Морковник

      - Хорошего вам вечера, до свидания!              Дверь звякнула колокольчиком и закрылась, впустив в маленькую тёплую пекарню порыв сырого ветра и шум дождя. Рабочий день уже почти заканчивался, как и счастливый час со скидками на бо́льшую часть выпечки.              Бомгю уже, наверное, в сотый раз одёрнул фирменный фартук и взглянул на часы. 21:37. За окном давно стемнело. Он не столько спешил уйти с работы, сколько ждал постоянного клиента, который сегодня почему-то опаздывал.              Один за другим зашли ещё трое покупателей, на полках стало чуть меньше хлеба и булочек, в кассе прибавилось немного денег. 21:45. Бомгю выстроил аккуратным рядком ценники в витрине, со вздохом задержавшись на табличке “морковное печенье”. Опаздывающий постоянный клиент всегда только его и брал. “Здравствуйте”, “четыре морковных печенья, пожалуйста”, “спасибо”, “хорошего вечера”. Уже два месяца подряд Бомгю слышал эти фразы каждый раз в конце рабочего дня, а сегодня сказать их было некому, и пустота на месте привычных слов удручала так же, как опустевший лоток с морковным печеньем. Сегодня его разобрали ещё до прихода Морковника, как добродушно называл про себя Бомгю постоянного клиента.              Наверное, он уже не придёт. Может, заболел? Или пошёл в другую пекарню? Или…              Звякнул колокольчик, и дверь распахнулась, впуская промокшего до нитки Морковника, которого Бомгю узнал в первую же секунду, несмотря на надвинутый на лицо капюшон. В его руках, помимо знакомой сумки, был какой-то свёрток, который он прижимал к груди.              - Здравствуйте! - стараясь не капать водой во все стороны, сказал Морковник и снял капюшон, открывая лицо.              Всё-таки он старше меня. Или младше? А, не знаю.              Два месяца Бомгю пытался угадать возраст Морковника. Два месяца он не мог определиться, от разницы в какую сторону его сердце ёкает сильнее.              На душе стало так же тепло, как от печки в соседней комнате. Стараясь улыбаться не больше, чем этого требует работа за кассой, Бомгю ответил:               - Здравствуйте! Морковного печенья не осталось, к сожалению.       - А я не за печеньем. Я кое-кого жду. Можно я у вас посижу? А то там дождь на улице, - сказал Морковник. Не дожидаясь разрешения, он прошёл к столику возле окна и положил на него свой свёрток. Это был маленький симпатичный букет цветов.               Бомгю почувствовал, как его сердце разбивается вдребезги настолько же бесшумно, насколько больно. Всё произошло буквально за пару секунд и пару предложений. Улыбка даже не успела сойти с его лица.              - Да без проблем.       - Спасибо.              То есть, конечно, он всего лишь продаёт хлеб и выпечку у перекрёстка, где рядом находятся ещё две конкурирующие пекарни. И всего лишь два месяца подряд в конце каждого рабочего дня он продавал по четыре морковных печенья одному и тому же человеку, который приходил строго в промежуток между 21:13 и 21:25. Иногда к печенью добавлялся хлеб. Морковнику было непринципиально, из какой муки хлеб, главное, чтобы не жёсткий.              Жалея, что нельзя выкинуть из головы все эти маленькие и ставшие ненужными детали, Бомгю бросил тяжёлый взгляд на бело-сиреневый букетик.              Козёл. Не сиди за этим столом. Чего ты так развалился, будто тебе принадлежит эта пекарня? Думаешь, ты тут чего-то стоишь, только потому что ты постоянный клиент? Надо было выгнать тебя под дождь.               А ведь Бомгю совсем недавно, всего-то минут сорок назад, пытался убедить другого покупателя, что морковное печенье вчерашнее, и предлагал взять тыквенное, но тот всё равно забрал оставшиеся пять штук. Чувствовавший себя преданным Бомгю теперь даже позлорадствовал, что морковные печеньки достались кому-то другому.              Ангел с правого плеча укоризненно говорил, что нельзя так плохо думать о покупателях и в целом о людях. Дьявол на левом утверждал, что можно и даже нужно. Бомгю был всецело согласен с левым плечом.              С другой стороны, кто сказал, что он ждёт любимого человека? Может, это букет для мамы. Или на чей-то день рождения. А ждёт он такси, например. Или друга. Или идёт выпить с коллегой после работы, пятница всё-таки.               Бомгю цеплялся за соломинку. Морковник, ни о чём не подозревая, с улыбкой кому-то что-то строчил в телефоне.              С другой стороны, какого чёрта Бомгю вообще об этом думает? Просто он, будучи безнадёжным романтиком, насочинял всяких красивостей про незнакомого человека, чьего имени даже не знает, а ещё - Бомгю захотелось провалиться под кафельную плитку - придумал для него милое прозвище.              Добро пожаловать на землю, Чхве Бомгю. Облачный замок - место красивое, конечно, но на постоянное место жительства не тянет.              - Вам не пора закрываться?              Вырванный из размышлений, Бомгю покосился на часы. 22:02.              Тебе, блин, какая разница? Хочу - через час закрою, хочу - через два, умник.              - И правда, что-то я засиделся, - натужно улыбнулся Бомгю. - Значит, вам тоже пора идти.       - Ну, вы же пока не закрыли дверь? Я посижу здесь.              Каков наглец! Да я сейчас..!              Да я…               Да как-то уже пофиг.              Хреново. Но пофиг.              - Так и быть, сидите.              Бомгю поплёлся в подсобку, сделал пару записей в журналах, проверил, отключено ли оборудование, закрыл все окна, снял униформу, накинул куртку, везде выключил свет и вернулся в торговый зал.              Морковник до сих пор упрямо сидел там в темноте, включив фонарик на телефоне.              - Я ухожу. Сейчас дверь закрою. Придётся вам ждать в другом месте.       - Не придётся, - Морковник подхватил букет с фонариком и подошёл к кассе. - Я уж думал, вы никогда не освободитесь.       - Я…              Чего?              Нет, стоп…              ЧЕГО?!              - Что вы... сказали?       - Я ждал, когда вы освободитесь, - повторил Морковник и протянул ему букет в коричневой обёртке, напоминающей бумажные пакеты для выпечки. - Это вам. За усердную работу.              Бомгю растерянно принял букет в свои руки. В свете фонарика он разглядел бархатные лепестки фиалок, белые чашечки ландышей и пышные гроздья сирени разных оттенков - от густо-сиреневого до почти белого.               Впервые за всё время работы он получил что-то с другой стороны прилавка. Не считая налички, конечно.               “Хорошо, что я успел выключить свет”, - подумал Бомгю, сморгнув подступившие слёзы.              - Спасибо. Я… не ожидал.       - Просто ты каждый раз здесь допоздна, - сказал Морковник, нервно покачивая телефон в руках. По стенам метались цветочные тени. - Я подумал, это тебя приободрит.              Кто вообще дарит незнакомому парню цветы, чтобы приободрить?              - Мне приятно, правда, - Бомгю искренне улыбнулся. - Меня зовут Чхве Бомгю.       - Я знаю.       - Серьёзно? Откуда?       - У тебя на бейджике написано. Я Тэхён. Кан Тэхён.              Мысленно хлопнув себя по лбу ладонью, Бомгю пожал руку новому-старому знакомому и задал вопрос, который вертелся у него на языке.              - Почему ты сегодня пришёл позже?       - Цветы выбирал.       - Ох… понятно. Ну что ж… Время уже позднее, теперь точно пора идти.              Бомгю взял ключи и бережно подхватил букетик с прилавка.              - Дождь заканчивается, - сказал Тэхён, прислушиваясь к звукам снаружи. - Ты… ты не против, если я тебя провожу?       - Не против, - слишком быстро ответил Бомгю.              Если бы люди от счастья светились, то с улицы могло бы показаться, что в пекарне внезапно загорелись две яркие звезды.