Гроза

За окном вовсю бушевала гроза. Два мужчины, ангел и демон, сидели друг напротив друга и расслаблено пили вино, слушая глухой стук капель дождя о крышу книжного магазина. Азирафаэль о чем-то задумался на минуту. Он посмотрел на своего друга, который в этот момент делал глоток алой жидкости. Ангел открыл рот, как будто хотел что-то спросить, но, посчитав это неуместным, решил не произносить вслух. Кроули сразу же заметил странное поведение мужчины. — Что, что ты пытаешься сказать? Кроули слегка наклонился вперед на своем стуле и посмотрел на Азирафаэля с легкой усмешкой. Он отпил глоток вина из своего бокала, который затем с громким стуком поставил обратно на стол. — Не заставляй меня ждать, — быстро добавил он, сцепив руки под подбородком в позе маленького ребенка, нетерпеливо ожидающего угощения. Ангел вздохнул. От внимательного демонического взгляда ничего не скроется. — Ничего особенного, — махнул рукой Азирафаэль и решил быстро сменить тему. — Я просто хотел отметить, что вкус у вина просто потрясающий! — Я согласен с тобой, это действительно вкусно, — заметил Кроули, сделав еще один глоток вина. — А теперь скажи мне, что ты на самом деле хотел сказать? —демон слегка наклонился вперед, дразняще приподняв брови. Он широко улыбнулся, обнажив острые, похожие на клыки зубы. Азирафаэль сжал губы в тонкую линию и нервно улыбнулся. — О чем ты, мой дорогой? — Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду, — лукаво усмехнулся Кроули. В его глазах заискрились озорство и намек на вызов. — Я вижу, как твой маленький мозг напряженно работает, пытаясь придумать оправдания. Глаза демона забегали из стороны в сторону, как будто он пытался понять, о чем думает Азирафаэль. Ангел посмотрел в поблескивающие янтарные глаза приятеля и понял, что от правды никуда не деться. Кроули все равно раскусит его ложь. —Кроули, я не думаю, что... — он вздохнул. — не думаю, что ты захочешь услышать что я скажу. — Хм. Видишь, теперь я заинтересовался еще больше. Ну же, Азирафаэль, ты не можешь оставить меня в таком состоянии. Кроули сделал большой глоток вина, допив остатки в бокале. — Кстати, этому трюку я научился у людей. Заинтересуй кого-нибудь чем-нибудь, а затем заставь его ждать. Это немного сводит его с ума, но всегда срабатывает. —Ладно, если ты так настаиваешь, — Азирафаэль положил руки на колени и несколько секунд молчал прежде чем спросить то, что его изучало как много тысячелетий. — Как ты пал? Взгляд демона тут же помрачнел. Вся веселость куда-то пропала. —Ты уверен, что хочешь это знать? Поведение демона изменилось, став более серьезным и сдержанным, чем раньше. Он откинулся на спинку стула и приподнял бровь, выражение его лица ничего не выражало. На мгновение между двумя мужчинами воцарилось молчание. Простой вопрос Азирафиила, казалось, проник прямо в сердце демона. —Да, — Азирафаэль поднял на него взгляд. Кроули глубоко вздохнул и посмотрел на свои руки, отведя взгляд от Азирафаэля. Несколько секунд он сидел молча, казалось, погруженный в свои мысли. Наконец, он снова поднял глаза и встретился взглядом с ангелом. — Это долгая история. Воспоминания о том дне все еще были кристально чисты в его сознании. Кроули помнил каждую деталь того, что произошло, от самой битвы до того момента, когда он потерял свои белые крылья. Он был ангелом, которого звали Рафаэль. Не боясь смерти, он сражался бок о бок с Люцифером, веря в справедливость их дела. Но, увы, не все ангелы поддержали восстание. *** Когда Рафаэль услышал очередной раскат грома над головой, у него по спине пробежали мурашки. До звука лязгающих мечей и взмахов мощных крыльев оставалось всего несколько метров. Его разорванная, некогда белая туника была покрыта сажей и искрами. Впереди возникла светлая тень. На фоне темной земли, фигура была почти белая. Рафаэль не удержался на ослабевших ногах и упал на землю. —Еще один мерзкий мятежник, — голос был до боли знаком Рафаэлю. — Не думал, что ты выбрал сторону этих тварей. Этот голос принадлежал Гавриилу, архангелу и наиболее приближенному к Богу. Глаза Рафаэля сузились от гнева, и он медленно поднялся на ноги, несмотря на усталость и боль. — Не спеши осуждать меня, Гавриил, — рявкнул он срывающимся от усталости голосом. Одного присутствия архангела было достаточно, чтобы заставить его вздрогнуть. — То, что мы находимся по разные стороны баррикад, вовсе не означает, что я полностью утратил чувство справедливости. —О каком чувстве справедливости ты можешь говорить, демон? — Гавриил усмехнулся. — У таких, как ты нет чувства справедливости. Архангел гордо выпрямил спину и его доспехи свернули от всыпышек молний. — Неужели? И за какую "справедливость" ты ратуешь, Гавриил? Рафаил посмотрел на архангела с едва скрываемым гневом. — Справедливость для слабых? Справедливость для невинных? Или просто справедливость для твоего любимого Бога? Гавриил не стал ничего говорить, а просто ударил его коленом под дых. Рафаэль издал испуганный стон, когда колено архангела коснулось его груди. Он отшатнулся и упал на землю, его дыхание стало прерывистым. — Будь ты проклят! — закричал он, его гнев пылал, несмотря на усталость. —Нет, проклят буду точно не я. Архангел обнажил блестящее лезвие меча. Он хотел было нанести удар, но Рафаэль смог увернуться. Ангел отскочил в сторону как раз вовремя, чтобы избежать удара. Он быстро вскочил на ноги и, схватив свой меч, поднял его в защитной позиции, изучая движения противника. — Не думай, что это конец, Гавриил. У меня все еще есть несколько козырей в рукаве. —Козыри в рукаве? — Гавриил усмехнулся выдавив улыбку. — Что за глупое человеческое выражение! Архангел снова занёс руку, чтобы нанести удар напрямую, но Рафаэль кое-как поднялся на ноги и лезвия мечей соприкоснулись. Рафаэль ухмыльнулся и встретился взглядом с ангелом, их клинки скрестились в смертельной схватке. — Может быть, это человеческое выражение, но оно все равно верно, — резко сказал он. — Хах, я уверен, что если бы ты спросил кого-нибудь из демонов, которых ты убил, о моих "трюках", им было бы что тебе рассказать. Гавриил поднялся в воздух на несколько метров и сощурив фиолетовые глаза, рассек острием меча воздух в нескольких сантиметрах от плеча противника. — Не заговаривал мне зубы, трус. Рафаэль с мрачным выражением лица наблюдал за движением меча ангела. Несмотря на свою браваду, он знал, что Гавриил одержал верх. И все же ангел отказывался сдаваться. " — Называй меня как хочешь, — рявкнул он в ответ. Темные глаза ангела сузились, а челюсть сжалась. — Я так просто не отступлю. — Славно. Гавриил резко взмахнул мощными крыльями и ветер сбил Рафаэля с ног. Архангел опустился на землю и ухмыльнулся. — Пора заканчивать с этим, — мужчина подошел ближе и не выпуская из руки меча, одной ногой перевернул ангела на живот, чтобы тот корчился на земле. Рафаэль пристально смотрел на ангела, пока тот боролся на земле. Он ненавидел себя за то, что находится во власти превосходящего противника, но не хотел, чтобы ангел это понял. Собрав все силы, на которые был способен, ангел попытался перекатиться на бок, но вес ангела придавил его ноги к земле. — Отвали от меня, ублюдок, — прорычал он, в ярости сжимая кулаки. Архангел полностью игнорировал его гневные речи. Он холодно смотрел на Рафаэля. В его взгляде не было жалости, а лишь леденящее кровь равнодушие и величие. — Надеюсь ты не будешь на меня в обиде за это, — Гавриил после сказанного грубо взял Рафаэля за основание белого крыла и сжал. Глаза ангела расширились от осознания того что сейчас произойдет. Рафаэль застыл от боли, когда архангел крепче сжал его крыло. Он попытался вырваться из мощной хватки архангела, но это было бесполезно и чувствовал, как нежные перья скручиваются и чернеют под сильным давлением. Он издал резкое шипение, когда хватка архангела медленно раздробила кости его крыла. Боль была мучительной, но гордость внутри него не позволяла ему показать это. Он крепко стиснул зубы, а на глаза навернулись слезы. Гавриил поколебался несколько минут. Он чувствовал чудовищное отивление и ему это нравилось. —Моли прощения у Господа, демон. — сказал он и лезвие меча начало впиваться прямо по основанию белого крыла. Алая кровь потекла по спине Рафаэля, но в глазах мятежника была только ярость. — Я никогда не буду просить прощения за то, что пошел по пути, который считал правильным! Голос ангела был полон гордости и вызова, несмотря на то, что раскаленная боль пронзала его тело. Его глаза смотрели прямо в глаза архангела, сверкая необузданной ненавистью и яростью. Он скорее умрет, чем попросит прощения, даже если это будет означать вечное проклятие. Архангел чувствовал как под лезвием меча ломались кости и был слышен противный хруст. Казалось ему нравится происходящее. Вскоре правое крыло было полностью отсечено и с грузом стуком упало на землю, пропитывая кровью рыхлую землю. На его месте зияла огромная рваная рана с торчащими костями. Гавриил не спеша, словно смакуя вкус чужих страданий принялся за второе крыло. Он точно также сжал его основание в руке и приставил лезвие меча. Рафаэль вздрогнул, почувствовав, как архангел снова сжал его крыло. Боль была мучительной, почти невыносимой, но он сдержал крик боли. Он должен был оставаться сильным, даже когда лезвие все глубже вонзалось в его плоть. Он пытался не обращать внимания на сильную боль, распространяющуюся по его телу, но ощущения были ошеломляющими. Его зрение затуманилось, а сознание померкло. Все, о чем он мог думать, это о жгучей боли от лезвия, врезающегося в его чувствительную плоть и кости. — Сначала я отрежу твои крылья, — Гавриил говорит это с ухмылкой. — А потом убью тебя. Ты не достоин больше жизни, которую даровал тебе Господь. Лезвие входит глубже. И снова этот противный хруст поломанных костей и перерезанных мышц... Рафаэль зажмурил глаза от боли, крепко стиснул зубы от жгучей агонии и его тело сотрясалось при каждом движении лезвия, его разум захлестывали волны мучений. Несколько слезинок уже скатились по его щекам, но он отказывался кричать. Он не хотел доставлять архангелу удовольствия видеть его боль. Мысленно он чувствовал, как острое лезвие проходит сквозь плоть и кости, разрывая его крылья на кровавые лоскуты. Его наполненные болью глаза были крепко зажмурены, но разум не мог отделаться от ужаса происходящего. Вскоре и второе крыло падает на землю. Воздух вокруг был пропитан металлическим запахом крови. Рафаэль неподвижно лежал на земле, его тело было залито собственной кровью. Он не мог ни пошевелиться, ни даже почувствовать свои конечности. Боль пронзила каждую клеточку его тела, а слезы ручьем катились по щекам. Он попытался заговорить, но во рту у него пересохло, и дыхание вырывалось с трудом. Он видел возвышающееся над собой лицо архангела, его светлые глаза смотрели на него сверху вниз с выражением чистого презрения. — Ну и где твой Люцифер? Почему же он тебя не спасает? Гавриил хрипло рассмеялся. — Ты ублюдок, — слабо пробормотал ангел, его голос был хриплым и едва слышным. Каждое слово давалось ему с трудом, а каждый вздох был резким шипением боли и отчаяния. Его тело неподвижно лежало на земле, разбитая и безжизненная оболочка. И все же, несмотря на отчаянное положение, его разум все еще работал четко. Он знал, что архангел ждет, когда он начнет молить о пощаде. Но он никогда не сдастся. Его гордость не позволила бы ему этого, даже перед лицом смерти. Архангел нагнулся над ним, и схватив за рыжие волосы дёрнул назад и к шее Рафаэля прикоснулось холодное лезвие меча. — Не волнуйся, я облегчу твои страдания, мерзкое отродье. Гавриил начал вдавливать лезвие в кожу. По шее ангела потекли струйки крови. Рафаэль почувствовал, как холодное лезвие прижалось к его шее, даже когда мир вокруг него померк. Боль и разочарование были почти невыносимы, но он не издал ни звука. Его губы изогнулись в ухмылке, и он посмотрел на архангела с презрением в израненных глазах. Его глаза сузились от гнева, когда он понял, что ангел собирается покончить с его жизнью. Он сплюнул кровавую слюну на землю, что стало последним актом неповиновения перед его последним вздохом. — Иди к черту, — горько прошептал он, сжимая руку в кулак. Резкое движение клинка влево и брызги крови окропили зеленую траву. Архангел же с презрением откинул неподвижное тело в сторону. Тело ангела безвольно лежало на земле, когда архангел отошел от него и вытер с вой клинок. В воздухе повисла тяжелая тишина, наполненная отголосками последней вспышки ненависти и неповиновения. Кровь на лезвии поблекла на фоне светло-зеленой травы, не оставив и намека на только что произошедшее насилие. А потом не было ничего, кроме отдаленных звуков продолжающейся грозы. *** Азирафаэль казалось не дышал. Он слушал не смея прервать рассказ. Кроули же становилось всё тяжелее говорить. Вскоре он замолк и сняв солнцезащитные очки, положил из на стол. Глаза Кроули были влажными, наполненными болью при воспоминании обо всем, что произошло. Ему всегда было трудно рассказывать эту часть истории, часть, которая все еще ощущалась как открытая рана. Он глубоко вздохнул и убрал с глаз прядь вьющихся рыжих волос, смахнув слезу с правого глаза. — Кроули, я... Азирафаэль хотел было дотронуться до чужого плеча, но демон не любил жалость. Кроули поднял глаза и поймал обеспокоенный взгляд Азирафаэля. Он заставил себя улыбнуться, но грусть в его глазах было не скрыть. Он оценил этот жест, но ему стало не по себе. Он не хотел ничьей жалости. — Не беспокойся обо мне, — его голос был сухим и хриплым, а руки, лежавшие на столе, слегка дрожали. —Ты сожалеешь о том что произошло? Голос ангела звучал обеспокоенно. Кроули тихо покачал головой, избегая взгляда ангела. — Нет... я не хочу. Он снова отвел взгляд и глубоко вздохнул. — Я ни о чем не жалею. Ни о чем. Азирафаэль кивнул. Он снова наполнил бокалы и сделал неспешный глоток. В книжном магазине снова воцарилась звенящая тишина, нарушаемая лишь воем ветра за окном. Кроули сделал то же самое, медленно отпивая из своего бокала. Тишина казалась тяжелой, в воздухе ощущалось напряжение. Казалось, что единственным звуком во всем здании было его и Азирафаэля тихое дыхание. Он уставился на своего друга через стол, и их невысказанные мысли заполнили пустоту подавляющей тяжестью. — Если я был рядом, я бы не позволил этому случиться, — сказал ангел с некоторой горечью в голосе. Тень пробежала по лицу Кроули, и он отвел взгляд. Он все еще не мог заставить себя произнести слова, которые, как он знал, ангел ждал услышать. Вместо этого он проглотил комок, образовавшийся в горле, и сделал еще один медленный глоток из своего бокала. — Я знаю, — тихо пробормотал он, все еще избегая взгляда Азирафаэля. И снова мучительные минуты тишины. С каждым затянувшимся мгновением тишины в воздухе становилось все напряженнее. Казалось, время замедлило свой ход, и они застряли в водовороте молчания. Кроули не знал, что сказать; он просто продолжал смотреть на свой стакан немигающим взглядом. Внезапно Азирафаэль упал на колени перед Кроули и прижался к его колену. — Мне так жаль, дорогой... Кроули застыл в шоке, когда ангел внезапно опустился перед ним на колени. Его прикосновение было мягким и ласковым, но в его хватке чувствовался намек на отчаяние. Кроули хотел отстраниться, но не мог пошевелиться. Взгляд умоляющих глаз Азирафаэля был слишком болезненным, и это тронуло его за живое. — Не извиняйся, — тихо сказал он, и эмоции заглушили его голос. — Это была не твоя вина. Ангел вздохнул не поднимая головы. Его взгляд был прикован к полу. — Но, если бы я-... Кроули положил руку на плечо Азирафаэля и ласково сжал его. — Я сказал, что это не твоя вина. Он помолчал, стараясь, чтобы его голос звучал ровно. — Кроме того, все уже сделано. Теперь мы ничего не можем с этим поделать. Он отвел взгляд, его глаза были полны печали и боли. — Это в прошлом. Азирафаэль замолчал. Он видел душевные терзания друга, но никак не могу помочь. Раны затягиваются, но шрамы остаются навсегда. — Кроули, всё будет хорошо, — зачем-то сказал ангел поднимаясь с пола. Кроули поднял глаза, чтобы встретиться взглядом с ангелом, его сердце бешено заколотилось от неожиданного прикосновения. Он увидел беспокойство и вину в глазах Азирафаэля, и от внезапной нежности в груди стало еще больнее. Он быстро отвел взгляд от ангела и допил остатки своего напитка. — Спасибо, — пробормотал он. Слова застряли у него в горле, когда до него дошла реальность происходящего. Его мысли были полны противоречивых эмоций, и боль прошлого все еще терзала его. Казалось за окном буря стихла. Сквозь шторы на окнах просачивался лунный свет. Всё стало спокойно. Гроза утихла, и лунный свет медленно просачивался сквозь жалюзи. В воздухе повисло внезапное спокойствие, как будто все здание во время тишины пребывало в состоянии неподвижности. Кроули медленно дышал, напряжение в его теле постепенно спадало. Он поднял взгляд на ангела, и его глаза нашли утешение в тишине и спокойствии комнаты. — Спасибо тебе, — тихо сказал он. Азирафаэль лишь улыбнулся ему. Губы Кроули медленно изогнулись в улыбке, отражая выражение лица ангела. Некоторое время они оба молчали, наслаждаясь мирной атмосферой в комнате. Гроза миновала, и воздух теперь был наполнен запахом мокрой травы и запахом дождевых капель... Они тихо сидели вдвоем, наслаждаясь умиротворяющей тишиной. Казалось, что время на мгновение остановилось, и все вокруг них замерло. На мгновение они остались одни во всем мире – просто два старых друга, тихо сидящие рядом. У них впереди была вечность, и, как бы там ни было, все было спокойно.