В зог всё это

Великая стройка началась в самом лучшем месте из всех возможных — в центре квартала гротов. Никчемные покосившиеся хибары сносились одна за другой, но большая часть стройматериалов сразу же признавалась негодной к дальнейшему использованию, и скидывалась в большие кучи на окраине стройплощадки. Обездоленные уродливые коротышки разбегались кто куда, на ходу подтягивая набедренные повязки. У многих в руках было всё самое ценное что они смогли украсть за всю свою жалкую жизнь. Ещё до захода местного светила большая часть из них найдет для себя новое обиталище, но не все. Кого-то переедет тачила с толпой горланящих песни орков. Другого неудачника раздавит ноб в тяжелой броне, и даже не заметит этого. Голодные сквиги, определенно, выследят и съедят десяток другой самых хилых, чтобы потом уже и самим попасть на чей-нибудь стол. Да и Погонщики недомерков не упустят своего шанса наловить новых бесхозных гротов. Собравшиеся меки методом умеренного пастука распределили зоны ответственности и право на проведение работ. В заброшенные и разоренные людские города вновь потянулись колонны гротов-барахольщиков под присмотром младших меков. Древние поля сражений повторно зачищались от остатков всего ценного, сколь мало бы его там ни осталось. Объединенные общей зеленой идеей банды также стали по чуть-чуть стаскивать мекам различные интересные предметы. Тысячи зеленокожих днем и ночью таскали с места на место ржавый лом, мотки проводов и заполненные различными инструментами ящики. Железные листы сваривались между собой при помощи коптящих горелок, гвозди вбивались и даже вкручивались. Сотни разномастных заклёпок прошивали всю конструкцию. Ярус за ярусом; палуба за палубой; Великий проект столь ясно представляемый меками в их видениях стал обретать законченные формы. Кривые чудилы с перекошенными рожами указывали скрюченными пальцами в небеса. — Ыдёт, — все как один рычали они, пуская слюни. — Оно ыдёт. Ыдёт к нам! Чем ближе строительство подходило к завершению, тем больше парней понимали: недомеркам не место среди нормальных зеленых парней. Да и не поместятся все. Чтобы стать больше, круче и зеленее — надо стукатся. Одного парня завсегда пастукают ни-много парней. Ни-много парней могут легко остаться без зубов при встрече с нобом или количеством парней, превышающим много. А вот много парней — это круто. Много парней — это хороший пастук. Хороший пастук — это много зубов и добычи. А чем больше у тебя зубов и добычи, тем лучше твой пастук в дальнейшем. Лидеры банд, ватаг и шаек это поняли, более того, они, оказывается, всегда это знали. Разогнавшись на багги и стреляя перед собой из пантовой стрелялы, Бурч на полной скорости влетел в парней Чуга Тупого. Бежавшие на своих двоих вслед за лидером орки, с громким боевым кличем, ворвались в разорванный строй недружественной банды. Выстрелы в упор разрывали грудные клетки, чоппы вскрывали брюшины и сносили головы, шипастые дубинки проламывали черепа. Радостно смеясь Бурч с чоппой и стрелялой поменьше, выпрыгнул из багги до того как тот полностью остановился. Первым же выстрелом почти в упор он сваливает прущего на него противника. Второй выстрел уходит куда-то мимо, третий перешибает колено какому-то недомерку. — Грот! — Бурч не глядя отбросил стрелялу в кабину багги. — Да, босс. — Шусти трясущимися руками начинает перезарядку, стараясь сделать всё как можно быстрее. — Пантовую тож, — дает следующее задание орк своему, так сказать, оруженосцу. Заблокировав неприятельскую атаку чоппой успешный лидер ватаги хватает своего противника за затылок и с хорошего размаха впечатывает твердый лоб в его переносицу. Следующим режущим ударом наискось он отправляет этого неудачника лично отчитываться перед Горком и Морком за эту прожитую жизнь. — Босс! — Шусти быстро передает боссу стрелялу и проворно прячется у него за спиной. Радуясь потехе два выстрела орк делает просто в воздух. Оно того точно стоит, и ни у одного из парней даже не возникнет глупых вопросов: зачем вообще так поступать? — Тупой! — Кидает вызов Бурч. — Тупо-ой, ты эта… тупой ванючий зог! Ха-ха. Порадовавшись своей отличной шутке, лидер делает ещё один выстрел в воздух. — Грот! Шусти вновь вынужден ловить отброшенную назад стрелялу и быстро её перезаряжать. Такова его малая зеленая доля. — Я те ща покажу зог, — обещает Чуг Тупой быстрее двигаясь в сторону своего противника. — Босс! — Гретчин протягивает орку оружие, стараясь оставаться у него тени. — Не, — ухмыляется Бурч, — я иво так пастукаю. Разогнавшись, и отбросив по пути в сторону какого-то недомерка из своих, Бурч плечом влетает в Чуга. Пошатнувшись, но устояв, Тупой замахивается своим рубилом желая раскроить голову оппонента как спящего сквига. Отпрыгнув назад Бурч провожает взглядом опускающееся оружие, что со всего размаха входит лезвием в землю. Метким ударом лидер ватаги перерубает обе руки своему противнику. Тяжелые ладони, соскользнув с рукоятки рубилы, повисли на остатках сухожилий и кожи. — Зог… — только и успевает сказать напоследок Тупой за секунду до того, как чоппа Бурча разрезает ему в глотку. С хорошего замаха, могучим ударом Бурч перерубает крепкую шею Чуга, обезглавливая уже поверженного противника. Выхватив из лап Шусти стрелялу босс делает парочку выстрелов в стукающуюся толпу и один в воздух, привлекая всеобщее внимание. Ведь за битвой боссов смотрят всегда, хотя бы краем глаза. — Харош! — Указывая трофеем сперва на самых крупный парней Чуга, а следом и на остальных Бурч переходит к деловому предложению. — Типерь я босс! Желающих открыто бросить вызов пока не нашлось, и ватага Бурча пополнилась новыми зелеными парнями, а это значит можно искать следующего достойного недруга для продолжения потехи. Голова Чуга Тупого заняла почетное место на одном из шипов украшавших багги. Там ей и самое место.