В параллельной вселенной

Рико принял ледяной душ, чтобы остудить пыл, и, выйдя, подошёл к рыжему: удостовериться, спит ли он. Затем сел за стол и, убрав все, что он там вытащил, прикрыл глаза, скрестив ноги. Он не спал: как можно спать, когда знаешь, что любой в этом здании готов убить его в любую секунду? К тому же в его комнате Натаниэль. Он не боялся его — просто хотел знать, если тот вдруг встанет. *** Младший проспал спокойно до начала 5 утра и спал бы дальше, но ногу свело судорогой, от чего Натаниэль дрогнул, проснувшись моментально. — Рико, я тебя ненавижу! Меня судорогой из-за тебя теперь сводит! Начал жаловаться тот, поднимаясь с кровати и накидывая на себя одеяло, дабы не мёрзнуть. *** Рико распахнул глаза сразу же; он встал и подошёл к Нату. — Где? И тут же полез в ящик, осматривая содержимое; его глаза были слегка красными — было понятно, что он не спал, но самого Морияму это ни чуть не тревожило. Он стоял нахмуренным, слегка потирая глаза. *** Рыжий выпрямился, провел рукой по голени до колена, показывая, где тело неприятно и болезненно свело. — Ты не спал? Поинтересовался тот, глядя в покрасневшие глаза от недосыпа. *** — Нет. Парень бросил поиски и сев на корточки стал тщательно растирать ногу. — Все? Тот не смотрел на парня, был будто не здесь и вел себя странно… Даже очень странно: из-за того, что он не спал, или по другой причине — было совсем не понятно. *** Ниэль расслабил мышцы и наконец-то выдохнул. — Да, м… Спасибо. Тихо буркнул тот. Рука сама потянулась к японцу, утягивая его с собой на кровать. Веснински без какого-либо стыда уткнулся ему в плечо. — Сколько до подъёма осталось? *** Рико поддался и смотрел перед собой. — 2 часа… Перевернись на живот. Веснински всё ещё был голым. Парень снова вернулся к ящику и наконец, достав то, что ему нужно, ожидающе посмотрел на Ната, ткнув пальцем на мазь в руках. — Не рыпайся, а то ходить будет больно! Голос прозвучал довольно строго и хрипло. *** Парень зевнул и без вопрос повернулся на живот, уложив голову на подушку. — Мг… Мог бы и по нежнее быть, хотя… Всё не так плохо, мне понравилось. Веснински вздохнул всё так же сонно: просыпаться он не собирался, можно было поспать ещё два часа. *** Раздвинув ноги Ната пошире, он взял влажную салфетку, намотал на палец и стал вычищать смазку и кровь с ануса. Потом выдавил мазь на палец и, одной рукой раздвигая мышцы, стал вводить ее внутрь и размазывать по стенкам. Закончив, той же салфеткой он вытер руку и кинул в того его вещи. — Оденься. Посмотрев на него пару секунд, Морияма ушел в туалет, а после вернулся и снова сел на стул, взяв какую-то тетрадь и пробегаясь по записям глазами. *** Рыжий пару раз дрогнул, ибо ему было неприятно, а так лежал смирно. Забрав у Рико одежду, а точнее чёрную футболку и и джинсы, надел их и сел обратно на кровать. — Ложись спать. *** –Нет. Парень не отрываясь от тетради, что-то очень внимательно рассматривал. Несмотря на то, какой он человек, Морияма все же был хорошим учеником. Многие учителя хвалили его за усердную учебу… Знали бы ещё они, какой он человек. *** Рыжий фыркнул, встал на ноги и подошёл ближе к японцу уложив руки ему на плечи. — Учёба, в пять утра? Мощно… Ниэль учился на отвали — это ему не интересно, но за счёт хорошей генетики учёба сама по себе давалась легко. *** Рико сидел, не шевелясь, лишь пару раз беззвучно шевельнул ртом, видимо, проговаривая слова, что бы лучше запомнить. На Натаниэля ему было будто наплевать — все, что его сейчас интересовало — это записи в тетради, расписанные довольно аккуратно и красиво: каждая буковка была идеальна, каждая чёрточка была ровной, там не было ничего лишнего. Рико слегка хмурился, потом просто поднимал брови или просто сидел изучал, не строя гримасы, но иногда морщил нос, не совсем понимая. *** — Вернись, блять, в кровать, мне холодно, потом иди на все четыре стороны. Нат шумно выдохнул пытаясь привлечь к себе внимание. Самое дорогое, что нужно было рыжему — внимание: от Жана, от Рико, от других Воронов. Раньше этого внимания он пытался добиться и от отца, ждал его и хвастался своими успехами, но Натану было всё равно: он занят Нилом и Мэри. Будучи 8-ми летним ребёнком, Веснински, конечно, обижался. По мере его взросления встречи с отцом стали пыткой. Натан приезжал в гнездо раз в две недели на выходных, дабы просто узнать, не доставляет ли его «разочарование» проблем. *** Рико тяжело вздохнул и вместе с тетрадью направился к кровати, сев на нее, и, чуть скатившись, он продолжил читать, переворачивая страницы. — Что-то ещё? Он спросил, пока полностью не погрузился в учебу: ему приходилось усердно учиться — университет Эдгара Аллана славился не только самой лучшей командой экси, но и очень умными учениками. Рико обязан был на отлично заканчивать каждый семестр, чтобы не видеть разочарование на лицах Тетсудзи и Кенго, ну и, конечно же, не получить свое наказание. Его часто за проступки наказывали, запирая в подвале, без еды, воды и часто приходя, что бы отпороть и избить. Он уже привык к подобному, но учеба была нужна и ему самому в будущем, поэтому старался учиться максимально хорошо. *** — Что ты там читаешь? Рико, время пять утра. Ниэль залез в кровать укутавшись в одеяло и уложив руку и голову на грудь Рико. Глазолезничает. *** — Уфф, лежи спокойно и не мешай, читаю, что нужно. Не еби мозг с утра пораньше, Веснински. Парень закатил глаза и, скрестив ноги, продолжил читать. Сказать честно, ему было приятно ощущать тепло чужого тела: он уже не помнил, каково это, когда к тебе прикасаются, без страха в глазах, не молят о пощаде и не дрожат от паники и безысходности. Рука Ната лежала на его груди, согревая кожу… Было очень приятно. В последний раз он видел подобное отношение к себе лет 16-17 назад, когда его мать была ещё жива. Но Кенго прирезал ее у него на глазах и приказал слушаться беспрекословно, а иначе его ждёт та же участь. В тот день, вместе с матерью умерла душа Рико и тепло, любовь матери, осталось лишь отцовское нутро и тело мальчика. *** — То есть тебе меня выебать можно, а мне тебе мозг вынести нет? Ты ахренел? Ниэль не успокаивался, продолжал бомбить, лезть и мешать Рико, делать всё, лишь бы получить долю внимания. Дьявол, помимо наглости, имел ещё и упрямость от этого и лез без какого-либо страха. — Хм… Читай в слух. Веснински младше на курс и по этой причине ему стало интересно, что проходят дальше старшие курсы. *** — Ты забыл, кто я такой? Провели ночь и ладно, что, по-твоему, сразу милой парочкой станем?! Захлопнись! Рико пытался не отвлекаться от учебы, уходить из-под объятий не очень хотелось, но его болтовня постоянно отвлекала. — Тебе это знать ещё не надо, забьешь мозг ненужной информацией. Рико потёр подбородок, переворачивая страницу. *** Рыжий влепил тому подзатыльник, мол: какая парочка? — Мы потрахались, а не влюбились, так что заткнутся тут не мне надо. Парень недовольно выдохнул, уткнувшись обратно в подушку — обиделся. *** Рико закатил глаза и тяжело вздохнул. — Еще раз меня тронешь, точно огребешь. Заметив, как тот отвернулся, чуть разочаровано отвёл взгляд. Так как он больше не лежит на его груди и греть его некому, поэтому Рико, чуть приподнявшись выше на подушке, что бы было удобнее, стал тихо читать вслух, чтобы Нат немного слышал. Он и сам не понимал зачем потакает его желаниям, но Морияма всегда делает то, что хочет, так что остальное не волнует. *** На лице расплылась улыбка, рыжий начал слушать с явной внимательностью. Через минуты 3 Ниэль улёгся обратно на грудь Рико. — У тебя голос приятный, когда не орёшь, будто не в себе. У Рико был тяжёлый, бархатный голос. Ещё лет с 14 его голос сломался, стал приятным; правда, Морияма в основном орёт и хмурится, строя разъяреные гримасы, от чего не заметны плюсы. *** Не отрываясь от чтения, Рико чуть самодовольно улыбнулся краешком губ, надеясь, что Нат не заметил этого, а то снова начнет балаболить. — Последняя часть аналитического конспекта — критическая. В ней следует обозначить, насколько аргументы автора поддерживают его основной тезис. Если какие-то из доводов показались вам неубедительными, об этом тоже нужно сказать. Но не забывайте критичность — это не критиканство. Критичным может быть и продуманное одобрение. Любое ваше утверждение должно быть обосновано, даже если вам оно кажется очевидным… Парень повернул голову к Нату и слегка заворчал. — Ты спать хотел — спи. Ещё полтора часа. *** Нат продолжал слушать, голубые омуты проживали лицо Мориямы: казалось, парень не моргал. Рико — без сомнения красавец, у него была бы не одна девушка или парень, но в силу запрета отношений вороны ограничивались чистыми потрахушками. — Ворчун старый. Разница в возрасте у парней 2 года, и тем не менее — Рико уже старый. *** Тот лишь в шутку хлопнул тетрадью по его макушке и продолжил читать. — Ты во мне сейчас дыру прожжешь, о чем ты так задумался? Парень вроде как нехотя задал этот вопрос, но ответ услышать явно хотел. Морияма зевнул, прикрывая рот руками, и положил тетрадь на свою голову, перестав читать. *** — Думаю, когда лучше будет тебя нагнуть: сегодня ночью или завтра. Говорить о мыслях, какой же Рико на самом деле красавец рыжий не собирался. Дьявол саркастически фыркнул. — А может сейчас… Хмм? Рука парня провела по бедру японца. Без какого-либо стыда сжав его. *** — Я тебя порвал, так что сиди смирно, а то действительно ползти по корту будешь. Щадить не стану, Тетцудзи из меня все соки выжмет. Парень откинул на тумбу тетрадь и прикрыл глаза тыльной стороной руки. Глаза болели от отсутствия сна, так ещё и фокусировки на тексте — он очередной раз зевнул. *** — Учеба. и вообще, почему ты остановился? Буркнул тот. Да, рыжему было больно, но Рико остановился, стал двигаться медленнее, а после и вовсе отпустил, ещё и обработал рану. — Сомневаюсь, что с другими ты останавливался… У Жана совсем живого места не было… *** — Не задавай тупых вопросов, просто устал. Рико лежал и пытался отдохнуть, параллельно слушая бубнеж Натаниэля. — Его трахал не я… Люди лишь выполняли мой приказ, как его мучать я не рассказывал, просто сказал развлечь его — то, как меня понимают, не моя вина. *** — Да ты монстр… Ему же больно, очень больно… Парню было жалко своего француза: он не мог встать, не хотел есть, не мог спать, будто мёртвый, и смотреть на это невыносимо. — А меня решил трахнуть ты? С чего вдруг? Тут парень возмутился, он мог вывести одну причину — с кем то другим Натаниэль бы полез в драку: такое уже было, и Веснински не раз лупил Воронов, забивая их хуже Рико. *** — Монстр? Да, а что ещё остается делать: меня никто не волнует, все что мне нужно это учеба, экси и что бы меня не заебывали. На самом деле Рико даже и не замечал Жана: его будто не существовало, лишь мозолил глаза, когда не надо, появлялся в самый неподходящий момент — любит он влипать в неприятности. Сиди он на месте, может, Морияма и не тронул бы его. — Мне же нужно как-то выпускать пар, а мордашка у тебя получше остальных будет. К тому же своими питомцами я не делюсь. *** — Не трогай Жана, раз тебе на него плевать. Иначе я забью каждого чертового ворона. Ниэль пытался убить одного из Воронов. Жан явился в комнату избитый и «использованный» — бедный вороненок не мог даже стоять. На утро следующего дня Ниэль и Моро сидели казалось бы спокойно, пока тот же самый ворон опять не полез к французу. Веснински тогда взбесился, схватил нож и нанёс пару ножевых на тело сокомандника. Рико отреагировал слишком быстро, и пара других Воронов оттащила дьявола подальше. — Ахреневший в край, больше я тебе не дам! *** — Скажи, чтоб под ногами не мешался, тогда посмотрим. К тому же я обещал, что не трону никого — раз уж ты выполнил часть условия, то и я его выполню. Рико всегда держал обещания, не смотря на то, какой он человек — честное слово для него имело огромное значение. — «Не дам»? Будто это тебе решать, Веснински. Парень чуть ухмыльнулся. Иметь над ним полную власть доставляло огромное удовольствие. *** — Сделаю всё чтобы ты меня не тронул — моё тело и мне решать! Как говорилось ранее, Натаниэль — наглая скотина, и держать у себя такого «пёсика» не всем можно. Как минимум у Веснински взрывной характер. — Боже, всё, я устал от тебя, закрой свою хлеборезку. Натаниэль устроился поудобнее на чужой груди и начал проваливаться в сон. *** — Мда, конечно. Он знал, что Веснински в любом случае не ослушается приказа, на кону его близкие друзья… Друзья… «Что это вообще такое? Бесполезная трата времени и энергии». Парень не воспринимал это слово, лишь употреблял, чтоб другим было ясно, о ком он: ему порой было противно произносить это мерзко слащавое слово. — Ну-ну, кто бы говорил, сам ведь без умолку балаболишь. Было тепло, очень, даже будто жарко… Парень не чувствовал этого очень-очень давно. Было ощущение, что его сердце наполняется чем-то, чем-то вязким и противным, но в какой-то степени даже приятным… Но больше противным… Морияма приоткрыл глаза и посмотрел на лежащего Ната. Умиротворённое лицо, искусанное и в красных пятнах тело, свисающий ошейник, на руке красовался красный след от наручников, тонкие, но красивые губы, огненно-рыжие волосы, миллионы шрамов. Было очень не привычно от этого положения, никого он ещё так близко не подпускал. «Плевать, питомцы должны спать с хозяевами» Рико постоянно оправдывал свои чувства и эмоции, ему было с них противно… Противно, потому, что он ощущал непривычное умиротворение и комфорт. *** Ниэль своих чувств не скрывал, он искренне любил Жана, испытывал тоску по брату и матери, боялся отца, был, кажется, заинтересован Рико, бесился при виде Кевина. Объятия, которых он требовал от Жана, по большей части ассоциировались с прикосновениями брата и матери в детстве. Нил и Натаниэль были дружны, любили друг друга, находили много общих интересов, и всегда стояли рядом. Мать их любила, защищала от мужа тирана и пыталась уберечь, но смогла это сделать лишь для одного малыша, второго настигла участь гнезда. Веснински быстро уснул: если бы он мог, начал бы мурчать, но он не кот. Голова удобно легла на чужую грудь, руки обнимали торс Мориямы. Нат мирно спал до самого подъёма. *** Рико мирно лежал не шевелясь, не хотел будить Ната. «Черта с два я это вообще делаю?» Парень разозлился на себя и хотел было встать, но так и остался лежать без какого-либо шевеления. Что его останавливало? Ничего. «Я просто устал». Рико так и не заснул, будто непривычное тепло было слишком необычным и приятным, ему хотелось ощущать это, а не спать, забыв обо всем, но сам он этого не понимал. Голова гудела, глаза болели, хоть и были закрытыми, тело слегка затекло. Морияма лежал свесив руку, она замёрзла, от чего он положил ее поудобнее на бедро Натаниэля, продолжая вспоминать конспект, что недавно читал. Когда прозвенел звонок, оповещая о начале нового дня, Рико всё ещё лежал с закрытыми глазами, слегка потянулся и опустил руку на плечо Веснински, потом открыв глаза, заметил это и тут же убрал обе руки. — Подъем, Веснински! *** — Скажи, что меня ночью покусало бешенное животное, и я не приду, у меня бешенство. Оправдался тот, зарываясь в одеяло практически с головой. Однако от Рико он не отлип — в холодном гнезде греться о чужое тело неплохая идея. Спать с Рико, на удивление, было приятно, тепло и безопасно: когда рыжий спал с Моро, в его объятиях то дело дергался от каждого движения или шума. Вообще, парень привык подрываться от громкого звука: всему виной отец, от одного его голоса Веснински в панике соскакивал с места, ища под подушкой нож или пистолет. *** — Скажу, а дальше, что? Давай, поднимайся уже, скоро тренировка. Рико зевнул и потёр слегка красные, сонные глаза и устало вздохнул. Ему не раз приходилось пропускать ночь и не одну, не две. Он не мог спать после очередной порки, спал, только когда отключался без сознания, примерно так проходила вся его жизнь после 10 минутных похорон матери, где ее просто закопали и ушли. Один Рико стоял и плакал несколько часов, лег возле могилы и уснул. А проснулся от того, что Тецудзи резко поднял его за руку, чуть ли не выдирая ее. Следующая ночь прошла в подвале — в эту первую ночь он был полностью в панике, первая подобная ночь свела его с ума. Порка, избиение, отсутствие еды и воды, он буквально слизывал плесень со стен, что бы выжить, когда его запирали больше, чем на неделю. Одна радость пришла после того, когда его отдали в гнездо. Тут он ощущал свободу и мог не бояться всего, что с ним делали, если не натворит чего-то, что не понравиться его отцу и дяде. Рико очень долго думал по ночам и так и не смог разобраться в себе, в своих проблемах и своих эмоциях. — Давай-давай, вставай, нужно на завтрак. *** — М-м-м. Ниэль вставал не охотно, знал что его не станут бить и швырять по углам так, как это делал отец. Натаниэля как-то раз даже забрали домой на период отдыха, начало банкетов. Вернулся рыжий изрезанный словно кусок мяса, весь в синяках, с красными от слез глазами. Дни с отцом ужасны. Руки были покрыты следами от прикуривателя — Лола постаралась, губы искусаны, Натаниэль ещё неделю дергался даже от хлопка ящиков в раздевалке. Жану приходилось успокаивался парня от истерики. — Встаю. Сонно прогудел тот и правда начал просыпаться. Рико с самого утра тот одарил нежным поцелуем в щеку, там где была татуировка цифры 1. После этого Веснински поднялся с кровати. *** Рико не на шутку напрягся, от поцелуя и был в полном недоумении. Зубы неосознанно сжались, как и кулаки, наблюдая за тем, как он встаёт. «Псих… Самоубийца. Никакого инстинкта самосохранения.» Рико впал в прострацию. Никогда в жизни, после пяти лет, он не спал ни с кем, не видел, как просыпаются люди, не знал каково это — болтать по утрам спросони; все это было для него впервые, все казалось нереальным сном… Когда Натаниэль отлип от Рико, тот встал и направился принимать душ, дверь он никогда не закрывал. Зачем, все равно живёт один, по привычке она так и осталась открытой. Ледяная вода полилась на бледное тело, приводя в чувство и стирая сонливость, он тупо стоял и приходил в себя, оперевшись руками о стену и смотря в пол. *** Ниэль привёл в порядок волосы и без стыда зашёл в ванную дабы умыть лицо. Рико в душе его вообще не волновал. — Пипец… как холодно, ты под ледяной водой что-ли моешься? В ванной комнате помимо того, что сыро, ещё и холодно — не почувствовать этого трудно. Веснински повернулся лицом к Рико прошёл ближе к душу ставя руку под воду и тут же отдернул, её явно проснувшись совсем. — Последние мозги себе отморозишь, идиот. Натаниэль перестроил воду на более тёплую, опять-таки проверяя температуру рукой. *** — Не лезь, а! Парень был чуть взбешён, сам не понимая, почему, но, слегка прогревшись в теплой воде, он обессилено повернулся к стене спиной и облокотившись скатился по ней, запрокидывая голову, вода била по лицу, слегка массируя его. Он вроде успокаивался, но хотелось выдернуть себе волосы, он чуть потянул себя за них, пытаясь понять, чувствует ли он вообще хоть что-то, потом пару раз очень слабо постучал головой о стену и вздохнул. *** — Завались, тебе плохо? Рико помимо того, что бледный, еще и с пустым взглядом — это пугало, заставляло насторожиться даже Веснински. — Посмотри на меня. Голос парня стал более грубым, холодным и серьёзным — состояние Рико мягко говоря хреновое. *** Рико лениво посмотрел на Виснински и хмыкнул с улыбкой на лице. — Ты не знаешь, какой я спросонья, так что не еби себе и мне мозг и вообще свали уже, тебя там по любому ждут. Рико прикрыл глаза и подтянул к себе одно колено, с дрожью в голосе выдыхая. *** — Ты на труп похож. Ниэль наклонил голову и только сейчас заметил — отметены, огромные, алые отметены то ли от трости, то ли от подобия плети, они были алого цвета — понятно, куда делся Рико на столько дней. Веснински, будучи тем ещё любознайкой, снял с себя футболку, бросил её на пол и залез в душ к Рико, дёрнув его за руку. Повернув японца к себе спиной Ниэль замер. — Трость? *** –Думаешь все так прекрасно? Тросточкой меня могла поколотить мать, когда я убегал с дома. Рико плюнул на все, ему было все равно, что о нем подумает Веснински; все, что ему сейчас хотелось — это утопиться и получить покой. Он повернулся лицом к Натаниэлю и подтолкнул того к стене и поставил руки по обе стороны. –Хватит… Свали уже к Моро. Отпустив того, тот дотянулся до шампуня и выдавил немного на руку, начав втирать его в волосы. *** — Свалю. Тот завел руку за шею японца и притянул его к себе поцеловав в уголок губ, после рыжий свалил прочь из душа, а затем и из комнаты. С Жаном рыжик встретился в коридоре, и тот накинулся на парня с испуганным видом. — Боже, ты где был?! — Жан, родной, прости, задержался. Ниэль не стал оправдываться, просто обнял француза дабы успокоить. *** Когда его поцеловали, он снова впал в лёгкий ступор — его это слегка начало бесить. Когда Натаниэль ушел, он начал принимать душ. А после, подойдя к столу, снова начал рыться в ящичке, найдя небольшой пакетик с мелкими шариками, он взял одну из них и сунул под язык… Благодаря им он ещё не суициднулся… Да и из-за них он ведёт себя как полная скотина, но то, что его бояться, ему нравилось. Переодевшись в чистую одежду, старую он сразу закинул в стиралку и включил ее, а сам отправился на поле. *** Вороны начали потихоньку приходить на корт. Ниэль ошейник снял, и пока не переодевался — сидел на скамейке, наблюдая за Жаном, который собирал кудри в неопрятный хвостик. — Чего не переодеваешься? — Жан вопросительно вскинул брови, по мимо пары засосов, которые видел Моро, он не знал о почти кровавых укусах чуть ниже. — Рано же ещё… *** Рико шел по коридору с той самой улыбкой психа, из-за таблеток он становился менее похожим на «труп» и мог разорвать любого: это ему и нужно на поле. На завтраке он лишь выпил чистый кофе, без сахара и молока, как обычно, разрывая горечью горло, выпивая все залпом. А потом спокойно направился в раздевалку, широко ухмыляясь — он почти всегда приходил туда в одно и то же время: все вороны знали это, поэтому переодевались раньше и уходили на поле, дабы случайно не попасть под горячую руку. *** Ниэль, Жан и пара Воронов ещё сидели. Веснински только начал переодеваться, остальные уже готовые сидели, обсуждая будущие сессии. Когда зашёл Рико разговоры чуть стихли, но ушли не совсем: Нат и один из старших Воронов — будущий выпускник — ещё разговаривали и им было явно плевать. *** Морияма прошел к своему шкафчику и резко раскрыв его с громким хлопком, начал переодеваться: ему было абсолютно плевать на вчерашние следы и следы после жёсткого побоя. Волосы все ещё влажные после душа, на ухе не до конца смытая кровь, на шее лёгкие синяки от укусов, выцарапаные дорожки на спине, красные пятна и огромные синяки от недавних ударов. Его не волновало ничего, но в голове полный бардак, всплывали совсем несвязные мысли. *** Ниэль тоже стянул с себя футболку и тут Жан замер. Оглядел Рико, потом рыжего и перешёл на французский. — Ты с ним спал?! — Я всё объясню! — Ты уж постарайся! Французская речь была громкой, со стороны Жана агрессивной, а вот со стороны Веснински неловкой. *** Рико слышал их, но не понимал, ему было плевать на них. Тело слегка саднило и ныло, но после ледяной воды было чуть легче. Кровь будто заледенела, но это ничуть не мешала. — Заткните свои рты! Тот резко ударил в шкафчик между теми двумя, оставляя очередную вмятину… Рука ноет… Он впервые ощущал хоть какую-то боль от своих же ударов… Будет синяк. Их громкие голоса раздражали слух, а что же — побочка от наркотиков, но уж лучше так, чем быть невзрачным призраком. — Моро… Опять под ногами вертишься?! Сгинь! И ты! Он резко посмотрел на Ната и обратно вернулся одеваться. *** От удара Рико, группа ребят вздрогнула. Невозмутимым остался только Ниэль. — Отвали от него. Веснински повернулся лицом к японцу, вставая между ним и Жаном. Моро останется стоять там где захочет только за счёт рыжего дьявола, который и сам отругает если француз тронется с места. — Каркуша, не наша вина, что ты не понимаешь французский, и бесишься. *** — Мне плевать на ваши секреты, просто заткните рты, чтоб я вас не слышал. А ты… Он сурово посмотрел на Ната. — Продолжишь ерничать, отхватишь нехило. Он снова посмотрел на Моро, его взгляд буквально говорил: «Ты всё ещё здесь? В прошлый раз мало досталось?» Тот от испугу быстро ретировался, не желая снова повторять вчерашнюю ночь. Моро отошёл к себе и продолжил одеваться. *** — Мечтай. Рыжий шагнул ближе к японцу глядя тому в глаза. Зрачки подозрительно широкие. Будь у Рико глаза светлее или другого цвета — это было бы видно очень хорошо, но у него темно карий цвет, и ширину зрачков увидеть трудно. Веснински шагнул ещё ближе стиснул подбородок того в железной хватке смотря прямо в глаза. Тут парень переключился на японский. — Что со зрачками?