Как все

      Он был абсолютно таким, как все люди. Не отличался ничем особенным, если не считать его потрясающие ямочки, которые появлялись при улыбке. Про его улыбку можно писать мемуары. Она всегда такая весёлая и озорная, что кажется будто он никогда не бывает грустным, злым или расстроенным. У него много друзей и он всегда в центре внимания. Спортсмен, его можно увидеть на всех соревнованиях, которые только происходили в этой школе. Все девчонки от него без ума, ведь он такой «красивый, сильный, невероятный».       Но Чонин никогда не понимал всех этих слов в сторону самого обычного человека. Да, может он и спортсмен, даже если и из Австралии, даже если его английский на таком уровне, что Ян готов слушать его речь всегда. Всю свою жизнь.       Но он не понимает, чем он так всем нравится. Он ведь просто самый обычный парень, у которого какой-то превосходный вкус на музыку, поэтому на всех школьных вечерах играет именно его плейлист.       Но он такой как все. У него такие же оценки как у Чонина, такое же чувство стиля и он так же не переносит уроки математики, хотя у него всегда отличные оценки. Чонин не понимает всей этой шумихи вокруг этого новенького, хотя он уже год с ним в одном классе. Это не мешает относиться к нему как ко всем. Он вообще Чонина раздражает, из-за всей его этой дружелюбности и помощи, которая не нужна никому.       Чонин считает, что без него было куда лучше. Никто не подходил к его парте на переменах, его никто не замечал и все было просто восхитительно. Но как только появился он, и свободное место оказалось только рядом с Чонином все пошло наперекосяк. Потому что если этот парень не выходил из класса на перемену, то обязательно все подходили к их Чонина парте, окружали ее и говорили, и смеялись, и хохотали. Чонина это бесит. Особенно эти девочки, которые продолжают строить глазки этому обычному парню. А он на них даже внимания никакого не обращает, ему больше нравится Чонина доставать. Ну или нравилось, Ян уже не уверен в этом факте о нем.       Как только он зашел в класс на первый день учебы, все можно сказать были загипнотизированы. И Чонин, конечно, не осуждает, но как же это все его бесит. А он как только сел за парту Чонина, то, конечно, проявил все свое обаяние, которое Яну никак не сдалось, он даже не представился. Чонину вообще кажется, что только через неделю после сидения с ним за одной партой, этот австралиец узнал, что Ян не немой и как его зовут. А все потому что, его вызвали к доске рассказывать какой-то никому ненужный параграф по всемирной истории.       Он все пытался заговорить с Чонином, даже может дружбу завести, но Яну не нужно водить дружбу с какими-то людьми, с которыми после выпуска не собирается общаться, а тем более встречаться с ними. Поэтому Чонин стойко переносил все обращения в свою сторону, иногда даже смешки от него, когда не получал ответа. Говорил, смеялся, показывал что-то в телефоне на скучных уроках, даже записки успевал писать, но никогда ответа от Чонина не получал. И как теперь думает Чонин, он просто перестал пытаться как-то найти с ним контакт и отстал.       Жизнь Чонина складывалась вполне хорошо, даже год за партой с этим надоедливым парнем. Но в новом году что-то изменилось. Он все еще сидел за партой вместе с этим парнем, но если раньше ему было абсолютно все равно на присутствие его рядом с собой, сейчас это ощущалось по-другому. Все его друзья вдруг стали вызывать отвращение, кроме него самого. И, Чонин не хочет это признавать, ему грустно от того что сосед по парте перестал обращать на него какое-либо внимание.       Вот только теперь Ян не знает как начать с ним общение, после того как сам игнорировал его год. Чонин все еще не понимает, что в нем такого особенного, но подружиться с ним вдруг захотелось. Хотелось говорить с ним о чем угодно, возвращаться вместе домой после школы, вместе ходить на обед. Первый шаг было трудно сделать, ведь раньше ему это было не нужно. А сейчас у него появилась потребность в дружбе и это немного пугало. Чонин по сути своей был одиночкой, и сближаться с кем-то ему никогда не хотелось, а тут что-то переменилось и этот парень возбудил в нем какое-то желание в общении.       Спустя наверно недели две, после начала учебного года Чонин решился поздороваться с ним, чего раньше никогда не делал. Когда зашел в класс и сел за парту, почти неслышно сказал «Привет, Чан», конечно, не смотря на него, потому что было достаточно волнительно, поэтому пытался непринужденно готовиться к уроку. Чонин не видел его лица, но по голосу он понял, что его удивлению не было предела. А когда прозвенел звонок и все встали, чтобы поприветствовать учителя, Ян решился посмотреть на него и увидел на его лице улыбку, которой он улыбался при победе на соревнованиях. И Чонин смутился, и благодарил всех богов, что он решил не смотреть на Яна в ответ.       Либо он такой понимающий, либо что, но сам он точно также не говорил Чонину абсолютно ничего. И Ян правда благодарен, потому что он не был готов сейчас к общению. Но Чонин заметил, что он светился весь день, и был невероятно весел, что не сочеталось с прошедшими днями, когда Чонин видел пару-тройку его улыбок. Чонин подумал, что, кажется, все это время он не терял надежду на общение с Яном. В конце учебного дня, когда Чонин уже отошел от школы на приличное расстояние, услышал как он окликнул его по имени. Повернувшись, увидел как он машет ему и после прокричал «До завтра!». Чонин не знает, чего он смутился, либо такой широкой улыбки, либо то, что их одноклассники, которые были с ним в тот момент, странно смотрели на них, но тоже помахал в ответ, кричать не стал, лишь губами произнес ту же фразу. И он, конечно же, все увидел и заулыбался еще шире.       Всю дорогу до дома Чонин не мог отделаться от мысли, что его спокойным будням скоро придет конец. И что, кажется, его сердцу тоже конец.       Всю последующую неделю Чонину было непривычно. Он здоровался и прощался с ним, но дальше не заходило. Он не представлял о чем можно разговаривать, потому что общих тем, кроме учебы, у них и не было. Чонин старался не выдавать свое волнение, но каждый раз это не особо выходило. Чонин уверен, что он всегда смотрел на него с усмешкой, какой-то издевательской и может злой, а возможно Чонин просто накручивает себя. Теперь на уроках Чонину неловко, потому что теперь он всегда рассказывал Яну какие-истории из своей жизни. И по Чонину не сказать, но он всегда их слушал, хоть пытался сосредоточиться на голосе учителя. Он перетягивал все внимание и Ян не может не смотреть на него, не может думать о нем хотя бы минуту. Все мысли о нем.       Прошел месяц и Чонин не понимает тянущее чувство внутри, когда он смотрит на него, когда ждет реакцию на очередную тупую шутку. Когда невзначай дотрагивается до руки или бедра. Чонин начинает боятся самого себя, когда засматривается на его руки, когда он пишет что-то в тетради. Боится, потому что представляет эти руки на себе… везде. На руках, талии, бедрах, шее.       Что-то не так, Чонин странный и думает о себе так теперь постоянно. Чонин никогда не задумывался о своих предпочтениях, потому что всегда знал, что когда-то найдет девушку, женится и у него будут дети. Но сейчас он не понимает и ему страшно. Традиционные устои в своей семье никогда не заставляли задумываться о другом. Всегда он видел только, что мужчина с женщиной, женщина с мужчиной и никак иначе. Это настоящий кризис.       В попытках отвлечься от учебы и назойливых мыслях о нем, Чонин решил посмотреть сериал, но что-то пошло не так. В одной из серий, когда два парня начали целоваться, Чонин… он даже не знает, как объяснить это для себя. Почему он начал чувствовать возбуждение, и в невероятном стеснении захлопнул ноутбук. Мысли не давали покоя, мысли о нем. Что если бы одним из этих парней был Ян, а другой — он. Все пошло не по той дорожке, по которой планировал идти Чонин. В тот день Ян раньше обычного пошел в душ, чтобы убрать стояк. Пытался не стонать и не думать ни о чем, чтобы все быстрее прошло, но в голове всегда всплывал его образ… когда он в раздевалке, без футболки, тяжело дышащий после урока физкультуры. Кончил, простонав в руку, с его образом в голове. Стыдно, страшно.       Весь следующий день Чонин не мог смотреть на него. Все случайные прикосновения вызывали дрожь и воспоминания о вчерашнем вечере. Чонин пытался не допускать этих мимолетных прикосновений, но если они случались, то всегда отстранялся. Конечно, это не осталось незамеченным и в конце дня, они даже не попрощались. Чонину было немного обидно, но лучше так, чем прокручивать в голове снова и снова «до встречи» или «до завтра», видеть улыбку и ямочки, а потом руки, которые тянутся обнять Яна. Почувствовать их на своей спине, а потом представлять как они спускаются ниже. Своими руками обнять его и провести по широкой и сильной спине, представлять как Ян царапает ее в наслаждении. Придя домой, Чонин пошел в душ.       Это продолжалось две недели. И ему надоело. Чонину тоже, но он не пытался исправить возникшую ситуацию. Избегал взглядов, прикосновений, снова не говорил с ним и не смеялся над его шутками. В пятницу, возвращаясь после школы домой, Чонин никак не ожидал крепкой хватки на руке и такого рывка, что, повернувшись он врежется в его грудь. Что он будет смотреть с таким серьезным и злым выражением. Страшно.       Чонину страшно, когда он отводит его за какой-то странный дом, когда он ведет его в какое-то заброшенное здание, про которое Чонин даже не знал, хотя ходит этой дорогой всегда. Страшно, когда его припечатывают к грязной стене и не отпускают, держит за плечи, чтобы не сбежал.       — Что происходит? — Чан говорит зло, его брови нахмурены, а голос хрипит. Чонину все еще страшно, он не может ничего ответить, потому что не понимает что от него хотят. Потому что он сам не знает, что происходит. — Ты мне, блять, ответишь? Чонин, ты не говорил со мной год, абсолютно никак не воспринимал меня. — Чан говорил тихо и медленно, что придавало еще большей злости его голосу. Чонин почти начал трястись, но пытался держать себя в руках. — И в один прекрасный день, ты вдруг поздоровался со мной. Я, сука, ждал этого так долго, что ты наконец примешь меня как своего одноклассника, что перестанешь смотреть на меня как на дерьмо. Мы ведь так хорошо начали общаться, ты так не думаешь? — Чан ждал хоть какого-то ответа, а Ян лишь кивнул, чтобы не выдать дрожь в голосе. — Я думал, что мы наконец сможем подружиться, — его руки спустились на предплечья, Ян сглотнул, — действительно станем друзьями. Так что, блять, произошло? Чем я не угодил тебе, что ты снова начал избегать меня? — Он подошел ближе, заглянул прямо в лицо.       — Всем… — Чонин ответил тихо, опустил голову, так как больше не мог смотреть в глаза, такие прекрасные, в которых он смог разглядеть боль от своих слов. Он не мог сказать правду, не мог или не хотел, Чонин сам не знает. Страшно подумать, что мог бы сделать Чан, узнай он такую правду. Тяжесть на руках пропала, Чан отошел от Чонина. Яну стало паршиво от себя.       — Замечательно. Просто превосходно.       Голос Чана почти надрывался. Наверно с минуту они стояли в тишине, после чего Чонин услышал удаляющиеся шаги. Когда шаги перестали быть слышны, Чонин скатился по стене и сел на такой же грязный пол. Он все испортил, как обычно.       Чан не знал, что и думать. Он был так рад изменениям своего соседа по парте. Так рад, что тот наконец принял его, начал общаться с ним. Но вдруг, Чан ему не угодил. Всем. Неужели он настолько плох, что люди не хотят с ним общаться? Почему он не хочет с ним общаться? Ведь все одноклассники только рады проводить время с Чаном, называют его душой компании.       В тот день, когда он с ним впервые поздоровался, оставался в мыслях Чана. Он не представлял, что когда-то будет так счастлив общению с этим странным, но таким красивым, парнем. Чан на протяжении полугода пытался добиться от него внимания, получить хотя бы одну улыбку в свою сторону, но ничего не получалось. И вроде сейчас, когда между ними наладилось общение, он узнает, что он плохой. Да, этого не сказали, но предполагали. Всем.       Чан зол и расстроен. И после этого ему придется также сидеть с ним за одной партой, стараться не притрагиваться или не рассказывать очередную историю. Как он может все так портить? После этого разговора, все краски из жизни снова ушли. Чан старался не смотреть на него, его талию, когда он переодевается после физкультуры, его тонкие нежные руки, которые отлично бы смотрелись в его грубых.       Чан болен. Болен любовью к человеку, который возненавидел его с первого взгляда, который попытался дать шанс неугомонному однокласснику, но Чан как обычно не такой. Что-то в нем было не то, раз он ушел даже не попытавшись дать шанс. Он так рядом, но при этом так далеко. Нельзя прикоснуться или просто поговорить. Ужасно, невыносимо.       Прошло две недели. Чан впервые не появился в школе. Одноклассники говорили, что он заболел, но честно Чонин не особо этому верил. Прошло еще две неделе. Чан перевелся в другую школу. Чонин не понимал такого резкого перевода, не понимал почему Чан принял такое решение. Не понимал своей истерики, после возвращения со школы. Возможно Чонин потерял часть своей души, потому что только рядом с Чаном он мог чувствовать себя счастливо. Ненавидел себя, свои слова. Если бы он тогда сказал правду, было бы все по-другому? Был бы Чан рядом с ним?

***

      Выпускной год Чонина прошел просто ужасно, недосып из-за переживаний по поводу сдачи экзаменов. Отсутствие рядом человека, которому обязан принятием своей ориентации. Все прошло только после сдачи экзаменов, получения аттестата и поступления в университет, который также переживался сдачей экзаменов. Чонин переехал в столицу, нашел подработку. Ждал университетской вечеринки в честь первокурсников, которая должна была пройти за два дня до начала учебы.       Чонин чувствовал страх перед неизвестностью и новыми людьми, с которыми ему придется обучаться. Сможет ли он с ними подружиться, найти общий язык. И наконец забыть того парня, который до сих пор не выходит у него из головы. Глупо и странно одновременно, думать о нем настолько долгое время, но Чонин думает, что, кажется, он действительно влюбился в него.       Вечеринка была просто изумительная, старшие курсы были на удивление не такими угрожающими, какими их представлял Чонин. Ян нашел общий язык с парнем по имени Сынмин, который оказался на одном факультете с Чонином. Все было хорошо, до того момента пока Чонин не увидел его. В глазах начало расплываться, либо от выпитого алкоголя, либо от воспоминаний, которые начали всплывать в голове.       — Что с тобой? — Сынмин прокричал прямо Яну в ухо из-за громкой музыки.       — Там… ничего, просто одноклассник, с которым мы разошлись не на очень хорошей ноте. — Чонин повернулся к Сынмину, не хотелось, чтобы его заметили.       — Подойди. Уверен, вы сможете нормально поговорить и разъяснить ситуацию.       — Да я скорей подохну, чем заговорю с ним!       — С кем?       Ухо Чонина обдало жаром. Заметил. Поворачиваться не хотелось, Яну стало плохо только от одного его голоса, дыхания. Его руки, которая легла Яну на талию. Чонин смотрел на ничего непонимающего Сынмина, который решил оставить странную парочку наедине и просто ретироваться куда подальше. Чонину ничего не оставалось как повернуться своей смерти в глаза. Новый цвет волос, проколотое ухо и все та же улыбка и глаза, которые сводили Чонина с ума во снах. Его рука все также лежала на талии Чонина, и он начал корить себя за то, что не надел толстовку. Через тонкую рубашку Ян чувствовал холодные пальцы, видимо с кольцами, которые слегка сжимали его кожу. Пиздец.       — Ты так и не научился отвечать на вопросы сразу. — Чан наклонился близко, чтобы его слышали. От него пахло алкоголем и какими-то духами. Слишком близко, слишком жарко. Слишком.       — Мне нужно проветриться…       Чонин не уверен, что его услышали. Ему срочно нужно было на свежий воздух, без запаха алкоголя, без этих рук и просто без него. Чонин не смотрел на Чана, пытался как можно быстрее оказаться на улице, в глазах плыло. Чан вышел с ним. Ян прислонился к стене, пытался дышать размеренно, пытался прогнать из головы все воспоминания. Все тщетно. Чан перед ним, такой обаятельный. Руки в карманах и смотрит свысока, как будто злорадствуя.       — Давно не виделись, Инни. — Чонин смотрит боязно, а Чан только ближе подходит. — Знаешь, я так долго думал, что со мной не так. Никак не мог найти причину такого твоего отношения ко мне. Так и не нашел. Возможно, хотя я уверен, причина ведь была не во мне? — Наклоняется, чтобы посмотреть прямо в глаза.       Чонин не знает что ответить, не знает как себя вести. Рассматривает такое красивое лицо, глаза, нос, губы… Чонин целует быстро и отрывисто, руки перемещает на сильную шею и ждет хоть какую-то реакцию. Пусть даже ударит, но он так хотел поцеловать Чана. Чувствует руки на талии, которые прижимают ближе. Чонин плывет, когда Чан отвечает на поцелуй. Больше нет того страха, который присутствовал всего минуту назад.       Уже через полчаса, у себя на кровати, Чонин впервые почувствовал себя настолько хорошо. Чан был в еще более хорошей форме, когда в последний раз видел его Ян. Наконец можно полностью отдать всего себя Чану, без стыда и страха. А Чан был рад наблюдать за изменениями своего парня друга, который с наслаждением и желанием одаривал Бана поцелуями и стонами прямо в губы.       Спустя три года, Чонин наконец принял Чана в свою жизнь и осознал, что с человеком рядом оказывается и не так плохо жить. А Чан наконец получил признание от любимого странного парня.