Лютая гроза

Приятный запах кофе разлетелся по всей кухне, закипая в кофейнике. Смешное бульканье в «чайничке» дало мне понять, что горячий напиток уже закипел и готов к употреблению. Лениво потянувшись за столом, я встал, проскприпев стулом по белой плитке пола. Подойдя к плите и выключив комфорку, я перелил кофе в свою чашку с неким безразличием смотря на жидкость, от которой мягко валил пар. Глаза всё ещё были сонные, хотелось спать, даже после тщательного умывания холодной водой. Сегодня у меня выходной, а значит этот день можно провести лëжа на кровати. На кухню еле-еле пробивались тонкие лучики солнца, скрытого за густыми и серыми облаками. Такая атмосфера приходилась мне по душе. Всё же, когда в доме слишком — для меня — много природного светила, мне не комфортно. Пасмурная погода и проливной дождь вызвали во мне умиротворение, которое приятно разливалось по всему телу. Но только если я сижу дома в компании плода и тëплой кружки либо кофе, либо какого-нибудь чая с двумя ложками сахара; если же мне сказали куда-то вы переться в такую погоду, то моë настроение сойдëт на «нет». В тихой и спокойной тишине я уловил мягкий скрип двери. Я стоял оперевшись о столешницу, погрузившись в мысли об этом дне. Босые ноги пошагали не на кухню, а, насколько я понял, в сторону ванны. Вновь тихий скрип и такой же хлопок. Он зашёл в уборную. Съëмная однокомнатная квартирка была уютная, благодаря хоть какому-то ремонту, и довольно просторная для двух человек. Взяв кружку, я открыл шкафчик и взял две овсяные печеньки, снова присев за стол. Резкое желание зевнуть настигло меня, из-за чего я протяжно открыл ротовую полость, прикрыв его тыльной стороной ладони. Две маленькие слезинки выступили на глазах от усердного зевка. День обещал быть ленивым и непримечательным. *** — Ладно, ты сегодня как обычно, до семи? — стоя у выхода из квартиры, я смотрел на своего сожителя с зелëными кудрями, которые «скакали» в разные стороны при малейшем движении головы. — Очень наверняка, потому что как обычно я должен буду обслуживать до последнего клиента, — синие джинсы с чëрным ремнëм, синий свитер без каких-либо надписей и чëрные кроссовки с белой подошвой, на которой виднелись ядерно-зелёные полоски. Его стиль сменился ещё год назад, сказав, что он уже «находился» в яркой и бесформенной одежде. И те очки он тоже снял. Его глаза оказались самыми обычными — красивые зелёные глаза, с чëрным круглым зрачком. Его лицо выражало всю боль и ненависть этого мира, объясняя тем, что сегодня он работает, а я балдею дома. Работа у него начиналась в десять утра, а сейчас уже полдесятого. А ему ещё добираться минут двадцать, двадцать пять. — Иди уже, а то опоздаешь. И зонтик возьми, а то сегодня на вечер дождь передают, — я смотрел как он лениво накинул куртку и взял маленький складной зонтик, со всей печалью смотря на меня. — Может, я сëдня заболею? — он скорее говорил это себе, в явной надежде, что я поддержу его затею. Я лишь закатил глаза и тяжко вздохнул, глянув на его скривившееся лицо. — Вару, не капризничай и иди работай, — подойдя к нему, я приблизился к его лицу и мягко прикоснулся своими губами с его губами. Он сладко выдохнул и почти что лëг на меня, отчего мне пришлось обхватить его талию руками. Я хотел было отстраниться, чтобы уже проводить его за дверь, но он не дал мне этого сделать, потянувшись за мной. Руками я мягко оттолкнул его от себя, смотря в его глазëнки. Его длинные ресницы лениво открылись, всё ещё с надеждой смотря на меня. — Иди давай, — он обнял меня, после повиснув на мне. — Хорошо, давай я тебя сегодня заберу, — хоть какая-то, но радость засветилась в его глазëнках. Внезапно мне это создание стало немного жаль. — Пасибочки, — он как пиявка присосался губами к моей щеке, протяжно целуя. Он положил зонт обратно на полку над куртками. — Я тебе позвоню, — небольшая улыбка мягко расплылась на его губах. Выскользнув за пределы квартиры, он махнул своей кудрявой головой, и нажал на кнопку вызова лифта, смотря на меня. Я смотрел на него. Лифт приехал, он быстро, словно змейка скользнул в кабину лифта и скрылся. Постояв две секунды, я зашёл в квартиру и закрыл её на замóк, удаляясь вглубь глухой и уютной квартирки. *** Настенные часы на кухне каждую секунду ритмично тикали, за окном шëл проливной дождь, изредка сверкали молнии, разрушая мëртвую тишь квартиры. Я лежал на кровати в телефоне и смотрел видео на ютубе. Просидев, хрен пойми сколько времени, я выключил телефон и снова его включил, чтобы посмотреть который час. Я увидел 17:23. Скоро надо будет за своим трудягой собираться. Тяжко вздохнув, я потянулся на кровати. Подложив руки под голову, я начал думать, что приготовить моему Гаврику. Насколько я помню, в холодильнике «мышь повесилась», но вот за продуктами идти — желание отсутсвует координально. Встав с кровати, я пошёл на кухню, поглядеть насколько печальна ситуация с продуктами. Открыв дверцу холодоса, приятные нотки «мурлыкания» не давили на нервы, но вот его содержимое заставляло желать лучшего; там был небольшой кусок сыра (моего нелюбимого), ещё меньше кусок колбасы «Папа может», полпачки молока, яиц пару штук, салат, которому уже от силы дня три, зелень, в нижнем ящике, там же половина помидора, три огурца, немного красного и жëлтого перца. Но зато у нас есть много сала, которое распределено по двум судочкам. В морозилку я заглядывать не стал, поэтому заглянул под раковину. Там оказалась целая сетка картошки. Сразу же пришла мысль запечь картошку с салом, на чëм я с остановился. Достав картошку, я разрезал сетку и вывалил в раковину картошки прилично. *** Только что поставив противень с картошкой в духовку, я уселся за стол, дожидаясь когда она пропищит. Уперевшись локтëм в стол, я положил на ладонь подбородок и почувствовал мелкую и колющую щетину. Я замер и смотрел в одну точку, не о чëм, по сути, не задумываясь. Спустя, наверно, минут пятнадцать, мне приспичило облегчиться. Быстро освободив мочевой пузырь от лишнего давления, я пошëл в спальню и начал смотреть в окно, пытаясь увидеть хоть что-то, через плотную «штору» дождя. Жили мы в пятиэтажке на пятом этаже, среди таких же домов как наш. Глаза скользили по сильно качающимся деревьям, которые, кажется, ещё чуть-чуть и их вырвет ветер, унесся с собой куда-то в даль. Неожиданно сбоку сверкнула молния, на приличном расстоянии от нашего дома. Я начал считать секунды, чтобы узнать, через сколько за грохочет гром; 1, 2, 3.. На седьмой секунде начал расти гулкий рëв, перерастающий в страшный гром. На кровати тихо звякнул телефон, оповещая, что мне пришло сообщение. Взяв гаджет в руки, я увидел сообщение от «Гаврик»: «Рогалик, черех 20 мишкут моя смена закоститсяяяяяяяяяяяяяяяя:}!!!!!! Жду тебя как олычно пернд эьим ëбаным и вспатым кафе!!!!» Он быстро печатал, отчего сообщение получилось немного безграмотным. Усмехнувшись, я напечатал, что подъеду как можно быстрее, и пошëл на кухню, посмотреть как там картошка. Оставалось ещё 10 минут. Я обречëнно вздохнул, потому что сейчас уехать я не могу: оставлять включëнную духовку ни в коем случае нельзя. Встав и уперевшись руками в бока, я решил сейчас неспеша собраться, посидеть на кухне и подождать пока она приготовиться. Так и поступил. Сидя на кухне уже собранный, с ключами от машины и кошельком во внутреннем кармане куртки, чтобы на обратном пути заехать в продуктовый, я ждал пока пропещит духовка. Внезапно, очень резко и неожиданно она подала сигнал о приготовлении пищи. Быстро её выключив, я вышел в коридор, быстро нацепил кеды и вышел из квартирки, предварительно закрывав её на замóк. *** Крупные капли дождя гулко разбивались о стекло моей любимой «Mitsubishi Motors», ну или же «Белоснежки». Это моя первая крупная покупка, без кредитов, кстати. В общем хорошая удобная машинка, на которой удобно и комфортно ездить. Завидев знакомое здание, я уловил взглядом силуэт, стоявший под «козырьком» заведения. Подъехав почти впритык к главному входу, я увидел как Вару быстро бежит к машине, натянув на голову куртку. Двери открылись и несколько крупных капель попали в салон. — Ну и погодка блин! Если б ты меня не забрал, я бы утонул по дороге, честное слово! — он снял мокрую куртку и бросил на заднее сиденье, потерев прохладный нос тыльной стороной ладони. — Ой, да не утонул бы ты. Вон, здоровый как жираф, — я тихо посмеялся, не особо торопясь заводить авто. — Вообще-то, с таким потопом не то что жирафу, слону было бы трудно домой добраться! — вот же и любит он поспорить. — А я про слона ничего не говорил, да и нас ещё не так затопило, чтоб ты, бедный и несчастный, утонул как листик. — Вот именно — ЕЩЁ. А пока я добирался бы, то меня огромной волной смыло, и я бы утонул. А ты больше никогда бы не увидел моего прекрасного личика, — лыба расплылась на его, как он выразился, «прекрасном личике», поставив руку на подлокотник и поставив свой подбородок на ладонь. — Знаешь такое: милое личико — алголочика? Вот это про тебя, — выруливая руль на правый поворот и включая поворотник, я продолжал этот бессмысленный спор. — Извините?! Это кто ещё здесь алголичка? — Ну, ладно, тебе простить можно, — я несдерженно посмеялся, тем временем как Вару немо возмущался, наверняка подбирая мне «яркие» и «красочные» слова. — Да иди ты! — Куда? — В лес, блин! —Зачем? — Нахуй! Вот зачем! — он матерится не прям-таки часто, но если и матернëтся, то он либо очень чем-то доволен, либо недоволен. — Да ладно тебе, я ж не в обиду сказал, — смотря за дорогой, я положил свою руку ему на плечо, с надеждой его успокаивающе погладить, после обхватив его талию. Но он резко дëрнуо плечом, словно его током моя рука ударила. — Отстань, блин, — он посмотрел на меня со злобой и отвернулся к окну, пытаясь что-то высмотреть. — Вару, да ну, ну чего ты дуешься, как будто я тебя чуть в ванне не утопил? — я знал, что буквально десять минут и он сам будет лезть ко мне с требованиями, чтобы я его поцеловал, поэтому особо не запаривался, что он будет дуться весь оставшийся день. — Отстань! — он так яростно это пискнул и «надул» свою нижнюю губëху, что мне стало смешно, но я лишь тихо ухмыльнулся, решив пока что эту зелëную бестию не трогать. Через пять минут мы подъехали к продуктовому. Я припарковался как можно ближе ко входу. — Ты куда? В магазин что ли? — Вару уже немного «подостыл», поэтому интереса не скрывал. — Ну, а куда ещё? У нас дома есть нечего, поэтому я щас быстро скуплюсь и поедем домой. — Ладно.. — пока я застëгивал куртку и надевал капюшон в машине, он быстро добавил, — купи чë-нибудь сладкое. Пожалуйста. Его руки всё ещё были скрещены на груди, показывая, что он всё ещё дуется. — Ну, не знаю.. — я тихо ухмыльнулся и вышел из машины, оставив его наедине. Быстро скупившись, я открыл заднюю дверь, положил пакет с продуктами на заднее сиденье, быстро куртку скинул туда же, и сел на перёд за руль. Вару незаметно проехался по мне взглядом, и тихо так выдал: — Купил?.. — он спросил слегка скукоженно. — Купил, купил, дома посмотришь, — я рукавом свитера протëр мокрое лицо, заправив прядки выбившихся волос за уши. На его губах заиграла небольшая улыбка. Мельком глянув на него, сердце начало, словно, согреваться, от его миловидной улыбки. *** Доехали мы домой без проишествий, уже успели помириться и сейчас мы бежим до подъезда, в надежде не промокнуть. Забежав в сухой и относительно тëплый подъезд, мы пошли к лифту, прижимаясь друг к другу куртками. Наконец зайдя в нашу либимую квартирку, я первым делом отнëс продукты на кухню и положил на стол, после чего пошëл разуваться и снимать куртку. А Варька времени не терял: как можно быстрее пошëл руки мыть, после быстро переоделся и уже шëл на кухню с радостным личиком. За 7-8 минут я уже переоделся и тоже зашëл на кухню, увидев как эта бестия уплетает картошку с салом, закусывая хлебом с кабачковой икрой. — Как картошка? — я усмехнулся, смотря на эту довольную мордаху. — В хамый хаз! — его рот был набит едой, отчего его высказывание прозвучало забавно. Я улыбнулся, вздохнул, и тоже наложил себе картошки, а то знаю я его; весь противень сам сожрëт, а после жаловаться будет, что ему плохо. Вдоволь наевшись, мы переместились в небольшую гостиную, включив на телевизоре «Веном». Этот фильм один из моих любимых; сюжет вроде неплохой, графика, в принципе, тоже. Добавить мне больше особо нечего, ведь я не знаток фильмов. Мягкий чмок в щëку вывел меня из фильма, заставляя обратить внимание на моего сожителя. Повода для поцелуев нам не нужно, поэтому не оставшись в стороне, я приблизился к его губам, мягко впиваясь в них. Я глаза не до конца закрываю, чтобы смотреть как меняются эмоции на лице Вару. Сейчас довольный, словно мурчащий парень меня целует. Можно было бы ещё за ним понаблюдать, но сейчас захотелось углубиться в сам поцелуй. Его мягкие губки касались моих, иногда сладко причмокивая. Я лишь мысленно умилялся. Лëгкий чмок — и наши губы рассоединились. Наши взгляды пересеклись, мы просто смотрели друг на друга, дожидаясь, когда кто-то из нас проявит какие-то действия. Я потянулся за новым поцелуем первый, на что мой партнёр ответил взаимностью, смотря на мои губы. *** Тихие, не слышные за пределами квартиры стоны и шлепки, доставляющие мне удовольствие. Вару нависает надо мной, слегка потный и запыхавшийся, иногда отводя взгляд от моих глаз на моë тело. Я мягко и тихо постанываю из-за приятного елозинья во мне. Я придерживаю свои ноги руками, пока Вару скользит своими руками по моим бëдрам и телу. На моëм теле выступил пот, я равно дышал, изредка закидывая голову назад от приятных ощущений. Матрас прогибался под нашим весом, в какой-то мере действуя на нервы, но в этот раз. Сейчас хотелось окунуться вовсе в другие чувства и эмоции, не хотелось чувствовать гнева на этот матрас, хотелось чувствовать только Вару, который мягко долбится в меня. Закрывая веки, мои ощущения увеличелись в сотни раз, я стал более чувствительным ко всем действиям, начиная мягко подрагивать. Я почувствовал как движения чуть замедлились, а матрас подо мной начал прогибаться с новой силой. Вару принял более удобную позу, чуть приподняв мои ноги, встал на четвереньки, опираясь локтями в матрас, и дыша мне прямо в шею. Мою правую ногу он подхватил за внутреннюю сторону коленных чашечек, вновь набирая темп. Я блаженно вздохнул и выдохнул, ощущая, насколько чувствовтельным я стал после короткой передышки. Аккуратные поцелуи в шею ощущались как приятные ожоги, доставляющие несказанное удовольствие. Мой член оказался зажат между нашими телами, отчего приятное чувство «внимания» заставляли меня постанывать чуть громче. Совсем чуть-чуть. Поцелуи не прекращались, они становились более влажными, более импульсивными. Разамеренные, глубокие и хлюпающие толчки разносились по всей комнате. Наш секс не был с какими-то БДСМ игрушками, ролевыми играми и тому подобное. Нам было предостаточно мягкого, аккуратного и нежного секса. Да, у нас бывало, что приходилось рот тряпками затыкать, чтоб соседи ненароком не услышали, чем двое парней занимались вечером, но это крайне редко, и то если из-за работы нам приходится пахать, и мы приходим домой уставшие как собаки и валимся сразу же на диван. А после трудных рабочих дней лезим в кровать, чтоб насытиться друг другом. Но такое происходит крайне редко. Чаще всего, у нас просто нежный секс. На протяжении десяти минут и у меня и у него сбилось дыхание и выступил видный пот. Я стиснул зубы и старался громко не стонать, на всякий случай ещё ладонью прикрывая рот. Сбившийся темп, такое же дыхание, относительно грубые толчки заставляли оргазм приближаться всё быстрее и быстрее. Закусив кусочек одеяла и крепко стиснув зубы, не давая одеялу надежды выбраться из моей ротовой полости, я зажмурил глаза и задержали дыхание, когда от моего члена начало разливаться тепло вдоль и поперëк моего моего тела. Ещё секунда и я звучно промычал, сжимая свой член в ладони. Перед глазами заплясали звëздочки там и сям, а на самих глазах выступили маленькие слезинки удовольствия. Я гортанно простонал, так и не открыв рта, а Вару тем временем делал финальные толчки в меня, также протяжно и гортанно простонав, со звучным шлепком толкаясь в меня и изливаясь. Я был обессилен, дрожал и рвано дышал, выпустив из своей пасти кусок одеяла, который я успел намочить своей слюной. Мы тихонько лежали на кровати под одеялом, обнимаясь. Мы смотрели друг на друга и чуть ли не смеялись, от своих растрëпанных и слегка потных лиц. Когда наши взгляды пересекались, меня, почему-то, резко настигало желание засмеяться, от его смешного вида. С ним происходило тоже самое. Я прижал его к себе сильнее, заставив уткнуться мне в шею. Его дыхание приятно опаляло мою кожу, вызвав приятные мурахи. Наши голые тела тесно были прижаты, словно мы пытаемся слиться в одно тело. — Не стоило мне сегодня тебя на работу отправлять, — я выдал это в его мягкие кудряшки, начав слегка тереться об его голову своей щекой. — А почему? Не уж то без меня было скучно и одиноко, а, Пик? — его подуставший голос атмосферно звучал в тихой квартире. — Да, оказывается, я к тебе сильно привязался, Гаврик мой, — я не скрывал, что мне было действительно скучно и «серо» без него, ведь я привык, что если я дома, значит и эта бестия трëтся рядышком и что-то мне втирает, прищуривая свои глазëнки, словно выдумывает что-то внеземное. Мне уже настолько это привычно, что я просто не могу представить себе жизнь без этого гиперактивного, говорливого и вечно голодного Гаврика, которого я люблю. — Это я тебя своей красотой охмурил! — он отряпгул от моей шеи и демонстративно поправил свои кудряшки, как бы говоря, что, мол, а-ля какой красавец! — Хах, конечно, а ты думал, почему я тебя так люблю? Ты ж у меня настоящий, чëрт возьми, маг, — я смотрел на это существо и понимал, что в жизни мне бóльшего и не надо; у меня есть настоящая любовь, крыша над головой, еда в холодильнике, одежда, тепло, вода, и этого более чем достаточно! Дорогие яхты, миллионы долларов, виллы это, конечно,можно, но это дело второе, ведь я уже «откапал» своë главное сокровище в мире, которое вновь что-то рассказывает «внеземное», а я лишь наблюдаю за его мимикой лица, улыбающимися губами и смеющимися глазами.