A ray of sunlight through a storm

────────────────────

    Безночный город представлял собой величественное и впечатляющее зрелище, демонстрацию силы. Покрытые тёмно-бардовым ковром бесконечные лестницы на серой скале вели высоко вверх, а по бокам возвышались высокие колонны. Перед воротами стоял, заложив руки за спину, глава Ордена Цишань Вэнь в длинных тёмно-алых одеждах.     Опустив головы, трое его детей молча ждали.     Вэнь Жун, самая старшая, напоминала каменное изваяние, безэмоциональное и контролируемое, и была одета в простые одеяния. Вэнь Жолань, самый младший, был одет в тёмно-алые одежды, такие же, как у отца, и стоял скрестив руки на на редкость широкой груди, выглядя раздражённым. Вэнь Жохань, самый высокий из троих, был в бело-красных одеяниях, являя собой образ идеального наследника, который портило холодное презрение, проглядываемое на его красивых чертах.     — Повтори.     Угроза была явной, но Вэнь Жохань смело поднял голову и посмотрел отцу в глаза.     — Я к бессмертию ближе, чем любой из старейшин других Орденов. Лань Цижэнь может открыть мне доступ в запретную секцию библиотеки Облачных Глубин. Это была бы хорошая возможность для меня. Не ты ли наставлял думать о себе?     Их отец хмыкнул.     — Их обучение ничего не сможет дать тебе. Нет необходимости ехать на целый год. Тебе скоро исполнится двадцать.     — Через два года, — поправил он. — Отец, ты не можешь ожидать, что я займу место Верховного Заклинателя, пока у меня нет связей с другими кланами... Кто встанет на мою сторону, когда до этого дойдёт?     Звук пощечины разнёсся по помещению, и охранники отвернулись, не желая вмешиваться.     — Наглый мальчишка... Ну что ж, раз так, немедленно поди прочь и не возвращайся, пока не найдёшь чего-нибудь полезного! Если ты ещё раз ступишь на порог этого дворца, не имея никакой информации, то сильно об этом пожалеешь!     Вэнь Жохань ничего не ответил, пристально глядя на него, прежде чем развернуться и пойти вниз по ступеням. Вэнь Жун вздохнула, зная, что теперь отец отыграется на них, но в то же время беспокоясь за своего импульсивного брата.     Она обернулась и увидела, как он уходит. Всё произошло так быстро и потому застало её врасплох. Если бы она была готова к этому, то вступилась бы за него. По крайней мере, какое-то время он был бы свободен и мог бы делать всё, что ему заблагорассудится...

────────────────────

    Лань Цижэнь прикусил губу, все злые мысли о Цансэ Саньжэнь улетучились и сменились беспокойством о лучшем друге.     Поскольку они знали друг друга уже много лет, он подёргал за нужные ниточки через старейшин и аккуратно убедил отца разрешить ему помочь Вэнь Жоханю с обучением, несмотря на то что тот был старше большинства учеников. Это было не так уж сложно, ведь он был очень способным, для любого было бы честью обучать его... Главной причиной, почему он сделал это, было то, что Цижэнь знал, насколько несчастна жизнь его друга.     Они были лучшими друзьями и знали кое-что друг о друге, и в то же время... Лань Цижэнь не знал ничего, потому что Вэнь Жохань был просто... пустым. По большей части он был безжизненной куклой, марионеткой своего отца, выращенной для чужих целей. У него не было своих интересов и особой симпатии к чему-либо. Единственное, что принадлежало ему, были его эмоции, нестабильные и непредсказуемые.     Как тот, кто жил в строгой, но любящей семье, Лань Цижэнь не мог просто стоять и смотреть. Он пытался показать своему другу музыку и искусство, пытался приучить его к тому, чтобы он занимался хотя бы каким-то занятием в свободное время, и даже ходил за ним на охоту за пределами Облачных Глубин, несмотря на то что ненавидел мясо. Делал всё, чтобы он почувствовал себя комфортно и расслабленно, чтобы он перестал оглядываться через плечо, словно ожидая, что его отец вот-вот спрыгнет со здания или дерева.     И теперь они здесь. Это правда, что после второго месяца он заметно расслабился, стал более общительным и бесстыдным, но Лань Цижэнь не был уверен, что он готов к общению с его старшим братом.     Лань Широн был... не похож на него. Он был дружелюбен и вежлив, но упрям как чёрт, и как младший брат, который знал всё, что нужно знать, он раздражал его. А ещё он украл его лучшего друга.     К сожалению, его воспитывали как правильного молодого господина, поэтому он дождался, пока они перестанут разговаривать и Лань Широн уйдёт, а Вэнь Жохань снова сядет рядом с ним.     Он и не подозревал, что это происшествие будет иметь продолжение.

────────────────────

    Вскоре Вэнь Жохань начал проводить с Лань Широном каждую свободную секунду. Для всех Ланей не было секретом, что между ними что-то происходит, но они, по крайней мере, были достаточно сдержанны в присутствии приглашённых учеников. Лань Цижэнь был, конечно, расстроен, но также и невероятно счастлив. Его лучший друг скоро станет его семьёй через брак, что может быть лучше?     Но было больно осознавать, что глава Ордена Вэнь никогда не позволит своему сыну жениться по любви, тем более на мужчине. Главным образом потому, что ему нужно было произвести на свет наследников. Даже союз с Гусу Лань не смог бы его переубедить.     После всестороннего обсуждения Вэнь Жохань принял решение, и с благословения семьи братьев Лань они привели план в действие.     Как только ему исполнится двадцать лет, до того, как состоится церемония наречения его главой Ордена, он вернётся и выйдет замуж в Гусу Лань, чтобы жить нормальной жизнью — или настолько нормальной, насколько это будет возможно. Управление Орденом Вэнь перейдет к его брату или сестре, и все проблемы будут решены.     — Ты уверен, что хочешь его?     Вэнь Жохань улыбнулся.     — Твой брат не так уж и плох.     — Он плох, — ответил он самым мелочным тоном, какой только смог выдавить, — но я рад за тебя.     Вэнь Жохань вздохнул.     — Я хотел бы остаться.     — Может быть, ты можешь. Вам двоим уже девятнадцать.     — Я хочу оставить всё готовым для А-Жун. Я никому не расскажу об этом дома, так что хотя бы оставлю всё готовым. Кроме того, Широн всё ещё глава Ордена. Мы не можем просто сбежать в никуда, он заслуживает достойную свадебную церемонию.     — Ты тоже.     — Мне до этого нет дела, — хмыкнул он и отвернулся.     Лань Цижэнь всё же смог понять, что он счастлив, и улыбнулся, покачав головой.     — Всё ещё трудно поверить, что через год ты станешь Ланем.     Вэнь Жохань пихнул его плечом.

────────────────────

    Каким-то образом никто ничего не заподозрил. Ни когда он казался на удивление покладистым и хорошо себя вёл. Ни когда он стал сговорчивее и участвовал в подготовке к церемонии. И даже когда он начал получать письма и посылки каждый месяц.     Совсем скоро это превратилось в ритуал: каждые четыре недели ждать от своего жениха послание. Это делало последние месяцы его заключения терпимыми, а порой даже приятными.     Вэнь Жохань начисто забыл, что такое любовь. Единственными людьми, которых он когда-либо любил, были его умершая мать и сестра, но даже его гордость долго не продержалась, когда он встретил Лань Широна. Он надеялся, что их будущее будет намного лучше, чем бессмысленная жизнь, которая у него была вот уже почти двадцать лет.     Он со всей душой готовился к свадьбе, самодовольно думая о том, как будет взбешён отец, и немного виня себя за то, что сбросил всё на сестру, но если она в конце концов не захочет брать на себя ответственность, у них есть ещё брат.     Всё было хорошо.     До некоторых пор.     В один месяц он получил легкомысленное, кокетливое письмо, в котором Лань Широн с восторгом рассказывал о том, как ему не терпится увидеть Вэнь Жоханя в красно-золотых одеждах, а в следующем месяце ничего не пришло.     Ни письма, ни подарков. Абсолютно ничего.     И когда день церемонии приблизился, он запаниковал. Он не должен был вступать в должность Главы Ордена! До свадьбы оставалась всего неделя, а он не слышал ни слова, пока не прибежал гонец из Гусу.     Письмо было не от Широна, а от Цижэня.     «Срочно приезжай. Мне очень жаль. Тебе нужно быть здесь.»     Он бросил всё и сбежал.

────────────────────

    Вэнь Жохань оторвал взгляд от слёз и извинений лучшего друга, прошел мимо человека, который мог бы стать его семьёй, и продолжал идти под лунным светом в тишине ночи, пока не оказался перед закрытой дверью.     Изнутри свет не проникал.     — Я знаю, что ты слышал, как я пришёл.     Тишина. Угнетающая тишина.     — Может быть, ты скажешь мне это в лицо?     Он сжал кулаки, впиваясь ногтями в ладони, но гнев и боль были ещё недостаточно сильны, чтобы заставить его замолчать.     — Выйди... выйди и скажи мне, что солгал! — Слёзы грозили вырваться наружу, но он не позволил им скатиться по щекам. — Ты, трусливая крыса... отправил своего брата выполнять твою просьбу! У тебя даже не хватило приличия написать мне! Ты намерен никогда больше не разговаривать со мной, ты хотел навсегда оставить меня в неведении! Так вот чего ты хотел все это время!? Чтобы я почувствовал надежду на то, что кому-то не все равно!?     Он стукнул кулаком по двери, не пытаясь открыть её, но желая хоть как-то выплеснуть своё разочарование. Медленно шёл снег, и все его воспоминания о том, как они сидели вместе и смотрели на падающие снежинки всего год назад, превратились в кислые.     — Ты знаешь, что это значило для меня! Ты же знаешь, что стоит мне вернуться в Безночный город, как я потеряю всё! Я доверял тебе! Я ЛЮБИЛ ТЕБЯ! А ты оставляешь меня одного! Ты... ты такой же, как и все остальные, хочешь забрать всё, что у меня есть, в то время как у меня нет ничего! Я ничто!     Но дверь не открывалась, и с той стороны никто не произносил ни слова. Лань Широн не подавал признаков того, что слышит его, и даже не признавал его присутствия. Словно его крики, плач и стук никто не слушал.     — Я был готов всё бросить, — всхлипывал он, упираясь лбом в холодную деревянную раму, — а ты заставил меня подготавливать собственную же клетку.     Он бросил свой нефритовый жетон на пол и обернулся.     На первом этапе он встретил принца в дверях Нефритового дворца.     Второй. Они разговаривали и узнавали друг о друге всё, что только можно было узнать.     Третий. Принц улыбается, и он падает. Пути назад нет.     Четвёртый. Он раскрывается. Он признаётся, насколько ужасна его жизнь и как сильно он хочет быть свободным.     Пятый. Они обещают друг другу вечную любовь в холодном источнике.     Шестой. Они планируют его побег с людьми, которые станут его семьей.     Седьмой. Они обмениваются милыми письмами и подарками, считая дни до того, как смогут увидеть друг друга в золотом и красном.     Восьмой. Его принц отстраняется, ничего не объясняя.     Девятый, ему подрезают крылья вскоре после их появления, и он падает вниз навстречу своей смерти.

────────────────────

    Он никому не рассказывал о том, как ему разбили сердце и как он по глупости влюбился в того, кто даже не знал, что такое любовь.     Лань Цижэнь продолжал писать, рассказывая, как сильно он сожалеет о случившемся, несмотря на то что его вины в этом нет.     Через девять месяцев после этого дня в мир приходит Лань Хуань, и Лань Цижэнь перестаёт писать.     В одинокой камере своего дворца Вэнь Жохань держал всё в себе и, не имея желания жить, отчаянно цеплялся за свои последние усилия, хотя бы для того, чтобы досадить тем, кто его уничтожил.     Он никому не рассказывает о том, что день, когда он нашёл Вэнь Ина в снегу, должен был стать последним.