Passion Mistakes

      Минхао, кажется, всю жизнь любил рисовать. Письмо мазками из открытой банки чистой краской всегда доставляло ему огромное удовольствие — и тогда Су понял, что хочет связать свою жизнь с рисованием.       Именно поэтому он стоит напротив Золотой Академии Художеств с небольшим чемоданом, в котором, помимо двух футболок и нижнего белья, находится множество художественных материалов. Су поражает величественность и изящность готического здания, башнями стремящегося проткнуть пасмурное полотно. Вокруг — причудливые ели, вокруг которых летает золотая, точно сказочная, пыльца. Кусочек неба над самым горизонтом проглядывает из-за облаков, и атмосфера безумно умиротворяющая. Минхао встал два часа назад, чтобы добраться до этого места к девяти.       — Хей, чего застыл, — Су вздрагивает из-за голоса, разрезавшего тишину, и глядит в сторону, изумлённо округляя глаза. Он видит вроде человека, правда, так можно сказать только про половину туловища, ведь вместо ног — лапы, а на голове торчат маленькие тигриные уши. Мама Су говорила, что подобные существа — обыденная картина на территории вблизи Академии, но всё равно, когда сталкиваешься с таким впервые, это поражает.       — Здесь довольно живописно.       Существо оглядывает пейзаж, будто в поисках некоего подтверждения слов человека, прежде чем расплыться в лучезарной улыбке, которая точно осветит полмира.       — Да, летом здесь особенно красиво, когда всё в самом цвету. Наши студенты любят здесь прогуливаться или рисовать этюды.       Минхао легко улыбается в ответ, сжимая ручку чемодана. Существо улавливает этот жест и с очаровательным пониманием ахает.       — А, так ты новенький. Давай тебя проведу. У нас сбор возле входа в Академию.       — А Вы кто? — существо, идя рядом, хихикает в ладонь, с озорным огоньком поглядывая на человека.       — Тигр, как видишь, дорогой, — проговаривает он, вызывая у Су мягкий смех. — Ладно, я Сунëн. Периодически буду пересекаться с тобой. Потому что я буду вашим адаптером.       — Здесь сложно учиться?       Квон призадумывается, отводя взгляд на чудесный лес. Солнце, что только-только вылезает из-за облаков, припудривает платиновым светом хвойные ветви.       — Главное — преодолеть первое испытание, а стремление научиться само будет толкать тебя на вершину, — Минхао приоткрывает рот, чтобы узнать побольше о первом испытании, но Сунëн игриво кривит губы, что видно ряд острых клыков, и прощается: — Меня ждут другие студенты. Увидимся чуть позже!       И тигра след простыл.       Су по-доброму качает головой, обращая внимание на небольшую толпу рядом — это самый подходящий момент с кем-то познакомиться.       — Всем привет, — немного скромно выдаёт Минхао, но настолько очаровательно, что толпа студентов тает от его милоты.       — Привет-привет! Я Чан, без понятия, как здесь оказался, — раскованность Су мгновенно улетучивается, и он лучисто смеётся, радуя толпу своим заразительным смехом. Ли притворно вздохнёт и насупится: — Вообще-то это довольно печально, что я поступил сюда не по своему желанию.       — О, а чем бы ты хотел заниматься? — спрашивает другой парень из толпы, в котором Су узнаёт свою национальность — от этого немного спокойней в этом загадочном мире.       — Танцами, конечно, но в последние годы получение образования в Золотой Академии считается одним из самых престижных в творческой области, поэтому меня заставили поступить сюда.       — Ну, знаешь, ты можешь отучиться первый год и уйти, но при этом у тебя будет база письма, которую ты можешь применять и в обычной жизни, — говорит милая девушка с нереально низким голосом.       — Ага, это довольно дорогое удовольствие — иметь свой сад с ингредиентами для создания красок, так что я пас, — девушка закатывает глаза со словами: «Ну и слабак».       — А ты почему поступила?       — А меня тоже родители заставили, — с лукавой улыбкой проговаривает Чеëн, что Чан давится от закипающего возмущения.       — Что?! А сама ничем не лучше меня!       — Это была шутка, — Ли с недоверием смотрит на Пак, но та игнорирует его, полностью одаривая вниманием более заинтересованную в разговоре группу людей. — Выбор стоял между поступить на вокальный или художественный, но я решила для себя, что спеть я успею всегда, а вот желание рисовать у меня небесконечное, поэтому лучше сейчас, пока шанс не упущен. — Чан в этой паузе хочет накинуть несколько ядовитых словечек, но Чеëн ловко продолжает: — Я хотя бы заинтересована в обучении, не то что некоторые.       — Чан, успокойся. Ты можешь поступать так, как сам того желаешь. Это твоя жизнь, поэтому делай то, что хочешь.       — Как хорошо иметь старшего друга-наставника, — без иронии щебечет Ли, смущая Джунхви.       Спустя двадцать минут все студенты в сборе. Их группа насчитывает двадцать одного человека, и Минхао с непонятной улыбкой смотрит на свою фамилию в конце списка. Но он обязательно будет одним из самых лучших в рейтинге, значит нужно сделать так, чтобы его талант заметили.       Ребята входят в здание и поражëнно выдыхают из-за красоты и величественности интерьера. Прежде чем прогуливаться по многочисленным этажам и лабиринтовым лестницам, Сунëн опрыскивает зелёной жидкостью чемоданы людей, с удовлетворением поглядывая на студента, который хотел что-то положить в свой, ойкнув, когда лбом припечатывается в невидимую стену.       — Ой, что это…       — Магическая завеса. Чтобы вы на глазах убедились, что никто не украдёт ваши вещи, пока мы будем ходить.       Чан фыркает, закатывая глаза.       — Да кому нужны мои стильные тряпки, — Сунëн не комментирует это и продолжает студентам показывать аудитории, столовую и кусочек Оранжереи, с которой они познакомятся немного позднее.       — Что ж, теперь вы не должны заблудиться, когда завтра пойдёте на первое занятие. Сейчас я проведу вас к общежитиям и покину вас.       — Сунëн-щи, вы классный, — с привлекательной усмешкой проговаривает Миëн, вызывая у существа искренний смех.       — Спасибо-спасибо. Что ж, скоро увидимся. Удачи на первом испытании.       Когда Сунëн уходит, к группе подходят два студента-второкурсника, парень и девушка, и проводят в соответствующие общежития. Оформляют документы и въезжают ребята в течение часа, что не так уж и много. Минхао получает свои заветные ключи от комнаты ровно в полдвенадцатого.       — О, так мы соседи. Так здорово вышло, — слышит Су со спины голос Чана, тоже радуясь этой новости. Вслед за Ли проходит Джунхви с неловкой улыбкой, которую Минхао невольно зеркалит.       Комната как раз-таки рассчитана на трёх человек. По сути, здесь нет ничего лишнего: три кровати, два рабочих стола, шкаф, комод и пара тумбочек. Парни раскладываются и заваливаются на постели, радушно выдыхая.       — Ребят, давайте сходим в столовку, заодно прогуляемся, — говорит Чан, и, переглянувшись с Джуном, Минхао угукает.       Они пробегают свой этаж в поисках кухни, в конец убеждаясь, что её здесь нет. Столовая располагается на первом этаже Академии, чуть ли не напротив главной лестницы. Парни проходят в неё и изумлённо охают. Помещение, выполненное в приятно серых оттенках, оказывается невероятно просторным; деревянные пол и отделка придают пространству уюта и тепла. Складывается впечатление, будто столовая — некий портал в их современный мир, а вся остальная Академия — застревает в прошлом. Минхао, возможно, здесь более уютно, чем в аудиториях.       Привилегии учиться в Золотой Академии Художеств: бесплатное проживание на территории учреждения, включая бесплатные приёмы пищи. (Су по слухам узнаёт, что некоторое отчаянные из-за особо высокогурманных предпочтений рисовали еду учебными красками, а потом ребят отвозили в Центральную Магическую больницу из-за отравления). На самом факте получения высшего образования здесь плюсы, вроде, заканчиваются. Академия уже несколько лет на государственном обеспечении; поступив Минхао лет пять назад, пришлось бы отдать огромную сумму, которая уходила бы на поставку ресурсов для изготовления красок, поддержании Академии в должном состоянии и оплате работы преподавателей. Почему раньше нельзя было так сделать — неясно никому.       Для позднего завтрака кусочки мяса с овощным рагу кажутся Су самой великолепной едой. Парни не спеша едят, обмениваются рассказами о себе, а потом целый день гуляют по территории, возвращаясь в общежитие ближе к девяти. Уставшие, но безумно довольные, они выполняют водные процедуры и ложатся спать.

***

      — Эй, Минхао, просыпайся, нам пора собираться, — тихо зовёт чей-то голос. Су жмурится и медленно открывает глаза, видя перед собой размытую фигуру Джунхви. Тот внезапно кажется очень обеспокоенным, когда он вновь, деликатно коснувшись чужого плеча, оголённого из-за задравшегося рукава футболки, будит Су. — Минхао, вставай, иначе мы опоздаем.       Минхао часто моргает и коротко улыбается, кладя ладонь поверх руки Вэна, несильно сжимая её. Джунхви сразу притихает, затаивая дыхание.       — Спасибо, Джунхви-хëн, а Чан уже встал?       Вэн неловко улыбается, склоняя голову в сторону.       — Он уже давно на пробежке. Вернётся через двадцать минут.       — Насколько это в духе Чана?       — Не знаю, — легко отвечает Вэн, наконец-то поднимаясь с чужой постели, чтобы заняться своими делами. — Надеюсь, мы успеем позавтракать до начала занятия.       Минхао каждую минуту использует с пользой, полностью готовый к выходу в восемь. Джунхви спрашивает у него и Чана, всё ли они взяли с собой, и только потом закрывает комнату. Завтрак проходит в спешке из-за небольшого скопления студентов с утра, поэтому они чуть ли не бегут на третий этаж, зато сытые и довольные.       — Добрый день! — выкрикивает Чан, вынуждая аудиторию повернуться к дверям именно в тот момент, когда в его спину впечатываются Минхао и Джунхви. Вэн хмурится из-за столкновения, бесконечно спрашивая, всё ли в порядке с Су, на что тот робко успокаивает его объятьями, пока Чан пытается разрулить эту неловкую ситуацию просто лучезарной улыбкой.       Преподавателя ещё нет в классе.       — Ли Чан — клоун, — говорит Чеëн, показывая язык, когда Чан закипает.       — Нуна, рано или поздно я переступлю этику между мужчиной и женщиной.       — А по тебе так не скажешь, что ты джентльмен, — продолжает Пак в том же духе, и, если бы не Минхао, вовремя оказавшийся с Ли, от неё ничего не осталось.       — Надеюсь, у них просто лавхейт, — говорит лучезарный блондин, имя которого ребятам так и не удалось узнать во время сборов.       Мун поворачивается к блондину, игриво хихикая.       — Чжучани, не беспокойся. Они же в шутку.       — А как будто нет, — закатывая глаза, проговаривает Миëн. — Но за этим довольно любопытно наблюдать.       Около пяти минут после жаркой стычки студенты просто переговариваются, пока в аудиторию не входит их преподаватель. Минхао пытается очень неуклюже рот не открывать.       Просто потому что существо перед ним невероятной красоты. Мужчина с туловищем оленя выглядит благородно и одновременно утончённо. Его яркие добрые глаза превращаются в хитрые щёлочки, когда он улавливает это восхищённое внимание.       — Доброе утро, уважаемые студенты. Я Хон Джису, ваш проверяющий во время первого испытания. Кто благополучно преодолеет его, увидится со мной во время занятий, так как большую часть дисциплин буду у вас вести я, — ребята с огромным вниманием слушают преподавателя, и он с довольной улыбкой продолжает: — Итак, ваше первое испытание заключается в том, чтобы за три минуты написать три основных оттенка, а затем смешать их.       По аудитории пробегает гам и непонятливое «что…», и Джису правда не удивлён, ведь каждый год одно и то же, и это его забавляет. Поэтому он всегда предпочитает сразу переходить к практике.       — Смотрите, — Хон из воздуха под восторженное оханье студентов берёт казалось бы обычный лист. В другой руке у него появляется перо, окунутое в жидкую тушь. — Я напишу два оттенка, и, если сделаю это верно, то… — Джису быстро выводит буквы, и на этой бумаге они расплываются и превращаются в цветные пятна оттенком, соответствующим названию. — Смогу увидеть это. А теперь вы должны просто соединить их любой линией, чтобы смешать, — преподаватель выполняет собственные указания, и оттенки небесного и пудренно-розового сливаются в тускло-сиреневый. — Всё понятно?       — Мистер Хон, а вы на каком языке писали? Это не похоже на корейский… — спрашивает какой-то студент, и большинство, что сидит в конце аудитории, настораживается.       — Это латынь. Итак, ваше испытание пошло.       Для Минхао латынь — это что-то из ряда вон сложное — он никогда не сталкивался с ней на деле, когда дело доходило до письма картин, и вот как на самом деле это вышло. Возникает мысль списать, но Мистер Хон…       — Чем мы таким занимаемся? — уточняет он у Ли Чана, рядом сидящего с Су. Чан поднимает голову, видя улыбку, которая пугает всякой злобы на чьём-нибудь лице. — С Вами поговорим после испытания. А пока эта вещица побудет у меня, — Джису щёлкает пальцами, и телефон мгновенно оказывается в его руках, хотя он его лично не брал. Ли, будучи в таком уязвимом положении, позволяет себе восхищённый смешок. — Кто провернёт подобное, также останется после занятия. И вы точно не захотите.       А время между тем время течёт. И Минхао ни одного слова не написал, хотя видит, как у других уже смешиваются оттенки. Списать — не вариант, ведь он не хочет быть профильным дилетантом, даже если эти знания ему в будущем не понадобятся (но это уже сомнительно, ведь каждая дисциплина связана с любой будущей, так что учиться нужно не покладая рук).       Три минуты рассеиваются некогда сладостным миражом, толкая в суровую реальность. Листы испаряются со столов студентов, оказываясь в руках Джису, который стоит напротив своего рабочего места.       — Что ж, результаты не особо радужные, — Хон поднимает глаза, криво улыбнувшись. — Те, кто прошёл первое испытания, над вашими головами появится красное облако. И вы можете быть свободны.       Ребята с любопытством смотрят над собой. Минхао достаточно секунды, чтобы понять, что он в любом случае провалил испытание; у Чана аналогичный результат; только Джунхви из них троих справился. Су искренне гордится им. По итогу справилось с испытанием двенадцать человек, и девять, включая себя и Ли, не прошли. Вэн с ободряющей улыбкой выходит из аудитории, и когда все лишние люди покидают пространство, Джису начинает:       — Не печальтесь. У вас есть ещё одна попытка пройти испытание. Задача — точно такая же, правда вместо трёх основных оттенков я потребую написать десять в произвольном порядке из этого перечня, — Хон делает один хлопок ладонями, и перед каждым студентом появляется обычный лист с перечнем в семьдесят слов на латыни. Это невозможно. — На подготовку у вас час. Увидимся в этой же аудитории. Желаю всем удачи, и все пока свободны.       Минхао в смутных ощущениях, он непонятливо моргает, пытаясь не разрыдаться от безысходности прямо посреди коридора. Он кое-как выучил корейский за несколько десятков месяцев, а сейчас ему требуется запомнить семьдесят слов на языке, с которым Су никогда не работал. Он чувствует себя опустошённым. Ли Чана эти же переживания будто не беспокоят, он коротко сообщает Минхао, что пойдёт отдохнёт перед второй попыткой и немного успокаивает лучистой улыбкой.       — Минхао, я знаю, что ты молодец, поэтому справишься!       Чан уходит, а Су так бы и продолжил стоять в коридоре, пока его не окликает Вэн.       — Хэй, Минхао, что тебе сказали?       Су не находит слов и просто показывает перечень, опуская голову на чужое плечо. Пока Вэн знакомится со списком и невесомо поглаживает его по спине, Минхао практически засыпает.       — Давай я тебе помогу. Здесь написано безупречно знать все понятия, и я подскажу, как их запомнить. Идём, — Вэн берёт ладонь Минхао и ведёт в сторону от основного потока студентов прямиком в библиотеку, про которую Сунëн упоминает вскользь. Здесь очень тихо, довольно мрачно из-за изобилия тёмного дерева, который присутствует на полу, в отделке стен, в мебели. Во время дождя в библиотеке будет очень атмосферно. Несмотря на некоторую самобытность учреждения, на некоторых столах располагаются компьютеры с выходом в Сказочный Интернет — только через него можно раздобыть информацию о магических артефактах, ресурсах и подобном. Обычному человеку, живущему за границей Золотой Академии, это кажется чудом. Ведь все эти знания будто что-то блокирует, что не позволяет смешивать мир простых и сказочных.       Они садятся напротив окна, вытащив из органайзеров листы бумаги с ручками.       — Есть способ первый — ты просто пишешь каждое слово несколько раз, пока не запомнишь, но способ довольно лихой, ведь из-за тревоги ты можешь всё забыть, — Су просто кивает, слушая приятный монолог Джунхви. — Поэтому самый верный — это учить с помощью ассоциаций. Найти связи там, где, на первый взгляд, их нет. Если внимательно пройтись по списку, то у некоторых слов одинаковый корень. И, даже не зная всех этих названий, я могу тебе с уверенностью сказать, что оттенки располагаются в алфавитном порядке.       — Правда, на латыни.       — Правда на латыни, — с лёгкой усмешкой выдыхает Вэн, подсаживаясь к Минхао и указывая пальцем на условно первую группу. — Не совсем в алфавитном. Вот этот фрагмент содержит все оттенки красного цвета, а вот здесь, — длинные пальцы скользят к низу листа, — оттенки синего, которые перетекают в фиолетовый. Довольно-таки красивое решение.       Су моргает, пытаясь хотя бы эту часть информации усвоить достойно.       — Минхао, верь в себя. Вместе мы преодолеем все препятствия. Просто не унывай, хорошо? Я всегда буду рядом, — Вэн заглядывает в опущенное лицо младшего, который неловко поднимает голову и стеснительно улыбается — этого Джунхви достаточно, чтобы продолжить говорить и попутно объяснять. — Давай попробуем запомнить особенности слов, а затем выучить группами.       Вэн обладает какой-то притягательной речью — потому что весь материал Су поглощает с любопытством, а главное, теперь с пониманием. А время тем временем уходит сквозь пальцы, как песок. Остаётся не более, чем пять минут до начала второй попытки; оказываясь около нужной аудитории, Джунхви удерживает Минхао за плечи, поддерживающе сжимая. Он смотрит в открытый лоб и тянется, но тут же отпрянывает, коротко желая успеха на зачёте. Су, полный решимости, заходит в класс. Минхао на протяжении следующих пятнадцати минут пребывает словно в тумане; помнит только отрывками определённые моменты, когда что-то выписывает на листе. «У каждого персональный вариант, нет возможности списать». Су выходит из этого состояния, когда преподаватель чутко проверяет работы. Аудитория погрязает в тишине. Джису легко хмыкает, поднимая взгляд на студентов, чуть склоняя голову и выглядя весьма прискорбно.       — Кажется, не все использовали время с пользой. Свечение… — ребята смотрят наверх, и Минхао с восторгом открывает рот, чуть ли не плача от счастья Он смог. Он сдал!       Эйфория ускользает, когда взор перемещается на Чана, который безразлично смотрит просто в потолок. — Из вас прошёл испытание только один человек, — Хон глядит прямо на Су, с гордостью улыбнувшись. — Минхао, поздравляю Вас. Вы можете присоединиться к ребятам, которые также успешно завершили задание. Отличного Вам дня.       Су на радостях хватает все принадлежности и летит в коридор, оказываясь в мягких объятьях Вэна.       — Я смог, я смог! — восторг переливается за край чаши эндорфина. Минхао на эмоциях подпрыгивает вместе с Вэном, неуклюже пританцовывая. Джунхви забавляет такое поведение младшего, но понять его — можно.       — Поздравляю! Ты заслуживаешь весь этот мир, — Минхао немного смущается от слов старшего, а сам Джунхви — только спустя добрые две минуты. — Прости, обычно я не такой сентиментальный.       — Нет-нет, всё хорошо. Спасибо за честность и искренность, Джунхви-хëн.       Их идиллию прерывает Ли Чан, который наконец-таки покидает ту злосчастную аудиторию. Минхао и Джунхви накидываются на него с вопросами.       — Ну, как всё прошло. Что тебе сказали?       Чан отмахивается от них, как от неинтересного дела, но всё равно говорит:       — Меня отправят домой через полтора месяца. Сказали, что это порядок из устава — не выгонять студента раньше этого срока, дабы не сказалось на репутации университета. Мы уходим типа по собственному.       — Прям как на работе у взрослых.       — Джунхви, мы тоже в своём роде взрослые, — ухмыляется Ли, возвращаясь в уверенную и позитивную версию себя. — Вот, живём вдали от родителей. Самостоятельная жизнь — это ведь такая замечательная вещь. И свобода!..       Вэн кивает-кивает, соглашаясь с младшим и вспоминая, что переезд из другой страны дался ему тяжело.       — Так что ещё полтора месяца я буду с вами тусить, ну а потом уеду.       — Только не обрывай с нами связь, — с наигранной обидой тянет Минхао, вызывая у Чана искренний смех.       — Ни за что! Лягушонок.       Су поражённо вскидывает брови, приоткрывая рот.       — Как ты меня назвал?       — Конечно же Минхао-хëн, или у тебя совсем плохо со слухом, мой любимый хён?       Джунхви переводит взгляд с одного на другого, а затем взрывается от смеха. С этими ребятами ему точно не будет скучно.