Сердце адепта в руках писателя

Мягкий аромат жасмина и мяты окутывал небольшую, уютную, но вместе с тем захламлëнную всяким мусором и антиквариатными вещицами комнатушку. —так, где же он, где же он... –бормотал в волнении молодой человек, сводил свои тёмные густые брови у переносы, забираясь наполовину под свою двуспальную постель. Настежь открытые окна, развивающиеся на осеннем ветру пожелтевшие шторы, лепестки лотоса, скользнувшие внутрь всего это хаоса... —Мгм, –нарушил судорожное шуршание чужой, раздражëнный голос, наотмашь проводя у себя над носом, смахивая надоедливый лепесток и вновь принимая самую неутешительную позу: складывая руки на груди, предварительно сжав в ладонях плечи, словно бы обнимая себя, в надежде скрыться от этого бренного мира... —М? Кто здесь? – как поражëнный воскликнул первый, было подорвался с места, но совершил ошибку... Глухой стук и болезненное шипение оглушили на мгновение несчастного, когда он, потирая затылок рукою, в попытке приглушить непреодолимое жжение, обернулся назад, в ту сторону, где ещё недавно звучало снизходительство.  —Что? Неужто показалось? – озадачился он, наткнувшись лишь на пустоту, на белоснежный влажный лепесток. Брови его изогнулись, мужчина поджал губы, когда пальцы его с осторожностью коснулись влаги, зажали меж пальцев, покрутив росток и так и эдак, должно быть, размышляя над чем-то, кто его знает... Судорожный вздох, его уста едва шепчут: —Привидеться же... Всё от волнения, это всё от волнения... –подобно мантре повторяет он. Помедлив ещё мгновение, Мин Сюй хотел было возвратиться к своему делу, повернулся и... тут же чуть ли не уткнулся носом в чужое колено. —Что?! Кто вы!? – в сердцах воскликнул он, даже содрогнулся и отскочил от неожиданности. Просите, пожалуй, «отскочил», уж слишком громко сказано, вернее будет подобрать слово «упал» или «рухнул». Да, так лучше. —То, что ты говорил о «мечнике сказаний»–правда? – без промедления, но не без едва скрытой ярости и нетерпения, в чем своим видом так и говоря, что лжи не простит, невозмутимо прорычал адепт. Сяо и сам не знал, от куда в его голосе взялась угроза и сталь. Люди не раз поступали необдуманно и порой даже низко, но даже в те моменты он не ощущал ничего подобного, чего-то , что невольно порочит чужую и почему-то важную для него честь. —Что? – совсем уж глупо пролепетал Сюй, но тут же добавил:—конечно правда. Слишком очевидная неправда, да будь Мин и впрямь превосходным актёром, он бы ему и тогда не поверил. Не поверит и теперь, когда чужой голос так и дрожит от страха, а пот так и стекает с его тела , пока несносная и даже дерзкая улыбка не сходит с его побледневшего лица. —Я повторю: то , что ты сказал сегодня о мечнике сказантй–правда? Тогда где же он находится? Не знаешь, верно? Янтарные кошачьи глаза блеснули недобрым блеском. Обыкновенно мы, ощущая чёй-то недобрый взгляд, так и молвим о том человеке: «сжигает взглядом», однако теперь... Мин Сюй не осмелился бы на те слова, уж не потому, что его тело купается в горячих «водах» лавы , а потому, что язык его вдруг окостенел, руки и ноги онемели, а взор тëиных очей его так и не сползал с угрожающих щëлочек. —Все любят легенды... Красивые легенды, позволяющие главному герою красиво и с достоинством покинуть этот мир... Раз уж мечник сказаний более не является людям, не лучше ли придумать то, что оправдает этот поступок? Или быть может... А что если помыслят, что он струсил? Или что спасать невинные жизни ему просто наскучило? Разве он сможет оставаться героем? А что если наоборот... Скажут, что кто-то умертвил храброе сердце , на которое возлеглось столько надежд? Разве кому-то станет спокойней от подобных мыслей? Станет спокойнее от размышлений о том, что где-то по земле гуляет убийца, тот, кто поквитался с достоянием Ли Юэ? Сможет ли народ спать спокойно, без доводов о том, что этот злодей не явится в их дома, по их души? Сомневаюсь. Гараздо лучше будут звучат слащавые слова о неразделённой любви, о ком-то , что стоит высше всех, но не тронет тех без надобности, о ком-то, кто является общим покровителем и... —Довольно. С чего бы тебе судить о том? Сколько прошло времени с последнего появления сказителя? Недостаточно, чтобы делать какие-то выводы , да и не тебе о том беспокоиться. У Ли Юэ всегда были адепты, что станут на чужую защиту. —На защиту? Адепты? Сверхлюди? Тогда почему простой человек за столь короткий срок сделал куда более себе доброе имя, чем вы? Не смешите меня. Вы—адепты... –но договорить Мин Сюю не было дано. Защитник Якса, не желая слушать весь этот вздор , вонзил копьë в деревянный пол, наверняка пробив в том не малую дыру. Определённо чужое замечание кольнуло обыкновенно беспристрастное сердце мужчины. —Ты знаешь где сейчас находится мечник? —Что, правда нынешним господам не мила?.. –почти неслышно прошипел он, растеряв былую уверенность. –С чего бы мне знать? Да даже если бы и знал, то с чего вдруг поведал бы такому...–Сюй прикусил язык, наверняка с его уст хотелось сойти нечто непристойное, но, благо сообразив, что то будет опрометчиво с его стороны, умолк столь же быстро, как и начинал свои пламенные речи. Сяо не реагировал на брань, он не произносил и слова, лишь сжимал скрещённые руки на своей груди в кулаки, чуть заметно сводил тонкие тëиные брови у переносицы и оценивающим взглядом проходился по жалкой лживой туше. Тëиные волосы так и зашевелились на затылке, не выдержали пристального взгляда и тягостного, решающего его судьбу, молчания. Пускай Сюй был красноречив и колок, он умел выражать своё мнение и, в некотором роде, обводить людей вокруг пальца, из собственной выгоды иль из чистых побуждений... Не важно. Всё это не имеет смысла, если вдруг его настигнет конец, если адепт лишится разума и все-таки переступит через довзоленный ему порок? Что-то уж Сюю подсказывало, что защитник якса вовсе от той грани не далёк и что его язык без костей ни к чему хорошему не приведёт, кроме того... —Я не знаю. Я не знаю где нынче находится мечник сказаний, однако я слышал... Знаете, я ведь не один слагаю легенды о славном герое. Поговаривают, что за пределами столицы, в дали ото всех домов и улиц, находится небольшой дом-кафе... Хозяйка проживает там, встречает и обслуживает путников, кормит, поит, изредка предоставляет ночлег... Знаете! Даже такое есть: если путешественник расскажет ей и всем гостям интересную историю или легенду, какая случилась именно с ним или встретилась ему во время странствий... Она предоставит ему все те условия даром, лишь бы вечером из раза в раз повествовал её и заманивал менее опытных искателей приключений и грибников. —Ближе к делу, –оборвал незамысловатое начало младшего адепт. Явно не довольствуясь чужой грубостью, Мин фыркнул и даже закатил глаза, однако мгновением позже, заметив, как сверкнула сталь в чужих очах, все-таки продолжил: —Мне не известна точная информация. Одни говорят, что в этом захудалом кафе и поселился мечник сказаний, пока другие утверждают в том, что там проживает иль его близкий друг или родственник, иль преданный последователь, тот, кому доступна практически вся информация о тайном герое... Конечно всё это также может оказаться чьей-то выдумкой надежды, однако если бы я все-таки решился разыскать мечника, то непременно начал бы с этой забегаловки. По крайней мере, там слишком много искателей приключений и зевак, уж кому-нибудь наверняка было бы что-нибудь об этом известно. Если повезёт, то возможно даже было бы встретить кого-то того, кого он некогда спас... Ежели тому будет известна личность воителя, то разыскать его будет в разы проще, –окончил свои речи Сюй, внимательно посмотрел на Сяо и не удержался от ехидного смешка,отметив про себя с гордостью то, в какое заблуждение и умственные потуги он ввёл некудышного защитника. На ехидство мужчина не ответил—он был выше этого, однако не удержался от того, чтобы не скосить угрюмо глаза на собеседника, после, не произнося и слова, растворяясь в воздухе... *** —Прошу прощения, а вы... –начал было Сяо, но все как нарочно проигнорировали его, посмотрели на хмурое выражение и поспешили скрыться, авось чего не то в голове этого пускай и небольшого , но от того не менее устрашающего мальчишки. К сожалению, в здешних краях многие люди не то чтобы не знали о существовании адептах, наверняка слышали, но даже и не имели представления об их облике, уподабливая тех мечнику сказаний. Впрочем, может оно и хорошо, почти все собравшиеся на этой горе выходцы из других регионов, так что... Быть может кому-то из них и впрямь известно про искусного мастера? В конечном счёте, защитник Якса даже стал предполагать, что тот и впрямь беженец из другого региона... Иначе с чего бы тот объявился столь внезапно? К тому же, до него доходили слухи о не лучшем благосостоянии Инадзумы, возможно тот был именно от туда? Впрочем, тогда почему он не остался там? Почему не защитил собственный народ, вместо этого оберегая души Ли Юэ? Случайно? Что-то уж совсем не вяжется. Дурные, совсем дурные и никчемные помыслы, безрезультатные, ведь вскоре (по крайней мере, на это надеялся сам Сяо) они смогут встретиться и он лично задаст рассказчику этот вопрос, уж его ответ будет всяко достовернее сплетней и его беспочвенных мыслей. Адепт звал, то и дело с неохотой и некой грубостью возниклал перед глазами путешественников, опрашивал, но так и не удостоившись ответа, мелькал уже к другой фигуре. —Где здесь я могу найти «Горное убежище»?–да, такое,  весьма незаурядное название получило кафе, находящиеся на горе, почти на границе между владениями гео архонта и анемо архонта. Он вздохнул, посетовал на небольшую группку людей, судя по всему решивших то ли пуститься в скитание, то ли отправившись в поход. Сколько он уже здесь бродит? И не единой души, только эти смертные, не сильно жаждующие оказать помощь «собрату-путешественнику». Ну и к чёрту, адепт проследует за ними, быть может они выведут его хотя бы так на верную дорогу... А ежели нет, быть может , им когда-нибудь наскучит общество защитника Якса и тогда , возможно, они ответят на его вопрос? Пожалуй так, всяко лучше, нежели чем проторчать так весь день. *** —Пришли, –объявил тяжело вздыхая молодой человек, вероятно, глава шествующих. Вся группа была измождена, от них так и фанило потом и усталостью, голодом и даже в некотором роде жалостью. Перед очами Сяо предстало небольшое заведение в два этажа, с верандой , обвитой лозой и странными цветами на верхнем отделении. Молодой человек не удержался от вздоха, поджал тонкие губы, нервозно их прикусывая. У защитника Якса была отменная чуйка, чуйка, которая во всю трепещала в его грудной клетке, велела не заходить внутрь, бежать, бежать как можно дальше, чтобы отныне никогда не видать здешних мест. Однако, что-то подсказывало ему, что ответы на свои вопросы , а быть может, и самого мечника он найдёт именно здесь. Что ж, как бы ему того не хотелось, но придётся подавить свои опасения, ступить внутрь... Глупость. Неужто он и впрямь боится какой-то забегаловки? Или обитателей внутри него? Должно быть, необъяснимая тревожность в его сердце была вызвана дискомфортом? Антисоциальностью? В конечном счёте адепт редко прибегал к посещению чего-либо, помимо постоянного двора Ваншу. Да, пожалуй, так оно и есть. «Надеюсь с тобой всё в порядке и это ненадолго»–кивнул своим мыслям мужчина, в последний раз вдохнул свежий воздух полной грудью, прежде чем прозвенел колокольчик, прежде чем за его спиной захлопнулась дверь , а в голову ударило: —Добро пожаловать в «Горное убежище», дальный странник, –по птичьи склоняя головку прощебетал приторно сладкий голосок.