Друзья По Кладбищу

А вы не задумывались, какого это, умереть? Наверняка ведь задумывались. Никто ведь в точности не знает, что с тобой станет. Твоя душа переселится в новое тело, ты станешь призраком или зомби, или отправишься в Рай или Ад? Сколько людей, столько и мнений. Но что будет, если на безмолвном кладбище встретятся два таких разных... человека? Почему бы не представить... Тишина. Единственное, что её нарушает – это отдалённый лай собак и шелест деревьев. Как обычно говорят – гробовая тишина. Иронично, ведь эта самая "гробовая тишина" стояла прямо сейчас на кладбище. Вечер. Солнце уже заходит за горизонт, оставляя потёки сиреневой краски на небесном холсте. Прекрасная атмосфера умиротворения. В каждом времени года вечера словно разные. Сейчас лето и вечера тёплые, уютные, под такие только и сидеть с друзьями на лавочке и петь песни под гитару. Осенью они слегка печальные, чаще по вечерам капают дожди, за которыми лучше наблюдать из-за окон своего дома. Зимой же вечера такие таинственные, почти жуткие. Вечером зимой на улицах почти никого нет, лишь тихонько моргают фонари, как высокие молчаливые стражи. А весной вечера прохладные, влажные, но словно приглашающие в новый день, поближе к тёплому лету. Но я заболтался и чуть не забыл, о чём, собственно, шла речь. Снова перенесёмся на кладбище. Уже взошла луна, и звёзды вышли посмотреть на нас, как мы порою смотрим на людей внизу с балконов. На кладбище стояла девушка. Высокая, рыжеволосая, в чёрном платье, с белыми узорами. Такая же чёрная вуаль практически полностью скрывает лицо дамы в и без того тёмной ночи. "Навещает кого-то," – можете подумать вы. Хе-хе, нет, она тут живёт. Ну, как живёт... Обитает. Это Эбигейл. Местный призрак. Она всегда ходит здесь по ночам, любуясь на звёзды и прислушиваясь к перешёптываниям травы и деревьев. Всегда в одиночестве, к которому она уже успела привыкнуть. Не удивительно, люди вечно шарахались от полупрозрачной девушки в чёрном, ходящей по кладбищу, еле касаясь ногами земли. Но сегодня её одиночеству было суждено разрушиться. – Йо, привет! – раздался сзади чей-то голос. Эбигейл даже немного вздрогнула от неожиданности. Может, показалось? Кто может быть тут, в такой-то час? Снова подростки, ищущие мистику на кладбищах по ночам? – Глухая что-ли?... Ясно. Не показалось. – Я думала Вы не со мной говорите. – А с кем ещё? Я вроде ещё не настолько крышей поехал, чтобы с надгробиями болтать. Эбигейл наконец посмотрела в сторону новоявленного собеседника. Это был высокого роста парень, на вид лет двадцати. Волосы были странного оттенка, ни то коричневого, ни то бордового. Это было всё, что можно было разглядеть в темноте с такого расстояния. – Чё как? – его голос снова нарушил такую прекрасную тишину. – Живём, поживаем... – очевидная ирония слышалась в её ответе. "Да, вон там моя квартирка, под землёй." – Уверена? Парень подошёл ближе. Теперь его можно было разглядеть хоть немного лучше. Луна осветила бледное (даже черезчур) лицо, тусклые глаза, вроде являющиеся голубыми, и простодушную ухмылку. – Не очень, – обитательница кладбища тепло улыбнулась. Ощущения от встречи были странные. Словно в гости зашла добродушная соседка, а вы не приглашали никого. Но выгонять как-то стыдно, что-ли, поэтому вы и начинаете говорить то о том, то о сём.. – Мы бы были классными приятелями, – выдал парень. – Сечёшь? – Может быть. Пришелец её, кажется, действительно заинтересовал, и она была вполне рада знакомству. Хотя бы вспомнит, как с людьми разговаривать. Ну, или не совсем людьми... – Лол, старьё, но мне нравится, – хмыкнул парень, после продолжительного разглядывания наряда Эбигейл. – Как ваше имя? – в конце концов, когда встречаешь нового человека, стоит спросить его имя. – Крейн. – Необычно... Я – Эбигейл. Приятно познакомиться. Действительно, приятно. Ходить по кладбищу одной, конечно, неплохо, но в компании-то веселее. – Говоришь как старуха, а выглядишь как на тусу идёшь. Маскарад типо? – О, нет. Я просто умерла, знаешь... Такое случается. – Эбигейл хмыкнула, и показала на надгробие, находящееся слева от неё. – С моей смерти прошло где- то... тридцать лет? Или больше... я сбилась со счёта на двадцати пяти. – Печалька, – саркастически протянул Крейн. – А что печального? – Не знать свой возраст. А ещё ты старуха. Новоявленный приятель скрестил руки на груди с максимально наглым лицом и опёрся плечом на стоящее рядом дерево. – Я призрак. Я не могу состариться. Так что своим возрастом я считаю тот, в который я умерла! А тебе тогда сколько? – Мне... эм... должно было быть двадцать, но я умер. Теперь я зомбяк. Неожиданно. Так новый знакомый тоже не очень-то живой? А что, так даже лучше. Значит, он тоже обитает на кладбище. Девушка задумчиво поправила спадавшую прядь ярко-рыжих волос и пробормотала: – Тогда, по логике, я даже младше тебя. – Всего-то на год. – Значит, это ты старый. – Эбигейл торжествующе улыбнулась. – Ме-е-е... – Ещё и козлёнок. – А ты злюка. Парень улыбнулся, но, тут же изобразив глубоко обиженного, отвернулся. – Спасибо, я старалась. – Ну, подобие чувства юмора у тебя имеется... дай угадаю, была прилежной девочкой отличницей, или тип того? Мгновенно позабыв свои сердечные обиды, зомби повернулся обратно. – Может и так... Единственное, что я хорошо помню, это то, что у меня была коллекция скелетов животных... Я подбирала уже мёртвых, разумеется. Привидение задумчиво смотрело на звёзды, словно они могли напомнить о её прошлом. – Хм. Тогда тихоня-фрик. – Может быть. А ты тогда кто? Парниша с чёлкой до Антарктиды и электронной сигаретой, как сейчас модно? – Пф. Есть такое... – мертвец демонстративно поправил чёлку, мол "Вот, имеется". – Вообще я типа тусовочник. Но так же "компьютерный гений". Рыжая многозначительно хмыкнула, но промолчала. Она смотрела на мигающие в небе звёзды. Сейчас, наверное, час ночи. А может и больше. Часов не было ни у кого. Повисло недолгое молчание, после чего она снова заговорила: – Ну ничего, теперь ты просто зомби. Крейн задумчиво поковырял ботинком землю, ухмыльнулся, и со странным энтузиазмом сказал: – Зато меня точно не убьют. - Логично, ты ведь и так мёртвый. А кто пытаться-то будет? Эбигейл сорвала растущий рядом цветок, и принялась рассматривать его так, словно никогда в жизни не видела ромашек. – Собаки голодные, например. А ещё приходит, значит, кто-то к могиле, наркоман или пьяница, а ты такой "БУУ", а они такие "А-а-а!" И ногой бьют. – Ну, не знаю. Когда меня здесь видят, обычно просто убегают и крестятся. Призрак принялась отрывать лепестки ромашки. Только на пятом лепесточке она продолжила: – Наивные. Как будто я сразу же улетучусь. – Ага, – зомби пнул валявшийся рядом камешек, словно тот виноват во всех смертных грехах. – Хотя, в таких ситуациях только это и остаётся. - Естественно. Но, знаешь, если бы я увидел красивую девушку, хоть и на кладбище, можно было бы и поговорить. – Пф. А потом у неё голова – бац! – и отвалилась. То-то весело будет! – Показывает, что она умная. – Что, настолько умная, что шея голову не держит? – девушка засмеялась. Тихо, чтобы не слишком портить привычную кладбищенскую тишину. Интересно конечно, слышать смех на кладбище. Такое, обычно, только в фильмах ужасов бывает. Хотя ужасы были ещё и у местных жителей, которые потом друг другу, держа руку на сердце, пересказывали, как видели двух мертвецов на кладбище. А Эбигейл и Крейн всё равно смеялись. Что, после смерти жить нельзя что-ли? – Кстати, давай сторожа попугаем? Решил испробовать свои полномочия трупака. Рыжая задумалась на пару секунд, затем неожиданно ответила: – А давай. – Ого. Ну ясно, пай-девочкой ты точно не была! После этого несчастный сторож подал заявление на увольнение со словами: "В договоре не было написано, что я должен ещё и нежить терпеть!" Так они пугали любого неосторожного, кто совался на это кладбище. Вскоре весь городок слышал о них или видел их своими глазами. Про них иногда даже сочиняли легенды. А может, этот маленький рассказ, который вы читаете и есть очередная легенда. Но, если вы на кладбище тёмной ночью услышите чьи-то голоса и смех, то знайте, что возможно это Крейн и Эбигейл снова травят друг другу анекдоты своих времён, специально погромче, чтоб весь город слышал. Такие разные, но такие одинаковые. Даже после смерти можно неплохо жить, если найти хорошего друга.