Только ты, Хёни

— Давай, давай, ммм, сильнее. — Ким выгибался под Гуком. Из-за сильных толчков уже болело тело, но это была такая мелочь по сравнению с тем кайфом который он получал. — я почти.. — Киму было тяжело дышать. Гук удерживал его за шею, перекрывая воздух. От такого кайфа он, выгнувшись дугой, кончил, содрогаясь от оргазма. Чон остановился, дал Тэ время прийти в себя. Затем перевернул того на бок, накрывая своим телом и опять начал вбиваться, равномерно, не спеша. Гук любил продлевать, оттягивать свой оргазм. Придерживая Кима за талию, натягивая на свой член. Чон чувствует, что еще пару секунд и он кончит, еще чуть чуть… Проснулся. Сон. Это был всего лишь сон. Очередной сон где в главной роли был он и Ким. ××× Ким проснулась из-за того, что почувствовал, как его кто-то очень горячий( в плане температуры тела) прижал к кровати. Вначале он ничего не понял, спросонья никогда ничего не понимает, а потом, когда до него дошло, он ужаснулся. Гук. Его прижал Гук. И терся об него. Об него!!! Пытаясь вылезти Тэ делал только хуже. От как будто подмахивал бедрами, и поэтому слышал тяжелое дыхание в свое ухо. А потом все прекратилось. И он понял. Гук проснулся. Гуку вдруг стало очень жарко, когда Ким повернулся к нему лицом, с такими большими глазами. — Я… я.. Прости, хени, я.. — слова все разом вылетели из его головы, стало очень стыдно за свое поведение. — У тебя гон. — Гук только сейчас понял, что его тело буквально полыхает, член стоит колом, а запах усилился. — Так рано, он должен был начаться только на следующей неделе. — ему сейчас было вот вообще не до секса, у него тут Ким с такими глазами на него смотрел. Он поднялся с кровати, протер лицо руками. На нем были одеты лишь шорты, на ночь он всегда снимал верх, так как жарко. Шорты неприятно прилипли в каких то участках кожи. Вот честно, сейчас он не знал, что делать. Вообще нужны бы пойти домой, но в таком состоянии он не сможет. Вообще, Гук понимал почему гон начался так рано. Это Ким, его запах его спровоцировал. Запах вишни был везде — Я наверно пойду домой, прости еще раз за вот это то вот все.. — Нет. — ответил Ким. — Что? — не понял Гук. — Я говорю нет. — встал, побежал в прихожую. Оттуда послышалось бряканье ключей, щелчок входной двери и быстрые шаги обратно в комнату. — Что ты сделал?— вот вообще не шутки пошли. У него гон, а Ким хуйню вытворяет какую-то. — Дверь закрыл, ключи спрятал. — у него нельзя было открыть изнутри без ключа. А запасной где, Гук тоже не знает. — Ты понимаешь, что ты делаешь? — Гук начал отступательные движения, пока ноги не уперлись в кровать. — Понимаю, можно? — спросил Ким. Чон не понял чего, но кивнул головой. Ким сел ему сверху на бедра. Руки положил на плечи и смотрел как будто не в глаза, а в душу. — Хени.. Ты не понимаешь.. Ты потом пожалеешь, я знаю. — Гука вело, ему хватило бы одного согласия Кима чтобы он сорвался, ведь у него гон, а Ким только масла в огонь подливает. Но он понимал, что нельзя. Он не понимает, во что играет Ким, а главное зачем? — А если я хочу. Если я скажу, что уже достаточно давно хочу? Ты думаешь я тебя отпущу? Нееет. Все, я устал быть друзьями, я устал от твоих омежек, от постоянного твоего присутствия, но невозможности прикоснуться, ты даже не представляешь, что творишь со мной своими выходками. Играешь, а потом девушку себе находишь. И ведь не разу тебя не видел с омегой парнем. Я хочу тебе помочь, позволь, если ты хочешь, мы можем остаться друзьями, но я хочу тебя, сейчас, пожалуйста…— Ким уткнулся ему в шею. Даа, блаженство, он вдохнул его природный запах. Сейчас он еще более обострился. Белые цветы. Так пах Чон. Это самые любимые цветы Кима. Он их обожает, и пахнут они очень вкусно. А как они с вишней подходят. Само блаженство. — Ты правда хочешь? ты уверен? а если ты потом пожалеешь? Это сейчас ты под действием моих феромонов, а потом, через час, через день, когда гон стихнет? Как ты будешь в глаза мне смотреть. Мы не сможем остаться друзьями. Потому что я тоже тебя хочу. Давно. — Гук тоже уткнулся ему в шею. — Значит будем друзьями с привилегиями, или парой, или еще кем нибудь. Разве это проблема? Я тебя хочу, ты меня хочешь, так давай же дадим друг другу, то чего мы жаждем. Я знаю, что проводить гон с альфой опасно, есть высокая вероятность забеременеть, но мы живем в 21 веке, у нас есть защита, есть таблетки, ну много чего, люди очень сильно облегчили себе жизнь, только не пользуются этим. Так давай мы воспользуемся? — закончив свою речь, Ким вздрогнул, когда язык Чона коснулся его шеи. Чон понимал, что сейчас последний шанс все прекратить. Что он имеет? Дружбу(?) омегу, который сидит у него на коленях, гон, стояк. А еще будет иметь лучшего друга, которого так давно хотел, если тупить перестанет. Какие минусы. Вообще в принципе их нет. Потому что его хотят, он хочет, все, что еще нужно? Так почему же он отказывается? Может просто боится последствий? Конечно, последствия. Сука, такая хуевая вещь. И почему люди не думают о последствиях? Как он вообще может размышлять о чем то, когда у него, сука, гон?!!? Аа? Это что за втф? Коснувшись языком пульсирующей венки, которая так привлекательно выглядит на песочной коже друга(?), он почувствовал на языке вкус вишни, такое чувство будто только что ее покушал, или сок выпил. Неважно. Никаких возражений не последовало, значит все пока что норм. Гук начал облизывать железу, помечая своим запахом Тэ. С каждым разом он слышал, что Ким все тяжелее и тяжелее начинал дышать. — Гук, я.. Перестань.. Дай ответ сначала, я понимаю, что тебе тяжело, но я хочу помочь. — Ким попытался отстраниться, но услышав рык, сел на место. Гук опять припал к железе, облизывая ее, кусал, сосал, так хотелось пометить своим запахом. Но пока что не время. Он поднял Кима под ягодицы и поменял их местами, нависая сверху. — Я. Тебя. Хочу. Ты невъебически красив, Ким, тебя надо запретить показывать людям, я ревную, тебя надо как экспонат поместить в стеклянную зону и никого кроме меня не впускать. Им нельзя. Только я. — гук целовал все что ему попадалось, все до чего он дотягивался. Шея, ключицы, скулы, щеки, нос, лоб, губы. Он припал к его губам и начал по зверски его целовать. Ким застонал, он вообще не ожидал, что Гук будет такой в постели, и его это ужасно возбуждало. Он уже начал представлять, как его растягивают, как натягивают на член, как кончают, и держат на узле.. Точно. — Гук, стой. — Ким попытался встать, но ему опять же не дали,— погоди же ты. Мне нужно выпить противозачаточные. Мне пока не нужны дети, я еще сам ребенок. — и пофиг что ему 21. Это вообще ничего не значит. Он поднялся наконец-то, быстренько сбегал до ванной, где находились все его таблетки выпил сразу две и вернулся. Пока Кима не было ( несчастные пол минуты) Гук успел очнуться и понять, чем они занимаются. Правильно ли? А что потом? Как потом общаться? Быть друзьями с привилегиями? Зачем? Может начать встречаться? А взаимны ли чувства? Зачем он помогает? Столько вопросов и ни одного ответа. За своим раздумыванием, он не заметил, как пришел Ким. Без слов, он затянул Чона в поцелуй, параллельно снимая одежду с себя и Гука. Рубашка, футболка, джинсы, спортивные штаны, носки, трусы. Ничего не осталось. Гук подмял под себя своего хена. Спускаясь поцелуями к члену. На внутренней стороне бедра он оставил несколько засосов. Посмотрев на свое творчество, он мысленно погладил себя по голове. Член Тэхена был красивенький, миниатюрный, гладкий, без единого волоска. Взяв в рот головку, он пососал ее, играясь с уретрой. Сверху послышались стоны, значит он делает все хорошо. На самом деле это его первый минет. Он не встречался раньше с омегами-парнями, и все, что он сейчас делает, это чисто из-за просмотра порно, или когда ему его делали. Но вроде нормально. Ким вплел свои пальцы в волосы альфы, тем самым показывая, что он должен взять глубже. Гуку два раза повторять не надо. Взяв член в рот полностью, он начал двигать головой. Стоны Кима, как музыка для ушей Гука. Втягивает щеки, создавая вакуум. Через пару движений Ким затрясся в оргазме. Кончив в рот Гуку, он лежал без движений, ожидая, что же будет дальше. Чон, проглотив все что было во рту, встал и подошел к Киму, ближе к его голове. — Малыш, где у тебя защита и смазка? — Гук гладил его по голове, так как дыхание было ещё тяжёлое. — В ванной, в нижнем шкафчике, третья полка. Гук пошел в ванную, открыв шкафчик, он увидел разновидность смазок. Выбрав свою любимую – с вишней, и взяв упаковку презервативов, он вернулся назад. Вернувшись, о застал Кима в позе задом кверху. Тот видимо ожидая Гука, решил сразу лечь как ему будет удобно. — Мой малыш такой красивый. — он подошел и поцеловал Кима в правую ягодицы. Смазав пальчики смазкой, он вставил сначала один. Он прошел туго, что говорит о том, что у Кима давно никого нет, и это радует. Ким кайфовал. Как же давно с ним никто так не обращался: дерзко, но в то же время нежно. Грубо толкаясь уже тремя пальцами, но при этом нежно водя второй рукой, задевая соски. — Я готов, все… — ему уже не терпелось почувствовать в себе этот горячий, красивый, толстый, длинный член. Надев презерватив и смазав его смазкой для дополнительного скольжения, он начал вводить в его омежье тело. Сначала головку. Стенки сжимали член, несмотря на растяжку, член все равно больше трех пальцев. — Немедли.. — Я тебя порву, ты что!? — Не порвешь, войд-ааах.. Даа, быстрее.. Резким толчком Гук заполнил его. Ему нужно дать медаль за свое терпение. Обычно он в гоне неуязвим. Но тут он терпелив видимо либо из-за того что только начало, либо из-за того, что Ким под ним лежит. Вот это тоже вопрос. То, что у Кима давно никого не было, Гук знает. Поэтому все равно останавливает свои инстинкты. Сначала медленно, раскачивается, выходит почти полностью и заходит одним толчком. Ким извивается. Каждый толчок попадает прямо по простате. Как же ему этого не хватало. Когда Чон понял, что Ким готов, он перевернул его на спину, зашел одним толчком и начал быстро вбиваться под одним углом. Альфья сущность хотела присвоить Кима себе, поставить метку. Как же ему хотелось, чтобы от Кима пахло не только вишней, но и белым цветком. Но остатки разума твердили, что нельзя так делать. Это все еще его друг(?) Проведя ладонями от шеи вниз, поглаживая тонкую талию. Ведя выше и скручивая соски, получая взамен стоны. Все были на финишной. Гук понял, что скоро кончит, тогда он взял Кима за шею, придавливая к кровати, перекрывая воздух, как в своем сне. От такого действия Ким раскрыл глаза и посмотрел на Чона. Голова начала кружиться, дышать нечем, но это только добавляло масла в огонь. Содрогаясь в оргазме, он сжал член в себе. Гук поменял их местами, положив тело на себя, и сделал еще пару толчков - кончил, изливаясь глубоко и давая узлу развязаться. — Это мой первый узел. — после одышки сказал Ким. — Оуу, вот как, значит и не последний на сегодня. — так же спокойно сказал Чон. Когда примерно через час узел спал, а возбуждение Гука нет, они продолжили, в разных позах, в разных местах. Ближе к вечеру, Ким уснул без сил, даже не помня, помылся или нет. Он уснул с узлом в внутри. Чон отнес его в ванную, помыл и уложил спать. ××× Первое что почувствовал Ким, когда проснулся – это ломота во всем теле. У него болело все. И спина, из-за того что ее натерла стенка, и бока на которых были синяки из-за рук Чона. И шея от большого количества засосов и укусов, и губы от поцелуев. Ну все. А еще он хотел кушать. Вчера они так ничего и не поели. Поднявшись с постели, он пошел в ванную. Помывшись, он зашел на кухню и понял, что и здесь нет Гука. Нигде его нет. И конечно же пошли разные мысли. Где он? Куда ушел? Зачем ушел? Все таки не надо было проводить с Чоном гон, так они хотя бы остались бы друзьями. Это, знаете как в обычных сериалах. После жаркого секса твоя пассия сбегает. Так вот здесь так же. Только сбежал не Ким, а Гук. Собравшись с духом, он пошел в комнату, нашел свой телефон и позвонил Чону. Но послышалось заученное за время жизни: «абонент не отвечает или временно недоступен, пожалуйста перезвоните позже..» и также на английском. Решил написать ему. ’’_’’хЁни’’_’’: Гук, привет, ты где?? Как нам известно Ким ранимый и очень чувствительный. А люди порой делают поспешные выводы. Вот и Ким. Он всегда был таким. Всегда не узнав причины мог начать скандал. Поэтому многие его бывшие просто уходили от него. Не все могли выдержать его характер. Именно из-за этого он и решил пока ни с кем не встречаться. К Гуку чувства у него появились давно. Наверно лет в 15, когда он начал понимать всю эту любовь и романтику. Гук был его первой любовью. Но из-за стеснительности, он решил промолчать. И вот уже 6 лет молчит. А потом Гук изменился. Полностью. Единственное что осталось от него – это имя. Голос стал глубже и более сексуальнее. Стал выше. Начал ходить в спорт зал. Подтянулся. И когда пошел в страшную школу, стал первым красавцем. Во первых из-за красоты, во вторых из-за статуса. Про него тоже не забываем. Но он всегда оставался со своим Хени. Всегда ему говорил, что он у него на первом месте, рядом с родаками и вот так вот в один момент все обрушить. Слезы потекли рекой. Осознание что произошло пришло сейчас, и начало давить на совесть. Ведь Гук отговаривал, а согласился только из-за того что гон, только из-за того, что Ким спрятал ключи. Точно ключи. Поднявшись с места он залез к себе в куртку, во внутренний карман. Ключей нет. Обыскав всю прихожую он так и не нашел ключи. Ладно, Гук открыл дверь ключом, а дальше. Видимо в спешке, чтобы быстрее убежать даже ключи забыл оставить. Вот теперь он возможно к своей бывшей побежал. Кто знает. Ким поднялся с места. Пошел в ванную, умыл лицо. Пришел в комнату и начал опять плакать. Он укрылся одеялом от которого все еще пахло белым цветком в перемешку с вишней. Пролежав так еще пару минут, он услышал, что кто-то открывает квартиру. Тихонечко поднявшись с кровати он встав возле стены и высунул голову в прихожую. Когда человек зашел, Тэ офигел. Гук пришел. С пакетами. ××× Когда Гук проснулся, Ким еще спал. Гон немного утих, поэтому не мешало бы поесть. Встав, он пошел сначала в душ, а потом на кухню. Но холодильник оказался пустой. Недолго думая, он оделся и пошел в магазин. Ели как нашел ключи, которые Ким вчера спрятал. Зайдя в квартиру первое что бросилось ему на глаза – это Ким. Заплаканный. — Малыш, ты чего? Почему плачешь,— тихо спросил Гук, оставив пакеты возле двери, и направился в сторону Ким. Дойдя до него он обнял его и поцеловал в макушку. — что-то болит? Чон здесь. Он не ушел. Он просто ходил в магазин. Вначале нужно было просто подумать, а не делать поспешные выводы. — Ты здесь, ты не ушел.. — скорее не спрашивая, а успокаивая самого себя, твердил Ким. — А почему я должен был уйти? Погоди..— до него начало доходить все. Зарёванный Ким, отсутствие себя. Эти вопросы, которые скорее лишь для успокоения. — пошли. Он поднял Кима под бедра, и усадил себе на коленки, когда дошёл до кровати. — Давай обсудим все. — начал Гук. — во-первых я никуда не уходил. Только если в магазин. Во-вторых, что за слезы? — Просто я проснулся, тебя нет, что я еще должен был подумать, ты вчера так отнекивался, не хотел даже. А сегодня вообще ушел, я же не знал, что за продуктами. — тараторил Тэ. — Эх, Хени, глупыш ты мой, вчера я не не хотел, а просто пытался воздержаться, потому что ты мне нравиш.. Нет, я тебя люблю, Хени, давно. А о твоих чувствах я ничего не знаю, поэтому я понимал, что мне будет больнее, если на следующий день ты сделаешь вид будто ничего не было. Поддался искушению. Вот. — Закончил Гук. — И я тебя люблю, давно, Гуки, давно. Но молчал, потому что не разу не видел тебя с омегами-мальчиками. Я думал, что ты не любишь таких как я.. — Каких? Милых, красивых, ласковых, ранимых, таких которых больше нет? Только ты, Хени, только ты. Ни кто больше. Никакие омеги мне больше не нужны. Я люблю только тебя Хени. — поцеловал, страстно, так как хочет целовать только его. — У тебя ведь не кончился еще гон. — Гук мотнул головой. — продолжим? — Конечно. ××× В столовой всегда так шумно. Но сегодня шум взорвался еще сильней. — Смотрите, — люди начали перешептываться, ведь два “друга”, идут и дерутся за руки, а на шеях у друг друга стоят метки. Ким и Гук сели за их столик, но Чимина и Юнги там не оказалось. — А где у нас сегодня наши голуб.. Оуу, смотри. — Тэхен показал в сторону входа в столовую, там зашли Чимин и Юнги. Вроде все как обычно, если бы не разукрашенная засосами шея Чимина, который обычно не разрешал их ставить, и если бы они не шли за ручку. — Вот это поворот. Что могло произойти за 3 дня отсутствия нас в универе? — спросил Гук, когда Чим и Юнги подошли к их столику. — Просто нам обоим надоело ходить вокруг да около. Вот мы и начали встречаться. — объяснил Юнги. — Я смотрю, вы тоже время зря не теряли. — усмехнулся. — А вот и не теряли. Сразу начали. — ответил Ким. — Да конечно, кому ты эту песню запеваешь? Сразу они начали, пф, еще бы столько же подождали, лет так 5, или сколько Ким течет по Гуку, 6? — Шесть лет? — Гук посмотрел на своего омегу. — Ким Тэхен, ты сегодня будешь за эти шесть лет отрабатывать. Понял? — Чимин, кто тебя за язык тянул, откуда ты вообще знаешь? — спросил Ким, он никому этот секрет не доверял. Даже самому себе. — По тебе было понятно. Как только у Чона новая пассия, так ты как будто на иголках весь ходишь, как будто дни отчитываешь, когда же она лоханется и Гук останется один. Ты когда на Чона смотрел, всегда с сердечками в глазах. Я только не пойду как вы раньше к этому не пришли? — объясняется Чим. — Говорит человек, который уже целый год был другом с привилегиями. Не тебе судить. Отстань, все счастливы и ладно. — Ким садится за стол надувная губки. — Вот, понял! Малыш успокойся.— он поднял голову Кима за подбородок и чмокнул в губы. Где-то на стороне послышались хлопки в ладоши и свист. Но ему было пофиг, у него счастье. — У кого то сегодня жаркая ночка будет.— поиграл бровями, спросил Юнги. — Ни у одних нас. — ответил Ким. — Слушайте, а дав.. — Гуки — послышался приторно-сладкий голосок, фу, Киму аж плохо стало. — Гуки, привет. — Ёнми. Точно. Про нее уже все забыли. В столовой стало подозрительно тихо. — Ну во-первых, я для тебя Чонгук. Во вторых че надо? — Чону было пофиг на нее. Осмотрев ее он даже не понял из-за чего начала с ней встречаться. Яркий макияж, а под ним что? Короткая вызывающая одежда, что если она чуть-чуть нагнеться вперёд, то всем на показ будут ее трусики. — Ты такой грубый, мы можем поговорить отдельно, без лишних ушей. — она пыталась уломить его. Думала, что все еще так как раньше. — Слушай, Енми, у тебя проблемы со зрением? Или тебе с первого раза непонятно. Тебе ясным языком написали, что мне похуй. Посмотри на шею мою, видишь? Какие еще вопросы, если есть задавай здесь. Здесь все свои. — Гука уже раздражала эта ситуация. Как она вообще может о чем просить, когда вела себя как стерва. — Ты просто неправильно меня понял.. — начала она, но Гук ее перебил. — Что неправильно понял? Что вместо того, чтобы понять меня и моего друга, ты в открытую заявляешь, что его слишком много в моей жизни. Так вот знаешь, что я тебя скажу, теперь его еще больше, метка эта его, он мой омега, а ещё раз появишься на пути будем говорить по другому. — Он сжал руку Кима сильнее, тем самым ища утешение в нем. Ким это понял, и начал поглаживать по руке, по плечу. — Блядь, весь аппетит испортила, пошлите в кафе поедим. Все вчетвером встали и ушли, а в столовой еще долго перешептывались люди. Когда слишком много просишь или требуешь от человека, он оставляет тебя у разбитого корыта. Всегда нужно с пониманием относиться ко всем. Неважно кто перед тобой, бомж или парень твой, если причина уважительная, то зачем устраивать скандал?! — А если я тоже буду тебе на нервы компостировать? — как то невзначай спросил Ким, когда они ушли из столовой. — Я тебя утащу в туалет и буду долго доказывать, что люблю только тебя. — ответил Гук, и притянул за талию, поцеловал. — я тебя с раннего детства знаю, все твои загоны и выходки. Принимаю их, и знаю чего ожидать, поэтому не парься. — Я люблю тебя.— прошептал Ким. — И я тебя люблю. — ответил Гук. Иногда, чтобы пойти правильно, все должно пойти не так. Шеррилин Кеньон