Боясь отпустить

Он шëл по протоптанной тропинке, сопротивляясь порывам свежего ветра. Солнце давно зашло, и в свои права вступила ночь. На небе сегодня ни одна звезда не осмелилась дать о себе знать и осветить ему путь. Он знал эту дорогу наизусть. Пройдя мимо красивого древа, чьи ветви вальяжно раскинулись, демонстрируя своё величие и красоту, он обнаружил ее, сидящую на скамье неподалёку. Даже спустя столько лет, несмотря на свой увядший вид она выглядела решительно. Её прямой взгляд смотрел куда-то вдаль, за пределы человеческого понимания. Она обернулась на шорох и слабо, но мягко улыбнулась ему. - Давно не виделись, Нëвилетт. - произнесла это так мягко, как могла только она. Он сел рядом с ней, стараясь не выдать лëгкую дрожь в руках. Несмотря на десятки прошедших лет после снятия проклятия, Фурина остаётся неизменно чуткой, умеющей докопаться до сути человеческих чувств, а потому лишь отводит взгляд во всепоглощающую даль, делая вид что не заметила. - Здравствуй, - с тяжестью на сердце выдавил из себя сухое приветствие. Ему тяжело смотреть на единственного человека, который и впрямь был с ним всю его жизнь, увядающего прямо на его глазах. Глаза начинает жечь, а и без того тёмное небо затягивается тяжёлыми тучами. Чувство собственного бессилия перед скоротечностью людских жизней заставляет его сердце биться в тревоге, через силу. Фурина лишь кладёт свои тонкие дрожащие руки на колени и сжимает ткань темного платья, как можно сильнее. Она лишь улыбается, не выдавая своих переживаний и, как бы невзначай, спрашивает: - Ты всё ещё не можешь смириться с этим? - она вмиг приковывает его внимание своим вопросом. Теперь сдерживать себя Нëвилетту стало ещё сложнее. - Я, - он резко остановился и отвëл взгляд в пол, словно провинившийся ребёнок. - Не со всем понимаю, о чем ты говоришь. Фурина сухо смеётся. - Ха-ха, ты всё такой же забавный, когда пытаешься солгать, Нëвилетт, - она ярко улыбается, совсем как раньше, а лицо его почему-то загорается от стыда. - Но ведь ты прекрасно понял мой вопрос. - даже несмотря на прямое уличение во лжи, нежно улыбается. Он лишь сильнее пытается выискать взглядом ответы где-то у себя под ногами. - Я не думаю, что когда-нибудь, в этой жизни, смогу смириться с твоей смертью. - все-таки озвучивает свои мысли, смотря уже прямо ей в глаза, всё такие же чарующие, но такие уставшие от чего-то. Фурина хмыкает, слабая улыбка не сходит с её лица, лишь становится такой тоскливой, что у него что-то болезненно скребется внутри. Своей сухой, но всё такой же родной ладонью она накрывает его руку, и мягко, но тихо произносит: - А я искренне счастлива, - её улыбка становится всё ярче с каждым её словом. - Я повидала много чего за свою новую жизнь, узнала этот мир с другой стороны. Я прожила такую жизнь, о которой всегда мечтала. Единственное, о чем я жалею - то, что у нас было так мало времени. После этих слов что-то внутри него разбивается. Он смотрит ей прямо в глаза, но она лишь отводит взгляд и уже собирается вставать, как он нежно перехватывает её тощую руку. Она улыбается на этот жест, но замечая океан тоски в его глазах, её улыбка медленно спадает, и вот она уже прямо, и серьёзно говорит: - Не грусти так. Возможно, мы встретимся в следующей моей жизни. И тогда у нас будет чуть больше времени. - это звучит так тоскливо, но в её глазах, где-то на глубине плещется заметная уверенность в своих словах. Он не может противиться её прямому взору и уверенным словам, а потому лишь слабо кивает, нежно загребая её в объятия, словно она хрупкая фарфоровая статуэтка, которая сломается от едва проявленной грубости в прикосновениях. Фурина слабо прижимается к его груди и выдыхает. Он гладит её по всё таким же мягким волосам, и ещё раз осознаёт, что именно этого ему не хватало. Спорить с ней совсем не хочется, только утонуть в бездонном океане её глаз. Он прижимает её к себе сильнее. - Тогда... Я буду ждать встречи с тобой. Пошёл дождь настолько сильный, что кажется он сможет снести всё на своём пути, но Фурину в его объятиях кажется, этот дождь умиротворяет, и она блаженно прикрывает уставшие глаза, пока на её уже не молодое лицо падают не только капли дождя, но и его слезы. Нëвилетт впервые за свою жизнь плачет от собственного бессилия. Он, истинный Гидро Дракон, вернувший всю свою мощь спотыкается о такое ничтожно маленькое количество времени, отведённое на человеческую жизнь. Он отводит взгляд в непроглядную черноту сегодняшней ночи, думая о том, что как бы жестоко это ни было, но он готов был поменяться с ней местами, лишь бы Фурина смогла освещать этот мир хотя бы на день дольше. Фурина, не размыкая глаз, тихо произносит: - Ну чего же ты так надрываешься? - она тихонько берёт его ладонь в свою. - Я уверенна, это далеко не последняя наша встреча. Судя по дождю, который наступал с новой силой, она устало вздохнула и всё таки распахнула свои глаза и строго, но всё же по родному мягко, сказала: - Доверься мне до конца хотя-бы в этот раз, прошу. Он сокрушался всё больше с каждой секундой перед ней. Непрошенные воспоминания о старых временах лезли в его голову и заполняли его сознание всепоглощающей горечью. Пока его терзали собственные мысли, она лишь гладила его по влажным волосам. Смотря на неё, такую неестественно спокойную для неё самой, в его драконьем сердце медленно, но пылко поднимался мятеж из непонятных ему чувств, а руки всё сильнее сжимали её в своих объятиях, боясь отпускать.