Everywhere

Настал день Х и уже вставши с постели Коул ощутил тяжесть в груди и мозг, бьющий тревогу. Как бы не пыталась убедить его Ния, всё равно решиться на такой шаг крайне сложно. Чувство неправильности или ненормальности оставалось с ним, от чего хотелось расчесать кожу и снять её. Мысли метались к отцу, который явно не примет сына и вдруг узнает – не жить Коулу. Страшно представить, что с ним случится, вдруг решить открыться родителю.  Встав, Брукстоун направился в ванную. Всё утро парень обдумывал свою речь. Что стоит упомянуть, как лучше будет сказать. Нельзя ведь просто прийти, сесть рядом и сказать “Я гей. Я тебя люблю” и сбежать, не дождавшись ответа. Это будет глупо и неправильно с его стороны, в особенности после молчания в длиной две недели. Конечно, он хотел сказать гораздо большее. Найти как можно больше слов, чтобы рассказать все свои чувства. Посмотрев на часы, парень обнаружил, что до встречи оставался час. Они определились с днем и местом. Суббота, как раз оба было свободны, что только радовало, учитывая плотный график Коула. Оптимальным вариантом встречи – “Коричневый ниндзя”. На дворе было холодно и по прогнозу должен пойти снег, так что улица сразу отпала.  Нервы съедали, нога тряслась под столом. В помещении будто нечем дышать, хотелось выйти и вдохнуть свежий воздух, надеясь что это поможет снять напряжение, как в мыслях, так и в мышцах. Друг задерживался уже на десять минут и уже думалось, что вовсе не явится. Коул решил не заказывать ничего, пока Кай не явится. Вдруг тот захочет сугубо обговорить всё и разойтись.  Стоило только подумать, что Смит не придет, как открылась дверь и он влетел в помещение, осматривая его и ища Брукстоуна. Наконец-то найдя, он двинулся к нему и сел напротив. Коулу показалось, что если ранее воздух хоть и был, то появление Кая забрало его и теперь дышать вообще было невозможно. Как будто напряжение 220v повисло над ними, потому что оба кроме приветствия ничего не смогли сказать и Брукстоуну стало не по себе от такого. Никогда не было такой неловкости между ними, даже в самом начале дружбы.  Надо было взять себя в руки и заговорить первым, поскольку вина всей неловкости лежит исключительно на плечах Коула и парень не хотел, чтобы его близкий человек испытывал что-либо негативное и чувствовал, что его избегают.  – В общем.. – прокашлявшись, начал он. Взгляд коричневых глаз метнулся к нему и Коул резко захотел не продолжать, но пришлось пересилить это. – Я хотел с тобой о кое-чем очень важном поговорить… – Если ты не хочешь общаться и тебе нравится моя сестра так и скажи. – выпалил Кай и тут же сгорбился, опустив глаза.  – Что? С чего ты взял что я не хочу с тобой общаться?  Коул ожидал что угодно, но не хотеть с ним общаться? Кай точно смеется, поскольку является одним из самых важных для него людей, хоть знакомы всего пару месяцев. Он сделал бы что угодно для счастья человека напротив. – Ты избегал меня и Джей рассказал, что видел как ты общался с Нией. – пожал плечами парень.  – О боже. – Брукстоун прислонился лицом к руке. – Мы виделись с ней по другой причине. Я не избегал тебя, я просто кое-что много обдумывал и пытался собраться с мыслями, чтобы поговорить.. Только обещай, что это между нами ничего не изменит? Смит заметно напрягся и в глазах металось непонимание, что происходит и такая серьезность пугала. Кивнув, парень попытался расслабиться, откинувшись на спинку стула и ожидая дальнейшее разъяснение.  – Мне было крайне сложно принять себя с такой стороны. – смотря куда угодно, но не на Кая, говорил Коул. – Ния всё это время помогала мне настроиться и подбадривала, что это не делает меня плохим и я надеюсь, что не сделает для тебя мерзким.. – он сделал небольшую паузу и, подняв взгляд на Кая, добавил: – Я гей. Из серьезного выражения лица Смита ничего не осталось и он рассмеялся так громко, что несколько посетителей обернулось и уставилось на парочку. Брукстоун нахмурился, не понимая что смешного сказал.  – Ты серьезно?! – всё, что смог сказать Кай.  – Да.. – Как я могу считать тебя мерзким от такой детали? – он наконец-то успокоился и перестал хохотать. – Чувак,я бисексуален, Дарет – гей, я общаюсь с квир-персонами. Как я могу быть против тебя? Коул опешил и ему стало неловко. Он никогда не разговаривал на такую тему ни с кем из них, никогда не узнавал такую деталь и было стыдно.  – Это не всё. – продолжил он, спустя какое-то время неловкого молчания. Улыбка с лица Смита сразу пропала в миг, обретая серьезное выражение. От такой быстрой смены настроения, Брукстоун сильно напрягся.  – Ну? Продолжай. – как обычно, спешил Кай, чтобы как можно скорее всё выяснить.  Осмотрев помещение в поисках непонятно чего, Коул постарался собраться с мыслями. Сколько бы он не репетировал, сколько раз не прокручивал всё в голове, в жизни всё иначе. Карие глаза напротив, прожигающие в нём дыру в ожидании, не делали признание проще. Раз взялся за дело, стоило бы закончить.  – Кай. – наконец начал он. – Мы знакомы всего пару месяцев, но я ценю нашу дружбу больше всего на свете. Кроме тортов, конечно. – постарался пошутить Брукстоун, но по лицу Смита понял, что не сильно уместно. – За такой короткий срок ты стал для меня очень важным человеком. Ты сильный морально, смог заботиться о младшей сестре, смелый и храбрый. Я не могу понять, как ты держишься после всего случившегося и это.. вдохновляет. – Коул посмотрел на друга и обнаружил, что тот в недоумении уставился на него, глупо хлопая глазами. – И ты очень красивый. Черт, да я лучше тебя в жизни никого не встречал.. И я ничего не могу поделать с чувствами к тебе. Я пойму, если это не взаимно и в таком случае хотел бы остаться твоим другом, но ты должен это знать.. Схватившая его за руку, рука Кая сбила. Парень напротив выглядел полностью удивленным, глаза широко распахнуты, щеки залиты нелепым румянцем.  – Подожди.. – нелепо ухмыльнулся он. – Я.. тебе нравлюсь?  Всё что оставалось Коулу сделать – кивнуть. Резкий ступор забрал возможность говорить. Опустив взгляд, он увидел, как Кай переплетает их руки и сердце быстро забилось.  – О боже.. – едва слышно прошептал Смит. – Это взаимно, дурак. Но расхвалил ты меня знатно, спасибо. – самодовольная улыбка вернулась. – Честно, ты и сам неплох… – поняв, как это прозвучало, Кай смущенно опустил глаза. – Прости, я не силен в словах, но ты мне тоже очень и очень нравишься. Стоило Коулу попытаться что-то ответить, как рядом с столом появился из ниоткуда мужчина. С красной шляпой из соломы, рыжими волосами немного выше плеч. На вид он был очень грозный и пугающий. Его появление заставило обоих парней вздрогнуть.  – Простите, что прерываю романтику. Вы что-то заказывать собираетесь? – сказал он.  – А вот и Ронин! Хей, старина, как жизнь? – улыбнулся в ответ ему Кай.  Коул был с одной стороны зол, что Ронин прервал особенный момент признания, когда парни ещё ничего не решили, но с другой рад наконец-то повстречать загадочного мужчину о котором говорила как Ния, так и Кай. – Было бы лучше, если бы вы что-то заказали наконец-то. – пожал плечами мужчина, скрестив руки на груди. – Я не Дарет, просто так зависать здесь не разрешу.  – Я всё расскажу Дарету. – надул щеки Кай, но увидев грозный взгляд Ронина, тут же перестал дуться. – Мне как обычно, а  Коулу пышки пельмешки. Верно? Просто кивнув, Брукстоун только сейчас заметил что они всё ещё держаться за руки и какая же теплая рука была у Смита, по сравнению с его. Щеки вновь приобрели красноватый оттенок.  – Как ты можешь заказывать такое каждый раз.. – записывая что-то в блокнот, сказал Ронин. Перед тем как уйти, он добавил: – Иногда кажется мы в меню это оставляем только из-за тебя.  Стало интересно, почему уже какой человек жаловался на выбор Кая. Поначалу Дарет, Ния постоянно это упоминала и сейчас Ронин. Уже трое сказало это и любопытство съедало Коула. – Почему все жалуются на твой выбор?  – Я тебе дам попробовать и узнаешь. – хмыкнул Кай. – Они просто слабаки и считают это слишком острым. Как по мне, в самый раз.  Приятная атмосфера вернулась, оба рассказывали новости за последние две недели. Кай, не уставая, жаловался на Джея и что в очередной раз они учудили, конечно, это была его затея, но из-за Уолкера их поймали. Коул внимательно слушал, радуясь что всё наладилось и опять на своих местах.  В скором времени принесли их заказы и Смит дал ему попробовать свое. Сняв пробу, Брукстоун так и не понял почему всем так не нравилось. Несомненно, рот пекло от остроты, как будто целое пламя на языке, но это не перебивало вкус. Сказав об этом Каю, тот лишь в ответ пожал плечами и нелепо пошутил, что сама судьба свела двух любителей остроты.  На выходе с забегаловки, Кай потянулся, хрустя своими костями в спине. Повернувшись к Коулу, он уставился и оба ничего не говорили. Брукстоун постарался взять себя в руки и закончить начатое. Собрав всю оставшуюся смелость в кучку, он сказал: – Так что.. ты будешь моим.. парнем? Смит сделал уверенный шаг к нему, взяв другого за руки. Яркая улыбка на его лице, казалось, вот-вот ослепила Брукстоуна.  – Конечно, Рокки.  – О нет, только не это прозвище. – Коул постарался выдавить печаль, но вместо этого только рассмеялся.