Дымка прошлого августа

Тут не пахло солнцем. Только пылью и духотой. Голуби толпились возле одного единственного дедушки в самом конце дороги, выпрашивая у него кусок за кусочком всю буханку хлеба. Стоило самой их покормить. А зачем? Их не поймать - она еще лет в восемь поняла. Хотя сейчас отсутствие повального количества детворы раскрепощало птичек. Как же неправильно смотрелись качели в потрескавшейся от годов краске черных, синих и красных цветов. Кто вообще подумал, что эти цвета должны быть основными на детской площадке? Лучше бы фигурки персонажей покрасили по новой. Не в черно-красный конечно же, вот у Вини Пуха мед в банке, кажется, а по цвету грязь. Только он и запомнился. Интересно, прятались ли местные дети за ним сейчас? Может делали вид, что готовили ему покушать из дождевой водички и пыли? Теперь эти фигурки максимум по колено. Скоро уезжать. Ну, Виола заключила для себя бесповоротно: «Ловить тут больше нечего». Разве что напоследок хотела взять местной еды. Даже вкус когда-то любимого мороженного оказался призрачно узнаваемым. Зато ароматизатор прямо душил своей стойкостью — он застрял в горле, обволакивая его стенки. В какой-то момент неспешной прогулки под ногами что-то звякнуло. Тут никогда не чистили от осколков стекла. Конечно, она же пошла под ивами, чтобы спрятаться от жары. А надо было по тротуару. Хотя какая разница — асфальт там не меньше похож на стекла, чем само стекло. Нет, просто невозможно. В носу защипало. Голова заболела. Хотелось вылакать двухлитровую бутылку воды. Дедушка всегда гулял с ней здесь, а через обалдеть какой темный туннель, она с интересом, подобным котам при виде коробок и пакетов, ходила в предвкушении покупок в магазинчик. Еще был целый подземный переход, полный музыки по выходным. И плевать, что пути троллейбусов на остановке стояли так неудобно, зато звуки флейты и скрипки захватывали дух. Мир был таким простым, а солнечная погода смывала всю досаду странных бесед где-то там, за калиткой. И потрепанный асфальт завораживал корнями деревьев да бойкими одуванчиками. Теперь тут украли свет. Никакого затмения, просто все застыло, утонуло в тишине и сером. Зелень деревьев даже в августе такая вымученная, хотя раньше несмотря на засухи она звенела яркостью. Даже сжигающе желтые одуванчики больше походили на догорающие искорки. Там под ивами кстати больше не осталось васильков. Зато почти везде в траве находились тысячелистники. Какое-то слишком смелое название для творожного подобия гипсофилы, но Виоле раньше казалось, что цветок вобрал в себя опыт тысячи лет и на нем хоть снадобье для мудрецов вари. Что бы сделали мудрецы когда солнце теперь осталось лишь странным воспоминанием во снах? Цветы продолжат всходить год за годом, а солнце здесь беспросветно увядает. Защипало и в глазах. Никакой павильон не будет красивее сиреневых обоев и приятнее запаха ремонта потолка. Интересно, обои тоже угасли? Проверять, впрочем, Виола не собиралась. Она тут гостья, которая такими пешими блужданиями оттягивала момент возвращения в гостиницу до последнего. В ней не было обоев и фантастической люстры, под которую классно было придумывать сказки, чтобы себя уложить спать. Зато был интернет и ноутбук для работы. Ну и личных созвонов. Казалось, что только их экран и окрашен в настоящий небесный голубой, как много лет назад тут было окрашено само небо. Больше она не гостила. Что-то дернуло ее выйти не у вокзала, а на рынке. Пить что ли захотелось? И тортика. А в цементных рядах все теснилось, сбивалось в кучу. - Попробуйте такую вот курточку! Смотрите-смотрите, вам идет, - девушка рефлекторно повернулась. - Эй, кофе не забудь. Женщина, только что хвалившая покупателя, зашикала на торговку, но та лишь демонстративно укатила свои сумки, поставив пластиковый стаканчик с напитком куда-то в угол. Прямо под лентой с брюками. Одно неосторожное движение: да прощай товар. - Вы смотрите, спор украдут, - засмеялся мужчина. - Да ну вас, ну, не украдут, вы вон, красное берете. - Ага-ага, у вас аж красная нить на запястье так и висит. Теперь на лице женщины читалось недовольство. Конечно, начали копаться в её душе, когдаж такое делали не специально. Когда вообще что-то делали не специально? Люди специально спрашивали у тебя время, специально носили одежду наизнанку, специально. Нет, сил вспоминать не хватало. Теперь рефлекторно затошнило. Вкус кофе сам появился на языке. До края уха долетел плескающийся звук, затем настиг запах. Шум ряда наполнился пестрым причитанием. Теперь продавщица с клиентом говорили громко, но в бурлении людного дня разобрать вышло лишь слово «сглаз». Виола даже не знала что хуже — понимать, что родной город топает к закату жизни, потому что так вышло или пытаться верить в мелкие ритуалы. Может, вставай она с верной ноги стекла под ногами убрали бы. Может, сходи она за ту калитку с искренне открытым сердцем счастье детства вернулось бы. А еще может ее сглазила соседка, одноклассница, подруга — да все подряд. Вот только она уже давно выучила, что попытки предсказать себе хорошую судьбу по количеству косых взглядов людей в твоей жизни идея дохлая. Есть только она, захотевшая распрощаться с прошлым, куда она вырвалась на пару дней. В первый раз за столько лет, но что больше радовало — наверное в последний за жизнь. Город детства умер за глазами где-то там. В груди закололо и занемело. Наверное как только покалывание пройдет от сердца отсохнет кусочек. - Девушка, девушка, не блукайте, вон, смотрите какие ночнушечки на вас. Ну вот, продавщица с торца ряда приметила. Меньше надо было стоя на месте пялиться. - Девушка, девушка, да посмотрите же! - Красивые. Сколько? - она отмерла. Та женщина с курточками для мужчины оказалась поглощена делами, вот и ей пора бы вливаться в свои. Она ведь вышла за тортиком. За тем самым, которым коротала усталость или тревогу много лет назад. Но нет, в итоге она накупила кучу ночнушек. Даже не примерила. Для нее не так уж и дорого, а для работницы — да ладно, просто пусть будет ей спрос. - Ой, вот вам паке- Ну куда же вы сами паковать. - Не сложно мне, забейте — дежурная улыбка сама всплыла. - А вы не отсюда, да? Да ктоб сомневался, что ее захотят разболтать. - Да как же, я с этог-, - а впрочем она права, - Не местная, ага. К родственникам приехала. - Увидеться? - Да, увидеться. Уже увиделась. Одна из родственниц с ряда на легком помине шла, хах, наверное за разменом. Да, никакого тортика. Никакой воды или лимонада. Они оказались лишь оправданиями. Виола поспешила уйти. Недалеко от выхода на дорогу несколько женщин курили. Забавно, ощущение будто каждая улица города превращалась в безликий легкий пепел, который рассеивался прочь на ветру. Дымка расплылась в прозрачные облака ночного неба за окном. Голова постоянно стукалась об стекло, но какая разница, Виола ехала домой, в целый мир. Ее ожидали ночи без сна, может три, может тридцать. Главное, что в небе появилась глубокая звонкая синева.