Наказание.

      полумрак комнаты в обычное время доставил бы немалый дискомфорт, однако сейчас Алексис был даже рад тому факту, что Кайзер не может в полной мере лицезреть его уязвимое положение. вальяжно рассевшись на кровати, Михаэль даёт последний шанс оправдаться за "ошибку" на поле. он воспитал под себя идеального сокомандника, и прощать серьёзные ошибки нельзя - наказать, научить делать правильно, чуть дёрнуть за поводок, слегка напоминая, кто тут главный. единственный, но весьма важный нюанс - нельзя переборщить. да, Несс определённо хороший, определённо стерпит любую грубость, но Кайзер не был законченым садистом - не в его вкусе доводить Алексиса до истерии. миловидному личику пусть и идут мокрые дорожки на щеках, но только если они не вызваны едкой грубостью. тяжело привыкнуть к чужой ранимости — Кайзер привык быть прямолинейным в своих словах, и само звучание не особо его волновало, однако опыт с Нессом научил всё же фильтровать речь, чему Алексис был безмерно благодарен.       из мыслей выводит хлесткий шлепок - Алексис сипло выдыхает и нелепо пытается вывернуться, дабы посмотреть в глаза Михаэлю. блондину невероятно тяжело сдерживать улыбку от вида такого Алексиса - до невозможности нежный и развратный, истинное дитя тёмных сил.       —ты провинился. что прикажешь с тобой делать? — рука Михаэля ласково скользит по спине младшего, забирается под футболку и оставляет на спине ногтями тоненькие белые линии - своеобразный автограф от популярного ньюгена; плевать, что Несс буквально был его правой рукой, он всё равно неимоверно оценит подобное. — чего ты там скулишь? говори словами, внятно и чётко.       —я не знаю...       —не знаешь, какого наказания заслуживаешь? предлагаешь мне самому придумать? — опуская руку ниже, Кайзер замирает лишь на секунду, убеждаясь, что тело Алексиса не дрожит от его движений. слегка замахнувшись, блондин оставляет яркий след на ягодице младшего, не постеснявшись напоследок хорошенько в бедро вцепиться, оставив четкие контуры пальцев на бледной коже. Несс тихо скулит в изгиб локтя - оба понимают, что от удовольствия. — хм, сотку шлепков выдержишь?       Несс шокированно вздрагивает и оборачивается, мутным взглядом окидывая старшего. Кайзер прекрасно знал, что это значит - Алексис весь в предвкушении, сил его нет ждать. что ж, Кайзер готов подыгрывать такому Нессу, готов удовлетворять все развратные мечты и воплощать в реалию каждый мокрый сон.       —ты помнишь стоп-слово? — едва ли не прошептав эту фразу, Михаэль хмыкает на нетерпеливый кивок - за всё время их несколько нездоровых игр Несс ни разу не воспользовался им. Кайзер правда пытался убедить Несса в необходимости иметь меру, но обладатель вишнёвых упрямо говорил о том, что ему хорошо, даже если заливался слезами - приходилось самому понимать, когда стоит закончить и невинно лечь спать в дурацкой позе "коала", которую Алексис так любит.       первую десятку Алексис держался молодцом. контакт теплой ладони о нежную кожу будоражил, вызывал сдавленные всхлипы и попытки заткнуть себя чем-либо, пока Михаэль наконец не приподнял аккуратно за волосы, намекая, что сдерживаться сейчас не нужно. ближе к тридцати Алексис скулил всё громче, а сам лишь бедрами подмахивал в такт, трясясь от вожделения и смущения одновременно. он - прекрасный игрок немецкого футбольного клуба, но в то же время он - последний развратник и бесстыжий "суккуб", как его порой звал Кайзер за выражение лица в момент оргазма. стеснение на миловидном лике всегда вызывало у Михаэля насмешку и желание расцеловать здесь и сейчас, и в этом он себе никогда не отказывал. дают - бери сразу же, забирай навсегда и держи под рукой.       после очередного удара Несс начинает дрожать и что-то шептать - разобрать получилось лишь одновременную просьбу прекратить и продолжить. удивлённо приподняв брови, Кайзер продолжает, жалея, что не может сейчас видеть лицо Несса - наверняка он сейчас выглядит богоподобно. до чертиков нравится развращать невинного Алексиса и задевать самых тёмных чертей в светлой душе; Алексис каждый раз ведётся и отдаётся всецело, забывая про стыд, преследующий в повседневной жизни. он стесняется публично в щёку чмокнуть, но наедине разговор совсем другой.       Алексис сбился со счёта примерно на восьмидесятом шлепке - разум окончательно затуманился от происходящего, при нём остались лишь неимоверно грязные желания и стыдливый разврат. сказать прямо Кайзеру он не мог, потому и терпел до последнего, в кровь раскусывая губы. Михаэль останавливается, когда Алексис вскрикивает неприлично громко, и лишь потом до него доходит, что именно сейчас произошло.       —ты... кончил? — повернувшийся Несс от смущения даже в глаза посмотреть не может, от чего Кайзер улыбается во все 32. — подумать только, каков же ты извращенец.       —да нет же..       —что "да нет же"? ты кончил буквально только что от шлепков, причём не самых нежных. ай-яй, Несс.       ещё немного подразнив младшего, Михаэль приступает к базовым процедурам - помочь уставшему Нессу сходить в душ на ночь, намазать кремом раскрасневшуюся кожу и позволить облепить себя со всех сторон. ничего не поделать, Нессу так спится спокойнее.       —ты не зол на меня за промах?       —м? нет конечно, дурачина. быть всесильным невозможно, забей. — приоткрыв один глаз, Кайзер всё же шутливо продолжает — но лучше ты не ошибайся.       засияв, спокойный и счастливый Несс трепетно чмокает в щёку, ещё некоторое время шуршит, но таки засыпает, уткнувшись Михаэлю в шею. теплое дыхание слегка щекотало нежную кожу, но блондин и против такого ничего не имел. пускай Несс вытворяет свои всякие нежные штучки, коль желает - Кайзеру и самому уже нравиться начинает.