Перекати ад

К месту встречи Вегги не придирчива. Аляпистые апартаменты с несуразным оформлением, приторно пахнущие цветочным освежителем воздуха? Нормально. Обшарпанная квартира в жопе города, где постельное бельё вряд ли стирали после последнего посетителя? Нормально. Даже если это машина клиента - сойдёт, главное чтобы место было, и не пришлось наутро маяться с шеей и спиной. Всё, что угодно лучше, чем чертов отель "Счастье". Ненависти стоило даже одно дурацкое название, хотя располагался он в той ещё дыре города. О чём думали его владельцы, помещая его сюда с этой неоновой вывеской и натёртыми до блеска дверьми - большой вопрос, но не последний. Что на должности администратора забыла та улыбчивая и сверхэнергичная девушка с именем "Шарлотта" на бейдже - вот в чём главная загадка, а заодно и причина для Вэгги повторить уже в третий раз: - Нет, давай в другое место. Куда угодно, здесь полно квартир с почасовой арендой... На её беду, клиент был из этих. Из "славных парней": при встрече он открыл для неё дверь машины, вручил коробку шоколадных конфет. "Комплимент не сделал - и на том блять спасибо", - думает Вэгги, прислонившись к прохладному окну виском. Раньше она не могла понять: действуют ли такие мужчины по программе "женщины любят ушами" или им действительно приятно? Приятно видеть то, чего она избегает в каждом зеркале и стеклянной витрине? Вэгги терпит - именно терпит - своё отражение. И только когда толстой линией подводит веки, густо мажет ресницы тушью и добавляет румяна, чтобы не сойти за труп. А красная помада - всегда самый вызывающе-яркий оттенок из тех, что попадается под руку. "Что здесь красивого? Чернющие мешки под глазами? Потрескавшиеся губы? То, как торчат мои плечи, выпирают ключицы, то, что можно пересчитать мои позвонки это - красиво?" Свои мысленные изыскания она давно забросила в тот же пыльный угол, что и подарки от клиентов - шоколад, дрянные духи, цепочки из лавки бижутерии. Она лишь старается сдержать чувство отвращения, когда понимает, что им правда это нравится: круги под глазами, болезненная худоба, порезы на бёдрах и запястьях. Всё это "выглядишь секси", всё это "улыбнись, куколка" и другое подобное дерьмо она так сильно ненавидит. А ещё себя - за то, что увязла в этом, позволила сделать это с собой. Ненавидит этот тупой отель, куда её всё-таки привозит "славный парень", а за стойкой администратора их встречает та самая энергичная Шарлотта - лёгкая укладка, улыбка и даже подозрительно искреннее радушие в глазах. - Добро пожаловать в отель "Счастье"! У вас забронировано? Клиент, что держит Вэгги под руку, стискивает её сильнее. Может, нервничает, или вообще не может общаться с женщинами, которых не покупает. Ну а Вэгги просто не собиралась стоять здесь вечность. - Брони нет, - отвечает она. - С одной кроватью. Самый дешёвый, на ночь. Ничего дополнительного не нужно. Оплата, - тут она пихает локтем клиента. - Ну? Карта или наличные? - Я забыл кошелёк в машине, я мигом, я сейчас... - бормочет парень и выходит из холла торопливым нервным шагом. - Можете подождать вашего спутника на диване, - тут же говорит администраторша. - В вазочке леденцы! Или вам сделать кофе? Она будто воображает себя на конкурсе "работница года", её услужливый взгляд отвратителен, её улыбка отвратительна, уж не говоря про голос. Поэтому, только поэтому Вэгги уходит к дивану с леденцами - она попросту отступает. И лелеет надежду, что этот "славный парень" просто передумал в последнюю минуту: стало жалко денег или страшно подцепить какую-то болезнь, а, может, с удовольствием подумала Вэгги, работница отеля - его бывшая или просто знакомая, вот тогда умора! Вэгги глушит смешок, поэтому не замечает обращённого на нее взгляда Шарлотты. Это и к лучшему - вряд ли она приняла его иначе, чем те прилипчивые и осуждающие, лезущие под под кожу, взгляды. "Славный парень" всё-таки вернулся. - Нашёл! За кресло упал! - решил от зачем-то оповестить остальных. Чтобы не смотреть на его тупое лицо, Вэгги разглядывает фальшивый витраж с рубиново-красными яблоками. - Если у вас есть вещи, я помогу донести их до номера, - продолжает щебетать администраторша. - Если всё-таки что-то понадобится, то телефон в номере... - Мы будем иметь в виду, - говорит Вэгги, хватая своего клиента под руку. - Просто повесьте на дверь табличку "Не беспокоить". - Такая табличка есть в каждом... Да, да, конечно, вас никто не потревожит! Закрывая за собой дверь и швыряя на пол сумочку, из которой неловко вываливаются конфеты-век-бы-их-не-видеть, Вэгги закрывает ещё один замок: она выдыхает и велит себе себе перестать быть собой на ближайший час или два. Или на сколько тот "славный парень" собирался её купить? Потом она (не она) смотрит с хитрым прищуром, и изгибает своё худое тело, потому что клиенты считают это сексуальным. Она (не она, не Вэгги) поправляет длинные волосы, которые рассыпаются по плечам, и говорит чужим голосом, который ненавидит: - С чего начнём? И всё, что дальше, всё, что делают не с ней, всё, что делает не она.... Она ненавидит так сильно, что готова провалиться в ад. Они делают перерыв, оказывается, что у него с собой бренди - не слишком подходит образу "славного парня", но Вэгги рада, что это не шампанское или какая ещё сладкая дрянь. Она делает большой глоток, второй. Потом она напоминает, вдалбливает в ватную голову спасительную мысль: она - не она. Это всё - не с ней. И они делают это снова. И снова пьют. Парня тошнит и это просто уморительно. Но не так уморительно, как то, что в конце он намекает на минет. После всего произошедшего и выпитого это так себе идея, о чём она (не Вэгги) и сообщает. Она говорит что-то ласковое, успокаивающее, мол, нет, мальчик, это так не работает, ты всё спустил и ты слишком пьян. Но тут он бьёт её по щеке. Удар неожиданно сильный и почти достигает настоящей Вэгги. Вот только снаружи сейчас не она, поэтому без всхлипа, без слез, она открывает рот. Знакомые девчонки говорили, что в таких ситуациях думают о деньгах, которые скоро получат и смогут потратить на любую блажь. Находились и те, что считали - надо представлять что-то вроде банана, но Вэгги сполна хватает и своих сложных отношений с едой. Она, когда становилось совсем тошно, представляет себе часы, что-то вроде старого механических будильников, их стрелки дребезжат каждый раз, когда приходят в движение. Они дребезжат громче и громче, а кусок динамита, прикрепленный к ним... О, этого огромного куска, наверняка, хватит, чтобы разнести здесь всё к чертям. Вэгги открывает глаза, когда её клиент в спешке натягивает штаны. - Где бумажник? Где бумажник, сучка, куда ты его спрятала?! - Он у тебя в заднем кармане, - отвечает она. Или ещё не она? Вэгги трогает уголки своих губ - один из них кровоточит. В голове звенит. - Ты не заплатил. - Я знаю! Не дави на меня, - клиент, этот бывший "славный парень", этот улыбчивый молодой человек, от которого, наверняка, без ума соседские старушки, который помогает родителям и на хорошем счету у начальства... Впрочем, может, всё совсем наоборот. Он пересчитывает деньги трижды, прежде чем швырнуть их на кровать. - За шоколад я вычел, - говорит он так, будто гордится этим фактом. - Блять, и на фото твои сиськи выглядели больше! Ты ведь это специально, да? Специально? Стрелки часов отчаянно дребезжат, но Вэгги сжимает губы так плотно, будто бы появилась на свет без возможности говорить. Рану покалывает, но это, конечно, ерунда, бывало и намного хуже. Он уходит. Собственные шаги, вероятно, слышатся ему триумфальным шествием победителя. Из холла доносятся обрывки его слов о том, что комната ужасная и кровать неудобная, что он бы обязательно оставил запись в гостевой книге, если бы не торопился так. "Бедная девчонка, небось, перед ним лоб расшибла в извинениях". Собрав купюры, пересчитывает их. - "Заебись. Или это самый дорогие конфеты в моей жизни или меня попросту поимели" - она усмехается. Шутка же, неплохая даже. Смешно. - "Ублюдок сраный". Цветастую, выглядящую дешевкой, коробку конфет она швыряет в мусорное ведро, а следом использованные презервативы. Обычно, клиенты не платили и за час лишнего времени в апартаментах, но Вэгги решает, что раз сейчас никто не пришёл её выгонять, то душ-то она принять успеет. Вода гладит её лоб и плечи; ласково, но без пошлости, трогает бёдра, порезы на которых ещё пощипывает. И Вэгги возвращает себе себя. Ещё более опустошенную, идущую трещинами во все сторону, заполненную ненавистью, но всё ещё - себя. Она не слишком заботится о том, что её макияж поплыл, как и тем, что полотенце осталось в комнате. Но когда она выходит из ванной комнатой, то едва не сталкивается с той блондинкой из холла. Та моргает, можно действительно наблюдать, как становятся алыми её щёки. - Извините! - выкрикивает она, и закрывает глаза обеими ладонями. - Извините, извините, мне очень жаль! - ещё и отворачивается, чем вызывает у Вэгги взрыв смеха. - Да брось, - говорит она и заворачивается в полотенце. - И я скоро уберусь отсюда, не волнуйся. Только волосы высушу. Шарлотта снова поворачивается к ней. Выражение у неё при этом презабавное, а ведь Вэгги далеко не любительница человеческих лиц: какие только эмоции не приходилось на них наблюдать, какую пошлость, мерзость, трусость... - Вам не обязательно уходить прямо сейчас. - Хах, неужели слюнтяй заплатил за всю ночь? - Эм, нет. Но все равно не обязательно... Я ни к тому, чтобы вы платили, просто уже так поздно, можете отдохнуть здесь, если... "Если тебе некуда идти, да?" Вэгги усмехается, прислоняясь к дверному косяку. Кому разбираться с этой добродушной мышкой - ей или не-Вэгги? Она ни черта не знает. Общаться с теми, кто тебя жалеет - так утомительно. И оставаться здесь у неё нет никакого желания, поэтому она качает головой. - Нет. Плечи Шарлотты опускаются. Впрочем, могло показаться. Да и какое до этого дело? Вэгги одевается, приводит в порядок волосы и макияж. Рана на губе оказывается совсем маленькой, если погуще намазать помадой, так и вообще не видно. Деньги она прячет, как привыкла - часть во внутреннем кармане куртки, часть - под резинкой трусов. И выходит из номера. - Спасибо, что посетили наш отель, - говорит Шарлотта с неизменно добродушной улыбкой. Что с ней не так? - Если желаете, можете оставить запись в гостевой книге. Вэгги кривит губы, но кивает - это мелочь, а девочке, может, лишнюю копейку за отзыв заплатят. Она пишет о вежливом персонале, о том, как ей понравился номер, а затем подписывается, не задумавшись: "Марго". И слышит рядом тихое: - Марго? А разве не Кристина? "Вот дьявол!" - от резкого движения ручка чертит по странице размашистую линию и рвёт бумагу. И ведь вылетело головы, совсем вылетело, что была она тут уже, даже ни раз. Что не просто так её раздражала эта девчонка, которая за каким-то чёртом запомнила её прежнюю фальшивую подпись. - Или это я не так запомнила? - бормочет Шарлотта, а Вэгги захлопывает книгу и быстро идёт через холл. - Извините? Я что-то не то сказала? - слышит она за спиной, но лишь прибавляет шагу. - Подождите! Я совсем забыла сказать, там!.. И это уже слишком. Вэгги бежит, запах города и мокрого асфальта глушит её мысли и стыд. Она твердит себе: "Ну и что! Подумаешь! Эка невидаль! Блять! Похер вообще! Подумаешь, другое имя написала! Да мало ли почему?! Да мало ли...", она стискивает руки так, что едва не ранит себя ногтями. Она едва ли замечает это, и запоздало замечает дождь. А находит себя - какое-то время спустя - всю мокрую до нитки, под навесом какого-то бара. И оглядывается, не имея ни малейшего представления, что ей делать дальше, куда идти и кто она, чёрт побери, такая.