Причина, чтобы остаться

      Ферит надел белоснежную рубашку, идеально выглаженную. Он должен выглядеть красиво, должен показать себя со всех сторон. Звонок Сейран застал его врасплох и только голос ее слишком прекрасен для его ушей. Ферит Корхан не думал, что скучает. Он хотел к ней, желал ее, но вряд ли скучал. Ведь Сейран больше не принадлежала ему. Если вообще когда-то принадлежала, если вообще когда-то была его. Его. Он мог бросить весь мир к ее ногам, растоптать любого, кто до нее дотронется, но теперь Ферит и не знал, что делать. Конечно, Пелин не была в восторге от посещения особняка Дениз. И уже высказывалась по этому поводу, но сегодня решила, что ее мнение очень важно. Слишком важно. — Ферит, я не думаю, что тебе стоит туда идти, — говорит девушка, трогая руками свой живот. В голове парня сразу всплыли воспоминания о вчерашнем звонке Сейран, когда она говорила, что ему не следует идти в особняк. Что все это лишь ловушка Карталя. Но Фериту не было страшно. Впервые за все это время, ему не было страшно. — А я думаю, что тут проблема только в том, что меня совершенно не волнуют твои слова, — произнес брюнет с призрением. — Я ведь волнуюсь за тебя. — Я думаю, что ты волнуешься только за себя. На глаза девушки навернулись слезы. Как он мог так думать о ней? Ведь он единственный ее мужчина, самый лучший. Самый прекрасный. И как он может думать о том, что ее волнует лишь она сама. Когда Пелин стоит здесь, держа руками живот и почти умоляет его остаться. Но ведь она не Сейран. Не Сейран. И от этого становилось тошно. Быть Сейран Шанлы великая честь, как говорила ее мать. И, к сожалению, Пелин никогда не сможет ею стать для Ферита Корхана. Сейран равных нет, и они оба это знали, а может и все это знали. Равных нет. И ей никогда не стать такой, как Сейран для Ферита. Он всегда будет принадлежать ей. И никогда Пелин. Девушка улыбнулась парню, отпуская его из комнаты и беззвучно заплакала, закрыв рот руками. Сейчас ей не важно, что будет потом. Главное, что теперь. А теперь, она Пелин Корхан. Жена самого Ферита Корхана. И она мечтала об этом долгое время. Слишком долгое, чтобы теперь все бросить. Конечно, она чувствует себя хозяйкой в особняке и ей хочется быть в центре внимания. В этом во вся Пелин. Главная героиня своей истории.

***

      Сейран надела платье синего цвета, собрала волосы в хвост и сделала легкий макияж. Карталь увлеченно болтал по телефону, совершенно не обращая внимания на девушку, которая также делала вид, что мужа не существует. Их обоих все устраивало, ведь если не разговаривать друг с другом и не пересекаться, то в принципе, жизнь могла быть очень даже неплохой. В этом особняке психушки. Так его назвала Сейран — особняк психушки. Слишком все светлое, серое, черное. И все постоянно суетятся и никакой спокойной жизни. Иногда она ловила себя на мысли, что скучала по дому Корханов. — Ты сегодня прекрасно выглядишь для той, кто уже замужем, — с нескрываемым сарказмом произнес Карталь Дениз. — Но ведь я должна выглядеть прекрасно для той, кто замужем, разве ты не хочешь, чтобы твоя жена выглядела подобающе и соответствовала твоему статусу, милый? — Я хочу, чтобы моя жена прекращала краситься как шлюха, — парирует мужчина, оскалившись. — Зато тебе дозволено выглядеть так. — Конечно, я же мужчина, — усмехается Дениз. — А еще чертов садист и сексист. — О, милая, ты даже не представляешь, каким садистом для тебя я могу быть, если ты мне этого позволишь, — шаг и еще шаг, и он снова рядом с ней. Близко. Непозволительно близко. — Эта красная помада только портит твое лицо, давай сотрем ее, мне больше нравилась розовая. — Как ты собираешься это сделать? — спрашивает Сейран, искренне не понимая, что он хочет сделать. Глаза в глаза. Карие против зеленых. И буквально через пару секунд, Карталь прикасается губами к ее губам. Так медленно, так нежно, не собираясь углублять поцелуй. Даже если очень хочется. Даже, если внутри пожар. А он весь горит. Изнутри. Тело прошибает током, Сейран инстинктивно открывает рот, тем самым позволяя завладеть ее ртом и языком. Но девушка все же отталкивает от себя мужчину, вновь отвешивая ему звонкую пощечину. Никто не должен касаться ее. Никогда. Кроме Ферита Корхана. Но ведь она уже должна забыть о нем. Должна не думать и не звонить ему, как это было сегодня ночью. Но она не может, совершенно не может. И, в этом вина только Пелин, потому что она разрушает все, к чему прикасается. — Я говорила это ни раз и повторю это снова: не смей прикасаться ко мне, — сквозь зубы произнесла зеленоглазая. — А я говорил тебе, что ты моя жена и я могу трогать тебя где хочу, когда хочу и как хочу. Помни об этом, когда будешь звонить Фериту. Знай, что у меня есть уши. Повсюду, — с этими словами, Карталь покинул комнату, спускаясь к ужину. Сейран знала, что все не могло быть просто так. Но ведь она действительно хотела позвонить. И она позвонила. Только вот обернулось это не совсем радужно для нее. И теперь, девушка совершенно не знает что делать.