you make me feel special

Подготовка к церемонии идет полным ходом: стрелки на штанах выглажены так, что о них порезаться можно, как и об идеальный ворот рубашки; туфли вычищены до блеска — Кай уже видит в них свое отражение. Место проведение церемонии выглядит до чертиков хорошо: цветы на стенах, арке и алтаре; место для жениха и невесты украшено золотой надписью "Хюнин Кай Камал" и "Сон Чорим". Все идет слишком хорошо, так что же может пойти не так? Да примерно все. Начиная с того, что Кая заставили сделать Чорим предложение ради поглощения их маленькой компании и присоединения к компании семьи Хюнин, заканчивая тем, что Камалу только 18 стукнуло, а он уже жениться собирается. Интересно, когда родители заставят их и детей завести, причем не одного, а сразу троих? Может Чорим и правда влюблена в Кая, но Хюнин даже в ее сторону не смотрит, пока ему не прикажут родители.

☆☆☆

Хюнин никогда не наслаждался своей подростковой жизнью, родители постоянно запирали его дома со словами: «К твоему совершеннолетию ты уже должен будешь вступить на должность директора, и мы будем первой компанией в Азии с самым молодым начальником». Всю свою жизнь Кай проводил лишь за подсчетом спроса на акции, высчитывал доходы и убытки, работал с бумажной волокитой. Мальчик выглядывал из окна дорого дома и завидовал всем, кто проводит время не задумываясь ни о чем, лишь развлекаясь с друзьями. Но Камалу повезло намного больше, чем его сестрам. Из младшей, Бахи Джале, делали самую настоящую розовую куклу Барби, принцессу и просто самую идеальную девочку в мире, которая умеет все; Старшую, Лею Навваб, уже готовили к замужеству за парня, что девушка так сильно ненавидит, но если родители сказали, что он «имеет большое влияние», то тут уже и отвертеться не получится. Из самой старшей тоже какое-то время делали идеальную, но когда она перестала приносить первые места с показов и конкурсов, мать сказала, что эта девочка стала совсем бесполезной. Кай никогда не позволял родителям оскорблять своих сестер, но ему за это хорошенько прилетало, мол, не твое собачье дело. Школу Хюка закончил раньше одноклассников на 2 года. Он действительно отличался умом и сообразительностью от сверстников, но если у школьника родители зарабатывают больше, чем любой среднестатистический человек на земле, то это значит, что все куплено. Аттестат, оценки, знания — все куплено на родительские денюжки, которые им «некуда тратить, поэтому они вложились в бездарность». Но Кай всегда показывал лучший результат среди учеников своего возраста. Играл на фортепиано не смотря на клавиши, исполняя чистейшую "Лунную Сонату"; решал сложные математические задачи за пару минут, пока его одноклассники не успели даже дано записать. Всегда одевался как с иголочки, выглядел хорошо и опрятно, имел огромную популярность среди девушек, но было одно но - они его не интересовали совсем. — Мам, мне не нравятся девушки. Я нахожу парней более привлекательными. С этой фразы все пошло по наклонной. — Ты сдурел? — Любимая кружка Хюнин Джемин выпала из ее рук быстрее, чем она успела одуматься. — У тебя начался подростковый бунт, или что-то такое? С чего такие слова вообще? Отвести тебя к психологу, психиатру, куда? Не ври мне, Кай Камал, ты просто хочешь чуть-чуть позлить маму, ведь она отыгрывалась на тебе все это время, так? — Нет мам, я абсолютно серьезно. — На лице блондина не дрогнул ни один мускул, пока лицо его мамы выражало страх и полное непонимание. На кухне раздался крик. И удар. А за ним еще, еще и еще. Лицо горело после каждого хлопка. После бессчетных пощечин на пол полетел дорогой фарфоровый сервиз, что хранили родители как зенице око. — Как это случилось вообще, я же воспитывала тебя идеально, постоянно следила за тобой, что же могло пойти не так! — Мамины крики перешли в плачь, в метания по всей кухне. Женщина оттягивала чуть поседевшие пряди до боли, заставляя себя вскрикнуть. Джемин повернулась резко, кинулась к парню что есть сил, — Значит так Камал, как только тебе исполнится 18 - женишься на принцессе Сон из автомобильной компании. И чтоб перекрасился завтра же в черный. Никому не рассказывай то, что ты сказал мне, иначе будет плохо. Одинокая слеза скатилась по впалым щекам, падая на кафель. Кай никогда не показывал своих эмоций, никогда не рассказывал что-то своим родителям, ведь именно такое поведение от них последует после любого слова, что не подходит под их стандарты.

☆☆☆

И вот, Хюнин уже стоит в фото-зоне вместе с его невестой. Он осторожно приобнимает ее за талию, поправляет ее укладку, тихо шепчет ей на ухо, что он постарается быть искренним сегодня. Парень улыбается во все тридцать два, придвигая Чорим к себе поближе, чтобы никто не сомневался в том, что тут все обоюдно. Вспышки фотокамер слепят, перед глазами все плывет невероятно, поэтому жених кидает то, что отойдет ненадолго, и пусть фотографируют его прекрасную невесту, а сам скрылся за дверью с надписью "Хюнин". Леа и Бахи смотрят на брюнета, перешептываются, а он лишь скатывается вниз по белому дереву двери, задевая ручку локтем. Лицо парня падает на колени, он оттягивает черные пряди до боли. — Эй, Нини, что случилось? — Старшая подорвалась быстро, силой заставляя младшего выпустить пряди из пальцев. Она аккуратно поглаживала спину в успокаивающем жесте, поправляла ему костюм, разглаживая ладонью появившиеся складки. — Леа, я не могу так. Навваб как никто другой знает, что такое брак по расчету, прекрасно знает что такое строить отношения с тем, кого не любишь. Но она быстро привыкла к этому "заносчивому выскочке", как когда-то говорила девушка, и теперь они живут счастливо и припеваючи. Но проблемы всплывают одна за другой, и в этот раз ей стала ориентация Камала. — Кай, — девушка взяла его лицо в свои руки, заставляя посмотреть в глаза. — Тебе придется хотя бы год прожить с ней, через силу. Наша компания уже почти поглотила их, дело остается только за вашей женитьбой. Мы выиграем суд после вашего развода и снова заживем хорошо. Милый, не переживай. Бахи положила свою голову на колени брата, обвивая их руками. Сильная рука перебирала шелковистые русые волосы девушки. Все Хюнины понимали, что если бы их не было друг у друга, то все скатилось бы в огромную яму.

☆☆☆

Торжественная церемония началась. Взгляды всех приглашенных устремлены на высокого юношу в костюме-двойке с бриллиантовой брошью. Вспышки, хлопки и распахнутая дверь. Выходит принцесса-невеста и ее старичок-отец. Прям как в сказке. Сказка, которая для Кая закончится плохо, зато все от этого исхода будут только рады. Лепестки роз падают на шикарный подол белого, словно жемчужина, платья. Она улыбается широко, на ней нет ни одного изъяна. Эта девушка идеальна. Но не для Камала, а для другого. Для того, кто будет любить ее и подарит ей целый мир. Отец опускает фату девушки, поправляя заломы и оставляет невесту на жениха. Все вокруг замолкло, а сердце словно остановилось. — Дорогие молодожены, гости, многоуважаемые родители, сегодня мы собрались здесь, чтобы соединить два любящих сердца - Сон Чорим и Хюнин Камал Кая - вместе… Речь свидетеля как в тумане: в глазах потемнело, в ушах зазвенело, а в голове эхом проносилось "два любящих сердца". — Согласны ли вы, Сон Чорим, взять в мужья Хюнин Камал Кая? — Согласна. — Девушка улыбалась по детски, словно она правда принцесса, вышедшая из Диснеевского Мультика. — Согласны ли вы, Кай Камал Хюнин, взять в жены Сон Чорим? Руки и ноги задрожали, брюнет кусает щеки изнутри и смотрит нечитаемым взглядом на алтарь. В голове лишь одно… — Нет. Удивленные охи раздались по всему помещению. Парень поднял глаза на Чорим. В ее глазах скопилась влага, а тело слегка подрагивало. — Извини меня, — шепотом сказал Кай, чтобы только блондинка перед ним услышала то, что он сказал, и, под щелканье фотоаппаратов, брюнет выбежал из зала, оставляя за собой шлейф одеколона с запахом ванили.

☆☆☆

— Сын Итана и Джемин Хюнинов - Кай Камал - сбежал из под венца, отказав первой красавице Азиатских стран - Сон Чорим. — Брюнет вслух читает заголовки новостных сайтов и откидывается на спинку деревянной скамейки. Да, ему безумно стыдно за свой поступок перед Чорим, но так будет лучше для всех. Разбивать сердце милейшей девушки не было в планах Кая, но он все равно это сделал. Парень закутывается сильнее в кашемировое пальто, которое пахнет духами Бахи. Он улыбается своим мыслям. Скорее всего, обе сестры гордятся братом, ведь вытворить такое перед глазами родителей надо было постараться. И он ведь постарался, да так, что теперь только его имя и пестрит везде, где только можно и нельзя. Сообщение от матери прилетает одно за другим, за ними следуют звонки от отца и, как Камал и предполагал, восторженные сообщения сестер, которые никогда бы не решились на подобный поступок. Кай всегда носил под чехлом скрепку, что помогла ему, по его же мнению, «избавиться» от проблем, но на деле, брюнет сделал только хуже. Он сжал симку так, чтобы она согнулась пополам и выкинул ее в неизвестном направлении. Теперь ему совсем нечего делать. Он откинул голову назад, сложил руки на груди и смотрел на ночное небо, покрытое россыпью звезд. — Привет, ты чего один тут? Стой, где-то я тебя видел, — парень, похожий на кролика, с милейшими ямочками на щеках потревожил спокойствие Хюки. — Ну конечно! Я писал статью о том, что ты сбежал из под венца и самолично поставил свою компанию под дуло пистолета! Брюнету ничего не остается, кроме как упасть головой на ладони, надавливая на глаза пальцами. Ему стыдно до безумия, и только он подумал о том, что избавиться от этого хотя бы на сегодня, так его потревожил невероятно красивый студент-журналист, пьющий вишневое пиво в одиночку. — Эй, извини меня, ладно, — ладонь оказалась в черных, как смоль, волосах быстрее, чем Кай посчитал, сколько будет 1062 в кубе. — Я Чхве Субин, а ты… — Я Кай. Хюнин Кай. — Отрезал Брюнет. Он поднял взгляд на лицо новоиспеченного знакомого и утонул. Утонул в его красоте, в его ямочках и глазах-полумесяцах. Кай осторожно поднял руку над лицом Субина и поправил его очки, съехавшие с переносицы куда-то в сторону. — Ты очень красивый. — Эй, не говори так! — Чхве замахал руками резко, от чего вишневый напиток в жестяной банке падал каплями на бежевое пальто. — Твою мать, извини меня пожалуйста, я щас все вытру! — Тебе не стоит, это пальто давно пора выкинуть, — Брюнет перехватывает запястье потянувшегося за влажными салфетками парня. Он улыбается слабо, а сердце пропускает пару ударов. Это обычно называют любовью с первого взгляда? После прикосновения ладонь горит, просит еще и еще, хочет больше, чем мимолетное удержание, но не получается. Все таки - Кай и Субин не знакомы совсем, чтобы прикасаться друг к другу словно давно встречаются. — Слушай, не хочешь выпить со мной и моими друзьями сейчас? — Уши Чхве горят, он судорожно поправляет блондинистые волосы чтобы скрыть свое смущение. — Конечно, не против, — Хюнин одаривает парня напротив самой нежной улыбкой, которую до этого показывал, наверное, только своим сестрам.

☆☆☆

—…И тогда Бомгю признался Кантэ в чувствах, это было даже смешно! — Субин активно жестикулирует, совсем не замечая осуждающий взгляд, что встречает его и его нового друга перед забором красивого одноэтажного особняка. — Эй, Бин-хён, я просил не рассказывать никому эту историю, тем более незнакомому человеку, — шатен смотрел лишь в сторону блондина, пока смеялся с выражения лица младшего; — Хотя стоп, я видел тебя. — Это же ты сбежал с собственной свадьбы? — Розоволосый низенький парень явно отвечал за прямолинейность в этой компании. — Тэхен-а, не говори так, — взгляд Субина похолодел быстро, мягкий смех сменился на режущий тон, который оставлял за собой кровоточащие раны. — Все в порядке. Да, это я. Меня зовут Хюнин Кай, приятно познакомиться, — брюнет поклонился и улыбнулся лучезарно, чем зацепил абсолютно всех, кто стоял рядом с ним. — Твоя сестренка очень красивая, познакомишь меня с ней? — Стекло бутылок громыхало за спиной, заставляя обернуться. Кай знал этого парня. — Я Чхве Енджун, думаю, мое имя известно тебе так же, как и твое для меня. Имя Чхве Енджуна крутилось на языке Хюнинов долгое время. Мама постоянно ставила его в пример, говорила, что он добился всего сам, пробивался в этой сфере самостоятельно, пока Кай через силу пытался заставить себя делать то, что не доставляет ему никакого удовольствия. Енджун еще и модель, блоггер, играет на гитаре и "превосходит Кая во всем" по словам его отца. — Да, ты прав, я знаю тебя. Я познакомлю вас только если Джале будет не против, — все 4 парня стоявшие в кругу посмотрели на брюнета с удивлением, на что он прыснул со смеху. Двойные имена не свойственны корейцам, конечно. — Джале - второе имя моей младшей сестры, Хюнин Бахи. Понимающее «Аа» прозвучало со всех сторон, заставляя Кая залиться смехом и заразить остальных. — Пойдемте в дом. Кай, сыграешь со мной дуэтом?

☆☆☆

"Вечеринка", которую трудно таковой назвать, шла полным ходом. Пьяные смешки и откровенные диалоги — это то, чего не хватало Хюнину все это время. Кай стал более открытым, смеялся своим привычным смехом, который парни называли «смех дикой чайки», а самое главное — он чувствовал себя интересным и нужным. Обычно он чувствовал себя так только в компании сестер, но четыре парня, которые за такой короткий промежуток времени стали близки, изменили время вспять. Кан Тэхен иногда отходил вместе со своим парнем — Чхве Бомгю, которого он пытался втайне называть медвежонком, но это прозвище будто слышали все, кроме самого Гю, — в туалет, где они пытались хотя бы на пару минут уединиться. У них никогда не получалось, ведь стоило двери в туалет закрыться на замок, как в просторной гостиной слышались оры и стоны, которые пародировали Енджун и Субин. Бомгю и Тэхен всегда выходили из туалета с закатанными глазами в сопровождении с цоканием, но их припухлые красные губы всегда сдавали их. Енджуну без шуток нравилась Бахи. Он восхищался ей и говорил, что сделал бы ей предложение прямо с ходу, говорил, что ходил на все ее показы и скупал все журналы с ее изображением. И не соврал. Стоило Камалу зайти в комнату к хёну, как он увидел огромную стопку хорошо знакомых брюнету журналов. Над рабочим столом висели плакаты с изображением младшей сестры, а в рамочке рядом ее автограф, до боли знакомый. Кай достает телефон и открывает камеру, говоря Джуну, чтобы он встал в красивую позу на фоне его красавицы-сестренки. На вопрос «зачем?» Хюнин отвечает легко: — Чтобы я знал, что помимо меня и Леи у сестренки есть еще один самый преданный фанат. Фотографии в следующую же секунду летят в чат с Бахи с подписью: "Я должен вас познакомить." А вот на счет Субина…На счет Субина не знал никто, даже его младший брат. Он сказал лишь, что уже знает, кто ему нравится, но думает, что еще рано говорить об этом. Хюка затушевался. Улыбка сама сползла с лица, а ладони чуть затрясло. Блондин сильно запал в душу Каю, за эти несколько часов он стал больше липнуть к старшему, постоянно прикасаться, обнимать, а старший был не против — даже наоборот — ластился словно кот к каждому прикосновению, трепал младшего по темной макушке. Раз Субин влюблен, то почему так хорошо относится к Каю? Из жалости, потому что он сбежал со своей свадьбы?

☆☆☆

Парней развезло конкретно. Пить соджу на спор сразу было провальной идеей, которую не поддержал лишь Субин, и его единственной отговоркой было то, что его может в неожиданный момент вызвать начальник, а единственное чего он захочет после похмелья - умереть. Вокруг было шумно ужасно: парни прыгали под какую-то американскую попсу, подпевали на неизвестном никому языке песни. Чхве лишь тихонько пил свое вишневое пиво, от которого ему будет «не горячо - не холодно», как он сам говорил, и смотрит на друзей, а если быть точнее - на одного. На того, про кого писал статьи для прессы, на того, чья улыбка осветит ему путь куда угодного, на того, на чьих щеках можно было высматривать целые созвездия из родинок. Хюнин Кай быстро стал "любимым ребенком" Субина, но он нравился ему совсем не по родительски. — Енджун, хочешь поговорить с моей сестрой по видеосвязи? — Кай кричал что есть мочи, чтобы Чхве, который отрывался под треки Арианы Гранде, наконец обратил внимание на него. — Эй, Хюнин-а, что за вопрос! Конечно хочу! — Джун приобнял младшего за плечи, громко смеясь. Музыку пришлось чуть-чуть поубавить, чтобы пьяный Енджун смог адекватно разговаривать с Джале. Гудок, за ним еще, а затем еще один, и на экране во всей красе показывается светлая головушка с горящими глазами. — Привет, Енджун-хён, — Бахи говорит тихо, пытаясь максимально скрыть свой румянец на щеках. Кай заваливается на диван, прижимается ближе к уже полюбившемуся хёну, обвивает руками, словно змея, талию старшего. — Нини, хочешь спать? — на вопрос поступает лишь легкий кивок. — Хорошо, пойдем вместе. Субин берет Кая под руку, ведет осторожно, предупреждая о порожках и, наконец, запускает его в комнату. Просторная белая спальня в стиле минимализма, явно гостевая. На постели лежали полотенца и сменная пижама, которую хён приготовил специально для Хюки. — Отдыхай, Кай-я, — Чхве уже хотел было уйти, но крепкая хватка на запястье помешала ему это сделать. — Субин-хён, останься со мной. Он не мог ему отказать. Хюнин был похож на маленького беззащитного котенка. Чхве послушно сел на диван, заглядывая в глаза напротив. В отражении этих глаз он видел вселенную, тысячи новых планет и разбитое сердце младшего. Тысячи осколков, на которое разбито маленькое сердечко парня, которому только-только исполнилось 18. Он действительно был побитым маленьким котиком, что нуждался в помощи со стороны. Субину бы очень хотелось стать этой опорой для брюнета, но он никогда не скажет об этом зная, что их пути разойдутся совсем скоро. Кая будут искать по всей стране, если не по всему миру, и он быстро забудет какого-то там репортера, что пишет громкие заголовки. Его снова заставят жениться, и на этот раз он скажет твердое "да". Чхве никак не может выкинуть эти мысли из головы. — Субини-хён, о чем задумался? — Кай пьяно улыбнулся, смотря в упор на блондина. — Можно тебя поцеловать? Эта фраза загнала старшего в ступор окончательно. — Что? — Я спрашиваю - Чхве Субин, можно тебя поцеловать? А блондину больше повторять и не надо. Он придвигает младшего и слегка надавливает на затылок, чтобы быть с брюнетом, похожим на пингвинчика, как можно ближе, чтобы запомнить все его черты. Руки Хюнина гуляют по телу, залезая под пушистый свитер, очерчивая каждую косточку, пока старший с каждой секундой углубляет их поцелуй максимально, мычит и тяжело дышит. Они разделят оставшийся воздух на двоих, они разделят эту кровать и весь мир, если пригодится. Теперь Субин был уверен в том, что не отпустит Кая никуда, его не заставят сказать "да" за алтарем, его не будут принижать там, где он был и будет лучше всех. Его будут любить больше всего на свете, он будет счастлив в чужих объятиях, он будет нужен. Парни отстраняются с пошлым причмокиванием, пытаясь вобрать в себя как можно больше воздуха. Субин переплетает свои и каевы пальцы, поднимает выше и целует. — Хюнин-а, ты будешь моим парнем? — Вопрос, которого младший ждал больше, чем хорошего отношения от родителей. — Конечно буду, милый кролик-хён, — Кай тянет его на себя, заставляя откинуться на мягкую подушку. Камал по собственнически закидывает ногу на Субина и обвивает его руками словно мягкую игрушку. — Эй, ты не переоделся в пижаму! — Зачем мне пижама, мне нужно чтобы ты был рядом со мной. Я чувствую себя особенным, когда нахожусь с тобой. Кай засыпает под бормотание любимого хёна. И его не волнует совсем, сколько уже Енджун разговаривает с Бахи по телефону, не интересует, получилось ли у Тэ и Гю наконец побыть вдвоем, совсем ему не важно то, что случится с ним, если его родители найдут его, Чхве Субин защитит его от любой напасти, поцелует в лоб и скажет, что он останется рядом навсегда, сколько бы времени не прошло.