Танцующие бабочки

      «Если этому его научила ты, то я хочу переспать с тобой» - 09:52 от абонента «Саша».       «Даже интересно, что он такое сделал. Но это вообще никак тебя не оправдывает, бедовая ты голова» - 10:03 ответное сообщение.       «Это была лучшая ночь в моей жизни. Но я вроде как что-то пропустила» - 10:05 от абонента «Саша».       «Вся ночь?» - 10:05 ответное сообщение.       «Вся ночь. У меня между ног все опухло от его языка и члена, но это было прекрасно» - 10:06 от абонента «Саша».       «Нужно было идти на секс-инструктора, а не на фотографа» - 10:06 ответное сообщение.       «А пальцы? Какие у него пальцы, Микаса!» - 10:06 от абонента «Саша».       «Остановись, картошечка! Остановись!» - 10:06 ответное сообщение.       «Ладно, лучше расскажу, чем писать буду. Я должна этим поделиться» - 10:07 от абонента «Саша».       «О боже, за что мне это?» - 10:08 ответное сообщение.       «Сама виновата. Так что я пропустила?» - 10:10 от абонента «Саша».       «Ты пропустила тотальный пиздец. И Энни, кстати, тоже» - 10:12 ответное сообщение.       «Диванный совет?» - 10:13 от абонента «Саша».       - Хватит щелкать клавишами, родная. Переписка с раннего утра – не самое лучшее занятие, - хриплый ото сна голос Леви раздается из-за спины, и девушка приподнимает уголки губ.       - Прости, что разбудила. Саша написала, и я проснулась от вибрации, - Микаса кладет телефон с открытым диалогом на тумбочку и поворачивается к Леви, чтобы поцеловать его.       - И как она? Закрыла гештальт?       - По-моему, она его как раз открыла. Ей все слишком понравилось.       - Хороший из меня учитель?       - В смысле «из тебя»? Вообще-то, это я приложила к этому руку.       - Вообще-то, Спрингер спрашивал у меня, от чего ты так громко кричишь по ночам.       - Вот же лысая тварь! И что? Ты ему что-то рассказал?       - Мне не сложно дать молодняку пару советов, - на его лицо без предупреждения приземляется подушка, от чего волосы становятся еще более растрепанными, чем были после сна, - Я же без подробностей!       - Кошмар какой-то. Чувствую себя учителем по половому воспитанию у подростков.       Леви притягивает ее к себе ближе и обнимает, целуя в макушку и вдыхая аромат ее волос. Микаса отвечает на объятие, но все еще показательно злится, оставляя на его груди легкий след своих зубов.       - Так что там Саша?       - Думаю, мне нужно съездить к ним и рассказать о вчерашнем. Энни тоже не в курсе.       - Я не настаиваю, но ты могла бы позвать их к нам. Они здесь не были, и, думаю, хотят посмотреть, как ты устроилась.       - А ты?       - Мне есть, чем заняться. Поеду к Фарлану, поковыряюсь в байке. Заодно протестирую новую резину.       - Там Изабель.       - А здесь ты. И мне бы очень хотелось, чтобы сейчас мы занялись друг другом вместо утренних переписок.       «Не против перенести диванный совет в гостиную квартиры Леви?» - 11:15 ответное сообщение.       «Ты так долго уговаривала его, чтобы мы приехали?» - 11:16 от абонента «Саша».       «Нет, он сам предложил, но мне пришлось заплатить ему, чтобы он уехал» - 11:16 ответное сообщение.       «Принято. Энни тоже согласна. Я пойду поставлю пирог в духовку, а глинтвейн сварим у тебя» - 11:19 от абонента «Саша».       «Отлично. Адрес скину чуть позже» - 11:20 ответное сообщение.       Аромат кофе и поджаренной в гриле курицы призывает слюнные железы к активным действиям, и девушка, завернувшись в халат, выходит из ванной комнаты. Обнимает со спины мужчину, стоящего у плиты в пижамных штанах, чуть спущенных с левого бедра, и получает в ответ ласковый поцелуй в нос, принимающий аппетитные запахи.       - Присаживайся, я сейчас. Осталось овощи порезать.       - Девочки приедут часа через три, - Микаса хватает пальцами половинку черри, вылетевшую из-под ножа, и кладет ее в рот двумя пальцами.       - Аккуратнее. А если бы по пальцам попал?       - Я тебе доверяю, - ее ладонь шлепает по его ягодице, от чего Леви слегка вздрагивает и ухмыляется.       - Вам заказать что-нибудь из еды?       - Не обязательно. Приедет Са-ша. Тебе это о чем-нибудь говорит? – Леви сдавленно смеется на то, как Микаса выделяет имя подруги, - Хотя, пару бутылок вина нам не помешают. И фрукты. Мы будем варить глинтвейн.       - Оу, вечером меня ждет секс с пьяной женой?       - Не исключено. Слушай, твои заигрывания больше похожи на угрозы. Ты либо меняй выражение лица, либо вообще так не делай.       - Твои слова сейчас были похожи на претензии. Ты либо меняй мужа, либо вообще так не делай.       - Иди на хуй, Леви.       - Это твоя прерогатива.       Вместе со стуком тарелок, которые мужчина ставит на стол, раздается звонкий чмок, и пара взаимно улыбается друг другу. Простить Микасе вольность посылать его при любом удобном моменте легко, куда важнее то, что она рядом. Ее можно касаться, смотреть влюбленным взглядом, считать ее ресницы, пока она не проснулась, класть голову на ее грудь, чтобы услышать стук сердца и дышать одним воздухом. Концентрация любви уже давно перешла отметку максимума. Время, прожитое в одиночестве, однозначно стоило того, чтобы просто быть. Потому что теперь у него есть возможность жить с той, кого даже под страхом смерти и вечных мучений оставить нереально.       Аромат вишневого пирога улавливается обонятельными рецепторами еще до того, как дверной звонок раздается в тишине квартиры. Домофон успешно проигнорирован, видимо соседи помогли, а в глазок заглядывать нет смысла, потому что причитания Саши о том, что никто не помогает ей нести тяжелые пакеты с едой, слышатся даже несмотря на звукоизолирующую дверь.       - Она издевается, Микаса! – в руках растрепанной шатенки по два пакета, набитых едой, она возмущенно сдувает с глаз пряди длинной челки и морщит нос, глядя на блондинку.       - Ты до сих пор не заработала мое снисхождение, бедовая. Так что справляйся сама, - Энни переступает порог квартиры и обращается к Микасе, - Она всю ночь отсутствовала, заявилась под утро с таким видом, будто она свинья.       - Энни!       - Что? Оргазм свиньи длится тридцать минут, и она реально была под оргазмом, клянусь тебе.       Трое заразительно смеются, и Микаса перехватывает пакеты у Саши для того, чтобы дать ей раздеться. Кивает головой, приглашая пройти вглубь квартиры. Подруги заинтересованно и медленно идут за ней, по пути разглядывая убранство ее нового жилища.       - Как сам Леви: ничего лишнего, - Энни проводит пальцами по комоду, на котором Микаса отвоевала место для двух рамочек с фотографиями, - Где он, кстати?       - Уехал к другу копаться в байке. Хотел дождаться вас, но решил не мешать, поэтому просто передавал привет. Присаживайтесь, я сейчас все принесу в гостиную.       - Тебе помочь?       - Нет, я справлюсь.       - Тебе помочь. Мы хотим рассмотреть каждую комнату, да? Бедовая?       Саша быстро кивает, ее глаза загораются, когда она заходит в кухню и рассматривает светлое пространство с дверцами и ящиками.       - Холодильник с двумя дверьми! Моя мечта! А это что? Ты уже сварила глинтвейн? М-м-м, как пахне-е-е-ет! Это запеченная рыба? А можно мне кусочек? Овощи на гриле? У вас есть гриль?       - Остановись, пожалуйста, Саш! – Энни встряхивает шатенку под звуки смеха Микасы.       Журнальный столик становится похож на огромную гору еды, когда на него ставят множество тарелок так, что они не умещаются и больше похожи на детскую пирамидку. Пушистый плед заменен на мягкие подушки, а теплый пол подогревает и без того подогретые алкоголем девичьи тела, растянувшиеся перед телевизором, на котором изображение горящего в камине огня сменяется лесными пейзажами.       - Только, пожалуйста, никаких претензий к Конни. Я сама предложила ему закрыть гештальт. Но похоже открыла ящик Пандоры. Подумать было сложно, что он настолько чувственный. Я никогда еще не ощущала себя настолько... девушкой?.. Такие нежные и ласковые касания, такое трепетное дыхание. И такой большой член, блять. Микаса, почему ты мне об этом не рассказала? Это преступление, скрывать такое!       - Я же уже извинилась! И что теперь?       - Я не знаю. Мы не говорили о чувствах ни вчера, ни сегодня. Просто занимались сексом. Я понимаю, как нечестно и несправедливо поступила по отношению к Николо, который вроде как любит меня.       - А ты?       - А я… могла бы сейчас пустить какую-нибудь шутку, типа «Я люблю еду»… но… не знаю, любила ли я его изначально. Просто было хорошо, удобно, вкусно и просто.       - А Конни?       - А Конни – мой друг, которого я хочу.       - Но ты же понимаешь, что это уже не просто дружба? – Микаса искренне сочувствует подруге и переживает за нее, скрывая глаза за кружкой, над которой поднимается пар.       - Понимаю. А еще я понимаю, что не рассматривала его кандидатуру до того, как мы занялись сексом. И еще я понимаю, что на сексе отношения не построятся.       - Слушай, бедовая, - Энни запускает пальцы в ее волосы и наклоняет так, чтобы шатенка легла головой на ее колени, - Я не собираюсь склонять тебя ни на чью сторону, ты сама должна разобраться в своих мужиках. Просто давай подумаем вместе. С чего начались твои отношения с Николо?       - Ну… Он мне признался, и мы переспали.       - Отлично. А что с Конни?       - Эм-м-м, начать с самого начала? С-ш-ш, ауч! Больно! – девушка гладит себя по бедру, куда только что со звонким шлепком приземлилась ладонь Микасы, - В принципе, то же самое. Только вот Конни – мой друг. И процесс сам по себе растянулся подольше, нежели один вечер с Николо.       - Признайся самой себе в том, что ваша дружба сломалась из-за секса. Все, вы больше не друзья. Ты же сама безумно любишь всякие сопливые фильмы про секс по дружбе и все такое. Там хоть раз случалось, чтобы парень и девушка после секса оставались друзьями?       Саша хмурит лоб и начинает загибать пальцы, пересчитывая в памяти фильмы с сюжетом, подобным тому, который описала Энни. Прищуривается, выуживая что-то из глубин памяти, и отрицательно качает головой.       - Я поломала святое. Теперь я никому не смогу сказать, что парень и девушка могут просто дружить. Я неисправима.       - Дурочка, - Микаса ложится на бедра шатенки, ладони чертят круги на коленной чашечке, - С тобой все хорошо. Просто пришло время принимать решения. И мы примем любое из них.       Энни убирает мешающую прядь челки с глаз Саши и опускает указательный палец на вздернутый кончик ее носа. Улыбается и кивает, молчаливо соглашаясь с Микасой, и чувствует где-то в районе ребер проникающие теплые лучи благодарности, текущие из медовых глаз вместе со слезами. Ладонь Саши зарывается в мягкие черные пряди головы, лежащей на бедрах, острые короткие ноготки почесывают кожу головы, от чего брюнетка закатывает глаза и дергает ногой.       - Леви еще не раскрыл твою самую эрогенную зону?       - Он трогает... а-ах… мою голову, но… ах… не чешет ее… Не останавливайся!       - Иди в задницу! Не хватало мне еще, чтобы ты кончила на мне!       Смех троих девушек отскакивает от стен гостиной, их голоса наполняют пространство пустовавшей некогда квартиры. Микаса снова чувствует себя уютно, будто вернулась на пару лет назад, когда дружба только дошла до того уровня доверия, который сейчас актуален для них. Даже кольцо на пальце и отдаленность в проживании никак не сможет повлиять на уровень близости и комфорта рядом с нужными девочками. В их тандеме никогда не будет третьего лишнего.       Брюнетка тоже делится произошедшим в клубе, ловя искры напряжения при упоминании Эрена. Энни скрещивает руки на груди в обиде на то, что ее не предупредили и не позвали.       - Армин, гаденыш! Я его кастрирую, клянусь!       - Эй, спокойнее. Не нужно ругаться с ним из-за того, что случилось. Я ведь тоже тебе ничего не сказала.       - Так он и сегодня мне ничего не пояснил на мой вопрос «почему ты уехал без меня?». Пробубнил что-то невнятное про плохое самочувствие и соскочил с темы. Ей-богу, Микаса, я реально начинаю думать о том, кого он любит больше: меня или Йегера.       - Конечно тебя!       - Да? Почему тогда домой меня вчера отвозил Жан, а не он? Блять, надо было начинать клеиться к Кирштейну и паковать его, пока он отходит от чувств к тебе. Скрасить его одиночество, как Армин скрашивает одиночество Эрена. Какая-то хуета, блять.       - Уверена, что ты с этим справишься. Только для начала выпей и успокойся.       - У кого-то завтра будет тяжелый день, видимо, - Саша чокается кружкой с подругами и тремя глотками осушает ее, - Ненавижу не спать из-за раздумий, но меня радует, что думать я буду не одна.

***

      В старом кафе на окраине города привычно пахнет пригоревшим мясом и кофе. Леви сидит в углу, наблюдая за входной дверью, с чашкой чая в руке. Нетронутый шоколадный кекс рядом на блюдце уже успел обветриться и подсохнуть, вызывая и без того непрекращающуюся тошноту. Телефон на столе ощутимо вибрирует, оповещая хозяина о входящем сообщении.       «Ты уверен, что разберешься сам?» - 19:48 от абонента «Крайний случай».       «Не нуждаюсь в твоей помощи. Она обычно приносит только проблемы» - 19:49 ответное сообщение.       «Племянники не так общаются с любимыми дядюшками» - 19:51 от абонента «Крайний случай».       «Дядюшки не натравливают на любимых племянников полицию. Но за информацию спасибо» - 19:52 ответное сообщение.       Когда дверь кафе снова открывается, запуская внутрь холодный воздух, заменяющий собой ароматы еды, а стук трости нарушает тишину, Леви отрывает глаза от телефона и встречается взглядом с искрами в голубых зрачках под толстыми линзами очков. Привстает со стула, чтобы обозначить свое присутствие физически и приглашает гостя присесть напротив него.       - Леви, - блондин слегка склоняет голову в приветствии и присаживается, приставляя трость к столу, - Не ожидал твоего звонка.       - Думаю, что пора уже закончить эту детективную историю, Зик. Ты так и не дал мне однозначного ответа на мою просьбу, а ждать дольше я не намерен. Поэтому предлагаю решить этот вопрос мирно и сейчас. Чай? Кофе?       - Капучино на миндальном, - Леви вопросительно приподнимает бровь в ответ на реплику Зика, - У меня непереносимость лактозы. Хотя здесь вряд ли есть что-то подобное, поэтому давай чай. Зеленый.       Подавив усмешку, разрывающую нутро, чтобы добраться до лица, Леви жестом подзывает молоденькую официантку, осведомляется об альтернативных вариантах молока и, получив утвердительный ответ, заказывает капучино и такой же шоколадный кекс, который стоит рядом с его кружкой.       - Кексы здесь действительно вкусные, просто я не люблю сладкое, - оправдывается брюнет в ответ на вопросительный взгляд из-за очков.       Тусклый свет лампы над их столом делает атмосферу чуть расслабленной, нежели та, которая была, когда Зик вошел в помещение. Под кожей Леви тут же начинают шевеление тонкие нити тревоги, дергающие за рефлексы. Внешне он – как и всегда – оставался каменной глыбой, но побороть то, что происходило внутри было максимально сложно, получилось только временно обуздать.       - Я так понимаю, - прерывает молчание блондин, проводя пальцами по растительности на лице, - Ты ждешь от меня вразумительного ответа на твой шантаж?       - Давай ты сейчас выключишь в своей голове тот отдел мозга, который отвечает за эмоции, в частности злость и ненависть. Трезвым умом подумай, чем это все заканчивалось в прошлом. Я не люблю полагаться на шантаж, и ты это знаешь. Случая с Ксавьером, думаю, было достаточно.       - Хочешь сказать, что Кенни не выискивал информацию о деятельности Тома, когда тебе нужно было очистить репутацию Зое? Что это, если не шантаж?       - Об этом я и говорю. Не читай между строк. Я. Не. Люблю. Полагаться. На. Шантаж. И сейчас именно тот случай, когда я меньше всего хочу это делать, потому что твой мелкий, хоть и достоин получить по голове дубинкой, но явно не за покупку и распространение наркоты. Я предлагаю просто распустить всех участников этой операции по домам. Продолжай покрывать делишки Ксавьера и живи в свое удовольствие. Просто оставь нас с Микасой в покое.       - Неудивительно, что мой братишка запал на нее, - Йегер-старший приподнимает брови, отрывая взгляд от чашки с кофе, на его губах играет грустная улыбка, - Когда я увидел ее рядом с тобой в больничной палате, сразу понял, в чем дело. Но оседлать ее мог только ты, Эрен вряд ли бы справился с ее характером.       - Микаса не лошадь, чтобы так о ней говорить.       - Ты же понимаешь, что я утрирую, Аккерман. Не думал, что скажу это тебе, но у нас изначально не было шансов. Когда Эрен начал умолять меня ввязаться в это дело, я был настроен на провал. Просчитался только в том, что вызвал тебя на бой. Не сделай я этого, обошелся бы парой синяков, а не тем, что есть сейчас.       Понимание во взгляде обоих достигает видимого эмоционально диапазона для того, чтобы бегущая строка о принятом решении в их глазах беспроблемно читалась. Леви еле заметно наклоняет голову к левому плечу, а Зик и вовсе избегает смотреть в его глаза, полные жидкой ртути, решив про себя, что мужчина все понял. Он признает свое поражение, потому что хочет оградить от проблем брата. С Эреном они не были близки настолько, чтобы делиться друг с другом секретами, и Зик часто жалел об этом. Сейчас у него появилась возможность восполнить пробел в жизни младшего своим существованием. И ради этого он готов сдаться. Леви не выглядит тем, кто будет упиваться своим выигрышем и втаптывать в грязь и без того признавшего вину Йегера. Если есть шанс разойтись без скандала и драки, то Зик воспользуется им ради Эрена.       - Где моя пьяная жена? – Леви снимает пальто и разувается, прислушиваясь к звукам из кухни.       - Греет ужин, чтобы ты поел, - пара мгновений – и девушка уже стоит рядом с мужчиной, обнимая его за шею, - Чем занимался?       - Сменил резину на байке, покатался по лесу. Заехал в домик и закинул в камин лишние бумаги.       Микаса не сразу соображает, к чему были сказаны его последние слова, а когда до нее доходит, в глазах пляшут искры серебра, которые ослепляют своими бликами.       - Это значит, что…       - Да, - короткий поцелуй в губы от Леви ощущается так, будто он находится в параллельной реальности, - Я проголодался. А потом хочу с тобой потанцевать.