Скотобойня

      Его последним пунктом в списке оказалась скотобойня. Вокруг было жутко: кровь, месиво, напуганные и депрессивные грязные свиньи в клетках, их расчленённые дохлые собратья, висящие на крючках, а также едва заметная санитария. Для людей это место казалось чем-то вроде ужастика наяву, а для Элмонда – самое любимое место на свете. Нигде ещё тебе не дадут возможности вдоволь насмотреться на эти уродливые свиные морды и на столь прекрасно вскрытые трупы, свидетельствующие о работе настоящего умельца. Остановившись возле расчленёнок, Элмонд прищурился своими пустыми чёрными беззрачковыми глазками, смотря на них долго.       — Могу ли я вам чем-то помочь, мисье Эспаньес?– к антропоморфному свинье подошла женщина преклонного возраста, слегка улыбаясь и держа руки замочком. Всё, что отличало эту пожилую даму от других, заключалось в её неаккуратном каштановом пучке волос и глубокими царапинами, которые, несмотря на наличие кожаных перчаток без пальцев, виднелись именно на них (пальцах).       — А, hermosa amiga Луиза, ваша помощь будет как раз кстати.– заметно оживился Элмонд.— Я бы хотел выбрать лучшую свиную тушу на вечер, однако не знаю, какая из них подойдёт.       Женщина всмотрелась в туши, висевшие на крючке, упрятав руки за спину. Клацнув языком, работница скотобойни покачала головой.       — Все эти туши здесь висят уже второй день, mi amigo.– ответила она, косым взглядом смотря на гостя.— Если хотите, мисье Эспаньес, мы можем забить одну из свиней.       Свиньи в клетках негромко захрюкали, обеспокоенно двигая пятачками и выпучив кривые глаза. Видя их всеобщую панику, Элмонд улыбнулся ярче, потирая копытчатые ладони в предвкушении.       — Выберите лучшую свинью из всех.– немного помолчав, он прибавил:— И я бы хотел лично понаблюдать за столь прекрасным процессом.       — Всё что угодно для нашего частого гостя и для моего давнего друга.– с лёгким хихиканье сказала женщина. Пока она выбирала свинью, антропоморфный прошёл в подвальное помещение. Узкое, слабо освещённое и сырое – именно здесь свиней забивают, а затем вскрывают. Мучительные крики грязных животных заставляют других заплакать, задрожать, и рыдать в унисон, пока их не утихомирят электрическим током в сорок пять вольт, или более.       По коридору двое работником, во главе Луизы, вели свинью. Животное было толстым, уродливым, вычищенным. То что нужно – вертелось в голове Элмонда. Отступив немного назад, он с удовольствием и нетерпением наблюдал, как свинью заводят в камеру. Вместе с женщиной, он стал из окна наблюдать за процессом. Животное несколько раз, с обеих сторон, ударили железными битами по морде. Силы были настолько много, что у неё повылетали зубы, а и без того уродливая мордаха стала ещё уродливее. Всё это сопровождалось громкими, нечеловеческими криками боли, от которых улыбка на лице лишь шире расплывалась. Спустя некоторое время, свинью трудно было узнать, поскольку её морда напоминала некий мясной фарш, пережёванный трижды. Проткнув ослабленной, едва живой свинье, шею, кровь слили в пластмассовый таз. Вокруг веял кровавый запах в перемешку с анти-санитарией подвала. Дохлому животному крупной ножовкой отрезали голову, затем скальпелем вскрыли брюхо, постепенно снимая кожу и выковыривая органы, пока не останется только само мясо. Вкусное, сочное – следи за своим ртом, если не хочешь, чтобы собственные слюны текли по подбородку. Упакованное мясо в специальном пакете передали прямо в руки.       — Благодарю за вашу изумительную работу, queridos trabajadores.– а затем, поклонившись Луизе, уже с более джентельменовским тоном, добавил:— И вас тоже, hermosa mujer, благодарю.       Оставив плату, как всегда, с чаевыми, Элмонд направился к выходу из скотобойни. У порога он перевёл взгляд на клетки со свиньями. Те смотрели на него. Элмонд жутко улыбнулся, раскрыв бездонные чёрные глаза. Свиньи испуганно завизжали и захрюкали, вжавшись крупами в конец клеток.       — Temed, cerdos feos, temed. Todos ustedes morirán dolorosamente, y cada uno de ustedes puede terminar en mi mesa de comedor.– с низким баритоном сказал Эспаньес, прежде чем скрыться из виду.       Каждая свинья, находившаяся на скотобойне, в своих кошмарах видела именно его образ – жестокий, жуткий, вечный.