Ты меня не бросишь?

По телевизору в очередной раз шел очередной бред. Мерзостный русский сериал про однотипную Хросю из Подзалупинска, встретившую миллионера за мусоркой. За окном орали собаки и кошки. Наверняка выйдя завтра утром на улицу, можно будет увидеть клочки грязной шерсти. Небо потихоньку из девственно-розового превращается в потрёпанно-синий. Плоские облака размазаны по небу как сопли. Старые, серые многоэтажки смотрели своими горящими жёлтым светом окнами на всех свысока, не признавая, что давно проиграли новостройкам. Как они были похожи на людей. Костяшки пальцев покрылись корочкой, боль, причинённая этими руками, легла удушающей тяжестью на плечи. Тот, кому эта боль была причина, тихо свистел разбитым носом, кутался в тонкий плед и болезненно стонал, смотрел остекленело в желтоватый от сигаретного дыма потолок. Парень поднялся с пола на ватных ногах, пошатываясь, будто пьяный, подошёл к лежащему, склонился над ним и около семи минут безотрывно смотрел в пустые глаза и только после этого беззвучно коснулся сухими, треснувшимися губами влажного, соленоватого лба. Имеет ли он право теперь прикасаться своими руками к этому идеальному лицу? Губы защипало от соленых слез. Он тут же отпрянул, не желая тревожить Никиту. Как ему жаль. * Прижимаясь щекой к холодной двери, он нажимает на звонок. В парадной стоит тихий гул соседских телевизоров. Звук пустой, осуждающий, такой злой, готовый растерзать тебя в эту же секунду. Расчленить на множество кусочков и скормить бездомным собакам; хоть какая-то польза от этого ненужного и безвольного тела Перед глазами разбитое лицо своего парня. Слезы начинают бежать быстрее. Грязный пол темнеет каплями. За дверью слышится топот, мат и проклятья. — Да ты заебал! — кричит она, с яростью поднимая голову, и тут же замолкает. Ее глаза напуганного бегают по зареванному лицу, — Юр, ты чо? Проходит по мягкому ковру с длинным бежевым ворсом, на нем мелкие пятна краски. В нос вбивается ее запах. Голова начинает потихоньку болеть. Девушка усаживает его на табурет и пытает расспросами: — Говори, я тебя никогда не осужу. — говорит она уверенно и неловко улыбается уголками губ. А глаза просят раскрыть все тайны, манят в райский сад выговориности. — Я тебя всегда пойму. Вся история рассказывается на удивление с лёгкостью. На душе немного легчает. Юрий уже хотел было рассыпаться благодарностями, но натыкается вместо понимания на злость и осуждение в серых глазах. Она недовольно трясет головой, смотрит исподлобья, в ее зрачках читается презрение. — Ты мерзкий, — говорит она, отходит к раковине, начиная промывать кисточки, — уходи. Последнее, что я сделаю, — вызову Нику врача. Только ради него. Я не знаю, на что ты ещё способен. — голос ее убийственно спокойный, но взгляд, брошенный из-за плеча, говорит о многом. Парень резко встаёт, громко шумя стулом, оставляя белые полосы на вытсаемшемся линолеуме. В глазах была боль от несправедливости, предательства. Как только дверь хлопнула, Евгения смогла спокойно вздохнуть. Как этот человек, что клялся никогда не поднимать руку на кого-либо, избил свою половинку? Да, наркоман, но это все ещё его любовь. Стены тонкие, она все слышит. В ее тонком, извилистом и удивительном мире это не могло уместиться. Кисти тут же отбрасываются обратно. * Приход врача. Это то, чего так боялся Юра. Он срочно побежал убирать следы крови и наркотиков. Врач наверняка узнает, что Никита под чем-то, ещё и таким тяжёлым. Сам парень не реагирует на какие-либо звуки. Он редко всхлипывал и тихо шептал отрывки непонятных фраз и звуков. Спустя долгие, полные терзаний двадцать минут в дверь громко стучат. Он быстро подбегает к двери. На пороге стоит мужичок лет сорока с выпирающим пузом из-под белого халата. На лице с недельной щетиной красовались усталые уголки губ, опущенные вниз. В замученных блекло-зелёных глазах отражалось его перепуганное лицо с высохшими дорожками слез. — Здравствуйте, — потеренно говорит, отходя назад, пропуская мужчину внутрь. Он в ответ кивает и после указаний идёт в ванную в грязных ботинках, оставляя за собой следы. Выйдя, он пошел в комнату, где лежал Никита, пребывающий в болезненном унынии и безжалостной болью, которая не давала прикрыть глаза. Под руками врача парень шипел, скулил, тяжело дышал; от взгляда на это у Юры ныло сломанное сердце. От вида своего парня в таком состоянии мозг подкидывает до спазмов в теле счастливые воспоминания. Где они счастливые гуляли по пустынной ночной улице. Они, сломанные куски разного мусора, нашли друг друга, склеились в нечто единое, живут и не тратят данное им время на поиски совершенного куска. Тратят на это… — Состояние не самое плохое, — говорил он, снимая крышечку от каких-то таблеток, — тут небольшая передозировка психотропными веществами и внешние травмы. Вам нужно обратиться в наркодиспанцер, иначе мы будем обязаны доложить об этом в полицию. — слова неожиданно бьют в подлых. Именно этого он боялся, но надежда умерла. — Да, конечно… — тихо и обреченно молвит парень. Мужчина собирает свой чемоданчик и собирается удаляться. Нож на столе лежит как спасение, как спасательный круг в океане. Острый. Ещё недавно Никита его точил под его первое пение. Глаза опасно заблестели. Они метались по спине толстого мужчины. — Эй, — мужчина оборачивается на оклик. Острое лезвие мажет по щеке к шее. Вонзается в мягкое тело. Острие задевает артерию, кровь бьёт фонтаном. Упавший мужчина, сейчас лежащий под ним, хрипит, захлёбывается кровью. Пытается оттолкнуть его, но с каждой секундой сопротивление все слабже. Через десять секунд на его полу в луже крови лежит труп, убитый его руками. Он встаёт, кидает ножик в кровь, медленно идёт к кровати к уснувшему парню. Окровавленными руками касается его лица, оставляя следы пальцев. — Никогда не брошу. * День встречает Юру осознанием всего. В попытке доказать самому себе, что это все лишь сон, бежит на кухню. Там тело в свернувшейся крови. Белый халат стал багровым с пятнами розового. Нож, лежащий рядом. Осознание скидывает его вниз, на дно. Придавливает его бетонной плитой. В голове мысли скрутившись в комок. Хвост мысли напомнил о парне, лежащем на кровати. Ноги мгновенно привели его к Никите. Он лежал в той же позе, что и вчера. Это его напрягло. Он был любителем активного сна. Прикасается к засохшим линиям. Когда замечает, что грудная клетка не двигается, трясет, голова парня падает вбок. Руки неожиданно слабеют. Брюнет падает обратно. Трясущимися руками он пытается нащупать пульс. Ничего Крик вырывается наружу, будя всех соседей. Он последует за ним, ведь никогда не бросит.