько недель. И несмотря на то, что генерал с его приспешниками, вроде как, защищали её, давали кров, еду, одежду, ни о каком доверии речи все равно ни шло. Они подозревали её в пропаже Ника, она подозревала их во всём подряд. Сколько уже было сделано попыток разговорить генерала? Столько же раз она терпела поражение, потому что он не собирался с ней чем-либо делиться. Но помимо недоверия и недовольства, Лэйн всегда удавалось замечать в его взгляде что-то еще… Интерес? Любопытство? Жажда узнать все её тайны? Наверное, все и сразу. Были моменты, когда она чувствовала прожигающий спину взгляд генерала, но стоило ей обернуться к нему и связь обрывалась… Снова каменная стена, снова промозглый холод между ними. Она не доверяла ему и старалась держаться как можно дальше, и чем упорнее она соблюдала дистанцию, тем сильнее жизнь насмехалась над ними обоими, намеренно сталкивая лбами. Уличив момент, когда Дмитрий со своей свитой покинул поместье, она забралась по фасадам, перепрыгивая со здания на здание, в открытое окно в туалете, откуда пыталась сбежать в первый же день. Когда все препятствия были пройдены, Лэйн еле слышной поступью, прямо как японский ниндзя, подкралась к массивной двери, защищающей просторный кабинет генерала. Тихонько нажав на ручку, дверь со слабым скрипом поддалась ей навстречу, открывая доступ ко всем тайнам Дмитрия. Плотно закрыв кабинет, Лэйн принялась бегло, но вдумчиво, с особой внимательностью, рассматривать лежащие на столе бумаги и выдвижные ящики. Когда она уже успела расстроиться, что ничего дельного для себя не нашла, то взгляд зацепился за единственный закрытый ящик. Без труда найдя ключ и открыв его, Лэйн удивленно уставилась на коробку с лезвиями и одну единственную бумажку с изображением человека в маске. Ей показалось это странным. Зачем запирать ящик, если внутри у него нет ничего особенного? — Потом разберешься с этой загадкой. Нельзя терять ни минуты! — злостно одернула себя Лэйн за излишнее любопытство и трату времени. Закрывая шкаф, она все же уловила кое-что интересное в стопке бумаг. Как оказалось, Лэйн была не единственная выжившая после катастрофы на базе. В живых, к счастью или нет, осталась до жути надоедливая и жестокая профессор Донован. Несмотря на то, что они с Лэйн особо никогда не общались, она все равно была рада этому. — Профессор может доказать, что я не сошла с ума и рассказать, что случилось, если попытаться с ней поговорить, конечно. — проговорила вслух Лэйн и тут же испуганно замолкла. В тени кабинета послышался слабый шорох. Лэйн пыталась вглядеться в причину её страха, но тьма тщательно, по-матерински скрывала что-то…. или кого-то… Сложив все бумаги на столе, Лэйн двинулась в сторону двери и вдруг увидела огромную тень на ковре. Испугавшись, что это очередное чудище, она отпрянула и схватилась за лезвие, которое не успела вернуть на положенное место, приготовившись обороняться тем, что есть. Шаг, второй и…. из своего убежища вышел Дмитрий. Даже издалека было видно, как играют от злости желваки на его лице, сопровождаемые легким скрежетом зубов. — Что ты здесь делаешь?! — не повышая тона, но более чем агрессивно, спросил генерал. — Вы скрыли правду от меня! Я не единственная выжившая! Вы знали, но ничего не сказали, хотя я спрашивала и не один раз. — не менее злостно выпалила Лэйн. Злить генерала было большой ошибкой, но ей уже было всё равно. Он итак не доверяет, раз не рассказал про Донован. Лэйн уже больше нечего терять. — Не рассказал, потому что не посчитал нужным с тобой этим делиться. Своим поступком ты очередной раз доказала, что не заслуживаешь доверия, Лэйн. — быстро, но четко проговаривая каждое слово, отвечал генерал. — Но тебе никто не давал права влезать в мой кабинет и искать ответы на свои вопросы! Что ты о себе возомнила? Запомни, мы не друзья. Если будет необходимость, я за секунду сверну тебе шею и отправлю туда, откуда ты вернулась, поняла меня?! Любая другая девушка уже давно бы бросилась прочь из этого кабинета, впопыхах извиняясь за такую наглость. Но не Лэйн. Она была почти мертва внутри и ей было уже не страшно умереть снаружи. Наоборот, иногда она этого хотела. Тогда бы кончились все кошмары, преследующие ее и надгробная плита, одиноко стоящая на кладбище с её выгравированным именем, вдруг обрела бы смысл. — Давай, генерал! Сверни мне шею, убей меня! Ты же так этого хочешь. А мне терять уже нечего, так хоть напоследок тебя порадую. — точно язва, выплевывая каждое слово ему в лицо, говорила Лэйн, подойдя к нему непозволительно близко. Он нахмурился еще сильнее, но отчего-то молчал. Наверняка обдумывал, каким мучительным способом убить её за дерзость и проникновение. Воздух между ними накалился и Лэйн показалось, что вот сейчас придет её конец. — Ну что же ты медлишь, генерал?! — Еще хоть одно слово, Лэйн и я… — Что ты? Правда убьешь меня? — неожиданно для самой себя, рассмеялась Лэйн. Она испытывала его на прочность и ей это, признаться, так нравилось….и только поэтому она решилась на еще большую дерзость. Схватив его за ворот, до неприличия обтягивающей футболки, дернула на себя и повторила вновь. — Ну давай же, генерал! Что ты медл… Не успев договорить и осознать произошедшее, она оказалась силой прибита к столу. Сквозь пелену ярости она даже не почувствовала боли в бедрах, которые чуть ли не вплавили в этот чертов стол. Угрожающе нависнув над ней, Дмитрий схватил её за шею, сжав её очень сильно и… интимно. Свободной рукой он уперся в стол, которая теперь находилась в опасной близости к ее разгоряченным от удара ягодицам. Температура в комнате подскочила на сто градусов выше положенного. Еще никогда ей не было так жарко в Сибири. Без тени страха вглядываясь в глаза Дмитрия, Лэйн увидела не то, чего добивалась. То была не ярость или злость. На дне прекрасных голубых глаз плескалась всеобъемлющая похоть, страсть, агония запретных чувств. — Все еще хочешь, чтобы я тебя убил? — еще сильнее сжав её шею, еле слышно прошептал Дмитрий прямо ей в губы. Лэйн ответила прежде, чем успела подумать. — Хочу… тебя. И едва она успела произнести последнее слово, как Дмитрий впился в её губы, сразу яростным, требовательным и глубоким поцелуем, продолжая сжимать тоненькую шею. Оторопев от такого поворота событий, Лэйн то и дело пыталась убедить себя, что это неправильно, так не должно быть. Если бы она могла, то оттолкнула бы его от себя. Но она не могла. Да и признаться честно, не хотела. Вихрь разнообразных эмоций смешался в этой комнате. Её неопытная и осторожная ласка на удивление отлично гармонировала с его напористостью и требовательностью. Потихоньку осмелев, Лэйн начала откровенно гулять своими руками по его мощному накаченному телу. Не разрывая сладострастного поцелуя, она с небольшим нажимом огладила широкие плечи, плавно спускаясь к каменным кубикам пресса. Почувствовав маленькие, но сильные руки на своем животе, Дмитрий шумно вдохнул и, подняв Лэйн за бедра, швырнул её на стол, нависнув следом. Все бумаги и важные документы полетели на пол. И ему было плевать. Не прикладывая особых усилий Дмитрий одним рывком разорвал спортивную водолазку Лэйн, швырнув ее к несчастным бумажкам. Не желая бездействовать, она попыталась, дрожащими от удовольствия руками, снять с него ремешки, закрепленные к телу. — Я сам, Лэйн. — сбивчивым голосом прошептал Дмитрий. — Свяжи меня ими, генерал. Он резко остановился от услышанного. С сомнением, вперемешку с быстро возникшим азартом, заглянул в ее глаза и переспросил. — Я не ослышался? Повтори, что сказала. Смакуя каждое слово, видя, что его это не на шутку завело, она повторила. — Свяжи меня своими ремешками, генерал! Поняв, что она говорит серьезно, он присел на колени и начал медленно снимать с себя ремешки, не отрывая взгляда от девушки, которая лежала нагая, разгоряченная и абсолютно прекрасная перед ним. Сняв с себя ремешки, он вновь наклонился над ней, одной рукой взяв её за оба запястья, и хлесткими движениями связал прочный узел. Вырваться бы не получилось, даже при большом желании. Сняв с себя остатки мешающей одежды, Дмитрий снова впился в губы Лэйн, максимально вдавливая её в этот, на удивление, прочный стол. Одной рукой схватился за край ремешка, связывающего запястья и завел её руки над головой, второй сжал до жалобного стона аккуратную и очень красивую грудь. Не в силах больше это выносить, Лэйн прижалась к генералу еще сильнее и начала двигаться о его пламенное возбуждение, умоляя его взять её со всей силы. — Так сильно хочешь меня? Признаться, не ожидал от тебя такого… — ухмыльнулся Дмитрий. — Умоляю…. Пожалуйста, генерал! Прош… И снова не успев закончить, Лэйн вскрикнула. Дмитрий вошел в нее резко и полностью, не давая привыкнуть к ощущениям. Задохнувшись стоном, Лэйн жалобно стонала на ухо человеку, который пару минут назад угрожал ее убить, а сейчас вдавливает себя в нее в своем же кабинете… Приподнявшись, Дмитрий привстал на колени и схватив Лэйн за бедра, начал напористо и жестко насаживать на себя, ни на секунду не замедляя темп. Лэйн уже не могла кричать, сил не осталось совсем. Она лишь умоляла, просила не останавливаться, держась змеиной хваткой, связанными запястьями за край стола. Их тела сплелись в прекрасный страстный танец и только это сейчас имело значение. Вдруг генерал остановился, но как оказалось, ненадолго. Быстро спустившись со стола, одним властным движением руки он дернул Лэйн вниз, не забывая даже в порыве эмоций придерживать её. Развернул к себе спиной и наклонил, заставив лечь и упереться руками в стол. Широко раздвинув её и без того уже ватные ноги, вошел также резко, как и в начале. Толчок за толчком… Создавалось впечатление, что он собирался выбить из нее всю дурь и наглость, которую она себе позволяла. Скорее всего так и было. Он наказывал её, а она с радостью принимала это наказание и уже мысленно представляла, как не один раз еще нарушит правила…лишь бы каждый раз их ссоры и перепалки заканчивались такой агонией исступления. Сквозь пелену наслаждения Лэйн почувствовала на своей голове движение руки. Дмитрий, пару раз накрутив её волосы на свой кулак, сжал их до приятной боли и сделал еще несколько мощных, резких толчков прежде, чем успев избежать излияния в саму Лэйн, закончив это безумие ей на поясницу. Ей уже показалось, что она умерла от бешеного потока невероятных ощущений. Но все приятное заканчивается, рано или поздно. Не в силах подняться со стола, она так и осталась в полулежащем положении, позже почувствовав, как Дмитрий, все еще не успевший отдышаться и абсолютно голый, мягко вытирает её спину, убирая все следы сегодняшнего преступления… — И что теперь будет? — так и оставшись лежать, еле слышно спросила Лэйн. Она услышала, как Дмитрий приблизился к ней и мягко перевернув ее на спину, поднял на руки и сел вместе, с размякшей от такого напора страсти девушкой, в кресло. — А теперь, Лэйн, такое наказание будет каждый раз, когда ты посмеешь ослушаться меня или нарушить правила, — шепнул генерал в ухо, мягко приглаживая ее слипшиеся от пота волосы. — Тогда я постараюсь почаще нарушать правила, — сонно ответила Лэйн, согретая мощным горячим телом, мягкими поглаживаниями и быстрым стуком сердца генерала. Уже сквозь сон она услышала тихий смешок и скорее ощутила, чем увидела. Дмитрий улыбался. — Я и не сомневался в твоем ответе. Услышав это, Лэйн провалилась в сладкий долгожданный сон.