Начало окончания

Этот лагерь был до ужаса красивым и необычным, но на картах это место точно не найдешь. И, кто знает, почему в браузере этого лагеря нет и никогда не было. Осознание этого доводило до истерики: понимаешь, что ты тут, в то время как все говорили, что это просто ошибка. Когда-нибудь здесь точно произойдет преступление, от чего это место станет популярным. Автобус наконец-то остановился рядом со зданием, на вид тусклым и каким-то слишком мрачным, всем своим видом напоминая монастырь. Было непонятно, раннее утро сейчас или ночь. Уже никто не понимает эти старые ржавые часы, стрелки на которых замерли, показывая три часа ночи. И, глядя на них, можно было твёрдо сказать, что они уже несколько лет назад перестали работать. Неподалеку расположилось футбольное поле, с которого, предположительно, начнут проводить экскурсию, а затем начнется заселение. Чуя вернулся после экскурсий в свою комнату под номером «семь». «Интересно кто будет моим соседом по комнате. Надеюсь, он будет хотя бы адекватным». мелькнуло у него в голове. В это время Накахара раскладывал вещи в шкаф. Время было около пяти утра, как показывали часы на дисплее телефона. Место, конечно, странное, но тут и вправду были прекрасные рассветы. Солнечные лучи попадали на окна, и от этого только и спасали жалюзи очень контрастирующие со старым зданием плотные белые жалюзи. Накахара включил телефон: интернет отсутствовал, что его огорчило. Хотя, в этой глуши, что логично, никогда и не было интернета. Непонятно, что теперь делать и чем себя занять: до сборов еще два долгих часа. Чуя какое-то время бесцельно смотрел в окно, затем, решив скоротать время прогулкой и изучением окрестностей. Подойдя к пыльному зеркалу, Накахара несколько раз провел расческой по волосам и сделал низкий хвост, забив на то, что челка снова выбилась. Черт с ней: отсутствие связи в этой дыре напрягало сейчас куда больше, чем эта дурацкая прядь, постоянно падающая на лицо. Выйдя на улицу, Чуя понял, что было достаточно прохладно, и пожалел, что не захватил хотя бы ветровку. Но идти за ней было лень. В конце концов, если пройтись, так можно быстрее согреться. Он не особо задумывался над тем, куда именно идет, как-то само собой приближаясь к стене леса, которая будто отделяла лагерь от остального мира. Конечно, в лесу можно было легко заблудиться, но, если такое и случится, то вожатые наверняка сразу же начнут поиски, и даже в Аду найдут. Чую все дальше углублялся в лес. Честно говоря, место было не из приятных, даже несмотря на окружающую природную красоту. Но все равно по спине пробежал табун мурашек, особенно от внезапно посетившей мысли, что обратно выбраться самостоятельно вряд ли удастся легко. В какой-то момент Нахахара заметил, что впереди виднеется небольшая поляна, и направился туда. На поляне было довольно светло, в отличие от мрачного тенистого массива. Чуя повертел головой по сторонам и, ойкнув, едва не упал. Повернув голову, он заметил парня лет семнадцати, мирно дремлющего под деревом, об которого, собственно, и споткнулся. Незнакомец, словно кот, свернувшись в клубок, мирно дремал. Сперва Чуя удивился: неожиданно было наткнуться вот так на человека посреди леса. Решив, что лучшим вариантом будет по-быстрому свалить отсюда, он развернулся и хотел было дать дёру, но его внезапно схватили за запястье. Громко выругавшись и затем заорав, Накахара нервно дернул рукой в чужой хватке. Хрен знает, что это за упырь: вдруг маньяк, или, что еще хуже, – людоед какой одичавший. Ну не будет нормальный человек дрыхнуть в лесу как дома на перине. Да и вообще этот тип выглядел странно со всеми этими бинтами, покрывающими руки и шею. Дазай пришел на эту поляну еще ночью. Он часто приходил сюда, сбегая от суеты, чтобы посмотреть на звёзды. Но, видимо, слишком устал, потому что в какой-то момент стало уже не до созвездий, а затем он и сам не заметил, как вырубился. Сколько было времени он понятия не имел. Просто спал себе как младенец, тем более, что искать его вряд ли бы кто-то стал. Его разбудил какой-то странный пинок по ноге. Осаму был более чем уверен, что на эту поляну никто не заявится, поскольку это было его, можно сказать, секретное место. Однако, приоткрыв один глаз, он заметил невысокого паренька ростом, может, чуть больше метра полутора, и за глаза тут же окрестил того полторашкой. Что это за шкет и как он сюда забрел, Дазай оставалось только догадываться. Опасности этот коротышка вроде не представлял, потому Осаму и решил поинтересоваться кто он и что тут делает. Дабы привлечь внимание, схватил его за руку, но полторашка поднял такой ор, что едва птицы с ветвей не попадали. – Ты чего орёшь как потерпевший?! Я настолько страшный что ли? Чуя резко замолчал, а затем взглянул на него, все еще побаиваясь и, при случае, намереваясь пнуть со всей силы. Этот тип продолжал с интересом смотреть на него, не отпуская руки. – Ага, страшнее атомной войны! Ты что тут делаешь в шесть утра?! Только не ври, что пришел на звёзды пялиться и задремал. Это самая тупая отмаза. – А ты у нас страдаешь проницательностью, я смотрю, – хмыкнул Дазай, отпустив его. Затем он неспешно поднялся, отряхнув с одежды налипшие веточки и пыль. От его роста Чуя, мягко говоря, офигел, и теперь рядом с ним чувствовал себя чуть ли не карликом. А еще было странное чувство, будто что-то в этом незнакомце есть – такое странное и родное, что пока сложно понять. Сомнительно, что они когда-то могли видеться в принципе, но отчего-то подсознание говорило иначе. Такое с Накахарой было впервые: по крайней мере, ни разу его подобное ощущение никогда и ни с кем не посещало. Исключением была Коё-сан, но они и знакомы были уже достаточно давно, да и отношения можно было назвать доверительными. Но этого парня он видел впервые. Тогда почему же?.. Еще больше Чую вгоняла в ступор его собственная реакция: как правило, он терпеть не мог чужие прикосновения, и, будь его реакция обыденной – треснул бы по руке и наорал. А сейчас он краснел как девчонка, прячущая любовную записку. Заставив себя успокоиться, насколько это было возможно, Накахара бросил взгляд в ту сторону, где, по его предположениям, ориентировочно, находился лагерь. Затем вновь перевел взгляд на незнакомца в бинтах и постарался сказать как можно холоднее: – Отвали, а лучше – проваливай.