пепяка

… Я проснулся сегодня ночью от тихих всхлипываний, доносившихся где-то в соседней комнате. Встал, пошел проверить, что за звуки и в чем дело. Открыл дверь в твою спальню и застал тебя, сидящей на краю кровати и смотрящей в чистое, звездное небо, которое сегодня особенно прекрасно.       И именно сегодня ты решила это сделать. Почему именно сегодня?       Я стоял в проходе и смотрел как ты дрожишь, явно от боли, от горя, которое сподвигло тебя сделать это, почувствовать эту боль.       Посмотрев вниз я застал не менее неприятную картину: следы, красные, свежие, связанные между собой такой же красной линией — не заметил их, когда я шел к тебе, не до того было, я только проснулся, да и глаза не привыкли к темноте. Обернулся, чтобы посмотреть куда они ведут — толком не видно было, но в свете луны я смог рассмотреть этот, наполненный болью, путь. Он вел из кухни в ванную, а оттуда уже в твою спальню. Все следы сопровождались такими же красными следами — будто очень большой кистью. На этом же кроваво-красном пути лежали твои волосы, все твоих золотые украшения: кольца, серьги, ожерелья. Все, что тебе дарили. Все, что тебе дарил я. Все это было сброшено как старая чешуя.       Я долго стоял и набирался смелости, чтобы подойти к тебе. Тебе было не до меня, я это понял, тебе было дело только до себя.       Такая яркая, живая, хрупкая… Ты всегда одаривала своей улыбкой всех вокруг — детей, мужчин, стариков. Иногда даже казалось, что бродячие животные тебе улыбались в ответ. Всегда была полна энергии, я тебя за это и полюбил. За то, что ты дала мне стимул жить дальше, не смотря на мои личные проблемы.       Такая яркая, живая, хрупкая… Сидишь спиной ко мне, тихо всхлипываешь, стараясь меня не разбудить, не заметив, что я стою прямо за тобой…       Мое сердце разрывалось от твоего вида, хотя я даже не видел лица. Было больно видеть твое тело, содрогающееся при каждом всхлипе.       Я видел это много раз, но именно сейчас я переживаю это так, будто потерял нечто очень важное.       Все-таки набравшись смелости, я подошел к тебе, провел рукой по твоим обрезанным волосам: теперь это было короткое, очень криво подстриженное, каре. А раньше твоим волосам завидовали другие женщины. Я провел рукой по твоей бархатной, нежной, светлой коже, которая в свете луны была особенно красива.       Я сел рядом с тобой, обнимая тебя за плечи, не обращая внимания что она вся в крови.       Я сел рядом, не смотря на то, что простынь и одеяло были в крови.       Я сел рядом с тобой, не замечая того, что ноги мои теперь в крови.       Я сел рядом с тобой, слегка отодвинув твои крылья, одиноко лежавшие рядом с тобой…