Perfect.

«*?:#@^&*!%@&*?:# @^&*!%@&*?:#@^ &*!%@&*?:#@^&*!% @&*?:#@^&*!%@&»       Приблизительно так слышалась песня в наушниках Минхо, пока он писал свою научную работу. На соседней кровати жутко громко вопил своему другу по сети Хан, пока они проходили уровень. Шиканье и убийственный взгляд никогда не работали с Джисоном, с которым приходилось делить кров, зато подаренные им большие наушники с чистым звуком чудесно справлялись с задачей, полностью заглушая шум любой музыкой.       В отличие от активного соседа, который уже звал кого-то к ним в комнату и охотно отвечал на сообщения, телефон Ли молчал уже несколько дней. Недель. Месяцев.              Одиночество не гложило его, скорее томило. И, пожалуй, сейчас, когда на его плечи рухнула подготовка к защите, научная работа, экзамены и прочие нюансы, Ли чувствовал себя лягушкой в кипящей воде. И он также не заметил момента, когда кипяток стал настолько крутым, что он сварился заживо в своих переживаниях.       Раздражало всё, все. Дрожащий в углу полупустой холодильник, скачущее солнце в вечно мотыляющемся из-за сквозняка окне. Эти крики с улицы, вода в трубах, сигаретный дым, чья-то далекая музыка и собственная тоже не приносила удовольствия. Всё бесило. Злость настигала сильными волнами, снося барьеры, и пришедший в гости мальчик-веснушка в этот раз не стал приятной отрадой, скорее очередным триггером. - Хён! – Ли-младший улыбается безумно ярко и мило, всё-таки притупляя гнев, но не избавляя окончательно. Скорее вынуждая вступиться на защиту совесть. – Выглядишь неважно… Что-то болит? - Все в порядке, - сухо отвечает парень, выдавливая улыбку. Поправляет наушники, прибавляя громкость, будто хочет оглохнуть и смотрит в экран. «*?:#@^&*!%@&*? :#@^&*!%@&*?:#@^ &*!%@&*?:#@^&*!%@& !%@&*?:#@^&*!%@&»       Вновь слышит в ушах иностранный трек, где нет никаких знакомых слов. Почему он вообще до сих пор слушает этих исполнителей, если никогда до этого не испытывал к ним интереса? Внутренний укор за отсутствие элементарных знаний из школьной программы по английскому колет и без того больное эго. Нужно было больше усилий прикладывать когда-то в n-ном году, чтобы сейчас знать, что именно произносят низкие мужские голоса. Да и знать, что низкий мужской голос называется «бас», а не просто глубокий океан, в которым ты уже на дне.       И если музыку Минхо ещё мог поставить на паузу, то понесшиеся снежным комом мысли об упущенных возможностях никто не мог замедлить. Точнее этот «никто» больше недоступен.       Там за вереницей надоедливых «вот не спал бы в школе на уроках, то знал, что значат те слова» понеслось, что он мог бы и работать давно. И играть на музыкальных инструментах, знать кучу авторов и понимать, что говорить в таком ключе слово «куча» абсолютно неверно. Просторечно. Будь Минхо ответственнее, то сдавал бы на первом курсе работы вовремя, не писал докладов за прогулы и не был на волоске от отчисления. Может быть, даже стал бы гордостью родителей, пусть они и не жаловались на сына. Казалось, что маму Ли устраивало то, как он живёт эту жизнь. Просто в какой-то момент самого парня явно не устроил его привычный устой.       Все вокруг вдруг оказались лучше него в различных мелочах. Много знали, читали, отвечали. С лёгкостью парировали столицей Бразилии, отвечая Бразилиа, пока Ли только хлопал глазами, потягивая айс-американо. Хотя когда-то Хо мог сказать, что хорош в танцах, пока не получил травму бедра, упав с дерева, спасая кота, из-за чего оставил это дело. А потом и вовсе сходил на тренировку в известную STUDIO CHOOM, осознав, насколько был посредственным.       Возможно, тогда он и оказался в той кастрюле, температура воды в которой росла на единицу в несколько дней. Сначала аккуратно, а после окончательно бурля эмоциями и высвистывая мелодию через уши.       Джисон снова смеется, выдергивая из потока уничижительных дум, подпрыгнув от шутки на кровати. Воодушевляется чьему-то сообщению, показывая то Ликсу, и даже хлопает в ладоши. Минхо смотрит за ним украдкой, выглядывая из-за экрана, где тыкает наугад буквы, только бы сделать рабочий вид. Мысли явно путаются, и все бесит, особенно мигающий курсор. - Лино-я, - снова глаза-блюдца у соседа-белки, а значит сейчас будет что-то, чему никто не станет противиться. Даже если у Ли в венах лава от злости и напряжения, он все равно уступит этой мордашке. - Что? - Стянув с одного уха наушник, спрашивает он. - А можно..       Стук в дверь не дает закончить, как в комнату заглядывает очередная знакомая макушка. Растрепанные черные волосы до плеч забавно торчат в разные стороны, на переносице виднеются красные следы от крылышек очков. На худом теле болтается заношенная футболка, а мешковатые штаны растянуты на коленях. И даже такой бомжатский вид не портил пришедшего юношу. - Привет, - устало произносит Хван, кивая и протискиваясь в комнату на кровать к Хану.       «Ясно. Опять решил позвать его,» - Хо только мотает головой, теперь наблюдая, как младшие светятся. Это тоже капает мучительными каплями на темечко терпения. Почему в эти выходные все решили собраться у них в комнате.       Такие сборища происходили и раньше. И Хенджин часто зависал с Джи, жалуясь на жизнь и дурачась с ним. Насколько Ли было известно, младший был влюблен в Хвана, вот только никак не мог признаться, а что касалось самого предмета воздыханий... Ли завидовал его искренней тупости в элементарных и очевидных вещах. И не лез, потому что забыл совсем, что может с ними общаться. Слишком много дел появилось за последние полгода. Семь месяцев, если быть точным. - Хо, ты уже написал первую главу? – Хенджин смотрит на друга-одногруппника и ждет ответа, хотя по пожару в зрачках становится понятно – фатальная ошибка об этом спрашивать. - Нет. – Закрывая крышку ноутбука, Ли встает на ноги, натягивая легкую дутую куртку. – Пойду проветрюсь.       Большие наушники сменяются маленькими, а непринуждённое веселье становится тяжёлой атмосферой, пока Хо не покидает их скромную жилплощадь.       И вот в ушах новый трек. Снова мало понятных слов, уйма рэпа, парочка затяжных вступлений и все. Он не понимает ничего. Белый шум отвлекает, пока на телефон не приходит сообщение. «О, я кому-то нужен?» - это даже приободряло. Синоптики неумолимо топили его в прогнозах на ближайшее время, предупреждая о дожде. У него внутри сейчас лавовый дождь.       Он все ещё ждёт сообщение, хотя понимает, что зря. Не может оставить глупой надежды, веры и толики наивности. Ноги несут по улицам, ветерок играет с волосами, щекоча лоб и нос отросшей чёлкой чёрных волос. Надо бы подстричься, правда ему сказали, что так он похож на корейского актёра. А когда ты выглядишь как знаменитость, то это всегда приятно. Пусть и не сказали, как какой именно.       Солнце медленно ползло за горизонт, а с осознанием, что Ли ждет чье-то сообщение все становилось только хуже.       Да с каждым днем как-то паршиво. С работой не складывалось, научных высот он не достиг. Танцы пришлось оставить, языки не укладывались в голове, вызывая панику, как если б он стоял на вершине Эвереста. Задыхаясь от ужаса и паники. А если б рядом ещё был воздушный шарик с угрозой взорваться, то Ли испустил дух раньше всех. Среди всего прочего он не мог похвастаться достижениями раньше универа, кроме запылившейся олимпиадной победы в седьмом классе и медали за участие в танцевальном конкурсе. Минхо помнил, что не художник, не писатель и не повар. Он не понимал стиля, не знал нотной грамоты и вряд ли определит на слух какая это именно тональность.       Хотя ему когда-то сказали, что Ли вкусно готовит. Вот только и тут парень знает, что это так, мелочи жизни. И если у того, кто это сказал, друг не мог пожарить омлет, не убив половины кухни, совершенно не добавляет таланта Минхо. Ему просто нравилось радовать некоторых своими блюдами. Одного конкретного.       И сейчас на грани злости, нервов и стресса хочется кричать. Пинать землю, рыдать, что своих ожиданий не оправдываешь, а про других и говорить нечего. И одиночество внутри настолько сильно пилит собственное сознание, ведь в погоне за хоть каким-то первым местом, он оставил любые попытки стать для кого-то значимым. - Даже на кафедре меня просто сравнивают с ним...       Скамейка в парке через квартал становится прекрасным местом, где стоит перевести дух. Ветерок игриво колышет ветви деревьев, парочки с улыбками обсуждают свои дела, мелькая перед недовольным лицом парня. «*?:#@^&*!%@&*? :#@^&*!%@&*?:#@ ^&*!%@&*?:#@^&* *?:#@^&*!%@&»       Очередной трек непропитанный чем-то значим порядком надоедает, отчего Ли все же лезет в рандомно созданный плей-лист, желая поменять пластинку. В какао тут же прилетает сообщение от Хани, обеспокоенного состоянием соседа и пара кратких вопросов от Хвана. Минхо только игнорирует их, выискивая трек для своей души. …       В ушах теперь звучит заученная мелодия, от которой двадцать пятым кадром сбоит его образ. Даже голос в песне будто принадлежит ему. «Why am I alone Почему же я один? 나를 둘러싼 사람들 속에 Ведь вокруг так много людей.

Why am I alone Почему же я один? 홀로 남겨진 지금 누군가 필요해 Я так одинок, мне нужен кто-нибудь, 지금 누군가 필요해 Я нуждаюсь в ком-то сейчас»       И вот эти кудри белого цвета пляшут перед глазами, как лепестки цветов на дереве около скамьи. Пухлые губы растягиваются в улыбке, являя эти чертовы ямочки, в которых хотел спрятаться Ли. И глаза от восторга горят яркими звездами. Из темного у него только худи, шорты и кепка. Из холодного лишь вода в сумке, а из проблем, как мерещилось Минхо, только сам парень.       Весь безмерно идеальный, без недочетов и нюансов. Всезнающий и всеумеющий.       Пальцы лезут в галерею на телефоне, проникая в спрятанную от глаз папку со снимками. Его снимками. Они были на берегу Хан в четыре утра после удачной сдачи экзаменов. Они бегали под дождем под ворчание Минхо и его громкий смех. Ли пришлось еще неделю приносить ему лекарства, проверять температуру и ругать за такое отношение к здоровью. Ему дарили цветы, каждый букет которых парень хранит в галерее. И пусть их три, но они были в его жизни вместе с этим парнем. Снимки листаются быстрее, будто ускоряя процесс воспоминаний, пока не приходят к тому самому видео.       Видео с песней из наушников, которую пел его парень. - Минхо? – Уже собираясь нажать «плей», Ли застывает, поднимая глаза на того, кто позвал.       Неизменный. Все то же худи, шорты и черный цвет. Теперь и волос. Кудряшки, кепка и сумка, откуда торчит бутылка воды. Вновь с тренировки, потом обязательно учеба, а может работа. И много чего еще по бесконечно идеальному списку такого восхитительного человека, как Бан Кристофер Чан.       Того, которого ставят в пример на кафедре, вспоминают на тренировках по футболу и плаванию и чье имя выгравировано на кубках в зале славы их ВУЗа. Тот, кто знает в совершенстве несколько языков, обладает отличной фигурой, всегда готовый помочь и умеющий, наверное, все. Даже страстно любить и отдаваться любви. Его не пугала высота, напротив, он резво бежал к своим страхам, снося все на своем пути. И вот он вновь перед ним. Ли готов снять шляпу, но убирает один наушник. - Я.. давно тебя не видел, - быстрая улыбка на лице, а от ямочек на щеках снова плохо. Не хватает воздуха. – Как ты? - Привет, - с непривычки голос сипит, и моргать не совсем получается. То ли есть страх, что как только опустятся веки - Чан исчезнет, то ли, что все выйдет из-под контроля. – Все нормально. Ты… с тренировки? - Да, эм, был там с Бином, - Крис сжимает лямку сумки чуть сильнее и зачем-то показывает в сторону единственного в районе зала. Того, куда ходит с другом уже не один год. И почему-то вновь отчитывается перед пронизывающим взглядом Ли. - Понятно.       В ушах на повторе этот трек, перед ним человек, который его исполнил однажды для него, а на телефоне множество открытых фотографий их прошлого. Минхо не знает, что говорить, потому что сейчас его уровень по подбору слов – те самые треки, которые он слушал в комнате. Какие-то хороводы букв без единого смысла. - Как в универе?       Бан не торопится уходить, цепляясь за любой предлог для вопроса и общения. Топчется на месте, не решаясь нарушить чужое пространство, хотя Ли знает, как тому нравится притереться вплотную. Сесть близко, возможно даже на бёдрах Минхо, обнять до затрудненного дыхания и сидеть так. Губы Бана всегда исследовали чужое лицо, шею и обязательно исполняли вальс с губами самого Ли. Руки Хо в такие моменты сминали талию, могли сжимать ягодицы или раздевали.       Сейчас все странно. Не так. Неправильно. - Неплохо. Пишу научку. – И последнее, что хочется обсуждать - треклятую учебу, которая доводит до нервного срыва сильнее всего. - О, ты молодец!       Минхо видит взлетевшие в изумлении брови, даже в глазах мелькает смятение. Ещё бы, ведь скажи кто-нибудь Ли раньше, что в будущем он будет тратить всего себя на учёбу, парень бы покрутил пальцем у виска и ушёл спать. - Возможно, - фыркая, Хо откидывается на спинку скамьи, изучая небо. Градиент растекался от голубого до малинового, играясь последними на сегодня лучами солнца. - Это.. Я?       Будто падая астероидом вниз, Ли поднимает голову на Криса, который смотрит в горящий экран. Внутри все клокочет паникой, мольбой придумать отмазку, а общий гул в голове так утомил, что не хочется ничего. Он устал. - Да. - О, - Бан снова тушуется под пытливым и измученным взглядом. – Не думал, что ты еще это хранишь.       «Я сам не знаю, зачем,» - думает Ли, все же отрывая глаза от парня перед собой. На экране еще милый юноша, поющий об одиночестве. Там много прошлого Криса. Того, который лежал на коленях при просмотре фильма. Или несколько кадров, где Бан выигрывает им парные ободки с дурацкими ушами в парке. У него было горящее счастьем лицо. А через несколько минут оно пылало красным, ведь Ли целовал его улыбку, будто стараясь прикарманить себе. Собирал бледные веснушки для своего космоса и млел от раскатистого смеха.       Если б в тот момент он мог спрятать Чана в свой карман, то навсегда бы сохранил там этот осколок солнца. Грелся бы в его лучах в особо холодные дни и никому не давал.       Потому что сейчас он замерзает. Правда в это ледяное путешествие он ушёл сам. И тут не тёплое солнце оставило его, а он решил отвернуться. - Я тоже храню некоторые снимки, - робко, полушепотом бурчит Чан. Опасаясь, что услышат другие или боясь, что услышит сам Мин. Его щеки нежно краснеют, чего старший не хочет показывать, опуская лицо к асфальту и разглядывая свои кроссовки. - Я сохранил все… ах-ха, - грустно засмеявшись, Хо закрывает руками лицо. Эти надрывные ноты истошного смеха расходятся по тропам парка, бьются о листья деревьев, о редкие цветы и падают градом сожалений. Ему больно признавать, что он не отпустил его. Ждал сообщения, сам порывался написать, ведь не хватило сил удалить чужой номер. Странно слышать, что и он ещё не забыт. Отложен кем-то не безликим в чужой памяти телефона, а даже частичкой чего-то приятного. - Минхо, - Крис садится рядом, думая, как подступиться к чужой истерике. И долбанный наушник продолжает повторять песню, пока второй орёт надрывно где-то в кулаке. Из раза в раз убивая. – Эй… - Всё… всё нормально, Чан-а, - похлопав по бедру парня, Ли поднимает глаза с остатками слез, которые просто не могут скатиться по щекам – нельзя. – Я в порядке. - Давай... давай выпьем кофе? – Минхо видит его беспокойство. Эти заломанные брови, бегающие глаза, ладонь на плече. Он весь такой неземной. Чан домашний в своём черном худи, с кудряшками, так озорно колыхающимися на ветру. У него чертовски красивое лицо, по которому Ли скучал. И ладонь жжёт кожу, потому что это нормально после холода гореть от любого тепла, вот и Хо сейчас прогорает в месте прикосновения, покрываясь волдырями. - Ты не пьешь кофе, Чан-а, - напоминает, потому что не забыл их вечера в кафешках, в маленьких ресторанах и перекусах в арендованных авто. - Зато ты пьешь, Лино-я. Американо со льдом. – Легкая, пугливая улыбка, которая показалась на свой страх и риск. - Ты после тренировки должен выпить зеленый чай. Он помогает очистить организм от лишних токсинов за день, - ладонь на бедре Криса слегка сжимается. - Очередная статья из интернета? – Уже увереннее улыбаясь, спрашивает Бан. - Да. Не спорь, там были эксперты, - кивает Ли.       Громкий смех получается из тихих хохотков. Первым прыскает Крис, а затем эхом подхватывает Минхо. Будто не было того расставания. Не было разлуки длиною в полгода. Словно они все еще вместе.       Первым встаёт на ноги Бан, поправляя перекосившуюся сумку за толстую нейлоновую лямку, и протягивает открытую ладонь Ли. Он смотрит на неё с несколько долгих, почти вечных, секунд, переводит свои кошачьи глаза, щурясь точно от солнца. От яркого света, к которому не привыкло зрение, от пожара, жаром обдающего замученное лицо.       Рука Минхо в его лежит великолепно, пальцы сплетаются как раньше правильно. Чан одними уголками дёргает вверх, опасаясь сильного восторга, но сжимает ладонь сильнее.       Вокруг люди, не имеющие интереса к ним. Уставшие студенты, влюбленные пары, несколько пожилых людей из ближайших домов и один вальяжный кот на скамье. Единственный приветливо мяукнувший своему кормильцу, отчего Крис тихо посмеялся, подначивая слегка смущенного младшего поздороваться в ответ.       Гул мыслей, сносимый несколько часов, постепенно замолкал. Телефон более не имел значения, как и пришедшие на него сообщения от обеспокоенного соседа. И синоптики были в радость, потому что пусть вокруг льёт дождь, ведь сейчас у него оттепель. В этой тишине пересекая парк, они оба думали друг о друге и совершенно забыли о том, что поглощало до этой встречи.       В кофейне радостно трезвонил колокольчик, из-за прилавка послышалось дружелюбное приветствие. Они заняли свободный столик, оставив сумку Бана на стуле, пока сами уже спорили у прилавка о заказе. Хотя кому лгать, бутафорские распри закончились тем, что Ли оплатил их напитки, забрал и даже подарил Чану улыбку, стоило тому попробовать свой напиток. Свой любимый напиток. - Почему.. мы расстались? - Трубочкой лениво перемешивая чай, играясь со льдом, Бан осторожно возвращает их в реальность. Туда, где они разошлись без должных объяснений, оставляя после себя вопросы, чувства и смятение. - Я все ещё не понимаю, для чего это закончилось. - Потому что я слишком неуверенный в себе. А ты чересчур идеальный. – Делая глоток, говорит Хо. Чужие брови ползут вверх, пока на лице младшего не дрогнул и мускул. – Я скучал по тебе. Очень сильно. Но без такого посредственного меня тебе будет куда лучше. Ты всюду номер один. Твоими успехами до сих пор хвастаются учителя, рекорды, что ты поставил, никто не побил. Ты лучший в учебе, работе, в зале. У тебя, как мне казалось, нет недостатков. - Но это не так, Лино-я, - вступился Крис. - Да, этим недостатком я считал себя. . .. ...       В общежитии у Бана была своя комната, куда не приходил комендант, где не шумели соседи и царил покой. На свободной кровати, читая мангу, валялся Ли, стараясь не мешать учебным делам своего парня.       У Криса очередные выступления и защиты докладов. Какие-то нерадивые студенты на попечительстве, участие в студенческом совете и горящие дедлайны. Все свои знания и силы парень явно держал в мешках под глазами, растущих с геометрической прогрессией вместе со списком дел. Бумаги вокруг него воздвигались в китайскую великую стену, нагромождая проблем и перекрывая солнце и кислород. Где-то на чужой постели шуршал пустой пакет из-под обеда, а может это был вчерашний, никто не помнил.       Старший пыхтел над листами, кликал мышкой в программе, пока Минхо просто смотрел на него. Напускное спокойствие Ли давно перешло в сдержанное беспокойство о чужом состоянии. - Чан-а, ты ел? - Стекая с кровати, парень подходит к напряжённым плечам, разминая забитые мышцы. - Угу, - успевая опередить болезненный стон, отвечает Крис. - Я скоро закончу... - Жить? Это точно, - фыркнув, Хо вглядывается в экран, где нет ничего понятного. Разве только браузер и некоторые слова, с которыми волей-неволе сталкиваешься за годы учёбы. - Давай я тебе помогу чем-нибудь. - Чем? Ты ведь не знаешь этого, Лино-я. - Тихо посмеявшись, Бан поворачивается к личному массажисту, не оставляющему в покое его плечи, - я написал Бину, чтоб он подсобил. Все нормально. Ты прочёл мангу?       Пожалуй, это был первый раз, когда Минхо больно укололся о свои интересы и безделье. Кивнув на безобидный вопрос, парень посмотрел на замученного Криса.       Он никому не скажет, что всю ночь думал о том, насколько Чану тяжело и такой, как Минхо не смеет находиться рядом, раз приносит лишь проблемы. Он читал свои «книжки» , смотрел «мультики» и не переживал о будущем, в то время как Чан был поглощен всем. Успевал быть отличным студентом и парнем, всегда помогая окружающим. Для такого идеального Бана не подходит такой никчёмный Ли.

. .. ...

- Ты.. Ты такой придурок. – Чан слегка пнул под столом младшего, который тут же зашипел и был готов бить в ответ, но раздраженный взгляд парня напротив его остановил. – Я всегда был не идеальным. И ты это знал! Я храплю громко, боюсь спать один, врачей и ужасов. Я могу что-то разбить из-за злости, раздражаться от несимметричных вещей и лежащих криво предметов. Мой контроль всегда выходил за рамки… Я не красивый, ты эт- Ау! - Ты тоже придурок, раз думаешь, что не идеальный, - ответно пнув под столом Чана, возразил юноша. – То, что ты перечислил – мелочи.       «Мелочи.» . .. ...       Бегать по коридору нельзя - опасно. Сегодня исключение, ведь Крис освободился от своих обязанностей. Они сдали экзамены, а значит Чан сможет валяться в чужих объятиях сколько захочет. Они поедут вместе на остров Чеджу, будут фотографироваться, слушать странные песни друг друга и всю ночь смотреть фильмы. У них будут лишь совместные дни, воспоминания и ощущения.       Ему в спину прилетает шутливое замечание от профессора кафедры, на которое Бан, сквозь смех, извиняется, не сбавляя скорости. У Ли тоже должны кончиться страдания за партой, которым он уделял последний месяц все внимание. Когда Минхо отказался от помощи, тот даже расстроился, но сейчас все закончилось, а значит можно выдохнуть. - Ли! - Окликая знакомую макушку, которая ждала в коридоре, Крис уже медленно подходит ближе. Хочется прижаться к любимому телу, вдохнуть аромат парфюма, может даже кротко чмокнуть, пока никто не видит.       Все рушится о холодные черты лица и какой-то болезненный взгляд. - Чан-а, я хочу тебе кое-что сказать. - Уверенно и негромко говорит парень. - Что случилось? - Тело застывает, не позволяя подойти ближе. Страшно прикасаться. - Нам нужно расстаться.       Кристофер был готов ко многому, предполагал, как себя вести в разных ситуациях. Оказывается, можно оказаться безоружным и полностью обнаженным перед обстоятельствами. Теория - крутая вещь, но не всегда удается применить на практике. Среди всех знаний о мире, музыке, продюсировании, правилах спортивных матчей и новинок кино он не понимал теперь банального: как правильно дышать, если горло сжато тисками, а на глаза лезут непрошенные слезы? Что делать, когда ты все еще мог видеть свои успехи в спорте, разглядывать на стенах ВУЗа грамоты с кубками и не понимать, почему так дрожат конечности? - Почему? - В отличие от уверенного и холодного Ли, голос Бана сипит, скрипит и почти теряется в таком большом коридоре. В гигантском мире. В той вселенной, построенной двумя людьми. - Потому что так будет лучше. Прими это.       Крису стоило спросить все ещё раз. Крикнуть, обратить чужое внимание на себя, однако он разглядывает удаляющуюся спину, дерет ногтями внутренние стороны ладоней и ничего не слышит. Так выглядит шок?       Он ведь читал подростковые романы, когда верил в любовь. Помнил, что бывает и плохой финал отношений, но у них с Ли такого не могло быть. Он чувствовал.       Несколько недель принятия, забвения и потери. Месяц попыток понять, что именно случилось. Его было мало в их отношениях? Он не уделял должного внимания своему парню? Чанбин сказал, что это ерунда, хотя сам бежит к девушке стоит той просто спросить "как дела". Бан не бежал, а теперь и некуда. Он писал несколько раз, стирая текст, потому что получить в ответ тишину страшнее, чем колкие фразы, а сам Минхо не выходил первым на связь. Тогда Со предположил, что у Ли просто кто-то есть.       "Кто-то с кем он счастлив," - подумал Крис вопреки гневному чанбинову: "Кто-то с кем он сдохнет."       Кто-то не из общежития, ведь Чан ходил к нему, чтобы выловить, вот только мальчик-хомячок всегда был один. И не врал, отворяя дверь настолько широко, что Бан видел все помещение, будто собирая в старом интерьере куцых стен их радостные воспоминания.       Извинялся за беспокойство, а после перестал обивать порог. Пересечься с ним становилось трудно. Может, Мин оставил его из-за такого контроля? Или ему надоело что-то ещё. Чан не понимал. Искал ответы несколько месяцев, пока не стал жить дальше. Опасливо улыбаясь окружающим и вежливо отклоняя их предложения куда-то сходить. Нерешенная задача не давала спокойно жить. Что-то было сделано не так.

. .. ...

- Как и твои переживания о том, что ты какой-то посредственный! - Неправда! - Громко воскликнул Ли, тут же фыркнув и извинившись перед людьми рядом. - Я влюбился в тебя из-за того, что ты вот такой! - Шипит старший, у которого колет в носу, а картинка снова плывет. Чертовы злобные слезы. Вновь портят красивого младшего перед ним. - Какой? Среднестатистический? - Свободный… - Шепчет Чан. - Что? - Это не уточнение. Нет, Минхо не оглох, он не поверил. - Свободный. – Громче повторил Крис. . .. ... - Ли-, - осекшись, Бан смотрит на спящего на кровати парня. Положив себе под голову руку, Ли тихо сопел на постели старшего, кутаясь в его кофту. Манга маячила открытыми листами от чужого дыхания, перепрыгивая картинками по страницам. У них послезавтра защита проекта, а парень даже не парился. Читал свои книжки, слушал музыку и спокойно спал, прерываясь лишь на то, чтоб покормить местных котов. И не так давно Чан стал одним из тех, кого вынужденно кормили. Казалось, что заботы существуют у всех, кроме этого паренька.       Крис не мог представить, что он просто ляжет спать днем, отложив телефон и выключив звук. Не укладывались прогулы в университете, не сданные вовремя задания и что-то ниже высшего балла. Как это? Утром тренировка, легкий завтрак, затем дедлайны, подработки, помощь студентам и педагогам. Отнести данные из одного корпуса в другой, ответить всем новичкам на стандартные вопросы, написать методичку, чтоб меньше спрашивали. Обязательно зайти в деканат и раздать всем в группе темы для новых работ. А вечером перекус и тренировки. То плавание, то футбол, то зал с другом, потому что ему скучно, а у Криса есть целых полтора часа. Те, в которые он мог, например, поспать, ведь ложился около трех часов ночи и просыпался уже к шести. Бан знал, что падал несколько раз в обморок от истощения, но радовался, оставаясь непойманным. Всего лишь синяки появлялись, но он списывал это на неуклюжесть.       А тут он... Беззаботный парень с котами на футболке и заставке телефона. Спящий на общажном матрасе, с коленями у груди и в безразмерной кофте Кристофера. Вечно обремененного заботами Кристофера.       Рука тянется к мягким волосам карамельного цвета, пропуская шелковистые пряди между пальцев. Это чертовски приятно. - Попался, - ладонь хватают цепкие пальцы, поднеся её к мягким губам. Их отпечаток на коже - алый след закатного солнца. Волшебно и незабываемо. Никто не заставлял его ощущать себя настолько прекрасно и уникально. Улыбка этого человека-кота делала его особенным, скидывала с плеч обязанности, которые необходимо выполнять, чтобы тебя просто знали. - Мы должны поесть, я не помню тебя с едой сегодня.       Он тянет его за руку на себя, вынуждая оставить позади конспекты, проекты и компьютер. Заваливает на себя, чтобы через мгновенье поменять их местами. Улечься сверху, носом уткнувшись в широкую шею. Ловить ухом чужой смех, руками лёгкую дрожь, пробираясь под одежду. - Ты хотел поесть, - напоминает старший, тяжело выдохнув от слабого укуса в ключицу. - Да, я ем. - Фыркает Ли, оставляя поцелуй за ухом и поглаживая бока. - Но ты прав, нужно поесть рамен и потом отдохнуть. Тебе нужен перерыв. - У меня еще много дел, - Бан вновь гладит эти приятные пряди, улыбаясь блаженно. - Они не твои, Чан-а. Ты свое закончил, а проект - фигня. Ну сдашь меньше, никто не помрет, а вот твоя скрюченная спина скоро станет знаком пунктуации. - Ах-ха, препинания, Лино-я. - Неважно, ты понял суть. Пойдем есть, - Минхо готов мурлыкать, сонно моргая и лениво целуя горячую кожу. Он ставит отметку, что старшему нужен массаж, вкусная курочка без острых приправ и соусов, а еще, - тебе нужно будет выпить зеленый чай. - Зачем? - Удивленно приподняв голову, Крис смотрит на чужую макушку, пока к нему не поднимается дьявольски красивое лицо его парня. Его парня. - Я читал, что он выводит токсины. Так ученые написали, поэтому надо. Тогда ты точно сможешь быстрее уснуть. - Хо не сдерживается и утягивает в поцелуй. Сминая пухлые губы, прикусывая нижнюю, языком зализывает оставленные шалости. - Хорошо, я тебе верю, - сдается с тяжелым придыханием Бан, откидываясь на подушку.       Даже если ученые написали полную чушь, наврали с три короба и просто продвигают безвредную ерунду, Чан готов в нее верить, ведь ему сказал это Ли. Пусть там будет классическая музыка перед сном, пение птиц утром и вместо кардио дыхательная гимнастика, старший только кидает взгляд на воодушевленного Минхо, с готовностью идущего к улучшению чужой жизни, и готовится повторить. К тому же парень никогда не перекраивал его, а именно прислушивался к тому, чего именно хотелось Кристоферу. А ему просто хотелось, чтоб его кто-то любил.

. .. ...

– Не думающий наперед о том, что будет через пять лет. Не угождающий людям. Ты всегда делал, как хотел. Мы познакомились из-за того, что ты на учебу не ходил, и тебя поставили перед выбором – отчисление или попытка реабилитации в виде проекта. Меня попросили следить за тобой и помочь в этом деле. И что? Ты спал, когда тебе не нравилась пара. Ты пил американо на лекциях, читал книги про котов и мечтал быстрее уйти на перемену, чтоб их накормить. Ты сбегал с занятий, потому что соседу было плохо, а лекарство никто не мог принести. Ты помогал своему другу на парах, потому что для того это важно, а тебе, как ты говорил, все равно… - Делая паузу, Бан посмотрел прямо в глаза Ли. – Именно ты признался мне в своих чувствах. Напоминал про обеды, следил за графиком, делал счастливым и идеальным. Уникальным. Я не мог понять, что случилось в последний месяц перед расставанием… Мне жаль, что я не заметил за своей влюбленностью твоих проблем, Лино-я. - Они на то и мои, что я сам их создал. Мне казалось, что я не достоин тебя. Такой раздолбай и звезда универа. - Я для них звезда. А с тобой был просто Баном. Я боялся, что ты ушел потому, что тебе мешал мой перфекционизм или страхи… - Взяв паузу, Чан собрал волю в кулак и с улыбкой сообщил главную новость. - Я научился спать один, ах-ха. - Ты научился спать, - выделяя важную составляющую, повторяет за ним Хо. – Это уже успех. Ведь раньше ты нормально засыпал только после- - Так, цыц, - краснея ушами, Крис рукой прикрывает чужой рот. – Теперь все не так. - Щеки заливает земляничным оттенком, когда младший целует подушечки пальцев и смотрит исподлобья. . .. ... - Почему ты не спишь? - Ли пугает своими тихими шагами за спиной и хриплым ото сна голосом. Он без футболки, с яркими пятнами после их бурной встречи и подтянутым торсом. - Просто.. Не мог уснуть, ах-ха, - но это не веселит Минхо. Он складывает руки на груди, недовольно кукся лицо. - В кровать, Бан. Живо. - В поисках времени, Ли оглядывает комнату, понимая, судя по электронным цифрам, что уже шёл четвёртый час ночи. - Ты чего, с ума сошёл? Быстро лёг. Я пью воду, прихожу и вижу тебя рядом, понял? - Хорошо-хорошо.       Менжуясь у кровати, Крис не знает, как к ней поступиться. Жутко поддаться страху лечь спать, понимая, что можно не проснуться. Сколько раз он отказывался прилечь в течение дня, потому что пугает перспектива прекратить дышать. Как однажды в детстве, когда последнее, что ты видел перед сном - потолок с неоновым полумесяцем, а проснувшись - встревоженная мать, писк аппарата и больничная палата. И пусть в тот момент виной стала аллергия на укус какого-то насекомого в Австралии, но осознание полной беспомощности во сне сокрушает до сих пор. Почесав нос, Крис не знает, как лучше сделать. - Ты чего? - Широкие брови хмурятся от непонимания картины, а глаза сонно скачут по застывшему парню. - Все нормально. Давай спать? - Бан верит, что улыбается ярко и успокаивающе, но забывает, что единственный, кто охвачен той самой паникой не видит этой улыбки. - Чан-а, всё в порядке. - Ли обнимает, как умеет лишь он. Кольцом смыкаясь на талии, носом утыкаясь в шею и вынуждая дышать в унисон. Глубокий вдох и выдох. Чтоб дыхание щекотало открытые участки кожи, сердце сквозь кости, мышцы и кожу билось в такт чужому. - Я буду рядом и всегда проснусь, чтобы тебя не пугало. Хорошо? - Хо не отстраняется, продолжая стоять с будто ставшим ребенком Баном. С тем жмущимся теснее юношей, крепко схватившимся за голую спину. - А если ты проснешься, а я нет? - Куда-то в ключицы бурчит Чан. - Как это нет? Я достану тебя с того света. Я тут смотрел на ютубе, как правильно делать массаж сердца, и из чего собирать дефибриллятор в домашних условиях. - Его ладони водят по спине в домашней футболке, убаюкивая и успокаивая. - Ужасно, - в противовес своим словам, Бан только теснее притирается к нему и хихикает, прикрыв глаза. - Нет, там нужно всего лишь...       Тело становится действительно каким-то ватным. Стоять тяжело, пусть и чертовски приятно. Если бы его спросили, как именно выглядит идеальная вечность, то Крис бы сказал про этот момент. Про руки на спине и талии. Про гипнотический голос с хрипотцой, рассказывающий нелепицу с полной уверенностью профессора кафедры. Про губы, редко целующие в макушку и про то, как впервые Чана укачали, уложили и дали отдохнуть.       В тот день он пропустил утреннюю тренировку, привычную разминку и не сразу ответил в групповых чатах на привычные вопросы. Он спал на чужой груди под биение сердца, млел от пальцев в своих высветленных кудрях и не хотел прекращать. За долгие годы фобии с детского времени Крис доверчиво отдавался Морфею и не хотел прерывать их встречу. Вот только открыв глаза, его встретил полностью бодрый Минхо, читающий какую-то статью в интернете и почесывающий его затылок. Не заметивший, как Бан смотрит на него, не понявший, что его парень проснулся, Ли просто поцеловал макушку, не глядя, стараясь убаюкать вновь.       Это было лучше всего, что когда-либо делали для него.

. .. ...

- Ты живешь в общаге? - Я снял квартиру, - отзывается Крис. – Показать? - Да. ...       Переступив порог, Ли осматривает скромное помещение. В комнате стоит небольшой диван, кофейный столик с рабочим ноутбуком, где все еще есть наклейка из котокафе от Ли. Хо замечает сушилку с одеждой в углу, а на холодильнике, у которого крутился старший, скромный полароид, сделанный Минхо в честь их первого года отношений. - Ты его сохранил? - Рассматривая карточку, отмечает Хо. - Повесить сюда нашу ленту из фотобудки было бы странно. Я выглядел бы как одержимый. - Из Криса весь вечер рвутся наружу смешинки и хохотки. - Я использую ее в качестве закладки в книги. - Которые ты не читаешь, - посмеявшись, Крис прекратил хихикать, заметив пристальный взгляд. - Я прочел почти все книги по своему направлению. И несколько вне списка обязательных, чтобы было не стыдно когда-то снова стать твоим парнем. - О..ого, - опешив, Бан неловко почесал шею, стараясь подобрать слова. - Мне хотелось стать для тебя равным. И поэтому я стал тратить время с пользой. - Но ты всегда был мне равным. - В твоих глазах. – Уточнил Ли.       Он подошел ближе, обнимая за талию, прижимая к себе. Бан кладет свой подбородок на такое родное плечо, обвивая руками шею и прикрывая глаза. Носом утыкаясь в шею Криса, Ли втягивает запах, окольцовывая талию плотнее, вжимая в себя. Хочется так провести одну вечность. Губы прикасаются к открытой коже, пуская мурашки. Ладони ведут вверх по спине, ногтями царапая, когда спускаются уже вниз. - Я правда очень скучал по тебе, - шепчет в ухо Минхо. Целует за мочкой, чуть отстраняется и оставляет нежные прикосновения губ на щеке, лбу и носу.       Он устал за каких-то полгода такой мучительно плотной жизни из графиков и учебы. Где череда книг и курсовых сменяется тренировками в зале. Ему некогда общаться с другими людьми, нужно много читать и сдавать. Тонуть во внеурочной деятельности, пытаться найти работу и кормить кота в парке. Рваться стать лучшим студентом на потоке и проигрывать, падать, вставать и вновь подниматься, занимая теперь место в десятке. Но десятка не тройка, и не первое место. Он все еще не вызывает доверия у педагогов, не получает поблажек за мелкие проступки и всегда сравнивается с их лучшим студентом - Баном Кристофером Чаном. Настолько часто, что стал забывать настоящего Криса, с которым они на спор закидывали попкорн в рот друг другу, копили деньги на отдых, целовались вместо пустых разговоров и дрались за право первым идти в душ после учебы. - Я тоже… Мне так хотелось тебе написать, - Крис жмурится от приятных ощущений, подставляясь больше. - Тогда я бы не стал седьмым лучшим студентом на потоке, - поднимаясь поцелуями по шее, отвечает Мин. - Да плевать, ты мне нужнее, чем этому универу, - Бан находит нагло улыбающиеся губы, чтобы забрать себе каждую секунду потраченную зря.       Они целуются в скромной кухне, растворяясь друг в друге. Жадно, остервенело и голодно. Будто все может закончиться в любую минуту. Чан тянет младшего за собой по небольшому коридору, только бы не отрываться от вкусных губ, продолжая упиваться близостью. Ли что-то рычит, подглядывая за пространством, в котором они оказываются, чтобы никто не пострадал.       От того, насколько все реально и необходимо, правильно и верно, нужно и желанно дрожат руки. Улыбка портит их поцелуи, вынуждая прерываться для того, чтобы услышать сбитые выдохи, посмотреть на красные щеки, дрожащие ресницы и алые губы. Эти секунды необходимы для жадного любования, новых эмоций, окрашенных цветастыми салютами внутри. Носом потершись о чужой, щурясь и кайфуя, Ли аккуратно берет в ладони чужое лицо, проводит большими пальцами по щекам. - Ты самый красивый в мире, Чан-а. Нет никого лучше, - шепчет парень. - Есть ты, - в том же тоне отвечает Бан. - Есть я. Я просто вне конкуренции с тобой.       Кровать в уютной маленькой комнате достаточно большая для них двоих, особенно после общажных коек. Стягивая с себя куртку, футболку, Минхо смотрит на Бана, сидящего на матрасе своей постели.       Пальцы старшего тянутся к телу напротив, подрагивая, потому что перед глазами нечто божественное. Тонкое тело с явными рельефами, красивыми кубиками, узорно украшающими пресс. Бан прикусывает нижнюю губу, потому что рискует взвыть от превосходной формы младшего. Ведет подушечками по всем впадинкам, перекатам мышц и не верит.       Для Ли все происходит с замиранием сердца. Столько часов в зале были потрачены ради такой реакции. Полного восхищения и страстного желания от единственного человека. - Ты точно реальный? Я не понимаю, как ты можешь думать, что ты неидеальный.       Больше не сдерживая себя, Минхо толкает Бана на кровать, нависая сверху. Стягивает надоевшее худи, открывая себе вид на шикарное тело. Он кусает, ставит метки, и изучает, исследует, наслаждается и упивается им. Оно стало еще рельефнее, подтянутее и лучше. Было видно, что Чан похудел после их расставания, но не отказался от привычной рутины. - Минхо.. - Ладони младшего всюду. Жмут, гладят, раздевают.       Бан гнется от всех манипуляций, позволяя делать тому, что захочется. И не выдерживает, когда Минхо смотрит на него в приглушенном свете вечно включенной настольной лампы. Это настоящее сексуальное давление, с которым не справляется артериальное. Крис готов взорваться от смущения и восхищения, закрывая лицо от пытливого взгляда.       Убирая руки от лица, прижимая их по разные стороны от головы, Ли целует Чана глубоко. Кусает его пухлые губы, скользит языком по ним и спускает к шее. Ведет влажную дорожку, вновь ставит след своих зубов на снежной коже.       Стоящий член призывно пульсирует, из-за чего Чан вьется ужом, пытаясь принести себе немного удовольствия. Хо отпускает его руки, спускаясь ниже поцелуями. Прикусывает кожу у пупка, обхватывая изнывающий орган и слушая мелодичные стоны. Он дует на алую головку, забавляясь с реакции парня, которого подкидывает от любых действий. А затем следит исподлобья, как тот прячется в сгибе своего локтя, стоит языку пройтись по чувствительной коже. - Ли.. ах!       Хо вбирает до середины, втягивая щеки и принося божественное удовольствие. Крис дрожит и хочет большего. Подталкивается нетерпеливо бедрами вверх, умоляя о наслаждении. Ли выпускает член, губами задерживаясь на красной головке и вновь опускается назад. Он старается с каждым разом взять глубже, заглатывая максимально. Стонет, вибрацией доводя до исступления уже уплывшего от страсти Бана. - Я.. скоро кончу, - с трудом сообщая, Чан сжимает в кулак простынь, выгибаясь, когда Ли активнее двигает головой, доводя до разрядки.       Горячая сперма заполняет чужой рот и глотку, стекая вниз. Ли выпускает чужой член, пытаясь вобрать максимум. Помогает рукой, чтобы все вышло до конца.       Пот сверкает на теле старшего, который задыхается от ощущений. В теле слабое покалывание, в ушах стучит кровь, тяжело дышать. Ни одна тренировка не сравнится с их сексом. С заведенным донельзя Ли Минхо.       Его челка прилипла ко лбу, в углу рта видны капли семени, а взгляд все еще голоден до большего. Он сжирает и не позволяет разорвать зрительный контакт, будто теперь в его планах завладеть душой. Бан шумно сглатывает, сдаваясь чужому давлению. - Лино-я, - зовет Бан, отчего тот вновь нависает над парнем. Чан целует припухшие губы, не брезгуя собственной спермой. Гладит чужие бока, а после отстраняется, шепча на ухо, - трахни меня. - Обязательно, - целуя плечо, Ли вновь возвращается к разведенным в сторону ногам. - Смазка и презервативы в коробке под кроватью.       Оставляя еще несколько поцелуев на коже, прикусив внутреннюю сторону бедра, парень стаскивает свои спортивки, шипя от собственного возбуждения. Даже смешно, что после расставания Хо все еще удовлетворял себя на светлый образ своего бывшего. Скорее всего потому, что грезил вернуться своей лучшей версией.       Вытащив тюбик смазки из черной обувной коробки и полностью скинув мешающие вещи, Ли наносит ее на сжимающееся кольцо мышц, проталкивая сразу два пальца. Он растягивает методично, имитируя толчки и попадая по простате через раз. Слушает эти стоны глубоким голосом, отмечает всхлипы и вздохи, жадно впиваясь глазами в украшенное желаньем лицо. Смотрит на закушенную губу, поломанные брови и улыбается, когда стоны не сдерживаются, вырываясь наружу вопреки преградам. Уже через какое-то время в Криса свободно проникает три пальца, а член стоит колом. - Я готов.. Пожалуйста, заполни меня.       Минхо только целует коленку, пока раскатывает по члену латекс и плавно проникает в парня. В нем туго и тепло. Восхитительно и шикарно. Хо тут же срывается на быстрый темп, выдержка дает трещину, и втрахивает Чана в кровать. Тот громко стонет, прикусывает тыльную сторону ладони, но быстро бросает эту затею. Особенно после того, как Ли приподнимает чужой таз, меняя угол и ударяя точно по комку нервов внутри. Глаза закатываются, дышать тяжело, а по телу проходится волна экстаза. Крис кончает вновь бурно и обильно, а через пару минут за ним изливается Хо, двигаясь еще какое-то время.       Снимая презерватив, Ли завязывает его, выкидывая в мусорку в комнате. Бан просто распят на собственной кровати. Неспособен толком свести ноги, тяжело дышит и пытается прийти в себя.       Идеальный, даже сейчас, думает Минхо. - Ты.. просто.. потрясающий, Ли, - стараясь дышать, говорит Бан. - Если я признаюсь тебе в любви сейчас, то это будет тупо? - Говорит Хо, вытирая чужой пресс от липкой спермы. - Не тупее, чем наше расставание, - ворчит Крис, все-таки поднимаясь на локтях и глядя прямиком в чужие глаза. - Я люблю тебя. - И я тебя. . .. ...       В какой момент комната Криса стала ему роднее собственной? В ней не было шумного Хана, громких соседей, сквозняка и скрипучих дверей блока. В мире Кристофера стояла тишина и покой, смиренная изоляция для угоды в учебе. Минхо смотрит в стену, затем в потолок, постукивая большими пальцами по тыльным сторонам ладоней, сцепив на животе руки в замок. От лежачего положения уже затекло тело, а фигура за компьютером снова игнорирует элементарные потребности.       Среди множества вкладок, вечного клацанья клавиш и мышки, Ли вылавливал тихое ворчание, ругань и явную усталость. Силуэт Чана выглядит таким хрупким, измаянным и упертым. Кому в этот раз он делает задание и помогает? С кем еще договорился в деканате, как за самого дорого родственника, оставить непутевого студента за проект? Явно же, что он не за себя сейчас страдает.       Минхо хочет его спрятать и кормить, как котенка. Гладить, чесать за ушком и никому не позволять прикасаться. - Чан-а, пора обедать, - изрекает парень, подскакивая на ноги. - О, да, ты иди ешь, я позже приду, - Ли даже не двигается на указание. Стоит с недовольным лицом, вскидывая бровь в негодовании. - Да как же. Пошли, иначе я тебя укушу, - угроза явно не воспринимается серьезно, сопровождаясь задорным смехом.       Не долгим, ведь Хо впивается в плечо, оставляя след зубов на молочной коже, чем пугает и смущает своего хёна. Эти пурпурные щеки, шокированные глаза и полное смятение. Крис ждет объяснений, пока в голове своевольного Ли только одно. - Ты мне нравишься, хён. - W-what?! - Корейский вылетает из памяти, потому что сердце сместилось в виски. Неистово пульсирует, не давая проникнуть в голову ни одной здравой мысли. - Ю.. сейчас.. ю лайк ми, - щелкнув пальцами, говорит Хо, затем на секунду уводит взгляд в стену, будто там есть подсказка, и с глупым смехом исправляет, смущаясь, - то есть «I like you» . Вот! Но «like» ли ты меня, я тоже хочу знать.       Чану ужасно жарко, а кожа на лице готова слезть от пожара. На скулах самого Ли расцвел нежно-розовый оттенок, а уши полыхали костром. Собственно, как и сам Бан.        - Ты.. о чем? Это шутка? - Чан моргает неловко, все еще не веря в происходящее. - Нет, я серьезно. Ты мне нравишься. - У Минхо самый невинный вид. Он рдеет, как школьник. - Я пойму, если тебе неприятно, а может что-то еще, но ты мне нравишься. - Мне не неприятно, - торопится заверить Крис, пытаясь прийти в себя. - Просто это.. неожиданно... - О, хорошо. Тогда, - Ли вновь щелкает пальцами, вспоминая о чем-то, - пора обедать, пойдем, Чан-а.       Ли протягивает раскрытую ладонь, ожидая от застигнутого врасплох Бана хоть каких-нибудь действий.       "Боже," - думает Чан, вкладывая свою руку в чужую, - "неужели спасая того кота в прошлом семестре, ты повредил не только бедро, но еще и голову?"       Перед глазами картина скорой, забирающая паренька с переломом. Несчастный держит кота, просит быть с ним аккуратнее, потому как тот сильно пострадал, а сам изо всех сил терпит ужасную боль. И если бы Крису в тот момент сказали, что этот странный парень, рискнувший карьерой из-за зверька, когда-нибудь перекроит свою и его жизнь ради него, он бы не поверил. Посчитал того человека дураком.       Влюбленным дураком, которому он ответил уверенным согласием.