в перерыве между гневом и влюблённостью

Вокзалы имеют магическое свойство давать надежду и обнадёживать. Возможно сегодня кто-то с варёной курицей в контейнере и нарезанными овощами отправиться в деревню к бабушке, крутить педали на ржавом велосипеде до солнечного удара, бегать от гусей, которые будут казаться кракенами, смеяться и лазить на деревья в попытке поймать сеть. Кто-то поедет путешествовать, занавешивать простынью своё место в плацкарте, знакомиться с новыми людьми, открывать новые места, снимать отрывки пейзажей под Хаски и ничего не бояться. Возможно сегодня кто-то будет разглаживать на плечах чужую рубашку и ронять слёзы на ладони, убеждая, что они обязательно ещё увидятся, понимая, что одного из них ждёт новая жизнь, а второй останется в старой. Кто-то будет говорить маме, что он будет звонить каждые два дня, не забывать есть, что он найдёт друзей и будет прилежно учиться, обещать, что передаст тётушке маринованные огурцы и ещё какое-то законсервированное нечто, с плавающим внутри укропом. Минхо торопится и спотыкается об каждый лежащий камень. Он проспал, забыл высушить кеды и купить успокоительные для своей кошки в дорогу. Теперь он лохматый, с хлюпающией подошвой и паршивым настроением, готовится к суткам тряски и непрерывного мяуканья. Он добегает до зоны ожидания, ставит переноску рядом с чемоданом и пытается отдышаться. Кошка подозрительно молчит, и Минхо протискивает пальцы сквозь решётку переноски. – Эй, ты чего притихла? Боишься что-ли? Всё хорошо, сейчас сядем, поедим и ляжем спать. Не бойся, я тебе твоего вонючего корма добротно насыплю. На упоминание корма кошка поднимает свои серые уши и вроде расслабляется. Минхо, насколько ему позволяет решётка, тянется к кошке, а она тянется к нему. – Всё-всё, не трясись, всё будет хорошо. Он даже не знает, кого пытается успокоить, потому что уровень его нервозности таранит даже зрачки. Ему почти удаётся погладить её по переносице, как вдруг вместо холодного кошачьего носа, он чувствует, как уже его нос проезжается по полу, а на фоне слышится скрип пластика и возмущенный кошачий крик. – Простите, бога ради! Я торопился и Вас не заметил. Минхо чувствует, как у него болит лицо, как всё его тело оказывается на полу. На жутко грязном от пыли полу. Теперь у него не только хлюпающие кеды, но и загвазданная футболка, порванные джинсы, а паршивое настроение сменяется агрессией. – Давайте помогу, я не специально. Вы в порядке? Минхо поднимают, и он смотрит на виновника его падения. Он замечает колечко в губе, фактурный нос и завитки на голове. В любой другой ситуации он даже назвал бы человека напротив привлекательным, но сейчас у Минхо ссадина на щеке, он испачканный, а его любимая кошка, которая и так в стрессе, теперь испугана ещё больше. – Ещё бы ты это специально сделал. Смотреть надо, куда прёшь. Мужчина начинает отряхивать Минхо, продолжает извиняться и ставит точно такую же переноску на землю. – Простите, простите! Мне правда жаль, что так вышло. Женщина из динамиков начинает объявлять посадку, и мужчина дёргается. – Мне нужно бежать, ещё раз прошу прощения! Он хватает сумку, переноску и убегает. Минхо кое-как поправляет одежду и тянется к своей кошке. – Прости, милая, наплодилось идиотов, сильно испу.. Он поворачивает переноску к себе и замирает. Вместо кошачьих глаз и серых ушей он видит незнакомую ему собаку. – Блять. Минхо вскакивает, хватает собаку и бросается следом за тем, кто минуту назад его столкнул, а сейчас ещё и украл его кошку. – Стой! Мужик, ты не ту переноску взял! Его не слышат, а силуэт движется всё дальше. – Стой, кому говорю! Сука, что ж ты такой быстрый. У Минхо адреналин отдаёт в уши, а испуг колит горло. Он уже молча прощается со своей поездкой, представляет, как ему придётся сидеть на чемодане с чужой собакой и молиться, чтобы этот дурень заметил, что его собака немного кошка не на середине пути. Тут среди всего шума и суеты до Минхо доносится ор его питомца, а у мужчины видимо резко появляется слух. Минхо глотает ртом воздух от быстрого бега, выпускает пар из ушей и тысячу раз проклинает этого человека. Мужчина останавливается, смотрит внутрь переноски и начинает осознавать. Он поворачивается и несётся обратно в сторону Минхо, а у того сейчас точно откажут органы то ли от шока, то ли от последующего облегчения. – Я.. Он ещё ничего не успевает сказать, как Минхо выхватывает свою переноску из рук и отдаёт чужую. – Заткнись, просто заткнись. Если бы я сейчас не был так напуган, клянусь, привязал бы тебя к поезду и заставил за ним бежать. – Простите, я просто... Минхо разворачивается и уходит. Он смотрит на часы и снова начинает бег, потому что его чемодан остался в начале, а ему ещё нужно успеть достать документы, добежать до вагона, когда до отправки остаётся жалкие четыре минуты. 'Чтоб ему всю дорогу на ухо храпели.' Через узкий коридор выгона Минхо кое-как проталкивается в своё купе. Он долго возился перед проводницей в поисках паспорта и билета, на что она стучала рукой по локтю и закатывала глаза. Он успел, но неприятный осадок заставлял хотеть бездумно плюхнуться на свою койку, прижать кошку к груди и забыть этот день. Он отодвигает тяжёлую дверь купе и с облегчением замечает, что никого кроме него нет. – Ну, зато мы одни, никакой противной бабульки, которая попросит освободить нижнюю койку или пьяниц не наблюдается. Минхо выпускает кошку и в попытках запихнуть огромный чемодан под нижнюю полку опускается на колени и наклоняется вниз. И слышит звук открывающейся двери. 'Кто бы там не был, почему именно сейчас.' – Оу. 'Да быть не может.' Минхо от осознания ударяется головой об койку и резко выпрямляется. Он снова видит колечко в губе, фактурный нос, завитушки на голове и точно такую же как у него переноску. – Ты?! – И снова Здравствуйте.. – Ты меня до конца жизни преследовать будешь?! – Мне.. – Дай сюда билет! Мужчина, на удивление, спокойно протягивает бумажку. 'Какой доверчивый.' Минхо сверяет номер купе со своим и ужасается. – Надежда на то, что ты перепутал места, была. Минхо смотрит на него, видит провинившиеся глаза, и как тот нервно гнёт пальцы. Ему даже становится немного совестно за свою грубость. – Если хотите, я могу договориться, чтобы проводница поменяла меня с кем-нибудь. Минхо вспоминает свои предположения о бабульке или пьяницах и немного успокаивается. – Сиди уж. Собака хоть не буйная? – Нет, Вы что, скорее ваша кошка её напугает, чем она кошку. – Ты мою кошку-то не трогай, у неё из-за тебя и так травма. – Простите, я не это имел в виду. Мужчина смотрит на полуторчаший чемодан и предлагает: – Давайте я помогу. – Где-то я это уже слышал. Минхо отодвигается в сторону, открывая ему путь. Мужчина наклоняется и резким движеним проталкивает его внутрь. – Я Вам потом его обратно достану. – Да, что же ты всё выкаешь, я себя старым дедом чувствую. Напряжение спадает и несчастный вор чужих животных протягивает руку. – Я Чан, если у Вас.. у тебя ещё не появилось желание вытолкнуть меня из вагона, всё-таки ещё долго вместе ехать. – Минхо. – Он жмёт чужую руку и на секунду всматривается в костяшки пальцев. – Я пропущу ту часть, когда говорят, что приятно познакомиться, окей? Чан совсем не обижается, а хихикает, показывая рот в улыбке, и его глаза превращаются в маленькие дуги. 'Либо мне при падении мозг вместе с носом отбило, либо он правда красивый.' – Ты как кошку с собакой-то спутал, бегун. – Ещё раз извини за это, пожалуйста, мне очень стыдно перед тобой, твоей кошкой и своей собакой. – Чан закрывает лицо рукой, и Минхо очень старается снова не начать всматриваться. – Я так боялся опоздать на поезд, что даже не посмотрел, кто в переноске. – Ладно, проехали, всё равно в одном вагоне оказались. Чан больше не отвечает, а Минхо почему-то не хочется проводить время в тишине. Он ещё никогда не ездил на поезде с кем-то приблизительно его возраста. Обычно ему попадались либо крайне болтливые старушки, либо молчаливые взрослые дядьки. Тут же перед ним интересный молодой человек, хотя бы потому что у него есть воспитание и милые кудри, так что Минхо не собирается упускать возможность поболтать. Чан наклоняется, чтобы выпустить собаку, из-за чего футболка начинает прилегать к туловищу. Минхо с какой-то неожиданной радостью подмечает, что у его соседа не только классное лицо, но и подкаченное тело. 'Господи, этот человек столкнул меня на пол и чуть не убежал с моей кошкой, что за восхищенное удивление'. Поезд тронулся, и Минхо начинает раскладывать вещи, иногда поглядывая на хозяина собаки. Кошка спокойно перебралась к нему на койку и с любопытством пялилась новое для себя животное. Минхо боялся, что что-то может пойти не так, но животные просто смотрели друг на друга, видимо они настроили контакт лучше, чем Минхо с попутчиком в начале. Минхо не то чтобы часто пытался заводить приятельскую беседу с незнакомыми ему людьми, точнее, вообще не пытался, но тут, как минимум, одна тема для обсуждения у них найдётся. – Как собачку-то звать? – Берри, а твою? – Мою собачку никак не звать, а вот кошку Дори. Чан хихикает и гладит Берри за ухом. Она спокойно сидит у него на руках, изредка поворачивая голову на шум из соседнего купе. Поразительно тихая и глаза такие умные-умные. – Хорошенькая. – Минхо тянется погладить собаку тоже, но ловит недовольный взгляд Дори и меняет курс руки на кошачий затылок. – Ну-ну, не ревнуй. – Я так понимаю, ты кошатник? – Вообще, я всех люблю, но с кошками как-то больше заладилось. Хотя, если бы все собаки были послушные как твоя, может быть тоже собаку завёл. – Чан забавно поднимает подбородок с гордостью, а Минхо не может удержаться. – Правда хозяин у неё придурок. Чан округляет глаза и шутливо возмущается: – Когда это наше знакомство перешло в мой буллинг? – Когда ты чуть кошку мою не спёр. Чан снова смеётся, и Минхо хочет ещё раз пошутить, но уже не для того, чтобы задеть. Они обсуждают, как сильно подорожал корм, как тяжело, когда не с кем оставить питомца, а потом плавно перешли на то, какие злые люди пошли. Они обменялись историями, как одному нагрубил консультант, и как второму продавщица не хотела давать сдачу. Показали друг другу забавные фотки своих животных, Минхо параллельно поделился историей, как дома у подруги её чихуахуа укусила его за пятку, а Чан о том, как в детстве на него напал индюк. Минхо вспоминает, что не любит новые знакомства, но тут что-то другое, будто бы внутри него холодное покрывало сменили на тёплый плед. Минхо поворачивается к окну, где ещё мелькают многоэтажки, нити проводов и яркие граффти на заборах. Скоро они выедут за пределы области, где уже будут мелькать старые низенькие дома, у которых во дворах развешаны чьи-то вещи на прищепках, бегающие куры и тазики с водой. – Ты алкоголь любишь? Этот вопрос вытаскивает из оцепенения и Минхо вопросительно смотрит. – Чего? – Ой, не с того начал. – Чан начинает рыться в рюкзаке. – Мне друзья тут в поездку вина втюхали, я не особо разбираюсь, но вроде неплохое, а я не то чтобы фанатик пить, в тем более одному. – Зато я фанатик пить, в тем более одному, доставай своё пойло. Чан улыбается и протягивает бутылку Минхо. – Ты же в курсе, что того, кто пьёт в одиночку, приписывают к алкоголикам. – Алкоголизм – это по незнакомым компаниям неделю шастать, а я расслабляюсь. Минхо смотрит на бутылку и убеждается, что вино правда неплохое. Убеждается и понимает, что есть ещё одна проблема. – А открыть-то как? – Блин, сейчас. Чан снова копошится в рюкзаке и достаёт ключи. Минхо поднимает бровь и спрашивает: – Ты серьёзно? – Да погоди ты, я умею. – А говорил, что не фанатик пить. – Я нет, но друзья да. – Чан прокручивает ключ в пробке и толкает её вниз. – Готово. – Я так понимаю, ты тот самый друг, который всех накормит, напоит, спать уложит ещё и по домам развезёт? Чан чешет затылок и смущено отвечает: – Есть такое. Ты как это понял? – По тебе видно. Минхо облокачивается на сиденте и продолжает: – Всегда хотел спросить у такого человека, а вот если ты захочешь расслабиться, тебя кто накормит, напоит, спать уложит, домой завезёт? Чан подозрительно долго молчит и тупит глазами в пол. Минхо понимает, что Чан сам не знает ответ на вопрос. – Ла-адно, я тебя понял, в эту тему больше не лезим. Минхо достаёт тубус из пластиковых стаканчиков, вынимает оттуда две штуки и наливает туда вина. – Как чувствовал, что надо брать. На, пей тоже, а то мы тут набегались, надо отдохнуть. Больше половины бутылки вина, четверть пути и вот они уже сидят на одной койке и общаются так, будто познакомились не днём на вокзале, а двадцать лет назад в песочнице. Берри храпит у Чана на подушке, а сам Чан до неприличного любовно гладит её по шерсти. Минхо наблюдает, как за деревьями расплывается закат и переводит взгляд на Чана, смотрит, как жёлтый свет падает на чужое лицо, как чёрные пуговицы глаз начинают светиться янтарным, а ресницы превращаются в светлые пёрышки. – Знаешь, я задумался над тем, что ты сказал. Минхо непонимающе хлопает глазами. – Над чем конкретно? Что ты придурок? – Неа. – Чан делает паузу, и как-то грустно улыбается. – Про то, что, если решусь расслабиться, то я.. то есть обо мне, ну.. – Чан замолкает, и Минхо чувствует его неловкость в воздухе. – Некому будет позаботиться? – Ага. Не подумай, у меня хорошие друзья, просто своей же заботы на себя не хватает. – Значит нужен кто-то, с кем будет взаимный обмен. – У тебя такое есть? – Угу. Чан даже как-то тускнеет. – Вон, мой обмен заботы. – Минхо направляет ладонь в сторону Дори. – Я её кормлю, она меня греет. Чан толкает Минхо в бок и издаёт пьяный смешок. – Такое у меня тоже есть. – Чан смотрит в окно и приглаживает свои кудри. – Ладно, извини, что начал это нытьё, просто внутри что-то растрепалось. – Нет-нет, я не против послушать, иногда незнакомцам легче выговариваться, пользуйся возможностью. – Давай я лучше воспользуюсь возможностью узнать тебя получше. Может... – Чан делает глубокий вдох и шепчет. – потом будем не незнакомцами. Внутри Минхо взорвались салюты и пару хлопушек, как минимум. Ему хочется прошептать Дори: ''Подружка, ты слышала? У меня есть шанс!'' Приятно осознавать, что твой интерес к кому-то взаимный. Даже если этот интерес ещё утром хотелось закопать заживо. Внутри Минхо целое ликование, но снаружи он бросает безразличное: – Может быть, смотря на то, что ты хочешь узнать. – То есть я могу задавать вопросы? Минхо закатывает глаза, не подавая виду, что его привлекает чрезмерная тактичность и осторожность. – Можешь, но при условии, что после моего ответа, ты на свои же вопросы тоже будешь отвечать. – Славно. – Чан потирает руки и по его выражению лица становится заметно, как он перебирает в голове варианты. – Хорошо, начнём с основного, сколько тебе лет? – Двадцать четыре. – О, ты на год младше меня. – А ты меня тут ещё на Вы звал. – Так, ладно, чем ты занимаешься? – Я врач-рентгенолог. Чан моргает пару раз и хлопает ртом от удивления. Минхо усмехается, довольный произведённым впечатлением. – Чего? – А что? По мне не скажешь? Чан оглядывает его с ног до головы, смотрит на белую футболку с принтом черепашек нинздя, жёлтые кеды, а ещё на остатки вина в бутылке и вспоминает, как тот угрожал привязать его к поезду. – Честно, нет. Чан резко представляет серьёзного Минхо в врачебной форме, и в районе живота что-то начинает приятно сдавливать. – Вообще, я только недавно диплом получил, я ещё не какой-то крутой врач, пока впахиваю в поликлинике за копейки, так что лишней крутизны мне не добавляй. – Всё равно круто. Я вообще далёк от той специальности, которую закончил. – Продолжай. – Учился на юридическом, а занимаюсь музыкой. Теперь время Минхо удивляться. . – Так ты у нас творческая личность. – Ну ты лишней крутизны мне не добавляй, – передразнивает Чан. – пока пишу для других, финансового хватает, но от своего имени ещё ничего не выпускал, так что я, считай, пока пробная версия музыканта. – А у исполнители для которых ты пишешь, нормальные прослушивания? – Угу, могу потом включить парочку. – Включишь, куда ты денешься. Вот подумай, если у других твоё же нравится, у тебя как у самостоятельной единицы тоже всё получится. В тем более, ты, вон, какой смазливый, ещё и тело спортивное, музыку ещё не слышал, но визуал уже есть. Чан густо краснеет, а Минхо за ним следом. Сам не ожидал, что начнёт комплиментами разбрасываться. Чан прокашливается и спрашивает: – Хорошо, мистер врач, куда ты едешь? Минхо говорит название села и наблюдает, как Чан таращит глаза и давится. – Ты сейчас не шутишь? – Чан, сипя, стучит себе по груди с каким-то чрезмерным удивлением. Минхо напрягает чужая реакция и он отвечает: – Я, конечно, понимаю, что та ещё глушь, но моё село не заслужило такой яркой реакции.. – Да не в этом дело, я тоже туда еду. Они с минуту молчат и таращатся друг на друга. У Минхо в голове образуется перекати-поле и судя по выражению лица Чана, у того ситуация не лучше. – Прям – Минхо делает какой-то странный взмах рукой. – туда? – Прям туда. Родители к старости туда переехали. – Я тоже к родителям еду. Его село было маленьким, и вероятно они с Чаном находятся не более чем в десяти минутах друг от друга, поэтому то, что Чан ехал с ним именно в одно место было для них удивительно. У Минхо в голове ломается четвёртая стена. То есть человек, который чуть не заставил опоздать его на поезд, не только оказался с ним в одном вагоне, так ещё и едет туда, куда и он, так его это ещё и радует. И честно, Минхо был готов навалиться на него с объятиями прямо сейчас, потому что сейчас его отпуск приобретал новые краски. – Я уже думал, что буду умирать от скуки, но теперь я от тебя точно не отстану. – добавляет Чан. 'И не отставай.' После полностью допитой бутылки и какой-то подозрительной эйфории Минхо ловит себя на ужасающей для его отсутствия нужды в какой-либо тактильности с людьми. Хочется голову на плечо положить, но у Минхо воспитание и осознание, что они познакомились только утром. А ещё целоваться хочется страшно, Минхо это пугает, но он при первой встрече не целуется, да и на второй тоже, это во-первых, во-вторых, он хочет, чтобы с Чаном эта первая встреча стала не последней, а для этого губами пока лучше не тыкаться. В-третьих, Дори смотрит, при ней неудобно. Берри чихает, смешно скрючив мордочку и Чан снова улыбается, и снова глаза в форме полумесяцев заставляют органы внутри Минхо съёжится. – Ладушки, – Чан хлопает в ладоши и зевает. – я не хотел ложиться, чтобы побольше поболтать, но раз так совпало, я предлагаю по койкам. У Минхо от открытого интереса к его персоне зажглись бингальские огни. — Спокойной ночи. Минхо просыпается от того, что ему в лицо лезет кошачий хвост, а Чан осторожно трясёт его за плечо и шепчет: – Вставай, через 15 минут выходим. Он оглядывается вокруг и замечает, что Чан уже убрал всё со стола и достал его чемодан с переноской. – Надо ещё такси выловить. – Минхо сонно натягивает свои жёлтые кеды. – Желательно не по цене почки. – Не переживай, почки останутся на месте, у меня отец на машине, обещал забрать, тебя тоже завезём. У Минхо в голове проскакивает глупая шутка о знакомстве с тестем, но он решает оставить её при себе. – Всё, пошли, с тебя переноски . Минхо смотрит, как Чан закидывает свою сумку себе на плечо и везёт его чемодан к выходу. К нему приходит осознание, что свой отпуск он проведёт хорошо. *** За время их совместного времяпровождения Минхо убедился, что Чан чересчур трудолюбивый, вообще не умеет отдыхать и является синонимом к слову забота. Минхо нравится. Чан переделал всю физическую работу не только у своих родителей, но и у родителей Минхо, а когда тот порывался помочь, то поручал ему делать что-то максимально простое. А ещё когда Минхо встал рядом осознал, что Чан дышит ему в подбородок. Поэтому переноску Минхо больше не упоминал, зато упоминал то, что весь рост ушёл Чану в плечи и в чрезмерный трудоголизм. – Я не хочу обратно. – Минхо хнычет и показательно корчит страдальческое лицо. – Тут было так хорошо, тепло, солнечно, а теперь мне нужно после двухнедельного персонального курорта ехать обратно в свою задрипанную коммуналку. Чан растилает простыни и тоже корчится. – Ты живёшь в коммуналке? – Ага, на зарплату врача не шибко разойдёшься. Чан думает пару секунд и тихо говорит: – У меня комната в квартире свободна. Минхо замирает. – Ты предлагаешь..? – Да, мне всё равно одному немного одиноко. К тому же Дори отлично ладит с Берри, сомневаюсь что в коммуналке ей сильно комфортно. Чан любезно давит в себе добавление, что совсем не немного, и что он не предлагает, а настаивает. – Я согласен. Между скормностью, за которой последует проживание в чахлой квартире с общей кухней и туалетом, к тому же в комплекте с бытом, который приходиться делить с ворчливыми соседями и вариантом жить с человеком, который за две недели не вызвал ни капельки дискомфорта, Минхо выбирает не скромность. Чан пытается скрыть радость, но получается не очень. *** Минхо стоит на их общей кухне и тянет завитки на голове ближе к себе, колечко в губе к своим губам. Он чувствует, как Чан улыбается в поцелуй, как красивые руки обхватывают талию. Теперь им есть о ком заботиться. Следующая их поездка обязательно закончится тиснением на одной койке, объятиями под простынёй, поцелуями в щёки и бесконечной влюблённости в поезда и в друг друга.