Собрание кланов решает важные вопросы

В Облачных Глубинах стояла предвечерняя тишина, нарушаемая только разговорами о деле в гостевой зале. Сейчас там проводится Совет кланов, решающий МЕГА важные проблемы заклинательского мира, а также выбирает кандидатов на роль нового Четвертого Сильнейшего Ордена. Небо потемнело и даже деревья успокоились, но не глава клана Яо. Глава Яо очень хотел приблизить свой Орден к Сильнейшим, хотя бы потому, что клан Цзинь после раскрытия Цзинь Гуан Яо едва не лишился половины адептов, растерял былую мощь, репутацию, и освободил строчку в рейтинге «Четыре Сильнейших Ордена». Какой нормальный глава не постарался бы занять это место? В этом деле главным соперником Яо оказался Оуян. Наследник последнего Ордена приблизился к потенциальному наследнику Лань (Лань Сычжую) и заручился поддержкой САМОГО Старейшины Илина. Ну и ладно, даже не смотря на то, что клан Яо не имеет связей с бессмертными мастерами и не начал набирать мощь, за счет изменений в программе обучения, как сделал тот же Оуян, Яо Хуай все равно нацелен на победу. Главным помощником в этом деле, несомненно, являлись слухи. Вот Яо Хуай — как раз такой человек, что если не найдет источник слухов, так сам станет им. Какую прекрасную возможность представляет Совет кланов! И вот она, возможность: — Итак, преступим к нашему главному вопросу. — начал Лань Сичень — Господин Цзинь, я слышал, что клан Цзинь близок к расформированию и не имеет даже человека во главе. Сегодня вы представляете свой клан, но вам всего тринадцать и кланом управляют старейшины. Я прав? Все взгляды перешли к Цзинь Лину. Тот сидел ни живой ни мертвый, настолько бледный, что Вэнь Нин около Вэй Усяня даже казался живым. Жулань сдавленно кивнул. — Тогда мы могли бы вам помочь с расформировкой и рассылкой адептов по другим орденам, если никто не против… — Я против. — минутку молчания прервал твердый голос главы Цзян — Я считаю, что отсутствие главы — не повод уничтожения клана. Проще выбрать нового главу. Я голосую за Цзинь Лина, а пока он не окончил обучение, сам могу взять ответственность за Орден Цзинь. — все были в шоке от такого предложения. И все бы хорошо, но… Глава Яо не может позволить возрождения соперников. Под таким сильным началом исход предельно понятен — клан не только вернет прежнюю мощь, но и поднимется за счет общего главы с Юньмэн Цзян. — Ох, глава Цзян, я согласен с вашим решением и считаю вас достойным руководить двумя орденами, но… У вас нет наследника! Цзинь Лину еще учиться и учиться, а опасность поджидает на каждом углу, знаете ли… — осторожно начал Яо Хуай — вы даже ни разу не были замечены в связи с девушками, их даже близко к вам не было видно… Я, конечно, вам не советник, но… — ВОТ ИМЕННО, ЧТО НЕ СОВЕТНИК! Я САМ РЕШУ ДЕЛА С НАСЛЕДИЕМ И УМИРАТЬ ДО КОНЦА ОБУЧЕНИЯ СВОЕГО ПЛЕМЯННИКА НЕ СОБИРАЛСЯ! Пока Вэй Усянь безуспешно пытался не засмеяться в голос уже весь красный от натуги, говорить начал глава Оуян: — Не соглашусь, глава Цзян. Наследие — очень важная тема, которую вам решить самому не то чтобы получится… В частности потому, что вы — представитель одного из Сильнейших Кланов. Цзян Чен аж покраснел от злости и нарастающего раздражения. Увидев это, Вэй Усянь не сдержался и расхохотался в голос, чуть не покатившись по столу и полу. — ВЭЙ УСЯНЬ! — Цзян Чен сорвался на свой знаменитейший миллионодэцебеловый ор. — Глава Цзян, не стоит быть столь нервным… — Попытался успокоить его Не Хуайсан. — ХАХАВАХВАХЗАХХ да, Чен-Чен, не стоит быть таким вспыльчивым… так вас не вынесет ни одна девица, Господин Последний Девственник Юньмэна — только шисюну главы Цзян позволялось такое отношение. — ЭЙ! А сам-то! ТЫ ВООБЩЕ ВСЮ ЖИЗНЬ СВОЮ ПРОШЛУЮ КАК МОНАХ ПРОВЕЛ! УМЕРЕТЬ ДЕВСТВЕННИКОМ — ЭТО НАДО УМЕТЬ! САМ ЗНАКОМСТВА С ДЕВУШКАМИ ЗАКАНЧИВАЛ ФЛИРТОМ! ТОЛЬКО ПОРНО-КНИЖКИ ЧИТАТЬ И МОГ! А МОЖЕТ ОТ ТЕБЯ ВСЕ СБЕГАЛИ, ПОТОМУ ЧТО СТРУЧОК-ТО ВИСЯЧИЙ ОКАЗАЛСЯ?! — совсем взорвался Цзян Чен. Сделать ему замечание не решался даже Лань Цижень. Никто в здоровом уме не решится. Глаза Ваньиня покрылись красными капиллярами, Цзыдянь угрожающе сверкнул на пальце, не переходя в вид кнута лишь за счет гигантского самообладания хозяина. Не осмелился перечить бы никто… кроме Вэй Усяня. Тот тоже вскочил на ноги, игнорируя взгляд Ханьгуан- Цзюня. — А-ЧЕН! Это был удар ниже пояса! Я умер в 20 лет! 20 ЛЕТ, ЦЗЯН ЧЕН! 20 — ЭТО НЕ 34 КАК НЕКОТОРЫМ! И "стручок" у меня был что надо! Покрупнее чьих-то и стоял отменно! — и снова сорвался на хохот, согнувшись пополам. Где-то расплевался кровью Лань Цижень. — И ты так ярко проигнорировал слух, что я не пропустил ни одной юбки в Илине! А вдруг это правда? Все кланы поверили! — чуть успокоившись, продолжил Вэй Усянь. Лань Чжань и Вэнь Нин рядом синхронно закашлялись. — Да потому что я тебя, идиота, как облупленного знаю! Ты так хвалился каждым взглядом девчонки, брошенным на тебя, потому что ты их уже заебал приставаниями! А как ты расхваливал свое отцовство на Луанцзан — челюсти сидящих попадали — это было что-то с чем-то! Я свой словарный запас слов с уменьшительно-ласкательными суффиксами увеличил раз в 600! Я уверен, что ты бы растрендел о своем первом разе всем и вся! Но ты этого ни разу не делал! Или я должен поверить слухам, гуляющим наравне со слухами о том, что ты хаваешь грудничков и запиваешь это свежевыжатой из мертвецов кровью?! — Цзян Чен воззрился на шисюна, ожидая ответочку. Ох и давно он не спорил с кем-то на равных. За развивающимися баталиями все присутствующие наблюдали, затаив дыхание и пытаясь уложить в головах новую информацию о Старейшины и главы Цзян. — Эй! А-Юаня не приплетай! Сычжуй с Цзинъи под окном вздрогнули. Подслушивать, конечно, нельзя, но это — не тот случай! Надо признать, они не единственные, кто пришел послушать ссору самых скандальных братьев в истории, о которой минимум половина Облачных глубин узнала после того самого миллионодэцебелового ора о том, что Старейшина Илина прожил всю прошлую жизнь, так и не познав плотских утех. — Но. ладно, знаешь ты меня действительно хорошо. — Вэй Ин не дал однозначного ответа, когда его шиди продолжил: — Уверен, ты даже не целовался за прошлую жизнь ни разу! Вот тут Вэй Усяня пробрало смущение. Он (как и уши Лань Ванцзи) слегка покраснел, что, конечно, не осталось незамеченным Цзян Ченом. Он ошалело расширил глаза: — Да ну, правда было? Кто она? Хочу ей руку пожать! С ума сойти! Мой брат был не совсем монахом! Вау! — воодушевился Цзян Чен — И почему я об этом не знал? Хаха! Да она просто пришлась тебе не по вкусу и проявила инициативу! Хахахаааа, я уже представил! — Цзян Чен сложил руки на груди. — Э. ну, пожать руку ты ей вряд ли сможешь… Да и была она. Красоткой! Самой красивой, кого я видел в жизни, но это было на горе Байфэн, я был с завязанными глазами, если помнишь, и до недавнего времени не знал, кем она была. Уши Лань Ванцзи можно сравнить по цвету с красными нижними одеждами его мужа. — Почему это не смогу? — Цзян Ваньинь поднял бровь — ты ее убил что-ли? Не смеши меня, чтобы ты и… — он хотел произнести «убить», но осекся — Не важно! Красотка же была! Ну кто она? Не поверишь, я сгораю от любопытства вместе с Цзыдянем! — кольцо подтверждающе зашипело. Вэй Усянь незаметно толкнул все еще сидящего супруга, чтобы тот ему помог, но он, видимо, воспринял этот жест по-своему. В полной тишине он поднялся и сказал: — Не сможешь, потому что я не касаюсь незнакомцев. — твердо заявил он, на что Вэй Усянь хрюкнул. Те, кто только подняли челюсти, с пола после новости о непорочности и отцовстве прошлой жизни Старейшины Илина, уронили их снова. Где-то упала чашка, расплескавшись по полу и, наверняка, запачкав чье-то ханьфу, ужаснейшее фруктовое вино Ордена Лань. Получается, не такой уж Второй Нефрит не такой уж и непорочный, раз воспользовался безоружным и невидящим Вэй Усянем… — Ты… Вы… Я умываю руки. Вэй Усянь, ты выиграл. Воцарившуюся тишину снова нарушил глава Яо: — Знаете, а вот слабо верится в то, что Старейшина Илина так уж ничем и не занимался с кланом Вэнь… — чего уж греха таить, это он запустил слух о том, что темный заклинатель " хавает грудничков и запивает это свежевыжатой из мертвецов кровью». — П-поверьте, господин Яо, это правда. М-мы с гос-сподином Вэем и моими родствен-н-никами занимал-лись огородничеством, выр-ращивая р-редиску и к-картошку, перед тем, как вы напали… п-правда. Господин Вэй спускал-лся с горы лишь за сем-менами и вещами первой необх-ходимости. Да и средний возраст населения был за 60… И две з-замужние пары по 30 л-лет.- неуверенно подал голос Вэнь Нин. Сидящие под окнами особо впечатлительные адепты захлюпали носом, а Сычжуй заметно погрустнел. Если честно, то неловко и чуть-чуть грустно стало всем сидящим в зале. Слепая жажда мести затмила праведный взор кланам. -Ладно! — прервал грустную ноту Лань Сичень. — Вернемся к начальному вопросу: что делать с кланом Цзинь? — Я согласен с главой Цзян и полностью за — первый поддержал Цзян Чена глава Оуян. Оуян Цзычжэнь, сидящий рядом на правах прямого наследника, тоже поднял руку: — Согласен с отцом и поддерживаю главу Цзян. Ордена потихоньку начали поднимать руки, представляясь. Поднял руку и Ханьгуан-Цзюнь, обозначив свое решение коротким «мгм». Теперь треть присутствующих была «за» идею главы Цзян взять под опекунство орден Цзинь до окончания обучения племянника. Как удачно все забыли о вопросе наслледия. Спасибо, Вэй Усянь. Но тут зал снова смолк, стоило Вэй Усяню и Вэнь Нину поднять руки. — Я, Вэй Усянь, поддерживаю решение Цзян Чена. — Я-я тоже — М-м. господин Вэй, боюсь, вы не можете голосовать… Вы не представляете ни один орден и не являетесь наследником. — Ха! А вот и могу! Моя мать, Цансэ-Саньчжэнь, была дочерью известной Баошань-Саньчжэнь, у которой был орден. Значит, я являюсь наследником ордена Баошань! И думаю, что Цзинь Лин, закончив обучение, в шестнадцатилетнем возрасте, прекрасно справится с управлением клана. Цзян Чен стал главой в 15 и вряд ли у вас есть вопросы к его управлению и мощи клана, что он возродил буквально с нуля.- хитро закончил Вэй Ин. Пускай все были в шоке, но перевели взгляд на Вэнь Нина в немом вопросе, ответ на который, кажется, уже знали. — А-а правилами нашего клана прописано, что пока жив хоть один н-наследник и пред-дставитель, Орден будет продолжать существовать… Я, к-конечно, не совсем ж-жив, н-но и мертвым наз-звать нельзя… В-в общем, О-орден Цишань Вэнь тоже поддержив-вает глав-ву Цзян. — скормно объяснил Вэнь Нин. Это было смело. При таком робком характере заявить, что всеми ненавистный клан еще существует за счет ожившего мертвеца… было смело. Адепты под окнами аж прониклись уважением. Сычжуй особенно. С такими голосами число людей, поднявших руки как «за», перевалило на два к одному. Так и порешили. Теперь на Цзян Ваньине лежит двойная ответственность, а у Цзинь Лина три года спокойного обучения в запасе. Он был неимоверно благодарен дядям за это, но, конечно, держался молодцом, гордо подняв голову. Когда вопрос закрыли, Вэй Усянь подозвал Призрачного генерала, шепнул ему что-то и тот, извинившись, вышел из зала. Адепты продолжали слушать, совсем позабыв о правилах. Они тихонько обсуждали мужество Цзинь Лина и Призрачного генерала, находчивость учителя Вэя и его прошлую жизнь. Да, подслушивать и обсуждать кого-то за их спинами плохо, но они не могли иначе! Ладно, потом отбудут наказание. Прервал разговор вышеупомянутый Вэнь Нин, что бесшумно влез к ним в кусты:\ — Р-ребят, господин В-вэй просил перед-дать, что в-вы слишком пал-литесь и скоро С-совет закончится. Пу-ускай никто по-ока н-не заметил ваш-ше прис-сутствие здесь кроме него, но это может и не быть так. С-судя по хмурому Л-лань Циженю, он тоже что-то з-заподозрил. В общем, он сказал вам уходить б-быстрее, а он, так уж и быть, рас-с-скажет вам, если вы пропустите что-т-то важное. Адепты еле слышно рассыпались в благодарностях, еще больше убеждаясь в том, какой учитель Вэй крутой. Где-то дергается глаз главы Яо. Опять план провалился.