Tenderness

Иногда голову Джона Игана посещают абсолютно дурацкие мысли. Бак наверняка бы сказал, что мысли эти посещают Джона гораздо чаще, чем всех остальных людей, и, возможно, сам Джон даже не стал бы с ним спорить. Потому что в последнее время он думает о том, как это - носить Гейла Клевена на руках. Думает - жаль, что Гейл не пьет, слишком внимательно смотрит, куда идет, не оступается и не нуждается в помощи. Он крепко стоит на ногах и ловкий, как кошка, даже подсадить не предложишь. Так что подхватить его на руки, не вызывая при этом подозрений, Джон не может. Нет, конечно, можно притвориться, что он дурачится, и взвалить Гейла на плечо, эта мысль тоже пару раз приходила ему в голову, но так не хочется. Хочется по-другому. Хочется нежно. Вообще нежность - это то, что Джон с удивлением находит в себе, начав общаться с Клевеном. До этого Иган думал, что он какой угодно, но только не нежный. Девушки, с которыми его сводил случай, на отсутствие нежности не жаловались - с ними он был веселый, щедрый, внимательный, и этого вполне хватало для того, чтобы приятно провести вечер-другой. С Баком хотелось остаться подольше, чем на пару вечеров. С Баком хотелось остаться навсегда. Быть Гейлу просто другом Джону не хотелось с самой первой минуты, что Джон его увидел. Это тоже было что-то новое, но к тому, что рядом с Баком получается чувствовать много нового Джон весьма быстро привыкает. Вернее, принимает это, без сомнений и лишних вопросов. Потому что Гейл Клевен другой. Особый. В этом у Джона тоже нет сомнений. - Смотришь так пристально, что скоро дыру на мне прожжешь, — тихонько говорит Гейл, когда они слушают предполетный инструктаж - У меня что-то не так? Джон хмыкает: - Все так, просто мне интереснее смотреть на тебя, чем на все это. Гейл легонько пихает его в плечо и продолжает слушать дальше, весь из себя  прилежный, а Джон продолжает на него смотреть. С Гейлом это тоже очень легко - говорить все, что думаешь. Ну, или почти все. Все-таки на полную откровенность у Джона духа еще не хватает. Интересно, — думает Джон, наблюдая за тем, как Бак клюет носом, изо всех сил стараясь не заснуть,— интересно, если я все-таки однажды подхвачу его на руки, он мне врежет, или решит, что это очередная дурацкая шутка? Он останавливает автомобиль, когда до казарм остается не так уж много, и тормошит Гейла. Тот вскидывает голову, пару раз моргает, растирает лицо. - Могли бы и доехать, — говорит он ворчливо, и Джон почти с ним соглашается. Могли бы, но не в этот раз. - Пойдем, разомнем ноги. Тут чуть-чуть осталось. Он первым выбирается наружу и ждет, что Клевен последует за ним, но, обернувшись, обнаруживает, что Бак продолжает сидеть на своем месте, полуприкрыв глаза. Выглядит он при этом так, что Иган едва не возвращается назад в автомобиль, но все же пересиливает себя. Он открывает дверь со стороны Гейла и протягивает тому руку так галантно, как только может. - Идем. - Я тебе что, барышня, что ли? - смеется Клевен, но на руку его все же опирается. Они не спеша добираются до казарм, вечерний воздух бодрит обоих, прогоняя остатки сонливости, и к концу пути Гейл выглядит почти проснувшимся. - Неплохая идея была пройтись, — произносит он. - Так и правда полегче. Правда, теперь еще машину надо отогнать... - Кто-нибудь да отгонит, — отзывается Иган. Ему сейчас не до мелочей - он старательно прячет в памяти то, как Гейл опирался на его руку, выбираясь из автомобиля. Вообще в их общении в прикосновениях нет недостатка, но это определенно особенное. Это еще не подхваченный им на руки Гейл Клевен, но определенно что-то очень близкое. Джон уверен, что они дойдут и до этого тоже, как добрались до казарм - потихоньку, шаг за шагом, никуда не торопясь. В его голове действительно полно дурацких мыслей, но те, что касаются Гейла Клевена, на поверку оказываются отличными идеями. В этом Джон ни капли не сомневается.