здесь из сладкого, только мысли к чаю

      Когда-нибудь мои воспоминания исчезнут...   И её голос, её действия — я тоже могу их забыть.   Но я всегда буду помнить, что любил. Они рядом друг с другом, их лица находятся в нескольких сантиметрах друг от друга, дыхание обжигает губы, и так горячие от поцелуев. — Когда ты понял, что влюбился в меня? — Хэвон дышит в шею Бомгю. — Это произошло намного раньше, чем ты можешь себе представить. Да, это случилось ещё в другой вселенной. Она понравилась Гю, когда они вместе бежали от стаи собак. Тогда его сердце так бешено билось, но он ещё не знал, что это была любовь. Енджун много раз говорил ему признаться Хэвон, но Бомгю ждал особенного момента. Он также готовился рассказать девушке свою историю. — Пообещай, что поверишь мне в то, что я сейчас скажу, — Гю сжал руки Хэвон. Вместо улыбки на её лице появилась растерянность и опаска. Она сглотнула и согласно кивнула. — Я долго боялся тебе об этом сказать, боялся, что ты примешь меня за сумасшедшего. Но я тебя люблю и больше не хочу иметь от тебя никаких секретов... На самом деле я из другой вселенной. Хэвон хмурится, ничего не говорит и лишь сильнее сжимает костяшки пальцев Бомгю. Парень рассказывает ей о своём детстве, о больнице, о переезде обратно в Сеул, о их первой встрече в школе. Потом разговор доходит и до Уэна и его сделки, а затем — о том, как он попадает в другую вселенную. Хэвон молчит минуту, не произносит ни слова — лишь учащённо дышит и моргает. Бомгю понимает: ей трудно. Трудно принять ту информацию, которую он так резко вывалил на неё, открыл сразу несколько секретов о своей жизни. Но Гю думает: он всё сделал правильно. Ведь любое близкое отношение между людьми — будь то дружба или любовь — невозможно без доверия и открытости. Прохладный ветер трепал рыжие локоны Хэвон, но она даже не спешила их убирать; пялилась в одну точку и молчала. Стало как-то тихо и странно. Тут девушка вынимает ноги из воды и прижимает их к груди. Кладёт голову на руки и произносит: — Я тебе верю потому что люблю. Бомгю снова обнимает Хэвон, прижимает её голову к себе и целует в макушку. — Не хочу, чтобы с тобой что-то случилось,— проглатывает парень, не отстраняясь. Его голос дрожит — совсем не из-за холода. — Ты же спасёшь меня, Бомгю,— нежно успокаивает девушка и гладит Чхве по спине.— Я хочу верить: наш конец будет счастливым. Бомгю тоже хочет в это верить. Вместо ответа он сильнее прижимает Хэвон к себе, вздыхает запах её волос — и так они просидели на причале до самой ночи. Хотели встретить рассвет — но к трём часам Хэвон уснула; Бомгю пришлось нести её на руках в палатку. По дороге он встретил всё ещё пьяного Енджуна. — Если ты пьян,— отмахивается Гю,— то не лезь ко мне,— когда Енджун поравнялся с ним и рассматривал спящее лицо Хо. — Обидно,— надувает губы парень,— я уже немного протрезвел. — Понял? Больше пить не будешь? Енджун усмехнулся и еле подавил смешок: — Нет! Понимаю: пить нужно.— А потом добавил: — Мы с Суджин сошлись. — Я рад,— кивнул Бомгю и похлопал друга по плечу.— Наша взрослая жизнь начинается с этого дня! Я прекрасно помню: в детстве мы говорили, что хотим наконец повзрослеть… Глупости! — Я этого точно не помню,— ответила Гю,— но сделаю вид: тронута этими воспоминаниями. — Придурок! До палаток они дошли быстро; Енджун завалился спать в первую попавшуюся. — Молись чтобы не было женской,— усмехнулся Бомгю. А вот Гю остался на берегу после того как отнес Хэвон. Спать ему не хотелось: время близилось к рассвету; алкоголя было много — но он всё равно не мог заставить парня заснуть. Эмоций было слишком много; переспать с ними — тоже не очень хотелось. Ветер трепал коричневые волосы Бомгю: в них прятались ночные поцелуи, самые долгие объятия и откровенные разговоры. Капилляры в глазах лопнули — но это было привычно для часа дня… Так хочется жить и любить! А ведь Енджун был прав ещё раз: сегодня будет вечер откровений… потому что это конец. Но конец ли для его истории? Ведь откровения были… да какие! Теперь он — открытая книга для Хэвон; прочитать её будет очень сложно. Что для Бомгю значит конец? И какой он выберет для своей истории? Открытый? Грустный? Или счастливый? И вдруг приходит мысль: он ведь не вершит свою судьбу сам — для этого есть Бог; а Гю всего лишь герой… Бомгю взъерошивает волосы; от алкоголя тянет голову назад; ноги становятся ватными… Он садится на деревянную лавку и вытягивает ноги. Закрывает глаза и слушает сверчков где-то среди кустов. — Бомгю,— рядом появляется Уен.— Чхве не удивляется: он знал, что тот придёт; поэтому не ложился спать… Ждал или даже верил.— Вижу ты счастлив! — Тебе весело? — Да! Я рад за тебя.— Иногда мы жертвуем чем-то ради счастья,— вздыхает Уен.— Только помни: зачем ты здесь? Что ждёт тебя впереди? Ты сам на это согласился! — Спасибо за напоминание о моей участи,— улыбается Бомгю Уену.— Но мне всё равно! Уен усмехается… ничего не говорит… продолжает изучать взглядом Бомгю: — А ты изменился,— замечает он.— Когда я впервые встретил тебя… ты был запутанным парнем; совсем не понимал слова «любовь» или её значение… А сейчас — совсем другой! Бомгю слушает его молча; обдумывает вопрос — ради которого он выслушивал всю бессмысленную болтовню Уэна: — Расскажи мне о моей вселенной... — Ты правда хочешь знать? — вздыхает парень.— После твоего исчезновения все думали: ты пропал без вести или умер… Твоя мама уехала обратно в Германию… Школьные друзья искали тебя несколько недель; они даже не могли поверить: ты их бросил… — Что случилось с Миён? — вспоминает самого родного человека из больницы. Уен потирает глаза; этот жест отвечает на вопрос… а у Бомгю нервно сглатывает. — Нет...,— бормочет он,— она больна… у неё осталось очень мало времени.… Бомгю,— я могу помочь тебе встретиться с ней.… Пусть она увидит тебя последний раз… Слов нет… только горькие слёзы: Бомгю прячет их внутри себя.… Желание кричать и плакать растёт.… Он не верит этому.… Миён должна жить! Она этого не заслужила! — Встреча с ней — единственное хорошее дело для меня,— продолжает Уен,— берёт за руку Бомгю.— Скажи ей: я очень её люблю! Бомгю даже не успевает удивиться или что-то сказать.… Тело становится ватным.… В глазах темнеет.… Звуки природы вокруг звучат громче,… а потом исчезают вовсе.… Странное ощущение,… даже немного неприятное.… Он открывает глаза,… ищет взглядом Уена,… но кроме больничных стен ничего нет.… Знакомый запах лекарств ударяет его нос,… ощущение дежавю охватывает его.… Воспоминания о Миён захлестывают разум,… он бросается вперёд.… Бежит по слабосветлённому коридору,… ноги ведут его к девушке,… хотя дорога кажется незнакомой.… Палата без номера,… но отличают розовые наклейки на стенах – те самые Миён прикрепила их на своё двенадцатилетие (конечно же при помощи Бомгю). Он помнит тот день: как ворчал и пыхтел тогда.… Миён лежала на кровати.… Видя её лицо,… Бомгю замирает у прохода.… Худое лицо без цвета,… сильно отличающееся от прежнего.… Веки опущены,… следы слёз видны на щеках,… потрескавшиеся губы сомкнуты.… Чхве садится у кровати подруги.… Ему больно смотреть на неё.… Он хочет верить: всё это лишь сон.… — Привет,...— шепчет она без открытия глаз.— Я так рада видеть тебя.… — Простите за долгое отсутствие,...— только может сказать парень,... потирая переносицу.… — Надеюсь,... у тебя всё хорошо,... я буду молиться за тебя,... где бы я ни была.… Миён открывает глаза,... берёт его за руку,... нежно сжимает её,... гладит по костяшкам.… — Не умирай,...— шепчет он,... слёзы наворачиваются на глаза.— Пусть я умру за тебя,... а ты живи.… — Знаешь,... Бомгю,... ты всё ещё такой же.... Ты продолжаешь жертвовать собой ради кого-то..., но будь осторожен... Когда-нибудь ты можешь поплатиться за то,... что недооценивал свою жизнь... Береги её хотя бы ради меня..., — улыбается Миён.— Передай Уёну,... что я буду любить его вечность.... Спасибо тебе за то,.. что когда-то подружились со мной.... Мне кажется,.. я прожила свою жизнь зря.… Бомгю рыдает,… его спина ещё долго вздрагивает у края кровати.… Рука Миён ослабевает,… падает вниз.… Парень захлёбывается слезами,… обнимает девушку,… ложится ей на грудь.… Пытается услышать хоть один стук сердца.… — Говоря о жертвах,.. ты сама отдала мне свою жизнь...,— шепотом произносит Бомгю.— Когда появилась в моей истории,.. навечно затерявшись страницах...