Дачный сезон и клубника

      У Юрия Андреевича по жизни много хлопот было, а уж с появлением сына-омеги… Еще и красивого! Нет, красивый сын это, безусловно, хорошо, но он-то видел, как на Петьку всякие заглядываются, да и сам Петя с вполне себе озорным характером. В общем, с немым ужасом он ждал, когда Петя приведет в дом безработного наркомана и наречет его любовью всей своей жизни. Он поэтому его так загружать пытался. То курсы в каком университете, то на отдых с дочкой знакомого генерала, то вот, с собой на дачу утащил. Петя, вроде, не жаловался — дача у них чистый курорт. Петька днями то на качелях загорал, то в бассейне плескался. К речке ходил, даже один раз выразил интерес к сборке грибов, но уже спустя полчаса расхныкался, что устал. Юрий Андреевич только вздохнул. Ну, тонкий изнеженный омега — все как надо! Только свататься сынкам, которых он сам выбрал, Петя не желал. Дул губы, закатывал истерики и даже ревел. Юрий Андреевич силой пихать не хотел — не мог — но и в ужасе ждать, кого там себе Петя сам найдет, тоже было страшно! Да и дураком он не был, понимал, что все эти попытки занять Петино время глупость. Тот если захотел бы, так ночью на сеновале с кем угодно мог бы…       В общем, голова уже болеть начинала, пока одним утром, попивая кофе на веранде, он не углядел их соседа. Глазам не поверил! Отставил кофе, выглянул, вгляделся, моргнул удивленно. Игорь Гром! Что это он под Москвой забыл? Майор Питерский, с громкой славой ввиду громкого дела, да и семья у него тоже хорошая, отец генерал-полковник! Он в него вгляделся. Хорош собой был. Конечно, старше Пети, но не то чтобы слишком. Красивый, стройный, высоченный, а главное — при статусе, известности и погонах!       Удивленный, он вернулся на крыльцо и допустил для себя идею того, что Пете, быть может, и приглянется их сосед. Только если он в самом деле сосед, а не приехал участок, скажем, продавать… Ведь очевидно, что с Питера вот так кататься под Москву тяжеловато. Хотя в молодые годы может и нормально… Ладно, потом. Пока надо Петьке сказать про соседа — может приглядится. Другой вопрос, приглядится ли Игорь к Пете… Тьфу, как будто может быть иначе! То, что сын у него был дьявольски красив и влюбил в себя всех альф стало для него очевидно в тот день, когда он взял его собой на один из вечеров. Да, Петя влюбил в себя всех. И этого влюбит. Только если захочет, конечно… А то Петя у него такой, казалось, что из принципа хочет влюбиться в какого-нибудь недоноска, чтобы потом отцу все нервы вытрепать. Будто бы там еще было, что трепать! Одни грибы и спасали… И кофе с коньяком в термосе.       Петя вышел на улицу в халате, решив с утреца поваляться на свежем воздухе с чашкой кофе. Изначально предложение съездить на дачу с родителями он воспринял скептически. Каникулы в универе ему не для того даны! Но внезапно оказался в полном восторге. Тишина, свежий воздух, все вокруг такое зеленое, еще и птицы отовсюду поют! А шагать босиком по газону или валяться пол утра на качелях… Лучше было только море, но в этом году ехать ему было не с кем, а одного отец отпускать не собирался. Изнасилуют его там и насильно замуж заберут! Петя не знал, как с этим бороться. Своих денег у него пока не водилось, так что приходилось пока играть по правилам отца. Не то чтобы ему было на что жаловаться, но!       Он поставил кофе на столик и склонился, чтобы поправить завязки на подушках. Приятный, летний ветер трепал его волосы и полы халата. Петя улыбнулся, наслаждаясь сразу столькими ощущениями.       — Отличный видок! — присвистнуло откуда-то сзади. Петя дернулся, повернулся, одернул полы халата и уставился на симпатичного вида мужчину, который оперся локтем о забор и смотрел на него вполне себе читаемым взглядом. — И трусишки хороши.       — Если ты так просишь, чтобы я плеснул кофе тебе в лицо, то проси прямо, — фыркнул Петя, оправляя подол халата, который теперь казался ему призывно коротким, хотя он был не слишком выше колена!       — Понял-принял, — посерьезнел вмиг сосед, а после улыбнулся, осмотрел его вполне ясным взглядом и сказал: — Тогда не буду мешать наслаждаться утром. Надеюсь еще встретимся, кошка.              Петя смущенно буркнул что-то себе под нос, весь красный и понятия не имея, что чувствовал по поводу этой ситуации. Сосед оказался красавчиком, Петя даже не сильно был против, что тот такой вид заценил. С другой стороны, даже крайне красивому альфе не хочется с первой же минуты пихать в лицо жопу в трусах в полоску. Петя снова фыркнул. Трусы так-то и вправду хорошим были! Удобные, хлопок! Жопа не потеет! Вздохнув, он уселся на качели, поправил тент и принялся за кофе. Но мыслями все еще был с соседом… Темноволосый, загорелый, щетина темная… В общем — все как Петя и любил. Он поерзал. Отец, наверное, против будет, если Петя здесь интрижку замутит… Господи… Или, может, уже чхать на то, что ему там хочется и чего не хочется? Пете двадцать лет уже все-таки! А он слава Богу хотя бы целованный, но ниже пупка его трогал только он сам и гинеколог. Петя уже не мог слушать рассказы дружков и подружек про их активную сексуальную жизнь и смешки про то, что Петя, будучи горячей штучкой, все еще в девках ходит. Как будто самого Петю это устраивало! Но с этой учебой и кучей поездок то туда, то сюда… Времени просто не было! То есть на быстрый перепихон был, конечно, но Пете как-то не хотелось в свой первый раз по-быстрому и непонятно с кем! Как-то все романтично хотелось, на белых простынях и под Энигму.       Он вздохнул и скосил взгляд на соседский участок. Уже пустой. Петя понадеялся, что сосед не из тех, кто вот так быстро сдается. Тут и времени побольше найдется…       После обеда, в своей комнате на втором этаже, он выглянул в открытое окно, привычно оглядел, какое все вокруг зеленое, какое голубое небо, а после… Приподняв брови, он оперся подбородком о кулак и принялся следить за тем, как сосед траву косил. Полуголый. И пиздец горячий. Под одежкой оказалось что-то, что Петя обычно в кино наблюдал, но никак не на реальных людях! Загорелый и складный, словно греческая статуя. Он томно вздохнул, разглядывая его, а после поглядел на их бассейн. Улыбнулся и прикрыл окно, скользнув к своему шкафу.       Игорь об утреннем знакомстве думал почти без пауз. Немного стыдно было за то, что сразу такое кинул, на чем акцент сделал — как-то некрасиво это было! Но и ничего поделать с собой в тот момент не мог. Вид белых, круглых ягодиц и всего самого нежного чуть ниже, плотно обтянутого тканью белья, вообще соображалки его лишил. А длинные, стройные ноги просто добили. Радовало только то, что ему в самом деле кофе вот так в лицо не вылили, потому что он явно на это напрашивался.       Игорь выключил газонокосилку и вытер пот со лба. Глянул на палящее солнце и подумал, что надо закругляться. На речку, может, сходить… Только чуть переждать, пока солнце так греть перестанет, а то сгорит без вариантов.       Он развернулся, чтобы отставить газонокосилку, заметил краем глаза фигуру и повернулся. И потерял дар речи. Вот это длинноногое чудо, на которое Игорь, определенно, произвел ужасное впечатление, шло по газону босыми ногами, почти совсем что голый… Темные очки на глазах, накинутое на плечо полотенце, банка, кажется, энергетика и… Игорь совсем раскраснелся. Утром вполне себе целомудренные трусы в полоску, а это — бикини, выходит. Игорь просто уставился на это, подметив краем сознания, что, судя по всему, Петя совсем гладенький. Эта мысль ужалила его еще сильнее, щеки загорелись, а Петя, приметив его голодный взгляд, подмигнул ему задорно. Скинул полотенце на лежак и залез в бассейн, открыв баночку. Игорь сглотнул. По виду сзади — стринги. Гребаные стринги. А жопа оказалась преступно-хорошей, круглой.       — Чего завис, работничек?! — окликнул его Петя, закинув руку на борт бассейна и поглядывая на раскрасневшегося Игоря. Только если это не ожог…       — Да вот… — начал Игорь, подойдя ближе и оперевшись о забор. — Благодарю Бога за свою лень.       — О чем это ты? — не понял Петя, подняв очки на макушку.       — Прошлым летом думал нормальный забор сюда поставить вместо этого. Ну, такой, высокий. Не поставил. И слава Богу, а то такие бы виды упустил.       Петя довольно прищурился и хмыкнул. Игорь был крайне доволен тем, что не спугнул его утренним перфомансом. Кажется, что даже раззадорил, если он к нему в таком виде явился.       — Как водичка? — спросил Игорь.       — В самый раз.       — А в речке купался?       — Как-то боюсь соваться… — честно ответил Петя.       — Да ты че? Там же даже пляж есть. Все норм. Я часто там плескаюсь. Такой кайф пропускаешь.       — Ну, может как-нибудь сводишь… — протянул Петя. — Не хочешь присоединиться?       Игорь удивленно приподнял брови, даже чуть опешил, растерявшись. Глупо поморгал, глядя на хитрющий Петин взгляд и, едва успев кивнуть, услышал шум двигателя. Петя вздохнул:       — Отмена. Родаки приехали.       — Ну да. Наверное они не оценят незнакомого мужика с тобой в бассейне.       — Особенно отец. Кажется, он живет надеждой, что мой первый секс случится в браке, а брак тот будет до конца жизни.       Игорь присвистнул:       — Ну, он просто волнуется за тебя.       Петя вздохнул, отпив немного энергетика:       — Знаю. Но иногда от этого устаешь.       Игорь понимающе улыбнулся. Факт строгого отца, конечно, немного напряг, мало ли… Может увидит их с Петей, потом будет за Игорем с секатором бегать. С одной стороны Игорь мог его понять. Петя юн, и из-за юности наивен, а еще — преступно-красив и Господь наградил его крайне соблазнительным телом. Разлет плеч, плоский живот, невероятная линия бедер, круглые ягодицы, длиннющие ноги… Так странно, Игорь увидел его почти полностью голым, но это не сделало Петю менее желанным для него. Сексуальность в его случае была такой невинной, сладкой, казалось, что, даже увидев его в таком виде, это не сделало Петю для него более доступным. Игорь прерывисто вздохнул. Петя влюбил его в себя, даже не стараясь. А Игорь так-то отдыхать приехал! Юля выпнула, да и отец настоял. Игорь сам считал, что ему нужно было в себя прийти, но какой тут отдых, когда рядом такая нимфа?! Нет, тут не до покоя…       Правда долго беспокоиться про отца не вышло. Они пересеклись вечером. Отец Пети, высокий, грузный мужчина, видно, дожидавшийся жены с сыном, мирно курил у машины, а, заметив Игоря, тут же предложил сигарету. Игорь отказываться не стал — ему нужно было выведать обстановку.       — А я о вас наслышан. И об отце вашем.       — Тоже из силовых? — Игорь даже обрадовался. Если свой, то вообще хорошо. Он догадывался, что его отец, вероятно, Пете мужа присматривал из сыновей генералов, кем Игорь и являлся. Другой вопрос, устраивал ли его возраст Игоря, он ведь и Петиных одногодок мог искать.       — Да. Вон, сына привез свежим воздухом подышать… А вы тут что? Питерский же вроде?       — Дача по маминой линии. Отцовской хоть как-то они занимаются, а этой — нет. Так что я тут обосновался. А сыну тут как? Не скучно? Я его видел сегодня.       Отец Пети встрепнулся:       — Да? И как он вам?       Игорь на миг даже растерялся, после скрыл улыбку за затяжкой, осознав, что, кажется, его отец уже стал приглядываться к Игорю как к возможной партии. Игорь, конечно, не намерен был тут же думать о браке и детях, как, впрочем, и Петя, но сам факт, что это не будет тайная интрижка за глаза близких уже радовал его.       — У вас очень красивый сын, — ответил он как можно более тактично.       — Породистый, — кивнул он с гордостью. Да, порода читалась у обоих, этого не отнять. Игорь даже на фоне Пети себя немного дворняжкой ощущал.       Скрипнула дверь, Петя вышел в свободных джинсах и футболке в обтяг, выглядел нереально — и стильно очень. На макушке солнцезащитные очки, блеск на губах, какая-то цацка на шее. Игорь посмотрел на него, они встретились взглядом, и Петя улыбнулся ему — немного неловко, смущенно, щек румянец коснулся. Игорь быстро осознал: Петя влюбился в него. Что ж… Игорь тоже. И от глаз отца Пети это тоже скрыться не могло: он увидел, как Игорь смотрит на его сына и понял, что тот пропал в нем весь и полностью. Дай Бог и выйдет что! Пристроен будет сын!       — Ну, тогда до завтра, — сказал он Игорю, похлопав по плечу. Тот опомнился, дернулся и кивнул, спешно уходя, кинув на Петю быстрый взгляд. Петя словил его и понял, что уже дожидался следующего утра, чтобы увидеть его. Пусть даже через забор.       Петя проводил его взглядом, и Юрий Андреевич и в нем усмотрел явную заинтересованность. Хвала небесам! Его молитвы услышаны! Из хороший семьи, с погонами, о чем еще можно было просить?! Старше, конечно, но не сильно, да и зачем Пете хлюпик-одногодка?! Тут все в самый раз. Юрий Андреевич был крайне доволен тем, как складывались обстоятельства, так что подумал, что, может, не стоит смущать молодых…       Расчет был прост: поехать с женой отдыхать, а Петю оставить здесь. Он правда боялся, что Петя вызовется с ними, но у того от перспективы остаться одному, да еще и с таким соседом рядом, аж глаза загорелись. Его мама, конечно, удивилась тому, что он отказался от поездки, но позже Юрий Андреевич кратко рассказал, что к чему. Она покивала, а после спросила:       — Ты не считаешь это опасным? Петя молодой омега, а тут по соседству мужчина…       — Свет, ну ты чего? Это ж майор Гром. Он и мухи не обидит. Я ему доверяю. Да и Прокопенко знаю хорошо, он бы за него ручался, если бы тут был.       Она немного подумала и кивнула. Про майора Грома она и сама слышала — и вправду, внушал доверие. Да и у Пети глаза странно блестели весь день, и сам он, казалось, весь был в каком-то нервном ожидании. Они уехали тем же днем, а Петя остался сам для себя. Он вообще в целом был от этого в восторге — даже без учета Игоря. Большой дом и участок, и все для него! Тишина и покой!       Уже вечером он вышел поваляться на качелях, все выглядывая Игоря, и, когда тот появился, видимо, чтобы включить поливалку — дождя ждать не приходилось — приподнялся на качелях и улыбнулся. Он и приоделся специально: шорты покороче. Тут же позу покрасивее принял, ножку согнул, выгнулся и махнул рукой. Игорь махнул в ответ, включил воду и подошел к забору:       — Отдыхаешь?       — Конечно. Мне это положено делать на каникулах, — он лениво, как бы невзначай погладил себя по бедру. Игорь смотрел на него таким ясным, голодным взглядом, рассматривал, словно зверь перед тем, как напасть. — У меня родители, кстати, уехали.       — Ничего себе. Куда?       — На море, — Петя присел на качели по-турецки, оперся рукой о спинку и спросил: — Давай поболтаем? У меня дома пара бутылочек пива есть. И погода располагает.       — Петь, да я… — он улыбнулся глупо, и эта улыбка покорила Петю, — я с радостью.              Петя кивнул и лукаво на него посмотрел. Уже через несколько минут они вдвоем сидели на качелях. Петя с ногами, а Игорь, отталкиваясь одной ногой, мерно их раскачивал. Пиво пришлось как раз. Это был теплый, летний вечер, мягкие ветер трепал волосы, а Пете было так хорошо — сидеть рядом с ним, напротив, видеть его так близко. Игорь оказался хорош со всех сторон. Высокий, красивущий, с пробирающим до мурашек голосом. Волосы эти расстрепанные, щетина колкая — Пете уже очень сильно хотелось с ним целоваться, да и Игорь будто даже смотрел на него вполне себе однозначно.       — Стоп… Так ты что, не знаешь меня? — вдруг опомнился Игорь. Он так привык к своей не слишком ожидаемой славе, что теперь просто априорно считал, что любой его собеседник уже о нем слышал. И поэтому сейчас большинство омег особенно по нему вздыхали, их интерес тоже стал для Игоря априорным, пусть и не самым приятным. В нем ведь больше не видели Игоря. Он был майором Громом. Нарицательным именем.       — А должен? — Петя очаровательно хлопнул глазами. Он вообще казался какой-то сладкой розовой конфеткой. Все в нем возмутительно-хорошо, и сам он волнующий, в Игоре все оживало, как в пятнадцать, он никогда себя таким перевозбужденным от присутствия омеги не ощущал.       — Ну… Майор Гром. Слышал?       Петя поморгал, подумал немного, а после округлил глаза.       — Я… ну, я слышал имя, какие-то новости… Но как-то особо не всматривался, не читал. Ну какой-то чел. Ну победил другого чела. Типа… мы же не в комиксе, — он пожал плечами.       Игорь улыбнулся, и Петя вдруг сказал:       — Ну, не подумай, я твой подвиг не преуменьшаю, просто…       — Все нормально, — Игорь кивнул. — Так даже лучше. А то, знаешь… уже не ясно, когда я нравлюсь, а когда моя известность.       — Что, настолько? — изумился Петя.       — К сожалению. Некоторые даже сталкерить пытались. Мне вообще-то приятно, что ты меня не знаешь. Честно, я думал это какое-то проклятье и теперь во мне никто никогда не увидит… ну, меня. Вообще казалось, что в один момент меня не стало. Остался Игорь Гром.       — Никогда не думал о такой стороне популярности… — задумчиво проговорил Петя.       — Ну, думаю это только про нежеланную популярность. Мне это нахрен не упало. Я просто хотел делать свою работу и все. А теперь… все так перемешалось. Так что круто, что для тебя я просто Игорь.       Петя улыбнулся ему и кивнул, отпил пива и сказал:       — Зато как бы мне круто было, будь я твоим фанатом? Думаю чувства там улетные. Когда твоя мечта комментирует твои трусы.       Игорь рассмеялся.       — Трусы реально классные.       — Хорошо, что хоть не с мишками надел.       — Ну вот, теперь я хочу увидеть трусы с мишками… — вздохнул он с нарочитой грустью.       Петя лукаво на него посмотрел, оперся одной рукой о спинку качелей, а второй скользнул к Игорю. Прошелся пальцами по его ноге, чуть выше, к бедру, и снова вниз, и сказал:       — Ну, может быть завтра я снова пойду выпить кофе на качелях…       — Ну вот. Теперь я буду ждать тебя с шести утра.       — Есть идея получше. Давай свой номер телефона.       — Зачем?       — Блин, Игорек, — Петя цокнул и поерзал, скрестив ноги, сев по-турецки, — фоточки тебе скину. С мишками.       Игорь посмотрел на него, пытаясь понять, о чем он. А когда понял о каких фото Петя говорил даже покраснел смущенно, взгляд потупил, а после грустно вздохнул:       — Петь, у меня не такой телефон…       И достал свою грустную нокио. Возможно это был первый момент в жизни Игоря Грома когда он крупно пожалел, что у него не было телефона. Сейчас он готов был душу продать за парочку таких фото.       Петя посмотрел на это, поморгал и устало вздохнул.       — О Господи… такой кайф обломал.       — Я потом куплю смартфон, — уверенно сказал Игорь, теперь задавшийся целью все-таки получить такие фото!       — Ну дай Бог, — цокнул Петя, — теперь реально придется переться на качели кофе пить. В этом уже не будет интриги!       — Я постараюсь заинтриговаться, — серьезно сказал Игорь, и Петя, моргнув, рассмеялся, ласково пнув его в бок. Игорь улыбнулся в ответ, отпив пива. Ему было так хорошо с Петей. Они даже не касались друг друга никак, но Игорь понял, что ему это здесь и не нужно было. Ему просто было хорошо сидеть с Петей и говорить с ним. Видеть его юный, светящийся взгляд, и такие яркие улыбки.       В тот вечер ничего не было, разве что на прощание Игорь взял его руку в свою и нежно поцеловал в тыльную сторону ладони. Петя лукаво на него посмотрел и проводил его взглядом. Так странно, еще недавно он мыслил здраво, мол, просто интрижка, а теперь смотрел на Петю, думал о нем и хотел прожить с ним всю жизнь. Господи, это ж что за омега такой… Чудо, что он в самом деле еще никем не занят был. Вероятно, при всех своих внешних данных Петя оказался совсем не влюбчивым. Игоря это радовало. Значит, Игорь для него в самом деле особенный.       Следующего утра он ждал с замиранием сердца. Конечно куда лучше было бы получить фото и он даже пожалел, что вечером не смотался в город — тут недалеко относительно было. С другой стороны пока он бы разобрался, как этим пользоваться и куда нажимать…       — Что, Игорек, с утра садом решил заняться?       Игорь поднял голову и быстро выпрямился. Петя стоял босыми ногами на газоне, улыбающийся и растрепанный, с чашкой кофе и книжкой подмышкой.       — Да вот… лилию одну окучиваю…       Петя рассмеялся и тряхнул головой, чтобы убрать волосы со лба:       — Это скорее я тебя окучиваю.       Он подмигнул ему и, лукаво глядя, плавно приподнял подол халата. Игорь сглотнул, опустив взгляд. Петя усмехнулся, вильнул бедрами. ткань поднялась еще выше, почти у самого белья, открывая белые бедра. И Петя резко опустил подол. Игорь поднял удивленный взгляд на Петю. Тот хмыкнул:       — Решил, что это как-то слишком. Фотки ладно, а вот так… Ну, в койке когда окажемся, тогда и посмотришь.       — А что, у нас будет койка? — заинтересованно спросил Игорь, оперевшись о забор и глядя, как Петя склонился, поправляя подушки. Ветер колыхнул подол халата, едва-едва, Игорь только успел заметить кружевную каемку белья и что оно светло-бежевое. Мишек заметить не вышло…       — Ну… — Петя забрался с ногами на качели и, откинувшись, блаженно закрыл глаза, — было бы неплохо. Но не все же сразу.       — Кажется, сегодня придется за телефоном съездить… Настроишь мне там все?..       — А что, так неймется на мишек посмотреть? — усмехнулся Петя, отпив кофе.       — Да, — уверенно кивнул Игорь. Серьезно так, и Петя усмехнулся. Поерзал и задрал край халата, открывая бедро и линию нижнего белья. Игорь улыбнулся: — Миленькие.       — Мне тоже нравятся, — он откинулся на спинку качелей. — А главное удобные!       Игорь улыбнулся. Да, было ясно, что Петя совсем еще юный, и все эти штучки, и вся эта игривость… Игорю казалось, что будь на месте Пети кто-то другой его бы, может, и оттолкнуло подобное. Может, ему бы и неприятно было такое увидеть, показалось бы слишком пошлым, но Петя… Петя, ей-Богу, он какой-то волшебный. Казалось, он бы мог сейчас вообще перед ним раздеться и встать в крайне неприличную позу, но Игорь бы все равно углядел в нем чистоту и невинность. Может быть это потому, что сам Петя такой. Чистый и невинный. Даже белье у него какое… Мишки эти, кружавчики… Игорь тяжело вздохнул. Боги. Он пропал.       Когда Игорь вернулся из города с коробкой смартфона, Петя попивал пиво в бассейне, куда и Игоря утянул. Тот неловко обдался в чужом душе и залез в бассейн. Петя лукаво на него посмотрел, прищурился, губы облизав, и обхватил губами горлышко бутылки. Игорь сглотнул. Он оглядел, как губу обхватывали горлышко, как его щек коснулся румянец, а сам Петя лукаво глядел на него. Господи, вот чертенок мелкий… Игорь не понимал, мог ли он тоже играть по этим правилам или ему стоило оставаться в роли наблюдателя?       — Пиво в обед? — уточнил он, когда Петя отставил бутылку на столик.       — А какая разница? Понимаю пить вечером, когда днем работа, а так… — он хмыкнул, — могу позволить себе в любое время. Куда ездил? — он улыбнулся и вытянул ногу вперед, коснувшись его колена. Игорь вздрогнул. Открытость Пети, его желание, сексуальность, то, как он не стеснялся себя, все это пробуждало в Игоре что-то звериное, что-то, чего он не чувствовал раньше ни с кем, а Петя словно перед голодной псиной мясом махал. Игорь надеялся не откусить эти дивные пальчики.       — За телефоном, говорил же. На самом деле давно надо было обновку сделать, Юля уговаривала…       — Юля? — Петя приподнял бровь и тут же убрал ногу. Игорь хмыкнул, усмехнулся и, схватив его за щиколотку, вернул обратно. Петя охнул, но замер и выжидающе на него посмотрел. — У тебя есть девушка?       — Если бы у меня была девушка, я бы, думаешь, сидел тут? — он приподнял бровь, погладив по щиколотке. — Она моя подруга. К тому же альфа.       Петя ойкнул и смущенно покраснел. Игорь усмехнулся, продолжая гладить под водой его кожу. Да, каким бы дерзким и сексуальным не был, всю его неопытность и юный возраст легко выдавала линия его поведения. Этим, кажется, Игорь и был очарован. На самом деле, сам он ощущал себя каким-то тяжелым от всех этих тревог и пережеваний, и все вокруг него были заняты своими серьезными делами. Это было нормой его мира. Опасные дела, тяжелая работа, груз прошлого за собой. Да, Юля была яркой и энергичной, но она была Юлей. Не было в ней наивности или легкости. Она делала свою работу и делала ее хорошо. В Диме, казалось, было что-то такое, но более мягкое, детское. Но Петя… Петя был юным, ярким, легким, живым. Казалось, он не видел ни в чем проблем, не видел препятствий и ничего его не смущало. Своей дикой энергией он поглощал и Игорь не хотел этому сопротивляться.       Он был очарован Петей: его обаянием, улыбками, смехом. Не только его телом, которое Петя так легко, без стеснения демонстрировал. Хотя тут у Пети явно был какой-то навык! Игорь же его видел в одном белье, он сейчас перед ним почти что голый, но, чтобы получить эти фотки с мишками, Игорь поехал и купил себе телефон. Юля его месяц уговаривала и ничего не вышло, а Пете хватило одной фразы.       — Думаешь, я знаю мало изменщиков? — фыркнул Петя. — У меня в унике почти все с омегой. Это я узнавал после того, как они подкатывали ко мне или лезли целоваться.       — О, — Игорь выдохнул и плавно кивнул, продолжая гладить его кожу. Солнце грело, приятный, теплый ветер ласкал кожу, вода охлаждала. — Да. Что ж, о таком я не подумал. В смысле: у меня с этим как-то все просто. Если с кем-то — значит других не хочешь.       — Однолюб? — улыбнулся Петя.       — Все проще, — вздохнул Игорь и, отпустив его ногу, подсел ближе. Петя лукаво на него посмотрел, покрасивее устраиваясь, привлекая внимание Игоря к себе еще больше. — Я не блядун.       Петя рассмеялся, взял бутылку, отпил и предложил Игорю. Тот отказываться не стал. Как оказалось, прохладная вода с холодным пивом в жаркий день были ему нужны. Надо и себе бассейн что ли прикупить…       — Когда так говорят — еще больше подозрений.       — То есть озвучивать объективную реальность нынче моветон?       — То есть у нас у всех сейчас проблемы с доверием, — улыбнулся ему Петя, но как-то иначе. Ласково и вместе с тем немного вымученно.       Игорь кивнул. Да, ему самому чудесно знакомы такие проблемы…       — Ну, у тебя нет выбора, кроме как поверить мне на слово. У меня никого нет. И, по правде говоря, я никого и не искал.       — Зато я искал. И нашел, — он подмигнул ему, и Игорь усмехнулся. Да, Петя хороший охотник, спора нет.       Телефон Петя настроил ему после обеда. Он валялся на качелях, закинув свои ноги на бедра Игоря, и что-то там тыкал. На нем был тот же халат, обнажающий его ноги, а в такой позе все норовили и красивой формы бедра. Игорь, впрочем. старался не лезть, зато не стесняясь пожирал его глазами, ладонью лениво поглаживая гладкую кожу щиколоток. Вверх и вниз, лаская. Кожа у Пети была такой нежной, словно шелковой, и Игорь невольно думал о коже на его бедрах или животе — где она еще мягче, еще нежнее. Ему подумалось, что, если поцеловать его в область живота — то Петя рассмеется от щекотки из-за бороды. Игорь улыбнулся этой мысли и перевел снова взгляд на Петю. Он смотрел в телефон, волосы у него были растрепаны, сейчас он даже показался ему почти незнакомым. Не стреляя глазками, не улыбаясь таким образом, что в паху приятно ноет, он был таким спокойным, будто отстраненным и будто бы даже еще более красивым. Так странно. Игорь думал, что когда Петя соблазнял его — это был пик его красоты, его сексуальности. Второе может быть. Но точно не первое. Сейчас, такой расслабленный, в нем цепляло что-то еще больше. Его спокойный взгляд и лицо…       Петя заметил его взгляд и посмотрел на него, вскинув бровь:       — Что?       Игорь моргнул, будто ото сна отошел, и спокойно сказал:       — Ты очень красивый, Петь.       Петя дернулся, щек коснулся румянец. Сейчас он вдруг показался таким беззащитным, уязвимым. Будто он просто не был готов к тому, что Игорь мог посчитать его красивым не в момент, когда он показывал себя и свое тело, не когда флиртовал, а просто вот так. Когда Петя просто был. Игорь улыбнулся. Да, Петя был еще юным и невинным, и, на самом деле, он жутко смущался Игоря — сейчас он это понял. Просто Петя знал, что он хорош собой и что он нравится людям, и он умел этим пользоваться, но это вовсе не означало, что вся эта сексуальность и вся эта смелость в самом деле говорили о нем много.       Петя был простым, чистым и забавно краснеющим в момент, когда осознавал, что нравится вот так. Таким. Самим собой.       — Спасибо, — в итоге только смущенно буркнул Петя и отвел взгляд, поджав губы. Игорь улыбнулся этому смущению и, не выдержав, пощекотал его по голой пятке. Петя взвизгнул, дернулся, едва телефон не выронил и смачно пнул Игоря пяткой по бедру. — Ты что делаешь?!       — Это чтоб ты таким серьезным не был.       Петя фыркнул, снова пнул его, а после вернулся к телефону.       — Так, ну вот… теперь все. Вот здесь я тебе записал все пароли, ну а так вход у тебя везде будет с почты, просто нажмешь на «войти с gmail», понял?       — Надеюсь. Я же не совсем дед, — вздохнул Игорь и забрал свой телефон. — Спасибо.       — Я тебе инст еще скачал и на себя подписал, — подмигнул ему Петя и, толкнувшись пяткой вперед, уперся ею во внутреннюю сторону бедра Игоря. Тот приподнял бровь и просто плавно уложил на его ногу свою руку, приласкав щиколотку. Петя тихо вздохнул.       — Понял, Петь. Еще раз спасибо. Буду ждать от тебя привета, — подмигнул ему Игорь.       — Изврат старый, — улыбнулся Петя и, подняв ногу, легонько пнул его пальцами ног в щеку. Игорь усмехнулся, нежно перехватил за ступню и поцеловал в косточку на ноге. Петя смущенно покраснел и будто бы меньше сделался. Игорь не сдержал улыбки. Господи, что за существо прекрасное…       — И тебе это нравится?       — Не нравилось бы, то не сидел бы тут.       — Вот и отлично, — он уложил его ногу обратно на свое бедро, Петя тихо вздохнул. Игорь ведь даже не представлял, как он заводил Петю. Своим спокойствием, невозмутимостью. Все это так горячо было, просто нереально. Петя такого раньше не встречал. Обычно к нему настойчиво лезли и в этом всем почему-то Петя не угадывал реальной их заинтересованности к себе. И тут Игорь… вроде не настаивает, не лезет, только поддается на все его заигрывания, как будто лениво, но при этом Петя чувствовал и был уверен: он очень нравится Игорю. — Расскажешь, где учишься?       Петя поглядел на него и улыбнулся.       — А ты потом про своего Чумного доктора.       — Хочешь сказать, что еще сам не прочел?       — Я загуглил, увидел видео на час и решил, что лучше уж ты мне сам все расскажешь. Зато… Ой, Игорек, сколько про тебя сплетен. И с кем ты, и как ты, и фотки твои… Ну хоть на дачу пока не заползли.       — Поэтому я и на эту поехал, под Москву, тут вроде не так очевидно меня найти… А то наша фотка уже тоже была бы в этих интерентах. И с твоей жопой в стрингах.       Петя фыркнул:       — Тебе понравились стринги.       — И предпочту, чтобы они нравились только мне, — хмыкнул Игорь и Петя растянулся в довольной улыбке, разглядывая его. Сейчас Игорь казался еще красивее. На самом деле один его вид вызывал в Пете неясный трепет, который он не мог описать. Он не просто хотел его. Он думал, что был согласен на то, чтобы пойти и родить ему прям щас. Вот что-то такое он ощущал от Игоря. Желания не только близости, а чего-то большего. Самого прекрасного, что могут разделить между собой двое.       Но Игорю пока об этих странных мыслях знать вовсе не обязательно…       Они провалялись так до позднего вечера. Игорь гладил его ноги и внимательно слушал истории про бурную жизнь студента. Про сессии, пары, пересдачи, про альф, про похмелье… Слушал и улыбался. Эта часть жизни прошла мимо него и Игорь даже не чувствовал тоски по этому поводу, но, слушая, как это рассказывал Петя, что-то в нем приятно дергалось от представления той, другой жизни, в которую Игорь вышло лишь заглянуть.       — Замерз? — спросил Игорь, чувствуя, что кожа Пети стала холоднее.       — Да, — Петя поморщился и сунул ноги под бедро Игоря. — О, тепло.       — Да, ты ледяной, — согласился он, чувствуя холод его ног даже сквозь ткань джинс. — Тогда до завтра? Так, где обувь-то твоя… Без нее, что ли?..       — Мне нравится по траве босяком ходить.       — Да уж, дитя природы, — вздохнул Игорь и встал, вновь склонившись к Пете. — Давай отнесу, а то ноги совсем отвалятся.       Петя даже для приличия не стал сопротивляться, наоборот, шало улыбнулся и обхватил Игоря за шею, когда тот подхватил его под колени. Он выпрямился, посмотрел на улыбающегося Петю и сам улыбнулся в ответ. Не мог не улыбнуться. Петя оказался таким легким, еще легче, чем Игорю казалось, идеальный для его рук. И запах его тела, его волос, и хватка возле шеи казались такими правильными.       Он поставил Петю на веранду и спросил:       — Я заслужил поцелуй?       — Не гони коней, — фыркнул Петя, ткнув его в грудь, якобы игриво отталкивая.       — Ого, — Игорь усмехнулся, — то есть показаться в одном бикини не спешка, а поцелуй — уже все?       — Ну так это, — он указал на себя, — видело сотни людей на разных пляжах. А поцелуй — это уже интимное.       — Хм. И перед всеми ними ты красовался так же, как передо мной?       — А я не красовался. Я просто такой есть, — фыркнул он. Врал, конечно, и Игорь это понимал.       — Что ж, понял. Тогда не гоню коней, — он поглядел на него с нежностью и провел рукой по теплой щеке, которой коснулся румянец. Да, Петя казался ему таким чистым, таким простым в этом всем. Он так же смущался Игоря и с таким же трепетом относился к их первому поцелую, как любой другой юный влюбленный омега. Теперь Игорь это видел. — Тогда доброй ночи. Отдыхай.       — Погоди, — Петя взял его за руку, посмотрел с искрой сомнения и, встав на носочки, мазанул своими губами по его щеке. Посмотрел смущенно, вот так, сверху-вниз, и выглядел он таким по-особенному трогательный. Господи. Шедевр. Игорь везунчик, если в самом деле смог заполучить его симпатию. А он смог.       — Что ж… теперь у меня в самом деле будет очень добрая ночь.       — Я сделаю ее еще добрее, — многоообещающе улыбнулся ему Петя, заправив прядь волос за ухо, и в этом жесте было столько всего, что Игорь едва дышать от восторга не перестал. Господи, как же он втюрился…       — Многообещающе, — кивнул Игорь и, поцеловав его волосы, ушел. Петя вздохнул и провел его взглядом. Вспомнил, что калитку надо бы закрыть… Но уже после. Сначала хотя бы шлепки наденет…       После душа, ужина и закрытой калитки, Петя упал в кровать и сначала залез в телеграм канал, на который недавно подписался. Вел какой-то фанат Игоря Грома, количество фоток исподтишка ужасало. Петя полистал их и открыл парочку, которые, кажется, были взяты из чей-то инсты — наверное его друзей. Игорь на фото был похож на расстрепанную добрую дворовую собаку. В хорошем смысле. Петя тихо вздохнул. Да, Игорь был красавчиком, но было еще что-то. Что-то в его лице, его взгляде, что-то, что разрывало Петю изнутри невозможным желанием к нему. Желанием поцеловать, отдаться ему. Быть с ним. Родить троих детей. И все в таком духе. Петя никогда не испытывал такого ранее и это даже пугало его. Это нормальное чувство? А если нет? Если просто вспышка? Они же не сделают глупостей?       Петя призадумался. Ну, на самом деле, главное детей не сделать случайно, а трахнуться не только можно, но и нужно! Игорю ведь и не двадцать уже, вероятно, опытный, как минимум сможет найти клитор с первого раза — а то Петя уже понаслушался рассказов друзей… На самом деле первая причина, по которой ни с кем близости еще не случалось, была в том, что он смотрел на альфу и понимал: в него просто потыкают членом. Все. Это будет неловко, глупо и, может быть, даже немного больно. И стыдно. Но, глядя на Игоря, не было ни одной такой мысли. Он думал только о том, каким, должно быть, фантастическим любовником окажется Игорь.       Томно вздохнув, закусив губу, он снял с себя халат, футболку, в которой спал и включил камеру. Он собирался сделать ночь Игоря по-настоящему доброй.       Установив телефон так, чтобы не сильно искажался ракурс, Петя оперся на локти и изогнулся, демонстрируя ягодицы и белье. Включил удаленную съемку на часах и сфоткал. После выгнулся чуть сильнее, чтобы было видно, как белье облегало все самое нежное и снова сфоткал. Поерзал и встал перед камерной на колени, чуть приспустив резинку белья. Камера щелкнула. Петя схватил телефон и просмотрел фотки. Кивнул. Вышло хорошо. Красиво. И почему-то невинно — вероятно, все из-за мишек… Он хмыкнул и зашел в телеграм. Регистрируя Игоря, он добавил свой контакт и отправил в их чат стикер, чтоб уж точно после не ошибиться.       Закусив губу, он написал:       «доброй ночи)»       И прикрепил три фотки со всех ракурсов, улегшись на кровать и поерзав, закусив губу. Ему казалось, что прошла вечность перед тем, как под именем «Игорек ♥» загорелось «в сети». Игорь прочел и Петя поерзал, дожидаясь реакции. Он ожидал ее тут же, но Игорь, кажется, или разглядывать начал, или дрочить… Потому что он все еще был онлайн, но ничего не печатал. Петя насупился и написал:       «еще дольше помолчи — я удалю фотки из диалога!!!»       А нечего, блин, молчать! Сначала комплименты, потом будет рассматривать, или дрочить, или печатать и вешать на стену возле кровати. Загорелось «печатает…». Долго горело. Петя весь извелся.       Спустя еще одну вечность, Пете пришло грустное: «прости, тут неудобно так печатать…»       Петя едва не заорал от этой пытки. Господи, ну вот хороший же мужик, а тут такая лажа!!! Он нажал на запись голосового и быстро отправил: или я получаю нормальную реакцию нормального мужика на свою жопу, или я с тобой завтра даже не поздороваюсь!!!       Он отправил. У него уже весь запал пропал, пока этот дед разбирался с телефоном. Игорь снова начал печатать.       Игорь.       Как ты это сделал?       Петя закатил глаза.       Петя.       Сделал что?       Игорь.       Отправил свой голос.       Петя.       Возле поля для текста есть значок микрофона. Зажми его, запиши голосовое, а после нажми отправить.       Он молился Богам, что Игорь справиться с этим сложным заданием, а не распсихуется и не решит сказать Пете завтра, что он думает об этих фотках. Нет, Петя этого не выдержит. Он тогда припрется к нему домой и покажет свое белье прямо так, на себе. Ну а что время тратить, в самом деле? Вон, Игорек недалеко. Если постараться, то может из окна увидит…       Пришло голосовое. Петя устало вздохнул и включил его. И низкий, хриплый голос Игоря тут же выбил из Пети любое недовольство. Он говорил, мягко смеясь:       «да, все эти технологии явно не для такого деда, как я…»       Петя ткнулся красным лицом в покрывало. Он вдруг понял, что голос Игоря делал с ним что-то невероятное. Вот так, когда Петя не видел его или не был сконцентрирован на других вещах, он был весь на голосе Игоря, и он показался ему еще более глубоким, до мурашек. Вздохнув, Петя нажал слушать дальше.       «Я не ждал фоток, честно… Очень красивое белье, Петь. Лучше любых кружевов. И ты словно розовая сладкая конфетка. Ножки твои… и все, что между…»       Петя снова поставил на паузу и тихо заскулил, весь красный, ударив ногой по кровати. Господи, нет, им нельзя заниматься сексом. Игорь что-нибудь промурчит своим этим голосом на ушко, и Петя просто сознание потеряет от перевозбуждения. Глубоко вдохнув, он снова нажал на голосовое, чтобы, наконец, дослушать.       «думаю, там ты будешь еще слаще… надеюсь, я как-нибудь попробую… как-нибудь покажешь эту конфетку?».       Петя снова заскулил, весь красный, в одеяло. Видел Бог, он уже готов был показать все, что у него меж ног — к тому же он чувствовал, что намок только от одного голосового, от звука его голоса. Глубоко вдохнув, он записал ему в ответ, стараясь звучать спокойно: «может быть и покажу. А ты меня побаловать не хочешь?».       Игорь.       Уф… задача со звездочкой. Щас попробую, погоди.       Петя.       Любишь же ты заставлять ждать… Ладно.       И сам перевернулся на спину, погладив себя между ног сквозь ткань белья. Там уже все ныло, так хотелось коснуться себя… Вздохнув, он скользнул пальцами за белье, прошелся меж губ — вздохнул сладко. Влажно и скользко. Хотел бы, чтобы это были пальцы Игоря. Он отложил телефон и закрыл глаза, думая об Игоре и дразня себя — гладил мокрые складочки, мягко перебирал клитор и кружил возле расслабленных мышц.       Наконец, пришло уведомление и Петя схватил телефон.       Игорь.       Нормально?       Он прислал два фото. Первое сфоткался в зеркало, и Петя с жадностью оглядел то, что уже видел: широкие плечи, рельефные мышцы, кожу, тронутую загаром. На второй… все было уже интереснее. Игорь сфоткал свой пах и руку, сжимающую член сквозь ткань джинсов. Петя был рад присутствию руки, было с чем сравнить богатство и, судя по всему, Игорю было чем хвалиться.       Петя записал голосовое: «Красавчик. Ты нереально горячий. Чуть приспустишь штаны? Пожалуйста».       И, чтобы добавить убедительности, сладко выдохнул в конце голосового.       Игорь ждать не заставил. Отправил фото в том же ракурсе, но чуть приспустив джинсы и белье. Петя закусил губу, глядя на темную дорожку волос, идущих к паху и виднеющееся самое основание члена. Его с этого фото нереально унесло, меж бедер прошелся приятный импульс жадного желания и он, закусив губу, отдался удовольствию, чувствуя, что ему нужно было совсем немного. Он представлял, как Игорь берет его за бедра и плавно насаживает на свой член, как он приятно растягивает его, как усиливается давление меж бедер… Петя шумно выдохнул, вздрогнув, и раскрыл глаза, переведя дух. Приласкал себе еще раз пальцами и лениво взялся за телефон.       Игорь.       Вот ты какой, Петь) На себя реакцию выпросил, а на меня молчишь?       Петя.       Я кончил, глядя на твое фото. Сойдет?       Игорь.       Ух…       И тут же появилась пометка, что он записывает голосовое. Петя заерзал. Он только что кончил, но от этого трепет перед Игорем не убивался. Он был рад, что тому было сложно с текстом, так что Петя теперь будет в изобилии голосовых.       Когда оно пришло, Петя тут же включил, жадно вслушиваясь:       «хотел бы я видеть, как ты это делал… Знаешь, даже эти мысли заводят. Петь, ты что-то невероятное. Я с тобой словно подросток. Сто лет такого не было».       Петя довольно мурлыкнул и включил запись аудио: «ну не вечно же тебе ходить старым дедом и спасать мир… Хоть на молодых посмотришь». И хихикнул в конце.       Проболтали они до поздней ночи и Пете, на самом деле, оставалось совсем немного, чтобы не сфоткаться без трусов. Он был уверен, что на Игоря это произведет большое впечатление… Главное чтобы в одних трусах к нему в комнату не забежал. Но обошлось без фоток, зато перед сном Петя снова ласкал себя, но на этот раз под голос Игоря — до мурашек пробивал. Засыпая, Петя думал о том, что ему, наконец, повезло. ЭГО тешила мысль о том, что Игорь это не просто альфа. Это Питерский супер герой! В него столько омег влюбленно, столько у него фанатов, а Игорь его выбрал. Правда Петя уже начал беспокоиться о их будущем. Ему просто казалось, что это будущее у них обязательно будет, должно быть! Он уже был уверен, что, несмотря на то, сколько между ними было сексуального напряжения, это все равно о большем. И как же им… на расстоянии, выходит?.. Петя недовольно вздохнул. Ладно уж, как-то придумают… Сейчас главное не это. Сейчас главное, что Игорь рядом и весь — для него. И что Петя везунчик. Да, это тоже.       — Ну и жарень, а?       Петя приподнял очки и поглядел на Игоря, раскачиваясь на качелях. Да, палило нещадно, Петя прятался под навесом, пил айс-латте и даже сменил свой любимый шелковый черный халат на белый хлопковый.       — А ты сегодняя поздняя пташка? — приподнял Петя бровь и Игорь, с широкой улыбкой, оперся о забор, поглядев на Петю.       — Да, не мог заснуть от впечатлений.       — Всю ладонь от впечатлений стер?       — Ну ты что. Я уже взрослый мальчик, пользуюсь смазкой. Новый халатик? — он усмехнулся. — Тебе идет белый. Такой ты сразу нежный.       Петя поднял очки на макушку и поглядел на Игоря, довольный произведенным эффектом. Чуть отставил бедро, и взгляд Игоря скользнул по нему, а после — снова к лицу Пети.       — У меня еще есть кое-что белое…       — Ого, — Игорь улыбнулся. — Белье?       — Не только, — Петя облизал губы. — Потом покажу.       — Дразнишь, — вздохнул Игорь.       — Ты меня на речку обещал сводить, — напомнил Петя, отложив книгу, которую листал и чуть ослабил пояс халата. Ткань скользнула, открывая частично его грудь. Петя вздохнул от того, как приятно ветер ласкал ключицы.       Игорь осмотрел его темным взглядом, сглотнул — да, Петя знал этот взгляд, и он любил его. Игорь замялся на немного. Он сомневался, что это было хорошей идеей… Он чувствовал, что что-то было не так. С собственным телом. У него давно не было гона — он начинался только если рядом омега в течке, а Игорь таким не занимался. Времени не было. Врачи рекомендовали для здоровья — можно хотя бы таблетками вызвать, но Игорь даже для этого времени не нашел. Да и мысль о провождении гона одному его как-то совсем не радовала. Реально ладонь сотрет. И врач вроде говорили, что дрочить много в кулак нельзя — на чувствительность влияет. Так что, подумав, Игорь решил, что оставит гон до лучших времен.       И тело, кажется, крайне всем недовольное, решило среагировать на Петю. Течки у него не было, но пах он вполне себе сладко и пряно, а еще рядом с ним Игорь возбуждался. Так что все утро Игорь проходил со странным ощущением в паху, и теперь очень опасался, что его так некстати скосит гон. Тогда точно придется одному проводить и только с кулаком. Если не додумается трахать щели в диване…       Немного подумав, он сказал:       — Чуть позже.       — Завтра дождь, — Петя надул губы и перекинул ногу на ногу. Ткань скользнула по голому бедру, открывая нежную кожу. Взгляд Игоря голодно скользнул по ней. — А сегодня жара. Не отпирайся, дядь. И покажу тебе обновочку кое-какую… Знаешь, она вообще довольно… Как бы сказать, — Петя закусил губу и, поерзав, присел на качели, одну ногу подогнул под себя, а другую согнул в колене, оперевшись о него локтем и подперев им подбородок. Ткань едва прикрывала его нижнее белье и открывала мягкие ляжки. У Игоря в паху приятно заныло. — Ну, для особых целей, — Петя поиграл бровями. — Я купил чтобы по комнате в жарень ходить. Но могу и тебе показать. Хочешь?              Игорь глядел на него, чувствуя, как его тело наливалось возбуждением. Он прикинул, что, может быть, у него есть немного времени, а Петя вел к вполне ясному действию… И если оно случится до гона, то, гляди, и гон одному не придется проводить. Был бы Петя постарше, Игорь прямо все предложил, а так не мог. Петя, наверное, мечтает об их первом разе, как о чем-то красивом и особенном.       — Хочу, — прохрипел Игорь. Воображение уже рисовало разные картинки, но одно Игорь знал точно: Петя окажется лучше любой фантазии.       — Тогда после самого солнцепека. До речки далеко?       — На машине поедем, — сказал Игорь. — Не далеко. Просто… ну, раз уж у меня тут машина… — добавил он. Машина была куплена уже давно, но Игорь ей не пользовался и крайне редко считал удобным средством передвижения. Ее ему вообще отец подарил — и впихнул почти силой, чтобы была. Ну, пригодилась хотя бы на дачу съездить — и Петьку на речку отвести.       — Ну да… Наверное накупаемся, потом еще силы найти назад идти, — он обворожительно ему улыбнулся и чуть поерзал. Игорь снова скользнул взглядом меж его ног, там, где ткань столь соблазниетльно обещала чуть приподняться и обнажить его белье. Петя видел его взгляд и от него в паху приятно заныло. Он вздохнул и позволил ткани задраться совсем на немного и на несколько секунд. Игорю хватило этих секунд — от вида, как ткань облегала губы, внизу сладко заныло. Господи, если бы забор закрывал все, что ниже шеи, Игорь бы тут же за член схватился. Ткань скользнула обратно. Игорь сглотнул.       — Очаровательное белье, — прокомментировал Игорь.       Петя тихо рассмеялся и подмигнул ему:       — Кружевное.       Да, белое и кружевное — Игорь смог немного рассмотреть и теперь не мог думать ни о чем, кроме того, чтобы поскорее увидеть его ближе, детальнее, ткнуться носом меж бедер… Даже от мыслей его пробрало и он посмотрел Пете в глаза своими, темными, голодными. Петя смущенно покраснел и отвел взгляд. Господи, что за нимфа такая невинная… Игоря он заводил жутко.       Игорь все еще сомневался по поводу своего решения. Думал: может стоит повременить? Ну… день переждать. А там попереписываются просто, фотки друг другу покидают. Вот так он мучился весь день, отвечая Пете на сообщения, где тот жаловался на жару и радовался, что дома так прохладно. И что он очень ждет речки. Игорь был в замешательстве.       И, однако, после полудня Петя постучался ему в дверь. Игорь, все еще в смятении, открыл ему и осмотрел. Приподнял брови:       — Тебе не жарко? Это ж плащ…       Петя закатил глаза.       — Дурак, все главное под ним. Там тебе и покажу. Поехали лучше. Я воды взял, если что. И крем от загара.       Игорь тупо кивнул. И все его здравые мысли о подождать просто выветрились из башки от вида и запаха Пети. Пах Петя нереально. Не то все юные омеги так пахнут, не то у того гормоны зашкаливают. Или, может, течка скоро?.. Потому что запах у него был пряный, яркий и сочный. Игорь думал, что, может, причина в том, что рядом с Игорем Петя всегда был возбужден. Тогда не удивительно, что уставший Игорев организм принял Петю за омегу в течку. На безрыбье и рак рыба…       Доехали они славно и Петя был очень доволен. Открыв окно, он подставил лицо ветру и наслаждался поездкой весь и полностью, отдаваясь моменту. Он говорил, что никогда не думал о том, как ему тут может понравиться. Сказал, что это даже лучше океана. Ну, по крайней мере сейчас. Когда он закинул ногу на ногу, Игорь увидел, что они, кажется, были совсем голыми. Он сглотнул, только догадываясь о том, что же его там ждало под плащом…       Он остановился и заглушил машину. Петя открыл дверь и ловко вышел, схватив покрывало, которое Игорь взял для них. Он скинул его на берег, присыпанный песком и придавил один край бутылкой воды, другой небольшой сумкой с кремом и средством от комаров. Они устроились в тени, тут было приятно-прохладно — еще и с речки дул ветер. Хорошо было.       — Ну… — Петя посмотрел на него, улыбаясь, и одним движением стащил с себя плащ, тот упал в ноги, а Игорь так и завис на нем, рот раскрыв.       Петя стоял перед ним, разве что не голый. На нем была будто бы не то сорочка, не то что-то вроде сарафана — белая, полупрозрачная, струящееся по его телу. Ветер трепал ткань, и вид от этого был на грани. Петя казался сексуальным и невинным одновременно. Будто он звал к себе, влек, и при этом не давался. Будто показывался и тут же скрывался. Это было невероятно. Игоря просто поразило то, как он выглядел сейчас. Он видел, как под тканью были очерчены его бедра, едва виднелась ткань белья — у Игоря дух перехватило.       — Нравится? — улыбнулся Петя и погладил себя по бедра. — Мне тоже.       — Очень красиво, Петь… — пробормотал Игорь.       — Пойду водичку потрогаю, — лукаво улыбнулся ему Петя и, вильнув бедрами, пошел к реке.       Игорь хотел окликнуть его, спросить: прямо так? В одежде? Но вместо вопроса, с потемневшими глазами, он смотрел за тем, как Петя шел к воде. Тот коснулся ее ногой и сказал:       — Теплая!       И сделал шаг вперед, заходя в нее. Игорь подошел ближе, чувствуя себя так странно… Казалось, что все перестало существовать. Был только Петя, который вошел в воду и провел по ее глади ладонью. Такой нежный, красивый… Игорь просто не находил в себе сил, чтобы отойти, сделать шаг назад или просто отвести взгляд. Весь он, все его внимание были на Пете. Он скользнул в воду, немного отплыл и снова выпрямился, улыбаясь и тряхнув волосами. Игорь все еще смотрел на него темными, мутными глазами. Его взгляд потяжелел, тело напряглось, он гулко сглотнул. Весь он был на Пете, только на нем, ни о чем другом он не мог думать.       Игорь совсем не сразу понял, что именно с ним происходило.       Петя махнул ему рукой, улыбаясь:       — Шикарная!       И плавно пошел к нему. И если до этого у них и были какие-то шансы избежать последующих событий, то в этот момент их не стало. Не стало и самого Игоря, потому что весь он был захвачен тем, как мокрая ткань прижималась к его телу, как она облегала изгибы его тела. Петя сделал еще один шаг, и вода обнажила его бедра. Ткань сделалась почти прозрачной, и Игорь видел сквозь нее кружевное белое белье. В голове стало туманно, он тяжело дышал. В паху стало жарко, приятно заныло.       Петя вышел по щиколотки и оглядел его. Усмехнулся:       — Ого, а ты рад меня видеть.       Да, не заметить такие очертания было сложно. Петя даже если бы постарался, то не смог.       Петя красиво повел бедрами, наслаждаясь оказанным ему вниманием, плавно прошелся рукой по бедру и животу, и Игорь следил за ее движением голодным взглядом, сглотнув. В голове у Игоря стало мутно окончательно. Перед глазами будто все поплыло и в какой-то мере Игорь вообще перестал понимать, где он и кто он. Все, что он знал — перед ним красивый омега, которого он пиздец, как сильно хотел.       Может быть, будь он более в своем уме, то вспомнил, что про это ему говорил врач. Что в один момент тело может устроить один большой взрыв гормонов и Игорь сорвется, потеряет контроль. Тогда Игорю это казалось бредом — что он, животное, что ли? Люди теряют над собой контроль только в романчиках, где омега во внезапной течке, томно раскинувшись на большой кровати, молит ее взять. В реале же омеги в течке вооружаются ножом и угрожающе смотрят на любого, кто им не нравится, чтобы на них не покусились в такой уязвимый период.       Конечно Игорь просто не поверил.       А сейчас — очень даже. Ну, если бы мог вообще что-то обдумывать или понимать. Что-то кроме того, как пах Петя, кроме линии изгиба его талии или бедер. Кроме того, что он адски хотел овладеть им прямо сейчас.       Он двинулся вперед, и Петя лукаво улыбнулся:       — Может разденешься?       Петя никогда не видел альфу в гоне, поэтому мутный Игорев взгляд, лишенный какой-то разумности и ставший агрессивный запах он списал на простое возбуждение. Петя закусил губу и мягко приподнял по бедру ткань сарафана, доходя почти до линии бедра:       — Ну?.. Так и пойдешь в воду в оде… Игорек, ну ты че?..       Петя округлил глаза, когда Игорь в самом деле вошел в воду в джинсах и, ощутив нотки его запаха, ставшие еще ярче, вдруг почувствовал что-то не ладное… Он дернулся. Запах был таким агрессивным и сильным, что внизу все приятно заныло и, вместе с тем, Петя ощутил какой-то немой страх. Он качнул головой и отошел назад, заговорив:       — Игорь, ты чего?.. Все хорошо? Ответь мне!       Игорь остановился, посмотрел на него, оценивая с ног до головы, и вдруг резко сорвался. Петя вскрикнул и кинулся от него в сторону, чуть не повалившись, но устояв. Игорь — за ним.       Босыми ногами Петя побежал по песку — он был уверен, что сможет убежать, ведь изначально у них была разница в расстоянии, но Игорь догнал его до того быстро, что Пете это показалось почти нереальным. Люди вообще так быстро бегают?! Он вскрикнул, когда Игорь повалился его на песок и завырывался.       — Игорь! Блять, Игорь, не смешно! — заорал он, пинаясь локтями, а внутри сердце сжалось от ужаса и осознания, насколько Игорь оказался его больше и сильнее.       Игорь резко вцепился зубами в его холку, и Петя замер, дыхание затаив. Так делают животные, чтобы усмирить суку и, к несчастью, в этом плане они недалеко ушли от животных. Особенно во время… Петя затаил дыхание. Гон. Господи, у Игоря гон… Почему не сказал?! Зачем вообще тогда согласился поехать?!       Когда Петя затих, Игорь аккуратно расцепил зубы и принялся обнюхивать его — шею, за ушами, у линии челюсти, и Петя перестал дышать в этот момент, замерев от ужаса. Господи… И вокруг никого. Он так кричал, что кто-нибудь бы пришёл, будь рядом. Но тут только они и безмолвный лес. Петя тихо завырывался — Игорь вжался в него сильнее и зарычал. Ягодицами Петя ощутил каменно стоящий крупный член. Он тихо заговорил, надеясь достучаться до здравой части Игоря:       — Игорь… Игорь, приди в себя. Успокойся. Пожалуйста…       Он тихо всхлипнул, дернулся — Игорь в ответ рыкнул и принялся вылизывать его шею, продолжая плотно прижимать его к земле. У Пети сердце колотилось в глотке, пальцы побелели от осознания, что Игорь хотел его… силой. Петя снова попытался завырываться, и Игорь предупреждающе вцепился в его загривок. Петя попытался позвать на помощь, но только эхо прокатилось и ничего больше. Игорь расцепил зубы и втиснулся коленом меж ног — Петя испуганно вздрогнул и совсем затих, сжавшись. Он наивно думал, что вот сейчас что-то человеческое в Игоре все-таки заметит, что Петя напуган, ему страшно, и он перестанет! Но он не замечал, продолжая жадно вылизывать его кожу и сжимать сильными пальцами его бока. У Пети сперло дыхание, он был так напуган и ему было так страшно — он едва не заплакал от осознания, что его первый раз… будет таким.       Руки Игоря скользнули под мокрый сарафан, легли на грудь и приласкали. Петя дернулся, с губ сорвался тихий вздох. Игорь снова принюхался к нему и, будто бы решивший, что запах не подходит для случки, принялся всего трогать, целовать и ласкать. Петя сначала сжимался, уходил от касаний и отворачивался, но с губ вдруг сорвался тихий вздох удовольствия, и Игорь снова принюхался. Он довольно зарычал, лаская пальцами соски и целуя его шею — Петя ощутил стыдливый импульс удовольствия меж ног и невольно попытался сжать их вместе, но встретил сопротивление в виде колена Игоря, который в ответ вжал его сильнее и Петя снова охнул.       Игорь укусил за плечо — сам он тяжело дышал, был болезненно-возбужден, его почти трясло от возбуждения. Он принюхался и удовлетворенно хмыкнул — Петя стыдливо признался себе, что был возбужден, но это не означало, что он хотел! Вот так, на земле, почти что силой! Колено Игоря скользнуло чуть ниже, но все еще не давало Пете свести ноги. Одна рука скользнула ниже и подняла мокрую ткань выше — Петя крупно вздрогнул, испугавшись не сколько этого жеста, а того, как приятно внизу от него заныло. Он захлопал глазами, тяжело задышал и пальцами Игорь погладил его меж ног сквозь ткань — Петя снова охнул. Дыхание Игоря участилось, он принялся трогать его меж ног почти грубо, но Петя чувствовал, что заводится только сильнее. Каждое его движение было таким выверенным, а ткань приятно терлась меж губ — Петя вздрагивал и тихо мычал от удовольствия.       Схватив за резинку белья, Игорь резко потянул его вниз — Петя вздрогнул, заломил брови, и снова охнул, когда грубые пальцы коснулись его на удивление нежно. Петя почувствовал, что был мокрым, и это же оценил Игорь довольным вздохом, скользя пальцами меж больших губ, лаская розовые складочки. Он аккуратно подвигал пальцами, будто что-то искал, и Петя вздрогнул, издав тихий, беззащитный стон, когда он нашел возбужденный клитор и помассировал его. Перед глазами у Пети будто что-то вспыхнуло и он затаил дыхание. Несмотря на то, что в его голые ягодицы вжимался тяжелый член с набухшим узлом, Игорь медлил с ним, и Петя был за это благодарен. Он боялся, что иначе это в самом деле будет больно.       Когда два пальца оказались внутри Петя раскрыл глаза, охнул, снова попытался свести ноги вместе, но ожидаемо не вышло. Сердце начало биться быстрее, ноги задрожали и он сладко сжался на пальцах — кажется, это было последней каплей для Игоря. Он убрал пальцы, заерзал и Петя замер, когда к ягодицам прижался горячий, твердый член — ощутив его вот так, все внутри боязливо замерло, он сжался. Игорь укусил его за загривок — Петя понял: для того, чтобы он не стал вырываться — и потерся членом меж мокрых губ. Петя замер, постарался расслабиться — член терся приятно, Петя словил себя на страшной мысли, что ему нравится. На том, что от ожидания он поджал пальцы на ногах и то, как Игорь держал его за загривок зубами ему тоже нравилось… Он тихо застонал и Игорь счел это за зеленый свет.       Войти с первого раза не удалось — член проскользнул по губам и внутренней стороне бедра. Игорь зарычал и Петя, тяжело дыша, шире развел ноги — он даже сам не понял, как это сделал и почему! Игорь рыкнул, сильнее сжимая кожу меж зубов, удобнее устроился и толкнулся. Петя охнул, широко раскрыв глаза — его накрыло сразу так много чувств. Такая дикая наполненность, и так горячо… Он не смог разобрать чувств, когда Игорь начал толкаться. Уперевшись лбом в свои руки, он раскрыл рот, громко дыша. Было и больно, и хорошо одновременно. Внизу живота неприятно тянуло и при этом так сладко ныло, и от каждого толчка — только сильнее. Ему было плохо и хорошо одновременно. Игорь рычал и хрипел над ухом, а Петя лишь иногда сладко постанывал. С губ протянулась ниточка слюны, и Петя этого даже не заметил. То, что с ним сейчас происходило было чем-то неясным, слишком ярким, бурным, всего было так много и он просто терялся. Он то стонал, то мычал, даже рот закрыть был не в состоянии, пока Игорь сверху наращивал темп — давление усиливалось, становилось таким ярким, что Петя громко застонал, и этот стон плавно перешел в мычание. Его тело напряглось, сердце билось быстро и шумело в ушах, а после — взрыв.       Петя даже не понял, что произошло. Перед глазами помутнело, а в ушах зазвенело, ему показалось, что он потерял сознание или что-то такое. С трудом он раскрыл глаза, лежа плашмя на песке и пытаясь хватать ртом воздух. И вдруг ощутил это. Внизу было так много, и оно так неприятно давило изнутри, казалось лишним. Петя замычал, попытался отползти, но Игорь зарычал и укусил его за загривок, фиксируя. Петя замер, тяжело дыша и, вместе с тем, пришло осознание. Игорь их повязал. Он испугался, дернулся, сжался на нем, но тут же поплатился — боль стрельнула в низ живота, и Петя снова послушно замер и расслабился. Он чувствовал, что внутри было непривычно горячо, и еще так много, оно распирало его. Петя едва не захныкал, желая, чтобы это ощущение наконец покинуло его и прошло. Сердце снова забилось часто и Петя постарался успокоиться, прийти в себя. Он тихо лежал на земле и, вместе с тем, как он расслабился, внизу теплом расцветали другие, приятные ощущения. Закусив губу, он опустил руку ниже — Игорь рыкнул, но тут же успокоился — а Петя накрыл пальцами клитор. Стало еще приятнее, еще лучше — боль совсем ушла, а наполненность показалась ему приятной, ровно такой, как надо. Он начал ласкать себя, закусив губу, усиливая давление и скорость вместе с тем, как удовольствие возрастало, как ему начинало нравиться и хотеться все больше.       Оргазм накрыл приятной волной, и Петя довольно застонал — Игорь расцепил зубы, сосчитав этот звук за то, что самке все нравится и удерживать ее дальше смысла не было. Петя и правда после второго оргазма совсем ослаб и просто лежал под ним, дожидаясь, когда сцепка кончится. Игорь придавил его весом своего тела, был такой горячий и тяжелый…       Он издал рваный выдох и подался бедрами назад — Петя тихо всхлипнул, ощутив, как внутри стало пусто и как что-то начало вытекать. Он сжался и сжал колени, подобравшись и протянув руку, натянув белье. Игорь слез с него и перевернулся на спину, переведя дух. Петя воровато на него посмотрел и плавно встал на дрожащих ногах. Игорь за ним не поспешил, и Петя просто рванул. Игорь не побежал за ним, и вскоре Петя снизил темп. Внизу странно ныло — низ живота и ниже, но боли не было, только неприятные ощущения. Когда он шел, то все еще чувствовал, как из него вытекает сперма и ему хотелось в истерике кинуться в любое болото, чтобы отмыться, но болота, к счастью, по пути обнаружено не было.       Ключ от дома он оставил под ковриком и, открыв дверь, зашел в и закрыл дом, судорожно вздохнув. От бега он ужасно вымотался, трахея стучала на шее, во рту был яркий привкус железа. Шмыгнув, он поднялся в ванную, стянув белье. Оно промокло, испачкалось в белых и светло-розовых подтеках — кровь, смешавшаяся со смазкой и спермой. От вида его затошнило и он просто запихнул белье в урну. Даже отстирывать это не хотелось. Судорожно вздохнув, он залез под воду и принялся отмываться. Смыл песок, грязь, слюну и резко замер, когда дело дошло до того, что было ниже пупка. Он сглотнул, выдавил немного геля для интимной гигиены и аккуратно коснулся себя — к счастью, никакого отвращения он не ощутил и облегченно выдохнул. Отмыв себя, он немного потоптался, принимая то одну, то другую позу в надежде, что из него… все вышло. Очень хотелось залить в себя литр воды, но Петя был хорошим мальчиком и всегда следовал указанием врачей, что нельзя в себя ничего заливать и что влагалище со всем справится само.       Еще раз обдавшись, он вышел и использовал прокладку на случай, если… если что-то еще осталось. Он выпрямился, стоя в ванной в одном белье, пытаясь прислушаться к ощущениям. Дискомфорт внизу прошел, грязным Петя себя не ощущал — он очень этого боялся, но все было хорошо. Кроме пульсирующей в груди обиды, что Игорь так с ним поступил. Да, ему было хорошо и, может, если бы не дикость Игоря, то еще на ласках он бы счел это за игру и сам бы отдался процессу, но ведь все вышло совсем не так… Да, гон и все такое, но разве он не мог… не ехать? Зачем было все это?..       Петя тяжело выдохнул и умыл лицо, после чего залез в халат и, убедившись, что точно закрыл дверь, ушел в свою комнату и лег на кровать. Он никому не писал о том, что случилось великое — Петя Хазин потерял девственность с красавчиком и звездой Питера. Нечем было хвалиться. Пете было больно и обидно. Он пытался не думать об этом, листал соц сети, слушал музыку, открыл окно, пытаясь расслабиться под тем, как нежно кожу ласкал ветер. И все равно мыслями он возвращался туда, где Игорь взял его силой. Петя видел столько вариантов, где все могло бы случиться адекватно. Он ведь все равно… получил удовольствие и даже сам ему подался, потому что чувствовал, что хотел этого… И все бы могло быть нормально, без крови и без того ужаса, и без того, чтобы Петя в конце бежал босыми ногами, если бы Игорь просто предупредил его о гоне!       Петя зажмурился и отвернулся к стене, сжавшись.       Все могло бы быть так идеально, но…       Он тихо всхлипнул и тут же быстро утер слезы горечи и обиды. Так глупо, так невероятно глупо! Всего можно было бы избежать, если бы Игорь только предупредил!.. Внезапно он опомнился и резко схватил свой телефон, открывая приложение. Во всем этом ужасе от произошедшего он совсем забыл что то, что из него вытекало — это совсем не смазка! Приложение обещало скорые месячные и от того низкий шанс забеременеть, но!.. Петя потер лоб. Это ведь все равно не гарантия, что он в самом деле не…       Петя сглотнул. От мысли, что он мог забеременеть ему стало еще хуже. Он покачал головой и принялся гуглить таблетки экстренной контрацепции. Его отвлек шум двигателя и, выдохнув, он отложил телефон и подошел к своему окну, выглядывая так, чтобы его не было видно. Игорь припарковался и вышел из машины. Ожидаемо, он посмотрел в сторону его дома и пошел по направлению к нему. Петя отшатнулся и дернулся. С другой стороны…       В звонок позвонили и Петя плавно спустился вниз, открывать он намерен не был, но что-то радовалось в нем тому факту, что Игорь не просто решил затаиться, а сначала пошел к нему. Снова звонок. Петя застыл перед дверью, не зная, что ему делать. Послышался настойчивый стук и громкий голос:       — Петя, ты дома?! Умоляю, скажи, что дома!       Петя вдруг понял, что не может говорить, просто ком в горле и дрожь в ногах — он не мог это контролировать, его просто сковал страх и что-то еще, что-то, из-за чего у него задрожали ноги, и все, что он смог сделать это постучать в дверь ответ — он просто не мог выдавить из себя и слова. Игорь облегченно выдохнул.       — Петь, я… Я заехал в аптеку, уже выпил подавитель, я… я не знаю, что это было, такого раньше не было. Врач предупреждал, но я думал это байки. То есть… мы же не теряем голову, так?.. На самом деле я ничего не помню. Только как я… — он прервался, его голос дрогнул и он неуверенно продолжил, — что причинил тебе зло. И я… Блять.       Раздался стук — слишком тихий для удара кулаком, скорее, он стукнулся лбом о дверь. Повисла тишина, и Петя вслушивался в нее почти не дыша.       Наконец, Игорь продолжил:       — Я видел следы на песке… Я… я сделал тебе больно, Петь?.. Это был… то есть… это был твой первый раз?       Петя все еще не мог говорить, он просто молчал. Не потому что он не хотел — нет, наоборот, он хотел бы орать Игорю обо всех тех мыслях, что были в его голове это время, но не мог. Просто был слишком напуган, удивлен и он ничего не понимал. Игорь снова ударился о дверь.       — И я видел… Да, видел. Я купил таблетку экстренной контрацепции. Тебе… надо, да? Я понимаю, что ты не хочешь меня видеть и говорить со мной. Я положу ее сюда, на крыльцо, и уйду. Хорошо? Выпей ее, если захочешь. А если… если ты вдруг сильно верующий, то хорошо. Я приму любое решение в отношении и… и возможной беременности, и меня. Вот…       Петя услышал, как он перевел дух, а после сказал:       — Прости меня, если сможешь. Или не прощай. Как тебе лучше будет… Но я не хотел, клянусь, я даже не помню ничего. Только тебя помню. Мокрого и невинного, в воде… Прости.       И снова — тяжелый выдох и шум шагов. Петя сначала отошел к гостиной, выглянул в окно и увидел, как Игорь прикрыл калитку. Еще немного выждав, Петя на слабых ногах вышел на веранду и забрал упаковку. Дома он прочел инструкцию и выпил ее, потерев лоб. Господи… Господи, почему все именно так…       Он вернулся в свою комнату и улегся на кровать. В интернете писали про возможную боль в животе и она Петю не обошла — но была не сильной, терпимой, и Петя решил, что это не самое страшное, что с ним могло произойти. Он просто лежал на кровати, закрыв глаза и проматывая в голове снова и снова все то, что произошло между ними у реки и то, как говорил Игорь. Петя… нет, он не сомневался в искренности Игоря. Он слышал в его голосе, что ему страшно за то, что он сделал с Петей, а мутность воспоминаний только мучает его. Но Петя молчал не чтобы его наказать. Он просто не мог говорить — горло будто сковал спазм.       Пришло сообщение.       Петя раскрыл глаза и взял свой телефон. Писал Игорь.       Игорь.       Петя, я подумал: тебе не нужна помощь врача? То есть, я ничего тебе не повредил? Если что, я могу отвезти тебя в город.              И тут же еще одно.       Игорь.       Нет, ладно, забудь. Я просто ищу способ как-то увидеть тебя и поговорить. Прости. Я просто понятия не имею, что я сделал. Только видел кровь.       Петя ответил дрожащими пальцами:       нет, мне не нужен врач. у меня ничего не болит.       Игорь.       Слава Богу. Я просто с ума схожу. Пиздец. Я никогда о подобном даже не думал! И в отношении тебя тем более… Я вообще не планировал секс между нами! Петь, я могу что-то сделать? Просто скажи. Если надо отстать и уехать отсюда — хорошо, я сделаю.       Мысль, что Игорь мог бы просто уехать и исчезнуть напугала Петю так сильно, что он чуть ли не разревелся. Он не мог представить себе исхода хуже, чем, после такого, его бы бросили. На эмоциях, дрожащими пальцами, он написал:       нет, не смей уезжать, не смей бросать меня!!!       и тут же, не разбирая экран:       ты сделал со мной такое и теперь думаешь просто уехать????!!!!! пошел ты на хер!!! мудачище!!!       Игорь.       Нет, я не хочу уезжать!!! Я очень хочу тебя увидеть и поговорить с тобой!!! Ты просто не вышел ко мне и я подумал, что ты не хочешь меня видеть. Вот и все. Я сделаю только то, что ты хочешь.       Петя тихо всхлипнул и успокоился.       Так странно, но от осознания, что Игорь не планировал ничего подобного и сам не ожидал, более того, ничего не запомнил, что-то успокоило в нем. Кроме того, его волнующийся       голос… Пете казалось, что Игорь в самом деле просто был растерян, не понимал, что ему сделать и как попросить прощения.       Петя.       Я напишу тебе, когда ты сможешь ко мне прийти. Ты в самом деле ничего не помнишь?       Игорь начал записывать голосовое, и Петя ощутил в себе противоречивое чувство счастья от мысли, что снова услышит его голос. Так странно… Наверное, он не должен был испытывать ничего такого, но, вместе с этим, в нем и не было отвращения ко всему произошедшему, к себе или к Игорю. Да, ему было обидно и даже больно, но ничего более. Петя был в растерянности. Он, наверное, должен был ненавидеть Игоря, но почему-то в нем не было к нему никаких плохих чувств. Все, чего он хотел — чтобы Игорь попросил прощения, чтобы извинился и сделал все, чтобы Петя просто об этом забыл. Это все, что ему было нужно.       Пришло голосовое, и Петя включил его:       — В общем… тут такое дело. Я давно на подавителях. Кажется, я на них был всегда. Думаю, ты знаешь, что в норме у нас не часто случается гон и чаще от течного омеги, но когда тебе тридцать, а про омег в течке ты только читал… В общем, это было удобно когда-то очень давно, но не сейчас. Наше тело приспособилось к этому и периодами само устраивает гон — для гормональной встряски, она нам тоже необходима. А я на таблетках. Доктор говорил, что это может привести к тому, что в какой-то момент он случится сам собой и будет… другим. Я не поверил, думал, бред. Я что, животное, чтобы контроль терять? Ну, кажется, что так. Просто тормоза слетели, единственное, что я помню — как ты передо мной стоишь и улыбаешься. Потом только ощущения помню и боль какую-то странную в теле. Потом моргаю — и все. Ничего. Только я один. Завтра днем съезжу в город, сдам анализы… надо послушать, что врач скажет. Мне очень жаль, Петь, что я не поверил врачу, не перестраховался и навредил тебе. Я не хотел этого. Не таким образом.       Петя перевел дух, будто все это он так много говорил, и потер грудь. Закрыл глаза, подышал немного. Так странно, но мысль, что Игорь в самом деле не владел ни собой, ни ситуацией что-то облегчило в нем. В конце концов, Игорь не хотел причинить ему боли. Это не было изнасилованием.       Петя вдруг дернулся. А если бы Игорь все осознавал… Было ли оно таковым?.. Петя поморгал, поерзал и посмотрел в потолок. Он помнит, как сам раздвинул ноги потому что хотел того, что делал Игорь. И как потом он коснулся себя и во второй раз довел себя до оргазма. Петя покачал головой. Это не было изнасилованием точно так же, как и не было добровольным сексом. Понятнее от этого Пете не стало, но будто снова стало немного легче. Петя держался за эту мысль и она его утешала. В конце концов, он просто чувствовал себя странно от того, что не ощущал то, что, должно быть, обычно чувствует жертва изнасилования.       Петя ответил.       Хорошо. Завтра поговорим.       Игорь.       Понял. Отдыхай, Петь. Ты ел? Давай я закажу тебе доставку?       Петя вдруг улыбнулся — устало, но улыбнулся.       Петя.       Закажи. Хочу роллов. Пусть оставят у двери.       Игорь.       Ок.       Скрин сделанного заказа он прислал далеко не сразу, и Петя понял: явно пытался с помощью друга разобраться в сложном устройстве. Это было мило. Что Игорь пытался заботиться даже вот так, не имея возможности быть рядом. Петя позволил себе поверить, что все еще в самом деле может быть хорошо. Перед сном он поблагодарил Игоря за заказ — порцию он заказал дай Бог, Петя не осилил, и со спокойно душой лег спать, перед сном снова и снова ворочая все случившиеся и стараясь принять все те факты, и, самое главное, пытаясь понять свои чувства. Почему он получил удовольствие и хотел ли он этого? Как бы он не пытался убежать от этого признания, ему пришлось сказать себе: да, я хотел этого. Он хотел близости с Игорем и своим видом на это намекал. То, что он надевал, что показывал Игорю, обнажая перед ним свои ноги или бедра. Господи, он очень хотел Игоря. И то, что с ним было в процессе… Он помнил, как раздвинул ноги, чтобы Игорю было удобнее — не потому что он боялся, что Игорь навредит ему, на самом деле, он был уверен, что Игорь бы не применил к нему силу, все, что он делал — это фиксировал его, кусая за загривок, даже не у плеча, где обычно была метка. Игорь просто действовал как животное, которое пыталось овладеть сукой и, как любое животное, если бы она оказала сопротивление, скорее всего отпустил. Но Петя даже не попытался и, в конце концов, сам поддался.       Он долго ворочался без сна.       Когда он думал об этом, как об изнасиловании, то ощущал, что это не так. Но когда считал, что это добровольно — что-то в нем сопротивлялось этой мысли. Да, вероятно, сложно было назвать секс добровольным, когда тебя взяли силой несмотря на твой протест.       В любом случае, эти мысли так утомили его, что он, наконец, заснул.       Каким-то чудом он проспал почти одиннадцать часов, искренне удивившись этой цифре. Боги, он столько никогда не спал! И, кажется, это именно то, что было ему нужно. Вчера он так себя измучил всеми этими мыслями и тем, что с ним произошло…       Все утро он промаялся, вяло позавтракав, что едва отвлекло от того, как куча мыслей разрывали его голову. Нет, ему очень нужно было поговорить с Игорем. Расставить все по своим местам, успокоиться, принять, наконец, решение.       Да, точно.       Решение.       Какое решение?       Петя вдруг понял, что глубоко внутри уже его принял, он уже знал, как поступить, но сейчас он не мог его так легко принять вслух. Ему нужны были слова, аргументы, доводы, ему нужно убедиться, что Игорь в самом деле не желал ему зла. На телефоне висело «доброе утро!» от Игоря, а его машины не было — видно, в самом деле уехал сдавать анализы. Петя немного поискал в интернете и узнал, что Игорь не соврал. У альф действительно гон не цикличен, как течка у омег, и от этого в самом деле появляются проблемы. Прочитав побольше инфы, Петя решил сказать Игорю провериться еще на рак простаты… Он понял, что это частая проблема при таком игнорировании гона! Петя потер лоб. Господи, а он же на свой гон внезапный еще подавителей выпил… Вот балда! Никакой заботы о своем здоровье.       В ожидании Игоря, он пролистал немного новостей о нем из Питера. Да, кажется, его в самом деле любили и от него были без ума. Просмотрел снова фотки и видео, которые о нем выгружали, поглядел их и вздохнул. Красивый. До сих пор. Даже после того, что случилось…       Услышав рев мотора, Петя отложил ноутбук и посмотрел в окно. Закусив губу, он написал: можешь зайти ко мне.       Из окна он увидел, что Игорь посмотрел в телефон и прям так кинулся к нему. Петя тихо хихикнул: интересно, он хоть спал ночью?.. Переживал, наверное. Про себя Петя подумал, что Игорю, в каком-то смысле, было даже тяжелее. Вероятно, тот не думал: изнасилование ли это? Он думал, что это оно и было без всяких вариантов, к тому же, он ничего не помнил и что-то Петя догадывался, что Игорь придумал куда более страшный сценарий происходящего.       В дверь постучались. Петя подумал, что в который раз не закрыл калитку… Нарывается почти! Вздохнув, он сунул ноги в тапки и пошел вниз, открыв перед Игорем дверь. На этот раз сам Петя был куда спокойнее и в горле не появилось этого спазма, который не давал говорить, зато Игорь, казалось, просто опешил от того, что Петя открыл дверь и теперь смотрел на него. Сам Игорь казался будто бы мельче самого себя. Глаза у него были несчастные и напуганные, а под ними — тени усталости. Петя молча открыл дверь и Игорь в нерешительности прошел.       — Ты ел? — спросил Петя спокойно, и Игорь сконфуженно на него посмотрел. — Ну, ты же ездил анализы сдавать? Наверное, на голодный желудок… Есть сандвичи. Идем на кухню, сделаю тебе кофе. Врач что-то говорил?       Игорь просто стоял на месте и во все глаза пялился на Петю. В его картине мира Петя должен был страдать и бояться его, но он был таким спокойным, будто бы ничего не произошло! Будто бы он не боялся Игоря, и эта мысль снова заставила его дернуться. Он был уверен, что Петя боится его, не хочет видеть, он напуган, ему страшно и больно, но Петя выглядел совершенно обычно. На нем даже был тот, черный халат — Игорь счел, что теперь Петя будет пытаться прикрыться, но он был все тот же.       — Петь? Я… ты разве не должен ме…       — Я чувствую себя нормально. Разве ты не рад этому?       — Рад… — пробормотал он сбито с толку. — Господи, я очень этому рад! Я просто боялся… что ты…       Петя покачал головой.       — Даже вчера мне было вполне себе сносно. Так ты будешь кофе?       Игорь только топорно кивнул и пошел за ним. Пока Петя включал кофеварку, то снова спросил у Игоря про врача, и тот неуверенно ответил:       — Выписали пока только таблетки, а после анализов будет ясно. Возможно придется искусственно вызывать гон.       — А для здоровья? Как-то влияет?       — Просто кости ломит, — пожал плечами Игорь, глядя, как Петя засунул сандвичи в микроволновку. — Петь, ты… ты точно в порядке? Я ведь… тебя… — он сглотнул, будто ему было сложно выговорить это слово, — изнасиловал, — и опустил взгляд, сжав челюсти. Петя разглядел в его лице настоящую муку и покачал головой. Точно. Игорь никогда такого не думал и не хотел, для него изнасилование — преступление, которое он совершил в отношении омеги, который ему нравится. Тем более будучи не в себе. Конечно он чувствовал себя отвратно. Любой адекватный человек на его месте так бы себя чувствовал.       Петя с тяжелым вздохом сел напротив него и закинул ногу на ногу.       — Игорь, это… Я не могу назвать это изнасилованием.       — Не утешай меня. Тебе это не поможет, — попросил Игорь, хмурясь.       — Я не утешаю. Это факт, который я для себя принял. Это не было по согласию, но это и не было изнасилованием.       — Как это? — не понял Игорь. Ему казалось, что Петя просто пытался его утешить, и от этого он ощущал себя еще более жалким. Он не хотел утешений, не хотел, чтобы Петя пытался как-то отбелить его или снизить уровень его вины.       — Я… Ну… — Петя поерзал, отведя взгляд, — я не то чтобы сильно сопротивлялся в процессе. И даже… сам ноги раздвинул, потому что в какой-то момент мне стало хорошо и я хотел того, что ты со мной делал. Я кончил. Дважды.       Игорь совсем от этих фактов растерялся. Один оргазм он как-то мог объяснить, но два!..       — Кровь же была… Как тебе могло быть хорошо? Или… — Игорь побледнел, — это был твой первый раз?..       — Это был мой первый раз, — усмехнулся Петя. — Но крови не должно быть ни в какой раз.       — Как это? — моргнул Игорь. Он искренне считал, что кровь должна быть в первый раз. Все об этом говорили! Сам он никогда не был с такими омегами, так что просто поверил тому, что говорили.       Петя тяжело вздохнул и встал, забрав чашку готового кофе, горячие сандвичи и всунул все это растерянному Игорю. Сев обратно, Петя постарался объяснить ему, как и что работает, что кровь идет только от повреждения слизистой — когда что-то порвалось, что в самой плеве нет никаких кровяносных сосудов, чтобы при ее повреждении была кровь. Игорь смотрел на него круглыми глазами. Он сказал:       — Так как же это не изнасилование?.. Раз была кровь, то я… я что-то тебе повредил…       — Кровь в первый раз вообще частая практика и без насилия, — вздохнул Петя, — это в самом деле было неприятно. А потом — приятно. Даже если бы все было добровольно и я в самом начале вошел во вкус, ты просто меня не подготовил и даже обилие смазки не спасло бы от разрывов. Вот и все.       Игорь медленно кивнул. Он догадывался, что в таком состоянии едва бы уделил достаточное время растяжке. Он знал свои размеры и знал, что к такому надо подготовить, чего он с Петей не сделал. Ну да, тут даже с согласием случилось бы… это. Игорь пожевал и, запив кофе, потер лицо.       — Все равно. Это был твой первый раз.       — Да. И мне обидно и больно от того, как ты со мной обошелся, — сказал он, глядя, как Игорь поднял на него щенячий взгляд. — Но все-таки я не чувствовал это как изнасилование. Что-то другое, — он тяжело выдохнул, забравшись на стул с ногами и обняв их руками, положив голову на свои колени, тяжело вздохнув. — Мне просто очень обидно, что так сложились обстоятельства. Что ты был первым, кто так мне понравился, кого я хотел и… выходит, что наш первый раз вышел таким. Я теперь… не уверен, что мы в ближайшее время сможем…       Игорь тряхнул головой, заморгал быстро и сказал:       — Петь… да какое там… Я и не думал о таком! Уверен был, что ты меня видеть не захочешь, что я…       — Наверное, будь это в самом деле изнасилованием, то так бы и было, — прервал его Петя, — но я не вырвался, хотя, кажется, мог. Я и не хотел вырываться. Я хотел этого. Но просто немного не так. То есть… то есть то, что ты сделал — плохо. Но, кажется, не настолько, чтобы не видеть тебя. Когда ты предложил это — я испугался. Просто… просто будь рядом и постарайся быть хорошим. Потому что пока я сам не понимаю, что мне чувствовать, как к тебе относиться…       — Да Петь, это… это лучшее, о чем я мог просить. Чтобы ты дал мне второй шанс. Я… — он сглотнул, — я не насильник, клянусь. Я никогда такого бы не сделал, будь в своем уме. Идиот — да, но не… Хотя, конечно, сейчас выходит, что насильник.       — Тебе просто повезло, что я вошел во вкус, — ломанно улыбнулся он.       — Петь…       — Ешь, — прервал его Петя и отвел взгляд. Игорь кивнул и послушно принялся за внезапный завтрак.       Петя сидел молча напротив, смотря то вперед, то на Игоря. Не насильник. Да, вероятно, если бы Игорь смог сдержаться, то он бы это сделал. Он видел этот ужас Игоря перед идеей того, что он изнасиловал Петю. Представил себе самый страшный сценарий, поверил в него и им же мучился. Петя мог представить, что человек, который, на самом деле, не способен на такое преступление, крайне бы страдал от осознания, что его он на самом деле совершил, даже если не помнил его как такового. Он видел, что Игорю теперь страшно к нему даже подходить, и он даже не мечтал, что Петя подпустит снова к себе. Петя думал: может, это и правильно? Может, так ему и нужно было поступить? Но, видел Бог, он не мог.       Он чувствовал себя так странно, так неправильно. Он должен ненавидеть Игоря или хотя бы злиться, а он не мог, просто не мог!       Поглядел на него краем глаза, уставшего и растерянного, и снова в груди что-то сжалось. Петя вздохнул. Может быть, он сразу Игоря… полюбил. В сердце он запал. Не просто потому, что он красивый, а потому, что было в нем что-то цепляющие, что-то близкое, родное, знакомое. Ему не секса с ним хотелось. Ему хотелось прильнуть к нему, прижаться к груди, и чтобы Игорь его по волосам гладил и шептал всякое.       Так странно: желать найти покой в руках, которые недавно прижимали тебя к земле.       Руки, которые через боль причинили удовольствие.       И все-таки Петя предпочел верить, что больше Игорь не сорвется, не сделает этого силой. Петя знал, что шел на риск, но, на самом деле, это было единственным, что он мог сейчас делать. Другие варианты он даже не рассматривал.       Доев, через минуту неловкой тишины, Игорь спросил:       — Сейчас… сейчас не болит нигде?       Петя покачал головой:       — Уже нет. Только в начале чуть низ живота ныла. Крови больше не было, значит, там несерьезное повреждение. Все хорошо.       — А таблетка?..       — Я выпил, — он кивнул. — Беременеть я уж точно не планировал. Я и секс тогда не планировал, но тут хоть выбор был, — он грустно усмехнулся, и Игорь стыдливо опустил взгляд. Да уж, герой…       — Петь, ты мне лучше прямо говори, что мне делать, хорошо? Не хочу напугать тебя или что-то такое.       — Просто делай то, что ты бы делал, если бы хотел загладить вину.       — Такое можно загладить?.. — нерешительно спросил он.       — К счастью — да, — вздохнул Петя. — По крайней мере, я так чувствую. К счастью, мне не хочется убиться, реветь или сорвать с себя кожу. Игорь, я не чувствую себя грязным или использованным. Для меня это просто какой-то грубый, не слишком удачный секс. Я бы просто хотел иного для своего первого раза.       — Понял, — серьезно сказал он, сжав в пальцах кружку. — И спасибо, Петя. Спасибо большое за второй шанс.       Петя поглядел на него: его жалостливые глаза, искаженное в страдании лицо и подумал, что по-другому бы быть не могло.       Петя внутри даже был рад, что Игорь в самом деле всего этого не хотел. Потому что одно дело дать второй шанс человеку, который в самом деле ошибся, другое — сломя голову бежать прощать человека, который был в себе, отдавал отчет своим действиям и хотел этого. Просто Петя знал: он бы в любом случае не смог бы так просто выпнуть Игоря из своей жизни. Просто потому, что это был первый альфа, за долгое время, который по-настоящему ему понравился. И Петя боялся, что, окажись Игорь реальным мудаком, Петя бы все равно не смог его отпустить.       — Есть планы на день? — тихо спросил Игорь. — Хочешь побыть один или… Ну, мы можем нормально все-так сходить на речку?       — Я туда теперь боюсь идти… — пробормотал Петя.       — Не волнуйся, я выпил конскую дозу подавителя. Даже утром ниче не стояло. Хотя обычно да… — он смущенно глянул на Петю, и тот улыбнулся.       — Давай чуть позже, ладно? Мне пока как-то… — он дернул плечами.       — Понял, Петь, просто спросил. Я просто как-то не знаю, что еще предложить… Тут-то и делать особо нечего и позвать тоже некуда.       — Давай фильм какой посмотрим для начала? Не все же сразу. Раз уж у нас отношения приняли совсем другой оборот.       Игорь кивнул, и фильм они посмотрели вполне себе мирно. Игорь не пытался его обнять или подсесть ближе — только комментировал что-то, пытался смешить и, каждый раз, когда Петя улыбался, почти что светился. Он выглядел совсем не так, как раньше — он не казался больше спокойным или незаинтересованным, казалось, он был весь на Пете. Впрочем, и сам Петя был не таким, как прежде. Он был сдержаннее, спокойнее, будто бы осторожнее. Как будто бы они поменялись ролями.       В конце Петя даже позвал его на ужин и Игорь возбужденно закивал, видимо, воспринимая каждую возможность их встречи как дар с небес. Он просто не знал, что Петя не мог от него отказаться даже если бы захотел.       К ужину Петя приоделся, но короткие вещи пока не был готов надевать. Где-то в глубине души он считал, что спровоцировал Игоря своим внешним видом, что был слишком вызывающе одет и что теперь надо быть сдержаннее, хотя сам Игорь и намека на подобное не дал. Петя даже использовал немного косметики — подчеркнул глаза и скулы, добавил румянца. Прихорашивался, блин. Петя вздохнул — вот влюбился же на свою голову…              Игорь пришел с бутылкой вина и виноватой улыбкой — казалось, другой у него ближайшее время и не будет.       Осмотрел Петю с ног до головы, и тот нервно поправил волосы.       — Шикарно выглядишь, Петь.       — Да я так… — фыркнул Петя, оправив рукава белой рубашки — она была почти что полупрозрачной, но ничего не просвечивала, рукава были пышными. — Просто… ну вот так решил одеться, — в итоге неловко сказал он, понятия не имея, какое найти оправдание к его виду.       — Мне приятно, — он улыбнулся. — Я еще вот… — он неловко показал какую-то миску, от которой очень вкусно и свежо пахло. — Клубники со своего огорода притащил… Лето жаркое, она сочная…       — У тебя огород?! Клубника?! — Петя вырвал миску, приподнял крышку и вдохнул сладкий запах. — Обожаю ее! Ты проходи-проходи. Спасибо за клубнику.       — Рад, что угадал, — улыбнулся он, проходя и скидывая обувь.       — А что у тебя еще есть на огороде?       — Из сладкого малина, а остальное так, по мелочи: огурцы, помидоры, зелень всякая, редиска… Ну, чтоб салатики из свежего рубить.       — Тогда жду приглашения на свеженький салатик, — подмигнул ему Петя и развернулся, уходя на кухню, чтобы помыть клубнику.       Ужин Игорь похвалил и с большим аппетитом съел — правда Петя заметил, что не рассчитал порцию для Игоря и его аппетита, так что подложил добавки, которую Игорь так же быстро умял. Говорили они много о Игоре, Чумном Докторе, о его популярности. Игорю это все не очень нравилось. В начале, конечно, прикольно было, но после устал, да и работать мешает — когда пришел к свидетелю, а вы тратите время на селфи, потому что отказывать в таком ему запрещает Юля.       — Неужели вот так и обязательно тебе со всеми делать селфи? Не отказывать? Ну, откажешь ты, ну будут тебя считать нелюдимым, ну и что? От этого ты не станешь меньше героем.       Игорь дернул плечами.       — Юлька говорит, что так неположено, — буркнул Игорь. — Вот здесь отдыхаю. Никаких селфи, ничего. Хорошо, что она хоть мой аккаунт ведет во Вместе. Она мне как-то показала директ… — в ужасе пробормотал он.       — И что? — Петя приподнял бровь.       — Да там… кидают всякое. К жопам я как-то еще мог быть готов морально, но такое обилие членов я даже в общественной бане не видел…       Петя едва не подавился, рассмеявшись.       — Тебе члены кидают? Ничего себе!       — Никто, видимо, не хочет потерять свой шанс, — вздохнул Игорь и пожал плечами. — Я туда заходить боюсь. На телефоне только телега и инст. С тобой. Ты очень красивый. Петь. Просто звездочка.       Петя посмотрел на него и смущенно покраснел. Этот комплимент был таким искренним и, вместе с тем, таким нежным.       — Ну, стараюсь. Вот тут так и не сделал никаких фоток…       — Я могу тебя пофоткать, — оживленно вызвался Игорь.       — Можешь, — мурлыкнул ему Петя и встал, убрав тарелки и принес мытую клубнику. — Под вино должно быть хорошо, — он придвинул стул ближе к Игорю и уселся, глядя, как тот открывал вино и наливал в бокалы. Белое. Петя причмокнул, глядя, как наполнялись бокалы.       Петя потянулся, обхватил пальцами ножку и поглядел на Игоря. Немного подумал и сказал:       — За наше возможное будущее.       — И за твое всепрощение, — улыбнулся вымученно Игорь. Они стукнулись бокалами и Петя сделал первый глоток. — Знаешь… — сказал Игорь задумчиво, взяв одну клубничку и, оторвав хвостик, приблизил ее к Петиным губам. Тот, глядя ему в глаза, приоткрыл их и откусил. И вправду — сочная. сладкая. Петя замычал от блаженства. Как же давно он такой клубники не ел! Вкуснее только так, прямо с грядки. — Я много думаю о том, как ужасно все вышло. Я сначала думал об этом в отрыве от тебя. Ну, то есть… Просто преступление. А потом я вспомнил. Вспомнил, что поцелуй для тебя — это что-то интимное, и даже на него ты на тот момент еще не решился. А я отобрал у тебя такую вещь, как чувственный первый раз.       Петя тяжело вздохнул, доел клубнику и потянулся за новой. Они немного помолчали, сидя вот так, под оглушающий в момент стрекот кузнечиков. Петя отпил еще вина, прикрыл глаза и сказал:       — Да, я мечтал совсем не о таком первом разе. Но, может, я тебе еще дам возможность это исправить. А пока…       Он криво улыбнулся и посмотрел Игорю в глаза:       — Надеюсь, ты не испортишь хотя бы наш первый поцелуй.       Игорь тряхнул головой и взвинчено на него посмотрел.       — Петь, да я…       — Тише, ковбой, — рассмеялся Петя, — на практике вот и узнаю. Я понимаю, что в этом случае давать второй шанс — риск. Ну, что ж… если получу пощечину, то сам виноват.              Игорь посмотрел на него и нерешительно сжал его руку. Сжал челюсти, взгляд у него был уверенный и спокойный. Петя глядел на него и все понял без слов. Игорь обещает оправдать эту надежду и этот шанс. Сделать все, чтобы он не пожалел. И Петя в ответ сжал его руку. Такая теплая и большая. Он еще верил, что эти руки могут и защитить, а не только прижать к земле. Верил и что Игорь не врал, что в самом деле не помнил.       Петя шел на риск, но он верил, что это будет оправдано.       Они раскатали на двоих бутылку, и Петя был достаточно пьян для того, чтобы Игорь его поцеловал, а Петя бы в ответ только набросился на него с желанием сожрать его рот. Но ничего не было. Они говорили, Игорь держал дистанцию и даже не касался его без повода. Пьяным Петя подумал, что так дело не пойдет, так что сам сказал:       — Обними меня, что ли.       — Ты уверен?       Петя рассмеялся, откинул челку и сказал:       — Ты уже лишил меня девственности, не обнимать меня — по-свински.       Игорь сконфуженно на него посмотрел, но в его голосе не оказалось упрека. Он просто хотел, чтобы его обняли. Нормальное желание пьяного омеги. Игорь послушался, притянул к себе и Петя в ответ — ближе к нему. Крепко ухватился за него, положив голову на плечо и сильнее к нему прижался. Пах Игорь бесподобно, лучше всех, кого Петя знал — он чувствовал запах пота, и это только поддевало что-то в нем еще сильнее. Петя понял, что в нем в самом деле не было и капли злости на этого человека даже несмотря на то, что между ними произошло.       — Петь, я сказать хотел… Анализы пришли, мне на парочку деньков уехать надо. В больнице полежать.       — Все настолько серьезно?.. — изумленно приподнял он брови, и Игорь мотнул головой.       — Просто гормоны шалят, надо их в норму провести, прокапать, и еще даты надо будет установиться, когда гон организовать. Я бы хрен забил, честно, но теперь вижу, что за это слишком серьезная расплата.       — Я понял. Если дашь ключи от калитки, могу за огородом следить. Щас жара, поливать надо.       — Там автополив, думаю, ты разберешься. Спасибо, Петь. А то мать спасибо не скажет, если ее помидоры прикажут долго жить.       Петя улыбнулся, снова положил голову на его плечо и сказал:       — Буду скучать.       Игорь немного помолчал, а после нежно взял его руку в свою, сжимая и поглаживая большим пальцем костяшки. Он нежно расцеловал кончики его пальцев и сказал:       — То, как ты расположен ко мне, и пугает меня, и восхищает.       — Просто будем верить, что это правильные чувства, — устало сказал Петя. — И давай больше не поднимать эту тему? Не хочу это обсуждать.       — Понял, — сказал Игорь и нежно поцеловал его в лоб.       Игорь уехал утром, перед тем оставив на крыльце у Пети тарелку свежей клубники, букет цветов, ключи и записку. Петя глупо улыбнулся и склонился, схватив все подмышку и, закрыв дверь бедром, ушел на кухню, чтобы поставить цветы в вазу. Обмыл клубнику и раскрыл записку:       «еще не уехал, а уже скучаю (Собрал для тебя самые большие и яркие ягоды! Но даже они не такие сладкие, как ты»       Петя вздохнул. Такая глупая записка, казалось бы, и столько тепла она вызвала в его груди. Он решил ее не выкидывать — пусть будет. Может, будет перечитывать ее. Проведя по ней пальцами, он задумался: интересно, в каких обстоятельствах?       В день, когда поймет, что второй шанс был ошибкой, и ревя от боли и тоски?       В день, когда они расстанутся, в приступе злости разрывая даже такие напоминания его симпатии?       Или…       Петя улыбнулся, кусая ягоду. Сочную, сладкую.       Или когда-нибудь он покажет ее своему ребенку с довольной улыбкой: «вот что отец твой писал, а он тогда на два дня всего уехал!».       Эта мысль согрела его. Правда после он подумал: главное, чтобы выйдя за другого, я после не читал вот эти записочки, вспоминая Игоря, как одного единственного… Это был самый страшный вариант и Петя решил, что пока ничего не ясно лучше сильно не влюбляться! Если, конечно, еще не было поздно…       Они переписывались, Игорь рассказывал, что тут с ним делают и как он себя чувствует. Петя скинул селфи на фоне грядки с клубникой и дописал: с грядки самая вкусная))       Игорь в ответ фотку своей руки с иглой внутри: капельница тоже ничего так)))       Петя.       Бедненький (Приходи быстрее в себя!       Игорь.       Мне-то норм! Это врач че-то не то увидел… Боюсь, что импотенцию себе заработал…       Петя.       ??????????????       Петя.       ОТМЕНА.       Игорь.       Ну, это кара за это преступление. По крайне мере для тебя это будет гарантией…       Петя.       Во-первых, я от твоего преступления кончил дважды, сочтем за смягчающее, второе, это тебе врач такое сказал????       Игорь.       Врач пока ниче не говорит. Я по своему опыту и двум грустным попыткам.       Петя.       Пиздец… Я надеюсь он просто в ахере с того, чем ты себя пичкаешь, и просто упал в обморок!       Игорь.       Ага, второй день в обмороке… Ты там укроп полил? Грядка плохо расположена, автополив не доходит.       Петя моргнул. Игорь так просто про укроп спросил?! Даже Петя очень переживал за состояние его члена! Он на полном серьезе думал уже о втором их разе, приличном, на белых простынях, верил, что все будет хорошо.       Петя.       Игорь, какой укроп??? Я могу понять мужика, который… вот такое сделал и простить его, но без члена-то как???       Игорь.       Блин, Петь       Ну ты че? Ниче не ясно еще. А даже если что-то и плохо будет, то ладно, у меня есть пальцы и язык. На последний особенно хорошие отзыв ;)       Игорь.       Так че с укропом?       Петя закатил глаза.       Петя.       Дед. Щас полью.       Игорь.       Пасип. Хозяюшка       Нет, реально дед…       На следующее утро к Пете приехала доставка цветов. И снова записка с небольшим стихотворением. Петя тихо, влюбленно вздохнул. Игорь ухаживал за ним, даже будучи от него в сотне километров! Вряд ли он такой профессиональный абьюзер… На самом деле, Пете в эту мысль и не особо верилось. Проглядев немного интервью, Игорь производил впечатление максимально простого человека, от абьюзера-нарцисса в нем не было ничего. Только если не такая вот хорошая игра, в чем Петя сомневался еще больше.       Игорь.       С добрым утром! К счастью, его мне пожелала сегодня не только медсестра…       Петя.       ???       А после тут же:       О БОГИ. КАКОЕ СЧАСТЬЕ!!!       Игорь.       Кажется, ты рад даже больше меня. Это почти меня пугает.       Игорь.       Кстати, снова заценил те фотки. Они по-новому прекрасны.       Петя.       Прямо в палате?       Игорь.       А что? Я тут один. Тебе уже привезли цветы? Я боюсь, что что-то попутал.       Петя.       Привезли) Большое спасибо, красивые. Рад, что ты для меня осваиваешь технологии)       Петя в самом деле был в восторге и от цветов, и от записки. В нем, казалось, не осталось ничего с того дня. Ни страха, ни боли, ни обиды. Спустя такое небольшое время ему снова было легче, и он никак не ощущал это. Не думал, что он грязный или использованный. Он не знал, это защитные реакции или романтизация из-за общества, в котором он жил и какие книжки читал, но просто радовался тому, что чувствовал себя хорошо.       На третий день снова пришли цветы и, хоть Петя им и обрадовался, понял, что сегодня Игорь не приедет. Он прочел записку, поставил цветы в вазу и написал:       еще не скоро приезжаешь?       Игорь.       На днях! Врач меня сильно ругает (       Петя.       Бедняжка. Правильно ругает. Я прочитал всякого, оно вообще сильно на здоровье влияет. Это же гормоны, Игорь! Если им жопа, то жопа всему организму.       Игорь.       На чьей ты стороне вообще?(              Петя.       На стороне твоего здоровья.       Игорь.       Ну вот. Теперь и сказать нечего… Как цветы?       Петя.       красивые и пахнут вкусно) Скоро некуда букеты девать будет! Но ты не останавливайся!       Игорь.       Я и не планировал 😘😘😘. Грядки вчера поливал?       Петя.       Деееееед. Поливал! И клубнику поел! Вкусная.       Игорь.       Главное тебе с нее не просраться. Укроп отдельно полил?       Петя.       ААААААААА ДЕД       ПОЛИЛ-ПОЛИЛ       Игорь.       Я беспокоюсь о грядках......       Петя.       А обо мне? Я скучаю тут один вообще-то.       Игорь.       И о тебе! Вот, эт утки на пруду у больницы       (фотография)       А эт я… Мое первое селфи… Для тебя…       (фотография)       Петя глупо улыбнулся, закусив губу. Да, фото вышло совсем неловким, и Игорь на ней в самом деле на какого-то деда похож, но на хорошего деда, доброго. Вон как улыбается, и все равно красивый, просто по-другому, а еще такой родной. Вот смотришь на него — и в груди что-то расцветает, и улыбка во все лицо.       Петя.       Красавчик 😘.       Ответочка       (фотография)       Он быстро сделал селфи, чуть развязав халат, открывая только хрупкие ключицы и едва белые плечи. Петя задорно улыбался, закусив губу, демонстрируя шалый взгляд, россыпь родинок по плечам и светлые веснушки на носу и скулах.       Игорь.       Какой же ты красивый, Петь… Как с самых невозможных фантазий.       Петя влюбленно вздохнул и улыбнулся, поправив халат и волосы.       Цветы на четвертый день заставили Петю надуть губы. Когда же Игорь уже приедет?! На самом деле он стал уже бояться, что тот… может, выдумал всякое и решил просто уехать от Пети? Ну, счел, что так будет лучше, что он нанес ему слишком большую травму, что он страдает… Петя тряхнул головой. Бред. Игорь ему фотки слал, и селфи то явно на фоне больничной палаты.       И все-таки он написал:       очень красивые цветы! Но когда же ты приедешь (((       Игорь долго не отвечал, и Петя успел забеспокоится. Может и вправду… уехал. Решил, что так будет лучше для них. Одна эта мысль так сильно его пугала, что Петя готов был с ором побежать в Питер, словить Игоря и в истерике доказывать, что он не знает, понятия не имеет, как лучше! На самом деле, такой отъезд для Пети ощущался гораздо хуже чем то, что случилось между ними у речки. Одно дело сделать хрень, которую ты даже не осознавал, другое — ранить человека, при этом будучи уверенным, что ты делаешь как лучше, якобы ты больше понимаешь.       Телефон пиликнул.       Петя облегченно вздохнул. Как камень с сердца упал.       Игорь.       Прости, что не отвечал! Был на анализах, потом кололи что-то еще… Если они нормальные буду, то завтра-послезавтра буду.       Петя грустно вздохнул.       Петя.       Жду(       Игорь долго набирал. Долго… Петя ждал, закусив губу, что же он там писал. Может, как сам соскучился?       Наконец, пришло.       Игорь.       Грядки полил?       Петя моргнул и едва не заорал.       Петя.       И это ты набирал полчаса???????       Игорь.       А, нет… Медсестра просто в палату зашла, я с ней говорил…       Петя.       Я тебя ненавижу.       Игорь.       Ну петь(((( Ну прости((( я не подумал (((       Петя.       По тебе видно, что ты не думаешь!!!!!       Игорь.       (((((       😘😘😘🥰🥰🥰       Петя.       🙄🙄🙄🙄       Петя сидел на кухне, жуя свежесобранную клубнику и поглядывая на букеты. Он красиво поставил их вот так, прямо в ряд, и Пете нравилось, как они выглядели. Так свежо, ярко, по-летнему… Он вздохнул и улыбнулся. То, что Игорь додумался присылать ему цветы, и все эти милые записочки… Игорь и вправду старался загладить свою вину. Не словами, так действиями. По правде говоря, это было именно то, чего Петя от него и ждал.       На улице громко затрезвонил гудок машины. Петя дернулся. И еще раз. Отложив телефон, он выглянул в окно, громко пискнул и вот так, босяком, кинулся к Игорю. Он стоял, широко улыбающийся, и будто бы даже посвежевший, и Петя кинулся в его руки, громко смеясь. Игорь подхватил его — ноги оторвались от земли — и покружил в воздухе, целуя в щеку. Петя крепко обнял его за шею, довольно зажмурился, широко улыбаясь, будто не видел его уже сто лет.       — Плут! Сказал, что завтра! — возмутился Петя с широкой улыбкой, когда Игорь поставил его на землю.       — Ну ты что, — Игорь мягко шлепнул его пальцем по носу, и Петя забавно его сморщил, — иначе бы не вышло сюрприза.       — От тебя одни сюрпризы, — цокнул Петя. — Как раз твои любимые грядки еще не поливал. Можешь сам заняться.       — Обязательно.       — Как самочувствие?       — Отлично. Никогда не был таким бодрым. Лейтенант Гром радует активностью.       Петя рассмеялся, шлепнув его по плечу:       — Боги. Ты называешь так свой член?       — А что? По-моему мило. Через месяц вот надо будет гон искусственно вызывать.       Петя задумчиво погладил его по груди. Губу закусил, подумал: интересно, в каких мы с ним будем в этот момент отношениях? То есть… Щеки обожгло румянцем только от идеи, что Петя мог быть… с ним. Игорь заметил его взгляд, то, как он покраснел, и сказал:       — Петь, ты ж не думай… Я сам, я…       — Нет, — Петя тряхнул головой. — Я просто подумал, что… что может и не сам. Ладно. Все. Пошли грядки поливать. Ой. А есть хочешь? У меня еще осталась паста с филе.       — С удовольствием, Петь. Уже слюни текут.       Петя улыбнулся ему и повел к себе на кухню. В этом было что-то такое интимное: кормить его, видеть, как ему нравится, что аж за две щеки уплетает. Петя даже неловко сказал:       — Я могу… положить тебе с собой. Или приходи ко мне завтра на обед.       Игорь возбужденно закивал, словно щенок, и Петя неловко улыбнулся, заправив русую прядь за ухо.              Господи. Он в самом деле влюбился. Несмотря на то, что случилось, он любил этого мужчину и все ему прощал. Это чувство было настолько же захватывающим, сколь и пугающим. Это отлично: прощать человека, который достоин этого прощения. Но если бы Петя полюбил таким образом не того человека?.. Картинка перед глазами пронесла взаправду ужасающая, Петя слышал все эти страшные истории про абьюз и насилие, и так боялся в это влипнуть. Но здесь, сейчас, он знал и верил: Игорь Гром не такой. Он совершил ошибку и был достоин того, чтобы его простили. И он доказывал это каждым жестом.       — Знаешь, что… — задумчиво сказал Игорь с лейкой, поливая этот несчастный укроп, к которому Гром проявлял так много заботы.       — М? — Петя сидел на карточках у грядки с клубникой, срывая некоторые. Автополив попадал немного и на него, и футболка липла к телу, но Петя уходить не спешил. Было приятно и хорошо, самое то в знойный теплый вечер.       — Давай звезды сегодня посмотрим? У меня тут телескоп есть.       — Ого. Ниче се. Я за, — кивнул Петя. Таких свиданий ему еще никто не предлагал… Может от того, что это казалось чем-то пошлым и избитым, но от этого этим никто и не занимался. А тут… они, звезды, теплая летняя ночь. Петя улыбнулся. Звучало волшебно.       На чердаке, куда его завел Игорь, помимо телескопа висела большая карта звездного неба — кажется, достаточно старая, вероятно, это занятие любимо Громом с детства — а еще на тумбе стояло открытое шампанское, бокалы и клубника. Петя улыбнулся ему, краем сознания заметив то, что он уже доверился Игорю. И точно все простил. Ему казалось, что после такого все будет разрушено, что все надо каким-то невероятным образом чинить, но вот он тут. Ночью, на чердаке… Он либо все простил и доверился, либо непроходимо туп. Про себя Петя решил, что, может быть, все и вместе, и ему просто очень повезло, что самое плохое, что он пока встретил в жизни — это Игорь Гром с учетом произошедшего и, будь на его месте другой мужчина, все могло бы повториться.       Но это был Игорь Гром.       Простой и естественный в своей влюбленности, трогательный и открытый.       Игорь показывал ему созвездия, луну и звезды, и Петя все с большим интересом рассматривал, затаив дыхание. Оказалось и вправду — красиво. В промежутках он попивал шампанское, закусывая клубникой, а после снова рассматривал.       — Господи, как луна видна… — прошептал пораженно Петя. — Пятна видны, лунки…       — Да, это очень хороший телескоп. Прикупил как-то заместо старого. Мне нравится вот так смотреть. Это успокаивает.       — Я тебя понимаю… — пролепетал Петя.       — Давай покажу тебе одну туманность, очень красивая.       Петя закивал и послушно отошел, чтобы Игорь все настроил и выбрал ракурс. Петя взял бокал и, закинув ягоды, посмотрел на Игоря. Тот был так сосредоточен и так спокоен, а еще — дьявольски красив. Все то, что было на фото — оно и трети не передавало того естественного шарма, который был в Игоре Громе. Это что-то неописуемое. Животное, первобытное, как будто бы его обаяние могло с ног сбить. Оно не было привычно-шаблонным, каким ты обычно ожидаешь увидеть его у мужчин. Это было что-то совершенно иное, и от этого захватывало дух. Вся его простота, естественность, шарм… То, как он вечно хмурился, как улыбался и как смотрел… Да, его взгляды. Петя вдруг понял.       Дело — в глазах.              — Так, ну вот… Идем, — Игорь выпрямился и посмотрел на Петю.       Тот молчаливо отставил бокал и, вместо того, чтобы посмотреть в телескоп, прильнул к Игорю вплотную и нежно взял его лицо в свои ладони. Игорь вздрогнул, щетина колола ладони. Глаза. Все дело в них. Он смотрел на него так по-детски удивленно и, вместе с тем, покорено, казалось, Петя мог приказать ему что угодно — и Игорь сделает.       Дело — в глазах. Ими невозможно соврать. И, к несчастью Игоря, эти глаза выдавали в нем любое чувство или намерение. Казалось, что просто всего в Игоре так много, что оно выплескивалось даже через простые взгляды.       Петя не умел читать по глазам, но Игоря — смог.       Петя встал на цыпочки и потянулся своими губами к его. Игорь пораженно вздохнул, взял его за талию и прохрипел:       — Петь… уверен?..       Петя тихо рассмеялся:       — В тот раз ты не спрашивал.       — Я…       — Уверен, — прошептал он, обжигая дыханием губы.       — Но ты пьян.       — От двух бокалов? Не смеши меня. Посмешишь потом. Целуй.       Игорь посмотрел на него темным взглядом желания, сглотнул и, крепко сжав его талию в своих ладонях, склонился, мягко обхватив его нижнюю губу, целуя. Петя пораженно выдохнул, закрыл глаза, обхватил его шею и растворился в Игоре полностью. В его руках, поцелуе, во всем нем, он отдался этому, растекаясь в этих объятьях, как карамель. А Игорь целовал, мягко покусывал его губы, обхватывал, посасывая, и руками нежно гладил его поясницу. На чердаке не было никаких звуков, кроме того, как они целовались и тихих Петиных вздохов.       Это было так хорошо, так сладко — всего Петю будто бы свело в приятном импульсе удовольствия, меж ног стало жарко и ему так хотелось потереться об Игоря или чтобы он сам его коснулся…       Петя сладко вздохнул в его рот, ноги стали слабыми, и Петя отчаянно прижимался к Игорю, теряя связь с реальностью. Губы, такие нежные с ним губы, так чувственно целовали, щетина приятно кололась, а сильные руки ласкали бока, поясницу, прижимали ближе к себе, и Пете казалось, что он просто пропал в его хватке. Не было его. Он весь начинался губами Игоря, а заканчивался его руками.       Никогда Петя не ощущал ничего более прекрасного.       Игорь отдалился с хриплым выдохом, довольно улыбнулся, глядя на него с поддернутыми поволокой глазами. Доволен был, как слон, и Петя, закусив губу, потерся о него, погладив его расслабленные плечи ладонями и, подавшись вперед, потерся своим носом о его.       — Какая нежная кошечка, — вздохнул Игорь в ответ на эту ласку.       — Если правильно приласкать, — в тон ему отозвался Петя, улыбаясь. — Так хорошо, Горь… Поцелуй меня еще раз.       Игоря просить дважды не приходилось, и он поцеловал, а Петя снова — пропал. Ему нравилось чувствовать его силу, нравилось быть в его руках таким маленьким, таким доступным, беззащитным. Сейчас он был уверен как никогда в том, что Игорь не навредит ему. Что с ним — безопасно.       — Да… — протянул Петя с улыбкой в поцелуй, — лейтенант Гром стал крайне активным…       Игорь ойкнул, чуть отстранился, и Петя посмотрел на него из-под ресниц темными глазами, тихо вздохнув. И даже этот выдох довел Игоря до мурашек, но он лишь отступил назад:       — Я сейчас… Быстро…       — А я бы сказал тебе сейчас «да», — лукаво на него глядя, прошептал Петя.       Игорь ничего не ответил, только молча отстранился от него и быстро спустился с чердака. Петя провел его взглядом, закусив губу, и глупо улыбнулся. Он не планировал говорить никакое «да», точно не здесь, не сейчас, Петя еще не чувствовал себя настолько хорошо, зато он чувствовал, что на белье уже образовалось пятно. Но все-таки он не был намерен.       Петя просто хотел проверить Игоря. И он не подвел.       Он улыбнулся и склонился к телескопу, пораженно вздохнув. И правда — красота. Надо будет к Игорю сюда почаще приходить…       — Нравится? — прохрипел Игорь, подойдя сзади.       — Да, очень красиво, — Петя оторвался от телескопа и посмотрел на него из-за плеча. Игорь нежно улыбнулся, погладил пальцами горячую щеку и, обняв за живот, склонился, целуя. Петя закрыл глаза, отдаваясь этому моменту целиком, позволяя себе раствориться в этом и в руках Игоря.       На самом деле, Игорь старался относиться к Пете очень бережно. Думал о том, как сильно его ранил и какое большое у Пети сердце раз тот простил и снова подпускал. И дал себя целовать! Игорь очень это ценил и, на самом деле, был полон восторга. Конечно Игорь целовался и до Пети, но никогда он не чувствовал того, что было с Петей. То, как волшебно ощущалось его тело, каким нежным и хрупким, как невероятно было его обнимать, прижимать к себе и касаться. Его губы, его вздохи — Игорь чувствовал себя побежденным, понимал, что у него просто нет сил перед Петей, нет ничего, кроме желания быть его, для него.       И все-таки обрывочные воспоминания рвали его душу. Он и вправду ничего не помнил, но в голове снова и снова всплывал подсохший след на песке. Крови и спермы. Никогда Игорю не было так противно от себя. Ему хотелось пойти и утопиться, потому что он не считал, что можно как-то иначе смыть с себя ту грязь. Не сделал он этого лишь потому, что понял: Пете, вероятно, надо услышать от него хотя бы, что ему жаль. Игорь знал, что для жертв это порой необходимость, но он понятия не имел, что когда-нибудь окажется не третьим лицом, заполняющий акт допроса, а насильником.       К счастью, по словам Пети, это не было изнасилованием. Игорь не до конца понимал, как такое возможно и в начале попросту думал, что Петя винит себя и поэтому смягчает все происходящее, или это механизм защиты. Но то, каким Петя был с ним, каким мягким, нежным и доступным, как смотрел на него и был с ним без страха постепенно вселяло в него уверенность, что это в самом деле не было настолько страшно.       Но он все равно оставался с ним бережным, пытаясь тем самым показать, что его отношение к нему все то же, он так же ласков и так же очарован.       Он думал, что линия поведения будет такой же и у Пети. В конце концов, с того дня он больше не надевал на себе короткие шорты или что-то такое. Он одевался сдержанно, прикрываясь, и Игорь понимал, что это его вина. Очевидно, теперь у Пети ужасное отношение к своему телу, он думает, что оно порочное или что-то такое, и как бы Игорь хотел доказать, что это не так. Даже когда он был перед ним почти обнажен, у Игоря и в мыслях не было, что в этом теле есть пошлость или порок. Он был чистым, невинным, красивым. Сексуальным, да, но это была сексуальность не из порно-ролика. Это была нежная ню-фотосессия, это была эротика и при этом недоступность. Как та сотня чувственных родинок, складывающихся в созвездия на его теле, могли быть пошлыми? Как те невинные веснушки могли быть порочными?       Даже обнаженным Петя был невинным и чистым, не было ничего, что стоило прикрывать.       Но этим утром Петя его удивил…       — Что, все по саду пашешь? Знаешь, мне, может, тоже уже нужны услуги садовника…       Игорь выпрямился и посмотрел на него, потеряв дар речи. Петя явно был в новом халатике — белый, на манер кимоно, сама ткань едва ли доходила до середины бедра, и небольшое удлинение визуально считывалось за счет в цвет халата кружева. Ветер красиво трепал ткань, периодически таким образом, что подол облегал бедра. Игорь сглотнул и поднял шалый взгляд на Петю, который явно был доволен произведенным эффектом. Он оглядел его длинные, стройные ноги, едва тронутые загаром, и все в родинках.       — Петь…       И смолк. Да, вероятно, Петя точно пришел в себя. Это не могло не радовать.       — Нравится? — Петя закусил губу и погладил себя по бедру. — Но… — с улыбкой он улегся на качели, закинув ноги на ногу так, что Игорь смог углядеть белое нижнее белье. — Теперь это запретный плод, Игорек. Смотреть, но не трогать.       — Да я… — пробормотал Игорь, выпрямившись и оперевшись о забор. Выглядел Петя роскошно. — Я только рад! Ты просто сначала ходил во всем закрытом, и я испугался, что теперь… ты к своему телу будешь иначе относиться… — пробормотал он.       Петя поглядел на него, приподняв бровь и сказал:       — Игорек, у меня просто месячные были. Мне тогда замуроваться хочется, вот и все.       Игорь поморгал и облегченно выдохнул. Петя рассмеялся. Боже, Игорь думал, что Петя как-то беспокоится насчет своего тела… Это умилило его. Так очаровательно.       — Месячные это хорошо, — кивнул Игорь. — Значит пронесло.       — Ага. Но больше без фокусов. Это для здоровья вредно.       — Петь, да какое там. Если… если у нас что-то и будет, то только с защитой.       — Правильно, — удовлетворенно кивнул Петя и откинулся на качели, потянувшись и вытянув свои длинные ноги. — А пока можешь только любоваться.       — С радостью, — хрипло вздохнул Игорь, оглядев его вполне ясным взглядом. Петя задорно подмигнул ему, погладив себя по бедру, чуть задрав ткань халата. Игорь проследил за этим движением голодно. Петя облизал губы.       Хотя, на самом деле, сейчас все это было сложнее. Просто потому, что они могли целоваться. Игорь до сих пор был в восторге от этого осознания. На самом деле этот поцелуй перевозбудил его, словно подростка, и все, о чем он мог думать прошлой ночью — так это о губах Пети, о его тихих вздохах и как сладко он пах. И вот он, Петя, перед ним, доступный — Игорь тяжело вздохнул, мягко на него глядя. Петя довольно улыбался, глядя на него и вытянув свои длиннющие ноги, лениво поднимая ткань халата все выше и выше, пока Игорь следил за этим голодным взглядом. Господи. Он пропал.       Перед тем, как уйти, Петя встал на носочки и поцеловал Игоря в колкую щеку. Игорь влюбленно выдохнул, проведя его взглядом. Да, ему повезло — ему очень повезло. С Петей, с тем, какой он невероятный, как подходит ему и что он смог простить то, как Игорь поступил по отношению к нему. Игорь корил себя и сам не знал, сможет ли простить себя. Как? Петя такой невинный и чистый, это был его первый раз, а Игорь…       Он покачал головой и вернулся к саду. Ну, он хотя бы Пете об этом не бубнил, как тот и просил.       Петя.       Ну, можно и на речку ;)       Игорь вздохнул. Ему оставалось гадать, как будет выглядеть Петя в этот раз. Что наденет? Игорь тряхнул головой. На самом деле в этом не было проблемы. Да, у него вставало и он хотел Петю, но чувствовал, что не сможет. Зная, что он сделал, что совершил до этого, ему было просто страшно.       Игорь.       Ок. После обеда.       Петя отослал желтого колобка с поцелуйчиком. Игорь сам их активно использовал, так что в ответ тоже не пожалел. Они ему нравились. Забавные такие…       В этот раз плащом Петя не прикрывался. На нем была пляжная полупрозрачная накидка, едва скрывающая очертания его тела. Петя стоял у его машины и, заметив Игоря, помахал ему рукой. Игорь улыбнулся. В душе он просто радовался тому, что Петя не боялся его и даже снова захотел на речку. Игорю думалось, что Пете будет боязно туда возвращаться. Вот Игорю — да, так что он даже выбрал другое место. Эта часть земли с песком, и эти подсохшие следы… Игорь тряхнул головой. Нет, туда он больше не хотел.       — Выглядишь невероятно, — улыбнулся Игорь, разглядывая, как ветер трепал полы накидки.       — Пасип. Старался, — Петя подмигнул ему. — Я тут… — он немного неуверенно показал пляжную сумку. — В общем, я тут немного поесть сделал для нас… Сандвичи и еще клубники. Твоей же.       — Блин, Петь… — Игорь глупо улыбнулся. — Как в детстве. Приятно, что ты так заморочился. Спасибо, — он склонился, нежно поцеловал его в щеку, и Петя довольно сожмурился, улыбаясь. Такой светлый — с ума сойти.              Когда они приехали, Петя расстелил покрывало, скинул накидку и с довольным звуком, словно маленький ребенок, грохнулся в речку. Игорь улыбнулся, скидывая с себя одежду.       — Вода — нереальная! — сказал Петя, вынырнув и убрав волосы с лица, глядя на Игоря с широкой улыбкой. Тот лишь на момент замешкался — просто флешбеки накрыли, как они вот также… И как Петя про воду сказал. — Как теплое молоко!              Игорь только улыбнулся, скинул шорты на покрывало и пошел к нему. Петя, разглядывая его, закусил губу и, когда Игорь подошел ближе, смачно окатил водой, звонко смеясь. Игорь аж замер, проморгался и, прищурившись, дал сдачи. Петя взвизгнул и, тут же забрызгав его, оттолкнулся, уплывая. Игорь — за ним. Догнал быстро и окатил брызгами в лицо. Петя тряхнул головой, взвизгнув:       — Так нечестно! Ты слишком быстрый!       — Таковы Питерские супергерои, — хмыкнул Игорь и, притянув его к себе, поцеловал. Петя довольно замычал в его рот, обнял за шею и прикрыл глаза, отдаваясь в такой приятный плен. Игорь нежно обхватил нижнюю губу, посасывая, и Петя сладко вздохнул, гладя его по мокрым волосам. — Больше не устраивайте погони, — прошептал Игорь в его рот.       — А то?.. — хитро прищурился Петя.       — По жопе получите, — с уверенным видом ответил Игорь, и Петя рассмеялся.       Он ловко выскользнул из его объятий, окатил водой и попытался улизнуть. В этот раз Игорь решил ему поддаться — ну в самом деле, куда Пете до его подготовки? Так дело уже веселее пошло. Но, когда Петя уже подплыл к самом берегу, чтобы подло сбежать, Игорь ускорился, крепко схватил его за талию и, под довольный Петин визг, прижал к себе и поцеловал в шею. Петя рассмеялся, тяжело дыша, и Игорь цокнул:       — Слабенький ты.       — Эй! — Петя возмущенно на него посмотрел и брызнул водой в лицо. Игорь сощурился и тряхнул головой.       — Ну в самом деле, Петь, у тебя уже одышка. Я уж понял, что такое тело тебе дала природа и тебе не надо на него работать, — он нежно погладил его по талии и бедрам, игриво подцепив резинку бикини, но тут же убрав руки, чтобы не испугать, — но надо как-то и своим здоровьем заняться.       — Я думаю над этим, — фыркнул Петя. — Ладно, я в самом деле устал… Пойду полежу. Ты?       — Поплаваю еще.       — Лады. Только не заставляй меня сильно скучать, — подмигнул ему Петя и подплыл к берегу.              Игорь следил за ним, глядя, как блестела его кожа от воды, как невероятно Петя покачивал бедрами, осмотрел жадно круглые ягодицы, которые совсем ничего не скрывало — да, то самое бикини, но каким-то образом Петя будто стал еще сексуальнее с того дня. Нереальный просто. Когда Петя уселся на покрывало, замотавшись в полотенце, Игорь махнул ему и развернулся, решивший хорошенькой поплавать, чтобы вымотаться. Догадывался он, что Петя полезет целоваться, а, если Игорь хорошенько устанет, то может в кусты не придется идти…       Вода и вправду была хорошей, Игорь из нее бы час не вылазил, если бы Петя не крикнул:       — Игорек! Я уже очень сильно скучаю!       Игорь вздохнул и развернулся, подплывая к берегу, глядя на Петю, который уже скинул полотенце и сидел, вытянув свои ноги и глядя на Игоря нетерпеливым взглядом, закусив губу. Игорь уже на подходе ощутил, как в паху потянуло — Петя был такой красивый, изгибы его тела, его взгляд. Он был вот так, почти что голый, и этот вид только сильнее раззадоривал Игоря. С тяжелым вздохом он присел рядом, взяв полотенце, чтобы вытереться, и Петя мурлыкнул, прильнув к нему и поцеловав в щеку.       — Холодный… Не устал, что ли?       — Да так, не очень, — хмыкнул Игорь, откинув полотенце и улегшись на покрывало, потянувшись. Петя — тут же к нему. Погладил по груди, животу и уложил на его плечо голову, блаженно закрыв глаза, прильнув ближе. Игорь притянул его к себе в ответ, приласкал поясницу и бок, поцеловал его уже подсохшие волосы.       — Так хорошо, Горь… — сладко вздохнул Петя. — Мне так никогда не было. Тут так тихо, прохладно, еще и ты рядом. Я в раю.       — А я-то в каком раю. Ведь со мною ты, — он опустил взгляд и, взяв Петю за подбородок, плавно приподнял его голову. Петя посмотрел на него, рвано вздохнув, и сам потянулся вперед.              Игорь поцеловал его, оперевшись одной рукой о покрывало и нависнув над Петей. Тот выдохнул, крепко обнял его и почти что вжался своим телом в его. Ступней он скользнул по задней стороне икр Игоря, а после обхватил ногой его за бедра, сильнее прижав к себе. Игорь довольно замычал, продолжая жадно целовать его, вжимать в покрывало и гладить. Его рука скользила по груди, талии и бедру, снова поднимаясь вверх, лаская. Петя улыбнулся в поцелуй, отдаваясь в эту негу весь и полностью.       Петя ощущался в руках как что-то божественное. Слишком прекрасное, чтобы быть правдой. То, как он пах, его изгибы, его тепло. Такой хрупкий, доступный и весь для него. Игорь не верил своему счастью. Даже просто целовать его — Божий дар, не иначе.       — Игорь… — протянул Петя с блаженной улыбкой в поцелуй, — мне так хорошо с тобой.       — И мне с тобой, — отозвался Игорь, продолжая целовать и кончиками пальцами лаская его кожу, вырисовывая узоры и доводя Петю до мурашек. — Ты лучшее, что я знал.       — Плут, — довольно хихикнул Петя, зарывшись пальцами в его мокрые волосы, нежно массируя.       — Ни капли, — захрипел он, укусив за губу. — Реально ни от кого так не крыло. Никто не был… таким, — он плавно перешел на шею, целуя, и Петя издал тихий, довольный стон, закрыв глаза, отдаваясь в эту ласку всем своим существом.       Игорь целовал его шею и плечи, ласкал его тело, и, казалось, что его ласки становились все более откровеннее и интенсивнее. Петя тяжело, громко дышал, порой его дыхание срывалось на тихие стоны, а меж бедер так сладко тянуло и ныло, так хотелось, чтобы Игорь коснулся его… Запах у Игоря изменился — но не так, как в прошлый раз, это не был пугающе, оно только заводило сильнее — он стал ярче, сильнее. Дыхание у него тоже сбилось, а член утыкался в Петино бедро — Петя чувствовал его очертания, каким крепким он был, пока Игорь жадно вылизывал его шею.       Пете так никогда хорошо не было. Он не хотел, чтобы это кончалось. Ему хотелось еще, больше и сильнее. Ему хотелось раствориться в этих касаниях и отдаться этим рукам полностью. В этот момент ему хотелось принадлежать Игорю.       Но он сказал то, что должен был сказать:       — Игорь… не сейчас.       И сам замер. Если не послушает? Если продолжит? Если доведет его до бессознательного состояния, когда Петя будет согласен на все, когда только и сможет, что шептать его имя? Петя ходил по грани лезвия, он это знал и этого же хотел. Чтобы проверить Игоря. Понять, в самом ли деле он достоин был прощения.       Но произошло то, чего Петя вообще не ожидал.       Игорь поднял голову и, глядя на него удивленными глазами, сказал:       — Я и не собирался делать ничего подобного, Петь. Мне остановиться?       Он тут же убрал руки, отстранился от него, и Петя ощутил себя покинутым. Он глупо моргнул и спросил:       — Но ты разве… не хочешь меня?..       Он уставился на очертания члена сквозь плавки. Судя по набухшему узлу Игорь хотел его пиздец, как сильно.       — Петь, ты че? Хочу, конечно. Но явно… не сейчас, не здесь, не так. Когда ты в своем уме скажешь, что будешь готов — тогда да. Не тогда, когда ты возбужден и уже… хочешь всякого.       Петя даже как-то завис, просто глядя на Игоря и пытаясь понять: так бывает? Петя и вправду сейчас был согласен на все и больше всего ему хотелось ощутить Игоря внутри себя. Его язык, пальцы, член, узел. Даже от мыслей об этом меж ног прошлась сладкая судорога желания. Но то, как легко Игорь тут же перестал даже его трогать, как сказал, что ничего не будет, пока Петя точно не будет готов… Игорь сам сейчас не был похож на разумного человека. Взгляд мутный и темный, румянец на щеках, дыхание сбито.       Петя улыбнулся. Он понял, что для Игоря он в самом деле не просто красивая омега для секса. И что для него самого сейчас это не просто действие, чтобы все кончили. Он относится к этому так же серьезно, как и сам Петя. Ему хочется доставить ему удовольствие, хочется, чтобы это было по-особенному. Чтобы это был не просто секс. Чтобы это было занятие любовью.       Один из видов той любви, что он может ему показать.       — Спасибо, — сказал он. — Тогда я тебя… подожду. Ну, тебе же надо, да?..       Игорь неловко посмотрел на свой пах, так же неловко кивнул и встал. Петя хихикнул, проведя его взглядом и откинулся на покрывало. Он закрыл глаза, глубоко вздохнул и крепко сжал бедра. На самом деле Петя не был уверен, что у него вот так получится — он о таком только читал, но сам не испытывал подобного. Да и без внешней стимуляции никогда не кончал. Кроме… Он вспомнил. Песок, Игорь сверху, его член, наполняющий его до сладкого дискомфорта и никакой внешней стимуляции. И тот взрыв.       Он охнул, широко раскрыв глаза, ощутив пульсацию между ног.       О Боже мой… Боже мой.       Он оперся о руки и тряхнул головой. Мало того, как он легко простил Игоря, как легко переварил этот опыт, так у него теперь это еще и сексуальная фантазия, от которой он кончает! Петя дернул плечом. Наверное, это защитная реакция! Ведь нельзя же… о таком думать и кончать?..       Едва не захныкав, надломив брови, он снова упал на покрывало и уставился на небо. Раздались мерные шаги:       — Петь, ты че? Расстроенный какой-то?       — Меня обломали. Каким мне еще быть?       Игорь рассмеялся и сел с ним рядом, без зазрения совести залезая в Петину сумку с едой. Петя приподнял бровь. Ну да. Мужик поплавал, кончил и теперь ему для полного счастья надо поесть. К несчастью, это почему-то умилило Петю и он нежно погладил Игоря по руке. Тот улыбнулся ему, достал сандвичи и открыл лоток. Схватил сандвич и смачно откусил, жуя. Петя следил за этим с нежностью.       Господи.       Без вариантов.       Он влюбился.       С тихим вздохом Петя положил голову на его бедро и прикрыл глаза, слушая пение птиц и шум ветра. Свободной рукой Игорь нежно гладил его по волосам. Петя был самым счастливым.       Короткие вещи Петя особенно любил, так что Игорь почти всегда наблюдал его в таких коротких шортах, что скорее напоминали трусы. Особенно когда тот пришел с огородом помочь и Игорь как загипнотизированный смотрел за тем, как Петя то тут наклонится, то там, и все-все видно. Особенно как ткань облегала все, что было у него между ног. Когда Петя надел какие-то там велосипедки Игорь вообще сгорел: ткань плотно облегала его ягодицы и бедра, еще и была короткой, и вот так Петя перед ним ходил, виляя жопой, не забывая оценить его реакцию. Реакция у Игоря была всегда. И ему приходилось удаляться в туалет, чтобы эту реакцию устранить.       Игорь думал, что над ним издевались.       Но на самом деле Петя просто наслаждался тем, что Игорь никогда ничего себе не позволял. Он просто чувствовал себя в безопасности, этим и наслаждался. Ну и голодными взглядами Игоря, конечно, смотрел тот на него по-настоящему жадно. Особенно он заценил велосипедки, так что Петя перешел на них, надевая сверху оверсайзные футболки. Да, Игорь был без ума от него.       И, несмотря на это, в их отношениях не было ничего, кроме поцелуев и объятий. Игорь, катая Петю ночью на машине, в конце только притягивал его в свои объятья и целовал под звездным небом. Петя был самым любимым и самым влюбленным. Он улыбался и сиял рядом с Игорем.       Это заметили и приехавшие родители — да, сын изменился, казалось, особенно издалека, что он в самом деле сиял. Такой улыбчивый, яркий и энергичный. И отказывающийся ехать домой. Родители Пети только переглянулись и кивнули друг другу. Ну, происходило ровно то, что и должно было происходить.       И Петя был этому особенно рад.       — Знаешь, Игорек… — начал Петя, приподняв очки и поглядев на Игоря. Тот заказал и к себе садовые качели, и, с приездом родителей Пети, они стали больше тусоваться у него. Петя лежал на его коленях, подставляя лицо то солнцу, то рукам Игоря. Кончиками пальцев тот нежно ласкал его лоб, щеки, шею, и Петя довольно вздыхал, расслабляясь под лаской.       — Да?       — У тебя… когда отпуск кончается?       — Через неделю, — вздохнул Игорь. Ему не нравилось об этом думать. Тем более он знал, что Петя из Москвы. — Не хочется в Питер без тебя.       — Ну… — Петя закусил губу. — Я могу до конца лета в Питер. К тебе. Как идейка?       — Правда? — оживился Игорь. — Блин, Петь… это… это было бы очень круто. Я тебе Питер покажу, столько классных мест! И с Прокопенко тебя познакомлю обязательно, и с Юлей, и с Димкой…       Петя улыбнулся, видя, с каким энтузиазмом Игорь начал это все говорить. Было видно: рад Петиной идеи. Он хочет, чтобы Петя был с ним и он хочет его показывать. Это было приятно.              — Ну вот. С этим понятно. А дальше как?.. — вздохнул Петя тяжело.       Игорь поглядел на него и провел пальцами по его скуле.       — Отношения на расстоянии, — без желания сказал Игорь. — Я буду к тебе приезжать, ты ко мне. Не думал, что буду таким заниматься в тридцатку, но чем черт не шутит, — он пожал плечами.       — А там я в Питер перееду, — широко улыбнулся он. — А летом будем вместе. И на зимние я к тебе приезжать буду. Только бери отпуск обязательно летом, ладно?! Чтобы мы тут с тобой побыли.       — Понял, — с серьезным видом кивнул Игорь, и Петя широко улыбнулся ему.       — Еще… у тебя тут есть белое постельное белье?..       — Э… ну да? Вроде. А что?       — Я хотел, чтобы мой первый раз был на белых простынях.       Игорь сначала не понял. Подвис. Потом изумленно посмотрел на Петю.       — Стой, ты…              Петя рассмеялся его растерянного лица. Игорь выглядел так, будто вообще впервые узнал, что такое секс и теперь пытался понять, зачем это и для чего. Петя вздохнул и присел, оперевшись рукой о спинку качелей и погладив Игоря по бедру.       — Игорек, пора уже, мне очень хочется. Я дрочу, блин, несколько раз на дню, потому что только подумаю о тебе — и все, хоть на стену лезь. Я хочу тебя, Игорь.       — Но… — Игорь посмотрел на него сбито с толку, — и ты… то есть, ты не боишься? После того, что я сделал…       Петя покачал головой.       — Кажется ты не до конца понимаешь, что именно сделал. Иногда я… — он смущенно покраснел и опустил взгляд. — Иногда я вспоминаю это. Когда ласкаю себя… — признался он совсем тихо, раскрасневшись.       Игорь замер. Он многое мог понять, но такое… Медленно качнув головой, Игорь спросил:       — То есть… тебя это возбуждает?..       — Только некоторые моменты, — тихо сказал он. — Я такое повторять не хочу. Только если как ролевую игру. Но потом. Сейчас я хочу красивый первый раз, о котором мечтал.       Игорь поджал губы и сглотнул, смотря на него. Он как-то уже в самом деле… просто не думал о таком! Был Петя и его красивое тело, была короткая одежда и их поцелуи. Все. Разве надо что-то еще?..       — Петь, ты точно уверен? — хмуро спросил Игорь.       Петя цокнул и закатил глаза.       — Да, блин, уверен! Я остановлю тебя, если что-то пойдет не так, — он мягко взял его лицо в свои ладони и заглянул в его глаза. — Ты просил, чтобы я говорил тебе, что делать. Вот, говорю. Понял меня? Так что сегодня вечером устрой у себя романтик, понял?       — Прям... сегодня вечером?.. — пробормотал Игорь.       — Да. Иначе уже я тебя изнасилую, понял? — рыкнул Петя и укусил его за губу. Игорь айкнул, а после улыбнулся и кивнул.       — Хорошо. Понял. Я просто... ну, боялся сделать тебе больно, надавить или испугать и...       — Игорек, я взрослый мальчик. Я знаю, чего хочу. Конкретно сейчас — твой член.       Игорь поглядел ему в глаза и кивнул, смущенно покраснев. Да, может быть пора поверить в то, что Петя не из робкого десятка и он не боится его. Он хочет его. И нет, то, что между ними произошло не травмировало его. По крайней мере на первый взгляд.       Петя к вечеру сам подготовился и даже немного нервничал. Несмотря на то, что опыт у него уже имелся — хоть и без его на то желания — сейчас это ощущалось совсем по-другому. Так трепетно. И немного боязно.       Глянув на время, он кивнул себе и спешно спустился вниз. Одет он был вполне себе целомудренно, в отличии от того, как в последнее время он любил щеголять перед Игорем. Вместо велосипедок были свободные джинсы, а наверх Петя накинул футболку. Просто чтобы… скрыть кое-какие аспекты. Особенно перед родителями!       Неловко было говорить, что он идет к Игорю на ночь и еще более неловко было видеть, как они переглянулись и как мама неуверенно сказала:       — Надеюсь, у Игорька с собой есть защита?       — Блин, мам… — пробормотал Петя, краснея. О Господи. Вот она, самая ужасная часть того, что он все еще живет с родителями. Теперь они в курсе, что у него именно этой ночью случится секс. Вот поедет в Питер и ничего они знать не будут! Ну, то есть, в каком-то смысле будут, но хоть без уточнений, когда именно…       — Не мамкай, — спокойно сказал отец. — Щас дам тебе презервативы, понял?       — Папа! — пискнул Петя, краснея еще гуще. — У Игоря все ес…       — А если нет? В аптеку вы не пойдете, а для внуков рановато. Окончишь университет — тогда и будешь нас радовать подобными новостями.       Петя с крайне страдающим лицом наблюдал за тем, как отец встал и пошел в другую комнату. Он смолчал, что они уже были близки к этой новости, но, чуяла его душа, если бы он рассказал об этом отцу, Игорь бы уже ходил без яиц.       В итоге Петя неловко запихнул упаковку презервативов в карман, посмотрел на родителей весь красный и, дуя губы, развернулся, уходя и громко хлопнув дверью. Господи, какой невероятно-стыдный этап! Надо было съезжать еще на первом курсе…       Игорь встретил его на первый вид расслабленный, но Петя просто догадывался, что это не так. Он знал наверняка: Игорь нервничал. Не мог не нервничать.       — Привет… — улыбнулся он неловко и, перехватив Петю за талию, притянул к себе и поцеловал. Петя довольно промычал и обнял его за шею, прильнув ближе, отвечая на поцелуй.       Да, этот поцелуй нужен был им обоим — как-то сразу настроил на нужный ритм и убрал всю неловкость.       — Проходи, — Игорь закрыл за ним дверь, и Петя скинул обувь.       — Я только что прошел инициацию во взрослую жизнь стыдом, — заявил Петя с уверенным видом.       — Это как?       Петя засунул руку в карман и достал пачку презервативов, сунув Игорю. Тот неловко принял, повертел в руках спросил:       — Зачем? У меня есть. Эти маленькие к тому же будут…       — Ну прости, решил не говорить своему отцу, что на твой болт эти не налезут.       Игорь удивленно приподнял брови и рассмеялся, отложив пачку на тумбу подле стены.       — Ну да, Петь, без этого никак, когда с родителями живешь. Я то же самое проходил.       — Тебе тоже тогда маленькие всунули?       — Да. Очень неудобно в них было, в итоге я просто снял его. Обошлось без таблеток.       — Какое счастье. Я думал у тебя это хобби такое, — фыркнул Петя и позволил себя провести, когда Игорь уложил руку на его поясницу и мягко подтолкнул вперед.       Игорь в самом деле заморочился и Петя присвистнул. Ну да, ровно такое он себе и представлял: шампанское, клубника, тихая музыка. ненавязчивый приятный запах не то свеч, не то ароматизатора для дома, лепестки роз и полумрак.       — Колись: Юлька твоя помогала?       — Да, я ее на связи держал и все записал, — Игорь мягко взял его за руку и, присев на кровать, утянул Петю на свою колени, поцеловав его в плечо сквозь ткань футболки. — Соврал, якобы у тебя первый раз. Мне дали полную инструкцию.       — У меня первый раз, — фыркнул недовольно Петя. — Первый нормальный раз.       Игорь с тоской на него глянул и, взяв его руку в свою, расцеловал пальцы и тыльную сторону ладони, а после потерся о нее щекой — с такой нежностью, лаской, как щенок.       — Не знаю, Петь… Так вроде привыкаешь и забываешь. А потом думаю: был бы у меня сын. Омега. И с ним бы такое приключилось. Каково бы мне было?       — А ты, Игорек, не о таком должен думать, как бы там тебе было. Ты должен думать только о том, как ему будет. Вот и все. А как ты вообще хочешь? Расстаться? Ну, я тогда точно буду страдать. А сейчас — не страдаю. Совсем.       — Мне остается только поверить тебе, свет души моей, — отозвался Игорь, поцеловав Петю в уголок челюсти и потянулся к шампанскому, наполнив их бокалы.       Петя сначала взял одну ягоду и сам поднес ее к губам Игоря. Тот поднял на Петю взгляд и, взяв его за запястье, откусил клубнику, а после ткнулся носом в место, где бился пульс, жадно вдыхая его запах и потираясь. Петя вздохнул, погладил его по волосам второй рукой и отложил хвостик, взяв бокал. Посмотрев на Игоря, он сказал:       — За нас и наше светлое будущее.       Игорь улыбнулся: такие тосты ему были непривычны просто потому, что к своим годам он уже не питал надежды на «раз и навсегда». Но он понимал, как эта идея ценна для Пети, как ему важно жить такими надеждами. Но Игорю было важно не это. И поэтому он сказал:       — За нас и наш хороший финал, где мы были бы счастливы.       Петя удивленно приподнял брови, немного подумал и кивнул, пригубив шампанское.       Три бокала шампанского придали Пете смелости, так что вскоре он прервал их диалог и отошел в другую комнату. В ванной он скинул джинсы с футболкой и оглядел себя в зеркало, вздохнув. Выглядел он по-настоящему хорошо. Он выбрал белое нижнее белье — хотел сначала черное или темно-красное, но, увидев это, не сдержался. Такое нежное, в кружевах, и такое легкое. Талию подчеркивал корсет в обилии оборок и с замысловатой шнуровкой, с которой Игорь дай Бог справится. Нижнее белье с кружевами, полупрозрачное, где едва лишь прикрывались более плотной тканью губы, и белые чулки — тоже с кружевами. Петя вздохнул, едва не задрожав от волнения. Как выйти к Игорю? А ему понравится? Ведь он никогда в таком… перед мужчиной… Поправив ткань чулок и нервно вздохнув, он снова пошел к спальне. Замер перед дверью, перевел дух и, прежде чем войти, постучался — чтобы взгляд Игоря был прикован только к нему.       Он открыл дверь, тут же почувствовав на себе его взгляд. Игорь охнул, замерев, разглядывая его, явно пораженный увиденным. Петя улыбнулся ему так спокойно, как смог, и красиво отставил бедро, пройдясь по нему пальцами. Игорь сглотнул.       — Петь, это… — он моргнул, — вот почему ты в джинсах был… Я… я даже слов подобрать не могу, — бормотал он, жадно разглядывая его. Взгляд скользил с Петиного лица, вниз, по талии и изгибу бедер, осматривая голодно, внимательно.       — Я старался для тебя. Мне идет?       — Непередаваемо, — прошептал Игорь и подозвал к себе жестом руки. Петя сладко вздохнул и, качнув бедрами, пошел к нему, закусив губу.       Он никогда прежде не видел, чтобы мужчина смотрел на него так. Голодно, жадно, восхищенно, влюбленно и полностью покаренно. Игорь выглядел так, будто уже был весь и полностью в его власти, будто готов был выполнить любой Петин приказ.       Петя подошел ближе и положил руки на его плечи, нежно погладив. Ладони Игоря тут же скользнули по бедрам, сжали ягодицы — Петя шумно выдохнул, прикрыв глаза и улыбнувшись, когда сильные ладони принялись жадно наминать их. Оказалось приятно. Губами Игорь прижался к бедру, оставив нежный поцелуй, и поднялся выше, скользнув ими по ткани корсета.              — Иди ко мне, — захрипел Игорь, утянув Пете к себе на кровать.       Петя не противился, наоборот — с большим желанием подался к нему ближе и уселся на его бедра, пораженно вздохнув, когда руки Игоря тут же скользнули к груди, погладив и приласкав соски. Игорь смотрел на него такими темными, мутными глазами, и, казалось, был покорен Петей. Петя плавно потерся бедрами о его пах, про себя думая, что это в самом деле его первый раз. То, что случилось там, у речки, ни в какое сравнение не шло с тем, что было между ними сейчас. Петя никогда не чувствовал себя таким дорогим и блестящим, таким любимым, как здесь, под этим взглядом Игоря и его касаниям.       — Корсет этот твой, — улыбнулся Игорь, привстав на одном локте и, целуя шею, прошелся второй рукой к завязкам, пытаясь как-то с ними разбираться. Петя закусил губу, мягко покачивая бедрами, потираясь о пах Игоря. Игорь был таким неспешным с ним, таким ласковым… Неторопливым. Пете нравилось.       — Не думал, что разберешься, — усмехнулся Петя, когда ощутил, как корсет ослаб.       — Я и не с таким справлялся, куколка, — хрипло прошептал Игорь и потянул завязки дальше, добавив вторую руку, и медленно стащил с него корсет, открывая живот. Отложив корсет на кровать, он нежно сжал в руках его бока, расцеловывая шею, плечи и грудь. Петя тяжело задышал и едва не задрожал.       Одна рука Игоря скользнула ниже и нежно погладила меж ног — Петя отозвался сладким вздохом, и Игорь чуть усилил давление, потирая.       — Игорь…       — Да, кошечка? Нравится? — улыбнулся он, продолжая нежно ласкать его, целуя его шею, плечи и грудь. — Интересно, ты такой же сладкий, как твои стоны?       Петя смущенно покраснел, дернулся, но совсем не сопротивлялся, когда Игорь, взяв его за талию, уложил на спину и навис сверху, заглядывая в его глаза. Петя тихо вздохнул и откинул голову назад, расслабляясь. Страха больше не было, только гулящее в теле и усиливающееся наслаждение, только сладкое давление меж ног и неприятное чувство пустоты от того, как Игорь убрал руку. Его ладонь нежно приласкала мягкий низ живота, бедра и Игорь прохрипел:       — С ума сойти. Только дошло. Я же твой первый мужчина.       Петя поглядел на него, довольно усмехнувшись и чуть выгнувшись, поддаваясь к его касаниям, его ладоням.       — Тебе нравится это? — лукаво улыбнулся он.       — Честно — да, — не стал скрывать Игорь, гладя его бедра и живот, обходя самое чувствительное, заставляя Петю ерзать, в надежде поддаться к его ладони, чтобы он приласкал его. — Хотелось бы, чтобы и последним, если честно… — в здравом уме он бы это не сказал, но сейчас, когда он так сильно хотел Петю, хотел обладать им, это вырвалось само и прошлось удовлетворением по телу.       Петя блаженно улыбнулся, глядя на него из-под ресниц:       — Меня заводит мысль, что ты был бы моим единственным…       Игорь рыкнул и, склонившись, поцеловал его, наконец коснувшись пальцами его сквозь ткань белья — Петя тонко застонал, закрыв глаза, отдаваясь полностью в его руки. Жадными поцелуями Игорь спустился ниже, расцеловал его живот и ткнулся носом меж ног, жадно вдыхая в себя его запах — Петя вздохнул, щеки обожгло румянцем и ему так нравилось все то, что Игорь делал сейчас с ним. Это было совсем не так, как в тот раз. Это было чем-то волшебным — Петя был таким возбужденным, а меж ног едва ли не ныло от того, как ему хотелось больше. Игорь лизнул его сквозь ткань белья, чуть вжал язык, и Петя заскулил от того, как ткань прижалась к клитору. Он дернулся, сжав в руках покрывало, а Игорь, чуть приподнявшись, зацепив зубами резинку белья, потянул его вниз. Оно скользнуло вниз, по бедрам, и Петя спешно согнул ноги в коленях, помогая Игорю стащить с него, и вдруг — так и замер, сжав колени и согнув их.       — Петь?.. — Игорь испуганно дернулся. — Если ты боишься — мы остановимся.       Петя тряхнул головой. Он не боялся.       — Нет, не в этом дело, — пробормотал Петя, продолжая сжимать ноги.       — Что такое? — Игорь приподнял брови, нежно поглаживая его по коленям и вниз.       — Ты… ну… то есть, ты хочешь… — и смолк, краснея гуще. Игорь, увидев его реакцию, улыбнулся.       — Отлизать тебе. Да, хочу.       — Ты… ты уверен?.. — бормотал Петя неловко.       — Почему я не должен быть уверен? — изумился Игорь. — Ты пахнешь нереально, очень хочу попробовать тебя на вкус.       Петя поерзал, такой смущенный, какой-то сразу весь неловкий, и сказал:       — Просто ну… вдруг там… там пахнет как-то?..       Игорь аж замер, а Петя еще сильнее сжался. Он как-то с тем, что у него между ног, близкого опыта не имел. А запах там точно был!       — Конечно пахнет, — сказал Игорь. — Мокрой киской, которую очень хочет вылизать. Сожрать хочется честно, Петь, запах — нереальный, — выдохнул он хрипло, руками скользнув к бедрам, наслаждаясь тем, каким по-настоящему невинным был сейчас Петя.       — А вдруг… вдруг тебе вкус не понравится?.. — бормотал он.       — Понравится, — спокойно отозвался Игорь. Как ему может не понравится вкус любимой омеги? Это что за ерунда такая? — Петь, не стесняйся себя, все ок.       — Ну ты еще видеть будешь, — жалостливо отозвался Петя, заломив брови.       — Да, в этом вишенка, — улыбнулся Игорь, мягко поглаживая кружева на чулках. — Буду видеть, какой ты мокрый, какой красивый. Это возбуждает нереально.       — Но…       — Петь, — прервал его Игорь, вздохнув. — Простым языком: у тебя между ног вульва, я люблю вульвы. Мне нравится, как они выглядят, ок? Конкретно сейчас мне интересна именно твоя. И мне все уже заранее нравится, потому что это ты. Не стесняйся, — попросил он и плавно, за колени, развел его ноги в сторону.       Петя откинул голову назад и зажмурился, чувствуя, как горело лицо, когда Игорь развел его ноги. Гром скользнул взглядом меж ног и облизнулся — в джинсах стало еще более тесно от вида. Плавно опускаясь на локти, Игорь сказал:       — Ты очень красивый, Петь.       Петя был нежно-розовый, мокрый, гладкий — хотелось коснуться губами, узнать его вкус. Петя только вздрогнул, когда меж ног прошлось горячее дыхание — оно что-то поддернуло внутри, будто импульс прошелся. Игорь руками нежно взял его за бедра и прижался ртом к его киске, широко проведя языком меж губ — Петя громко застонал, удивленно раскрыл глаза и выгнулся. Это… вообще ни на что похоже не было! Никогда Пете так хорошо не было. Господи, и он хотел отказаться от этого из-за стеснения?! Какой кошмар!       Игорь отстранился, чуть развел пальцами большие губы, чтобы удобнее было — Петя вздрогнул от смущения, меж ног тут же прошелся жаркий импульс удовольствия — и снова прильнул губами, начиная ласкать нежные мокрые складочки, подначивая Петю, дразня, после поднялся выше и накрыл языком возбужденный клитор — у Пети едва голова не закружилась, внизу живота жарко заныло, он был уверен, что либо потеряет сознание, либо кончит в эту же минуту. Но для второго Игорь оказался слишком медлительным — он осторожно ласкал Петю языком, давая тому понять и привыкнуть к новым ощущениям, насладиться ими, и, судя по его стонам, он это и делал, впившись пальцами в его волосы, ближе притягивая к себе.       Изучив его языком, он обхватил клитор губами, посасывая — и Петя тонко, высоко заскулил, надломив брови и выгнувшись. Он готов был хныкать и плакать от того, как много и хорошо это было. Игорь гулко сглотнул смазку со слюной и принялся ласкать Петю увереннее, постепенно увеличивая давление. Петя громко задышал, застонал, начал тут же поддаваться своими бедрами к нему, потираясь о язык. В голове стало совсем мутно и неясно, Петя потерял связь с реальностью, вокруг ничего не было кроме того, как хорошо было меж ног и бешено бившегося под горлом сердцем.       А потом — взрыв. Почти такой же, что был у озера, только без ужаса, что Петя сознание потерял и без звона в ушах. Кончил он с долгим, сладким стоном, и Игорь даже удивился тому, как быстро. Не у всех на языке получается вообще кончать, а Петя мало того, что кончил так быстро и, судя по всему, весьма качественно. Игорь ласкал его, пока Петя кончал, а после приподнялся, облизав губы и вытерев подбородок от слюней и смазки. Петя лежал на кровати, весь красный, лохматый, с мутными глазами, казалось, что не соображал.       — Ты очень вкусный, Петь, — захрипел Игорь, нежно гладя его ноги. — С удовольствием отлижу тебе снова, как представится возможность. Понравилось?       — Очень, — сквозь сбитое дыхание отозвался Петя. — Нереально классно.       — Интересно: вы все, девственники такие? Чтоб кончать за пару минут, — он усмехнулся, шлепнув его по бедру.       — Просто очень хорошо было, — буркнул Петя.       — Это мне за комплимент, — подмигнул ему Игорь и, сев на колени, принялся расстегивать свои ремень и ширинку. Петя глядел на это и вдруг понял, что даже вид, как Игорь ширинку расстегивает его завел.       Закусив губу, Игорь стащил с себя штаны с бельем, и Пете теперь предоставилось возможность получше рассмотреть, чем там Игоря природа наделила. Член у Игоря оказался нереально красивым, Петя был в восторге, а еще такой толстый…       Петя приподнялся на локте и протянул руку вперед, обхватив член ладонью и приподняв брови.       — Ого… он такой интересный на ощупь… — пробормотал он, аккуратно трогая его и поглаживая.       — Нравится? — захрипел Игорь, закусив губу.       — Да, — сглотнул Петя, обхватив член рукой и двинув по нему. — Вроде такой твердый, а вот так трогаешь и мягкий. Будто железный стержень в бархате.       — Ого. Железный стержень, — подмигнул ему Игорь. — Это он такой твердый из-за тебя. Чувствуешь?       Петя, весь красный и, кажется, снова возбужденный, кивнул, закусив губу. Ему было так жарко и так хорошо. Вид голого Игоря и его члена возбудил только сильнее, вызвал жадный жар во всем теле, и он поерзал.       Петя прошептал:       — Можно… можно с узлом…       — Петь… Ну ты что? — захлопал Игорь глазами. — Рано как-то и…       — У нас уже был узел. Мне понравилось. Я кончил на нем.       Игорь посмотрел на него темными глазами и кивнул, сглотнув. Подавшись ближе к нему, уложив на кровать и нависнув, он прохрипел:       — Все для моей принцессы.       И вставил два пальца — Петя вздохнул, он оказался расслабленным и, немного покружив, Игорь вошел и третьим, растягивая его, подготавливая для себя. Большим пальцем он прижался к клитору, мягко массируя его, снова возбуждая, и Петя, закусив губу, захныкал, сжавшись на пальцах. Игорь чмокнул за ухом и спросил:       — Хорошо?       — Да, — выдохнул Петя, прижимаясь к нему ближе и потираясь животом о его вставший член. Стояло у Игоря и вправду каменно, и Пете хотелось скорее почувствовать его внутри вот так, без боли. Он чувствовал, каким мокрым был, смазка затекала меж ягодиц, пятнышками оставалась на белых простынях. Давление меж ног усиливалось от каждого движения пальцами Игоря, Петя ерзал и мычал, тихо выстанывая его имя. — Игорь… Игорь, не могу… Давай же… пожалуйста.       Игорь не стал мучить его расспросами — только медленно вынул пальцы и, взяв себя за член, сначала потерся им меж мокрых губ. Петя застонал, откинув голову назад и заломив брови, тяжело дыша. Охнул, когда Игорь прихлопнул членом меж губ, и подался бедрами вперед, к нему. Игорь закусил губу, прохрипев:       — Ты такой красивый, сексуальный… С ума сводишь, кис.       Петя посмотрел на него мутными глазами и снова повел бедрами, пытаясь потереться о его член. Игорь склонился сильнее, крепко поцеловал его и, помогая рукой, скользнул членом внутрь. Петя охнул, широко раскрыл глаза — давление оказалось нереальным, Игорь будто распирал его изнутри в самом лучшем смысле. Петя жадно сжался на нем, заставив застонать уже Игоря и толкнуться глубже, откинув голову назад и прохрипев:       — Блять, детка, да… Какая у тебя киска охуенная, пиздец…       Пете от этих слов стало стыдно и хорошо одновременно. Он снова сжался на нем и крепко обхватил его бедра ногами, притягивая к себе, и обняв за плечи. Игорь вдруг дернулся и испуганно прошептал:       — Блять, защита…       — Игорь… — жалостливо заскулил Петя, которому уже было все равно на защиту. Ощутив такой кайф ему уже вообще ни до чего дела не было.       Игорь, однако, молчаливо вышел, и Петя мученечески застонал:       — Нет, продолжай!       — Сейчас, куколка, сейчас, — захрипел Игорь, схватив подготовленный квадратик фольги и разорвав его зубами. Натягивать презерватив было пыткой — руки дрожали, а тут еще и Петя перед ним скулил и начал плавно гладить себя между ног. Вид Игоря завел нереально, член дернулся и, через маты, Игорь натянул резинку и снова склонился к Пете. Тот вцепился в его плечи, намертво обхватил ногами, прижимая к себе наверняка, чтобы Игорь больше не вырвался.       Член наполнил идеально — Петя закатил от кайфа глаза и блаженно застонал.       — Боги, Игорь… Господи, как хорошо, умоляю…       Игоря умолять не приходилось, он тут же задвигался в нем. Начал осторожно, подбирая темп, и вскоре перешел на быстрые, глубокие толчки. Краем сознания он удивился тому, что Пете идеально подошел его размер. Ранее Игорю надо было контролировать себя, чтобы не войти полностью — многим от его размеров было больно — но здесь можно было не сдерживать себя, Петя сам поддавался к нему, и сжимался так сладко. Игорь не сомневался в том, что ему было хорошо. Ему было очень хорошо.       Смазка громко хлюпала, кровать скрипела, ударяясь спинкой о стену. Петя был весь красный и лохматый, лицо искажено в удовольствии — наблюдать за ним было волшебно. Игорь поцеловал его, ускоряясь, и Петя заорал в его рот, царапнув спину ногтями. Это завело Игорь сильнее, он зарычал, жадно вбиваясь в него, и Петя так сладко застонал, так невероятно сжался и царапнул его кожу.       Сердце у обоих билось под глоткой, бедра у Пети задрожали — Игорь был доволен тем, что делал сейчас с Петей, как он отзывался, какие звуки издавал.       — Господи, Игорь… Да-да-да! — он заорал, откинув голову назад, и Игорь ощутил пульсацию вокруг члена. Он довольно вздохнул, чуть замедлился, а после, догнав свой оргазм, плавно толкнулся вперед. Когда внутрь скользнул узел и Петя обхватил его, они оба застонали и Петя закатил от удовольствия глаза. — Боги… как хорошо, Боже, Игорь…       — Вижу, — рыкнул Игорь, укусив его за губу и, придавив тяжестью своего тела, принялся жадно вылизывать плечо, там, где должна быть метка, а после укусил его за шею. Петя застонал и совсем расслабился под ним, почти растекся.              Узел наполнял его идеально, так сладко давил изнутри. Несмотря на то, что Петя только что кончил и, казалось, теперь был совсем без сил, внизу снова заныло, приятное давление окатило его меж ног, его будто распирало, но в приятном смысле.       — Горь… — прошептал Петя, и, взяв его руку в свою, сам увел ниже.       Игорь все понял и, найдя клитор, прижался к нему большим пальцем, массируя — Петя тут же застонал, сжался на нем, и Игорь застонал в ответ тут же, зажмурившись, продолжая ласкать его, постепенно увеличивая давление и скорость. Петя часто задышал, заерзал под ним, впиваясь ногтями в кожу и кончил в третий раз прямо на узле. Игорь был в восторге. Петя явно горячая штучка и в нем дремлет целый вулкан страстей. Игорь надеялся познать его до дна.       Он убрал руку и крепко обнял совсем расслабившегося Петю, который, казалось, едва ли не растекся под ним. Он тяжело дышал, ритм сердца стал приходить в норму и вскоре узел спал. Игорь плавно толкнулся назад, выходя — Пети тихо промычал, раскрыв мокрые ресницы. Член выскользнул и Игорь аккуратно стянул с себя презерватив, завязав и встав.       — Стой… — прошептал Петя еле-еле и протянул руку, но схватил лишь воздух.       — Я сейчас, — Игорь склонился, чмокнул его в голое бедро и покинул его на минутку, чтобы выкинуть презерватив и взять салфеток и одно полотенце.       Он аккуратно вытер Петю меж ног — тот вздрогнул, но тут же расслабился и шумно выдохнул, блаженно улыбаясь. Игорь боязливо глянул на простынь, боясь увидеть кровь, но его встретило только влажное пятнышко смазки. Игорь довольно улыбнулся. Отлично. Значит все прошло ровно так, как надо. Протерев себя, Игорь присел на кровать и стянул с Пети чулки, с нежность расцеловав оставшийся на коже след от кружевов и, наконец, подлез к нему ближе, лег рядом и поцеловал его волосы. Петя устало, но довольно вздохнул.       — Невероятно, Игореш… Я ног не чувствую. Никогда не думал, что так бывает.       — Я старался, — улыбнулся Игорь, спускаясь поцелуями ниже по лицу, к шее и плечам. Петя погладил его по волосам, не раскрывая глаз. — Ты нереальный, Петь. Очень красивый. Везде. И вкусный.       — Иди ты, — буркнул смущенно Петя, а после хихикнул, когда Игорь сначала лизнул, а после подул на участок кожи.       Игорь плавно приподнялся и улегся на кровать. Петя кое-как перевернулся, обнял его и закинул ногу на его бедра.       — Я теперь точно за тобой в Питер. Я без такого секса не проживу… Как я вообще мог без него жить?       — Ну, уверяю тебя, хороший секс на дороге не валяется.       — Тогда я ждал тебя, — влюбленно сказал Петя, поцеловав его в ямочку у ключиц. Игорь улыбнулся и переплел их пальцы, разглядывая Петино лицо. На щеках все еще гулял нежный румянец, взгляд усталый, но довольный и блестящий, волосы расстрепанны. Лучше Игорь не видал. Совершенство.       — Главное не отметить уголки Питера, что я тебе покажу, сексом… А то, чует моя душа, ты та еще ненасытная штучка.       — Буду на работу к тебе приходить, — уверенно сказал Петя, поглаживая его по груди. — Я у тебя буду жить, да? — спросил он вдруг с нежной улыбкой.       — Разумеется. Там, конечно… Ну, квартирка интересная, но друзья говорят, что к ней привыкаешь и потом сердечно любишь.       — Понял. Жаль, что ты тут не можешь задержаться…       — Будем приезжать на выходные. Правда, скорее всего, тут либо батя будет, либо мать…       — Заодно и познакомишь, — хмыкнул Петя. — Но, если что, наш дом пустой скорее всего будет. Блин, классно… Все каникулы с тобой в Питере, а на выходных здесь. Я не думал, что так хорошо бывает!       — Да. И оно случилось только благодаря тебе. Что ты снова подпустил меня. Спасибо за это, Петь. Я очень это ценю, — сказал он, сжав его руку в своей и расцеловав пальцы, глядя ему в глаза. Петя смотрел в ответ, абсолютно влюбленно. Да, он точно принял правильное решение.       Уже в Питере, дожидаясь Игоря с работы и просматривая записки, которые взял с собой. Улыбаясь, он уже был уверен в том, что как-нибудь покажет это их детям. Он уже это знал, как знал и то, что простить Игоря было рисковым, но правильным решением, потому что в итоге Петя получил бережного, страстного и заботливого любовника. Идея об Игоре, как о партнере раз и навсегда его тоже заводила — он был уверен, лучше секса уже просто не случится. Ни с кем у них не будет таких совпадений кинков, которые Петя раскрывал в себе и тут же находил отдачу с Игорем. Никто так не наполнял бы его, как Игорь.       Но главное Петя знал — вряд ли найдется в мире еще один мужик, на которого Петя посмотрит и поймет, что хочет родить ему хоть прям сейчас.       Дверь скрипнула. Петя улыбнулся и встал, поправив на себе полупрозрачный халат и, цокая каблуками, по которым Игорь с ума сходил, встретил его в самой соблазнительной позе с блестящими глазами.       Игорь был самым счастливым мужчиной — это он знал точно.