change my mind

***

      – Терпеть не могу твой рэп. Это даже музыкой назвать нельзя, – Хван фыркнул, с лёгкой неприязнью поглядывая на старшего.       – Почему это, принцесса? – Минхо поднял бровь, хмыкая и рассматривая парня перед собой. Ли порой так выбешивала эта язва, но сам он никогда не отвечал ему тем же. Лишь иногда издевательски называл его принцессой, зная, как тому это прозвище не нравится.       – Не называй меня так! – Хëнджин сразу вспыхнул, как Минхо и думал. Ему нравилось выводить вокалиста на эмоции. – Ни одного слова в твоём рэпе не разберешь. И язык сломаешь, пока пытаешься произнести.       – Не переживай, принцесса, мой язык способен и на другие не менее приятные вещи, – Ли подмигнул, с довольной кошачьей улыбкой наблюдая за появившимся румянцем на щеках Хëнджина.       Хëнджин же хотел провалиться под землю, чувствуя, как горит его лицо, а во рту скапливается слюна. Язык прошёлся по пересохшим губам, пока чужие глаза неотрывно следили за этим движением.       Они влипли. Их ложь самим себе не прошла мимо, и сейчас оба чувствовали огонь бушующей внутри них ранее скрытой страсти.       – К полуночи заеду за тобой. Скинь адрес, – Минхо поравнялся, встав плечом к плечу, но смотря в сторону. – Продолжим наш спор, принцесса.       Ли, договорив, сразу ушёл. Но Хëнджин уже никогда не забудет то, как чужая рука коснулась его задницы. Как и не забудет всё то, что произойдёт ночью, когда рэпер наяву покажет вокалисту мастерство своего языка.

***

      Хëнджин боялся. Боялся, но горел желанием. Он до сих пор страшился признаться себе в том, что ему нравится этот рэпер Ли Минхо, поэтому и вëл себя с ним слишком нагло и язвительно. Хотел привлечь к себе как можно больше его внимания. И это получалось, однако в отместку за наглость Минхо специально провоцировал его на эмоции. Хëнджин это понимал, но с собой ничего сделать не мог – Ли мастерски доводил его до белого каления. Они играли в кошки-мышки, и ни один из них не собирался отступать или сдаваться.       Закончив с душем, Хёнджин закутался в белоснежный махровый халат и сел за туалетный столик, смотря на своё отражение.       – Это пиздец... – вокалист редко позволял себе материться, но сейчас сдержаться не смог. До сих пор не верилось, что эту ночь он проведёт с Минхо. Всё внутри трепетало от предвкушения.       Хëнджин подвёл глаза, выделил карандашом свои родинки под левым глазом и на правой щеке, на губы нанёс бледно-красный вишнёвый блеск. Достал парфюм, брызнув на запястья, после руками растëр на шее и ещё пару раз прыснул вокруг себя, оставляя приятный шлейф из сандала и розы. Хëнджин шумно выдохнул. Глаза боятся, а руки делают, как говорится.       Наведя полный марафет, Хван встал напротив открытого шкафа, смотря на все свои вещи различных брендов. Шмоток у его было очень много. Что ж, это будет тяжелее, чем он думал, а времени до приезда рэпера оставалось не так много.       Через полчаса на постели лежала огромная куча вещей, а в руках Хван держал чёрные прямые брюки, белую майку с небольшой надписью Versace на груди и шёлковую рубашку небесно-голубого цвета с глубоким вырезом до живота. Модничать Хëнджин любил и делал это со вкусом. В интернете постоянно мелькали статьи про его образы на фотографиях в инсте, в аэропорту, на концертах и просто на улице. Одевшись, Хëнджин встал перед зеркалом, покрутившись. Выглядел он сногсшибательно: брюки сидели идеально, подчёркивая длинные стройные ноги, майка обтягивала торс, рубашка прикрывала руки, но шею и ключицы делала открытыми и выделяла, притягивая этим всё внимание; вырез же добавлял образу игривости и сексуальности.       «Он точно не устоит. Я же ему тоже нравлюсь, иначе он бы меня не позвал» – думал Хван, усмехаясь отражению. Отчего-то он был уверен в своих мыслях.       Сделав несколько фотографий для того, чтобы позже загрузить их в социальные сети, Хëнджин улыбнулся, отмечая у себя в голове то, что образ у него действительно отлично получился. А после вздрогнул и чуть не выронил телефон, когда тот оповестил о новом сообщении.

ли: «спускайся, принцесса.»

      Всего два слова, а сердце в груди Хвана уже сделало кульбит, на миг перестав биться совсем и после сорвавшись на быстрый ритм. Этот чёртов рэпер сведёт его с ума.       Оставив сообщение прочитанным, но без ответа, Хëнджин шустро зашёл в прихожую, надевая обувь и закидывая на плечо сумку любимого бренда со всем необходимым. На улицу он вышел через несколько минут после сообщения, сразу заметив широкоплечую фигуру рэпера. Минхо стоял, привалившись бедром к заведëнному мотоциклу MV Agusta F4CC, и держал в руках шлем, не отрывая своего взгляда от вокалиста. Хëнджин отметил, что тот был без своей излюбленной кепки, и такой образ ему очень шёл.       Слегка тряхнув головой, Хван быстро отогнал от себя подобные мысли, пока не начал краснеть. Это ему сейчас точно не нужно. Наконец подошёл к старшему, остановившись рядом с металлическим зверем.       – Кхм... Классный байк, – Хëнджин рассматривал мотоцикл, не в силах поднять глаз и встретиться взглядами с Ли, хоть и чувствовал внимание того на себе. – Неужели твой бессвязный поток слов и перебасованная музыка настолько окупаются, что ты можешь себе позволить подобные машины?       Однако и отказаться от своей язвительности не мог. Минхо усмехнулся, толкнув язык за щеку, и слегка наклонил голову на бок, прожигая взглядом профиль Хвана. Снова язвит. Пора бы поставить его на место.       – Нет, я просто краду таких сладких мальчиков, как ты, и продаю взрослым богатым дядям за большие деньги, – усмехнулся Ли и со спины прижал вокалиста к байку, жарко выдыхая на чувствительную шею младшего. По телу Хëнджина тут же побежали мурашки, в горле встал ком, а глаза забегали по тёмной улице перед ним.       Чëрт.       Однако Минхо почти сразу отстранился, с некоторым удовольствием наблюдая за огоньками страха в глазах напротив. Хëнджин сейчас был похож на запуганного хорька. Мило.       – Вру. Да, мои песни и контракты с брендами так окупаются, не обижайся. И не бойся, я не собираюсь ничего такого с тобой делать, Хëнджин, – Минхо провёл широкой тёплой ладонью по лопаткам младшего, скрытыми за приятным шёлком рубашки и тонкой тканью майки, невольно избавляя Хвана о напряжённости.       – Ненавижу тебя. Дурацкие шутки у тебя, Ли, – Хëнджин, обиженно надув губы, отвернулся и отошёл в сторону, тихо фыркая. – Придурок, слов на тебя цензурных нет...       – Принцесса умеет материться? – по доброму усмехнулся Минхо и сразу охнул, получив не болезненный, но ощутимый толчок кулаком в плечо. – Понял, у принцессы есть зубки.       – Минхо! – зашипев, Хëнджин вновь повернулся к старшему, наконец взглянув тому в глаза. – Хватит так меня называть!       А Минхо продолжал улыбаться и неотрывно смотреть в такие красивые и завораживающие, хоть и пылающие яростью, глаза. Хван закипал от этого ещё сильнее, чем радовал Ли больше и больше.       – Стереть бы тебе эту глупую улыбочку с лица, Ли, – Хван, уже было замахнувшись, чтобы стукнуть старшего по груди, почувствовал крепкую хватку на своём запястье и тут же замолчал, сглатывая слюну и теряя весь гневный запал. Хëнджина бесило, что лишь одно касание Минхо действовало на него так сильно, но сделать ничего он не мог – тело попросту не слушалось.       – Успокойся, – голос Минхо был спокойным и тихим, хотя внутри ему, если честно, хотелось до громких стонов и слëз на щеках выбить из младшего всю эту дурь. – Надевай шлем и садись. Покатаемся.       Удивительно, но голос Ли подействовал, и Хëнджин в самом деле стал спокойнее. Но только внешне. Внутри была целая буря противоречивых чувств и эмоций, и Хван сдерживал это всё в себе. Всё-таки он сам согласился на эту ночную встречу, а сейчас строит из себя истеричку. Выдохнув, Хëнджин надел шлем и сел сзади ожидающего его старшего.       – Держись крепче, принцесса.       Хëнджин едва успел обхватить мощный торс рэпера, как мотоцикл сорвался с места, разгоняясь до больших скоростей за считанные секунды. Нет, Ли Минхо не сведёт его с ума – он убьёт его своими поступками. Зажмурившись, Хван всем телом прижимался к широкой спине старшего и мысленно молился всем богам, чтобы сохранили их от смерти. Минхо гнал так, словно жил последний день, опасно заходил на повороты и лавировал между редкими машинами в напряжённой близости. А под шлемом счастливо и, наверное, немного глупо улыбался от того, как к нему льнул младший сзади. Это тепло приятно согревало, хоть и ночь была прохладной.       Через почти полчаса Ли остановил байк у закрытого жилого комплекса в районе Каннам, сняв шлем и повернув голову к всё ещё жмущемуся к нему вокалисту. До чего же милое и хрупкое создание, а ведь так старается казаться неприступной крепостью.       – Можешь снимать шлем, больше так гнать не буду. И ослабь свою хватку, а то все рёбра мне переломаешь, – Ли нежно коснулся длинных угловатых пальцев, что крепко вцепились в его кожанку. – Хëнджинни? Всё хорошо?       Отсутствие реакции у младшего заставляли напрячься и начать переживать. Однако почти сразу Хван кивнул и отцепился от куртки Ли, пытаясь унять дрожь в руках. Хëнджин думал, что его сердце всё-таки остановилось от таких гонок, но всё, к счастью, обошлось.       – Всё в порядке. Без предупреждения так больше не делай, пожалуйста, – голос младшего был тихим и слегка осипшим. Он прокашлялся, сняв шлем, и убрал прилипшие ко лбу волосы назад. – Я никогда раньше...не катался на мотоциклах.       – Ох... Извини, я не знал, – Минхо виновато опустил глаза.       – Я сам не говорил, забей, – отмахнулся Хëнджин, покачав головой. – Куда мы сейчас?       – Ко мне.       Хëнджин всё-таки покраснел.       Минхо ещё раз через плечо бросил взгляд на младшего и после заехал на подземную парковку, занимая специальное место под мотоциклы. Слез и подал руку Хвану, помогая встать с разгорячëнной быстрой ездой машины.       Пока они шли к лифту и поднимались на нём на нужный этаж, Хëнджин молчал и всё так же держал руку старшего. Мысли съедали его изнутри.       Что сейчас будет в квартире рэпера? Что будет делать Минхо? А что делать Хëнджину? Что именно подразумевал Ли, когда говорил, что они продолжат спор? Неужели...       – Проходи, – тихий голос раздался над самым ухом, и Хван ощутимо вздрогнул, покосившись на причину его очередного испуга. Если Хëнджин станет дëрганным заикой – вините Минхо.       Однако Хëнджин послушался и зашёл в просторную, минималистичную и очевидно холостяцкую квартиру Ли. Снял обувь, оставив ту на обувной полке, и поставил свою сумку на тумбочку, рассматривая апартаменты. Смотрел куда угодно, но не на старшего.       – Так... На чëм остановился наш спор? – Хван прочистил горло, развернулся к рэперу и посмотрел куда-то между глаз – зрительный контакт, находясь в чужой квартире, он бы точно не смог выдержать, он это знал.       Губы Минхо, где верхняя была слегка вздернута, тронула беззлобная усмешка:       – На возможностях моего языка, принцесса, – Ли подошёл ближе и взял младшего за подбородок, заставляя посмотреть себе в глаза. – Думаю, чтобы победить в этом споре, мне нужно продемонстрировать мои навыки.       В кошачьих глазах плясали черти – Хëнджин видел. Однако он совсем не ожидал, что внутри него забурлит непонятно откуда взявшаяся уверенность. Хван выгнул бровь и позволил лёгкой и слегка насмешливой улыбке коснуться своих пухлых блестящих губ.       – И как же ты собираешься их мне демонстрировать? Зачитаешь свой рэп? Прости, но я не позволю насиловать мои уши таким грязным способом, – ладонь Хëнджина коснулась чужой крепкой и большой груди, осторожно отталкивая Ли от себя. Под ладонью ощущались сильные мышцы, от чего Хван невольно сглотнул, но быстро взял себя в руки. – Или завяжешь языком узелок на ниточке? Я так ещё в детском саду делал, так что не удивишь.       Уверенный Хëнджин очень нравился Минхо. Даже на язвительность не хотелось как-либо отвечать, потому что Ли просто не обращал на неё внимания.       – А у тебя острый язык, принцесса.       – Ещё раз так назовëшь – порежу им.       – Я тебя обезоружу, – Минхо легонько толкнул младшего в плечо, прижимая того к стене, и опëрся руками на неё по обе стороны от плеч Хвана, с удовольствием наблюдая за растекающимся румянцем на лице напротив.       Хëнджин замолчал, смотря прямо в глаза и часто дыша. Ли Минхо сейчас прижимал его к стене и закрыл своими руками все пути отхода. Дело идёт хуже, чем он думал, потому что уходить Хëнджину не хотелось. Чувствуя жар чужого дыхания у себя на лице и туман в голове, Хван невольно бросил короткий взгляд на чужие губы и почти сразу вернул его обратно, облизав пересохшие свои. И это, ожидаемо, не осталось незамеченным. Взгляд Минхо стал ощутимо тяжелее, на дне радужки плескалась тёмная похоть, а в зрачках блистали огоньки страсти. Ли еле держался, Хëнджин это понимал, ведь и сам был на грани совершить ошибку.       Непоправимую ошибку, от которой изменится всё их будущее.       Каждый видел в глазах напротив те слова, чувства и эмоции, которые всегда были скрыты. И оба понимали, что их желания одинаковы. Где-то внутри чувствовался бесчисленный рой бабочек.       Кто поцеловал первым, они бы не смогли сказать. Одновременно. Хëнджин поднял руки, обнимая Минхо за шею, и тихо промычал, чувствуя слабые укусы на своих губах. Ли сразу зализывал каждый укус, сжимая в руках тонкую талию младшего. Провёл языком по пухлым губам, прося разрешения и сразу его получая. Их языки сплелись вместе и закружили в только им понятном танце страсти, от чего Минхо глухо рыкнул прямо в поцелуй и вжал собой в стену желанное тело.       От таких грубых действий Хëнджина повело; он сдавленно стонал в губы старшего и выгибал спину, пальцами цепляясь за каштановые волосы рэпера на затылке. Ли напирал сильнее, целовал глубже, не давал вдохнуть кислорода совсем. Он слишком долго желал эти губы.       Только когда Хëнджина окончательно развезло и тот растекся в руках Минхо, норовясь сползти на пол, рэпер наконец отстранился, жадно глотая воздух вместе с Хваном. У того в голове было пусто и тихо, а в глазах застыла пелена похоти. Моргнув пару раз, Хëнджин поднял на старшего уже более осознанный взгляд, всё так же держась руками за его шею.       – Я переубедил тебя, принцесса? – шёпотом спрашивал Минхо, убирая волосы с лица младшего и стирая смазанный вишнёвый блеск с подбородка.       – Угу... – таким же шёпотом отвечал ему Хван. И через секунду хитро улыбнулся, смотря в глаза. – Но не полностью.       Ли усмехнулся, качая головой:       – Нарываешься ведь.       – Возможно.       – Не знал, что наша принцесса такая бесстрашная.       – Ли Минхо, если ещё раз... – договорить Хëнджин не смог, потому что его заткнули очередным глубоким поцелуем. Он против не был.

***

      До кровати они наконец дошли только спустя несколько долгих и жарких минут с мокрыми поцелуями и зажиманиями у стенки. Минхо осторожно толкнул Хëнджина на большую кровать и навис сверху, касаясь влажными губами каждого сантиметра лица, шеи и ключиц. Хван загнано хныкал, цепляясь за широкие плечи рэпера и невольно разводя ноги под ним. Заигрывания в прихожей довели его до болезненно ноющего стояка в узких брюках.       – Минхо, пожалуйста... – Хëнджин всхлипнул, почувствовав укус на своей шее и после мокрый язык там же. Шея была его слабым местом, о чем Ли сразу догадался.       – Что, принцесса? – Минхо сел на колени меж разведённых длинных и худых ног младшего, поглаживая его бёдра. Распластанный и хныкающий Хван на его кровати был слишком сексуальным для Ли зрелищем, но жаловаться он и не думал.       – Сними это всё, прошу... – возбуждение давно вытеснило всё из головы Хëнджина, но он всё равно покраснел, смотря широкими зрачками на старшего перед собой.       – Ты хорошо просишь, поэтому я буду добрым с тобой, Хëнджинни, – сглотнув вязкую слюну, тихо ответил ему Ли.       Минхо и сам едва держался от того, чтобы не содрать все эти дорогие шмотки с Хвана. Провёл ладонями по бёдрам, сжав их с внутренней стороны, и услышал стон. Звуки вокалиста под собой ласкали слух рэпера. Расстегнув ремень и ширинку брюк, Минхо стянул те со стройных ног младшего, с упоением наблюдая за тем, как дёрнулись его бёдра, когда Ли неспециально задел твёрдый член Хëнджина. Скинул брюки на пол, помогая снять рубашку и майку, оставляя всё там же, где и штаны.       – Ты тоже... – Хëнджин, приподнявшись на локтях, подполз к старшему, стягивая кожанку и чёрную безрукавку. Закусил губу, с упоением смотря на накачанные мышцы перед ним, протянул руку, касаясь очерченных кубиков пресса. Тело Минхо казалось Хвану телом греческого бога – настолько оно было идеальным. Как художник, он всегда замечал красивые и эстетичные вещи, и мощные мышцы торса Ли не являлись исключением.       – Не торопись, принцесса, я никуда от тебя не денусь. И уж точно не отпущу тебя, – Минхо притянул за талию Хëнджина вплотную к своей груди и поцеловал. Так тягуче, медленно и сладко, что хотелось разрыдаться от распирающих изнутри всевозможных чувств. Ли мял тонкую талию в своих руках и терзал полные мягкие губы, упиваясь удовольствием, захватившим всё его тело. Отстранился и опустился лихорадочными поцелуями на шею, ключицы и плечи, не забывая ласкать языком. Он всё никак не мог насытиться Хваном, закатывал глаза от сладости чужого тела, оставлял слабые засосы, которые пройдут за ночь, но пока они свидетельствовали тому, что Хëнджин – его. – Сладкий мальчик... В разговоре такая язвительная сучка, а сейчас чуть ли не течёшь подо мной. Тебе нравится, Хëнджинни? Нравится, когда я тебя так касаюсь?       Хëнджин, согласно кивая, практически не слышал слов и едва понимал, о чём с ним говорят, метаясь по постели в возбуждённой горячке. Его бесило, что Минхо медлил и тратил время на болтовню. Нежничал с ним, словно он девственница и боялся вслух произнести слово «секс». Хëнджин часто думал о возможной близости с Ли. Если на людях он огрызался и откровенно наглел, неуважительно относясь к старшему, то дома дрочил в душе на его голос, лицо, руки с выступающими венами и крепкие широкие бёдра, после терзаясь мыслями о том, что всё это ужасно и неправильно, что он лицемер и ему стоит прекратить цепляться к рэперу. Однако в следующую встречу и после неё всё повторялось заново.       Наконец избавившись от всей мешающейся одежды, они посмотрели друг другу в глаза, читая каждую мысль. Хëнджин откинулся обратно на подушки, согнув ноги в коленях и раздвинув их перед Ли. Он ждал следующих действий от старшего, раз тот взял на себя ведущую роль. Хëнджин всё равно не смог бы завалить того в постель и взять сверху. Минхо прекрасно видел лёгкое раздражение от его медлительности в глазах напротив, поэтому достал тюбик смазки и презервативы из тумбочки рядом, которые заранее положил туда. Вновь встретился взглядом с вокалистом, целуя того в коленку, и одним движением перевернул Хвана, будто тот был пушинкой, на живот, поставив в коленно-локтевую. Хëнджин невольно ахнул, сразу зардевшись от того, насколько раскрыт он сейчас был перед Минхо.       – Ты прекрасен, принцесса, – Ли пожирал взглядом тело перед собой, любовно оглаживая бëдра и ягодицы, от чего Хëнджин прогнулся в спине ещё больше, промычав. Слова и прикосновения старшего возбуждали ещё сильнее. – И я покажу тебе все умения моего языка.       Минхо, сжав упругие половинки в своих широких и слегка шершавых ладонях, наклонился, проведя кончиком языка по ложбинке.       – М-минхо! Не надо там, грязно же!.. – вздрогнув, Хëнджин пытался отстраниться, но крепкие руки держали его на месте и никуда не пускали. Он покраснел пуще прежнего, дрожа от нахлынувших новых ощущений, и скулил, сжимая пальцами подушку перед собой. Это было что-то сумасшедшее.       Ли водил своим языком по сжатому колечку мышц, продолжая мять ягодицы в ладонях. Когда Хван опять дёрнулся, пытаясь убежать, Минхо тихо рыкнул на него и укусил мягкую кожу, размашисто шлëпнув по другой половинке.       – Угомонись и расслабься. Ничего грязного нет, а продолжишь так дëргаться – ни разу сегодня не кончишь, Хван, – на последних словах Минхо сильнее сжал бёдра, от чего после явно останутся синяки, и вернулся к начатому.       Обводил кончиком языка дырочку, слегка проталкиваясь внутрь, посасывал нежную кожу и мычал, с удовольствием слушая доносившиеся до него сладкие стоны младшего. Намерением Минхо было довести Хëнджина до оргазма только своим языком, поэтому когда тот потянулся руками к ноющему возбуждению, он сразу перехватил запястья и прижал их к спине, удерживая всё одной рукой.       – Нельзя, ты должен кончить только от моего языка, Джинни, – слегка отстранившись, Минхо облизнул губы, часто дыша, и припал ими к упругой коже, оставляя укусы и засосы. Хëнджин же, услышав такое обращение, чуть не кончил в ту же секунду, проскулив и закивав головой. Он был согласен на что угодно, если Ли назовёт его так же снова. И Минхо это сразу понял, но решил убедиться наверняка. – Какой ты послушный, Джинни. Умничка.       Хëнджин вздрогнул и простонал ещё громче, подмахивая бëдрами вновь появившемуся внутри его дырочки языку. Он хныкал и разводил ноги ещё шире, кусал губы от сводящих с ума ощущений, от чего те стали ещё больше, и выстанывал имя старшего, жмурясь до звëздочек перед глазами.       – Минхо... Минхо, пож..пожалуйста... Я с-скоро... Ах, Минхо!.. – громкий стон и обмякший младший упал всем корпусом на постель, мелко подрагивая от только что прошедшего оргазма, какого у Хëнджина никогда в жизни до этого ещё не было.       Минхо, довольный собой, поднялся поцелуями на поясницу и после по спине к шее, нежно поглаживая гладкую медовую кожу. Уткнулся носом в загривок и поцеловал в заднюю часть шеи, положив ладонь на мягкие ягодицы.       – Джинни, как ты? – тихо поинтересовался, целуя за ушком, и потерся кончиком носа о мочку, слушая шумное медленное дыхание Хвана.       Тот промычал и повернул лицо к старшему, заглядывая в глаза. Устало улыбнулся искусанными губами, ткнувшись лбом в щеку Ли.       – Потрясающе... Теперь ты переубедил меня полностью, хëн, – тихо хихикнул, закинув руку на чужое тело, и прикрыл глаза. – Дай немного времени передохнуть...       – А? Да, конечно... Отдыхай, потом продолжим, – кивнул Ли, поглаживая по мягким волосам и пропуская пряди сквозь пальцы, делая лёгкий массаж головы Хëнджину. Он первый раз назвал его хëном, чему Минхо был сильно и приятно удивлён. Сейчас он был такой тихий, покладистый, разнеженный и милый, что Ли едва сдерживал себя от того, чтобы не затискать младшего, поэтому лишь покрывал множеством маленьких поцелуев его лицо, шею и плечи.       Спустя несколько минут Минхо из мыслей выдернула горячая ладонь, обхватившая его член, от чего он шумно выдохнул, посмотрев в изучающие его лицо глаза.       – Отдохнул, принцесса? – коснувшись губами лба младшего, Минхо провёл ладонью по чужой спине, приподняв бровь.       – Сколько ещё раз мне нужно сказать тебе перестать так меня называть, чтобы ты перестал? – Хëнджин закатил глаза и сильнее сжал ладонью чужой стояк, прищурившись.       – Сколько захочешь, я не перестану.       – Так и знал. Ты невыносим, Ли Минхо.       – Но я же тебе и таким нравлюсь, принцесса?       Хëнджин сразу опустил глаза и покраснел, перестав двигать рукой на члене. Но его мягко взяли за подбородок и подняли взгляд обратно, тепло улыбаясь в ответ и поглаживая по щеке.       – Джинни?       – Да, – тихо прошептал Хван, не отрывая глаз от чужих. Боялся задать встречный вопрос, но ждал ответа.       – И ты мне. Очень.       Ли приблизился и вновь поцеловал, прижимая к себе младшего. Целовал так приторно-сладко, но всё равно безумно приятно. Сминал одну губу своими, после другую, проводил по ним языком, пробуя на вкус. Слегка прикусывал мягкую плоть, сразу зализывая укушенные места. Через поцелуй передавал прямо в сердце все неозвученные слова и чувства. Хëнджин таял в его руках и трепетал, ощущая, как изнутри его разрывает на части. Он никогда не думал, что будет так нежно и чувственно целоваться с Минхо в постели без одежды. Но сейчас ни за что бы это не променял.       – Ты долго терпишь, хëн... – оторвавшись первым, горячо прошептал Хëнджин, вновь продолжив двигать рукой по напряжённому стволу. – Я всё вытерплю, давай скорее...       – Я не буду причинять тебе боль, Джинни, даже не думай. Говори мне сразу, если делаю больно, – осторожно убрав от себя чужие руки, Минхо положил младшего на спину и вновь навис сверху, водя ладонями по телу. Совсем не хотелось переставать трогать Хëнджина.       – Конечно, но я не против, если ты будешь грубым, – Хван вытянул шею и быстро чмокнул, разведя в стороны ноги перед старшим и прикусив нижнюю губу. – Пожалуйста, хëн... Заполни меня...       – Больше не смущаешься, как мило, – хмыкнул Ли и взял в руки тюбик смазки, выдавливая на руки и разогревая жидкость между пальцами. Перед тем, как вставить, размазал по входу, параллельно целуя коленки и внутренние части бëдер. Внимательно следя за выражением лица младшего, Минхо вставил один палец, с приятным удивлением отмечая то, что двигается он там свободно. – Готовился дома? Как ты непредсказуем, принцесса.       – Замолчи и занимайся делом дальше, Ли, – прошипел Хван, стрельнув взглядом. Снова будет болтать, а не делать?       Минхо промолчал, нагло улыбнувшись, и вставил второй палец, сразу начав ими двигать. Разводил внутри на манер ножниц, надавливал на мягкие стеночки, ища нужную точку. И, протолкнув пальцы чуть глубже, Минхо её нашёл, довольно улыбаясь тому, как тряхнуло Хëнджина, как он выгнулся дугой и громко простонал, подняв на старшего ошалелый взгляд. Ли, чувствуя кончиками пальцев бугорок простаты, принялся его массировать и слегка на него давить, доводя Хвана до исступления и слезливых мольб поскорее сменить пальцы на член. И, практически доведя до второго оргазма, Минхо вытащил пальцы, оставляя внутри нутра Хëнджина отвратительную холодную пустоту. Он заëрзал на постели, хныкая и разочарованно хмурясь, пока Ли открывал квадратик в руках и после раскатывал тонкий, но прочный презерватив по члену. Поднял глаза, приставив головку ко входу, и плавно толкнулся внутрь почти на половину, держа Хвана за бëдра.       А у Хёнджина в голове взорвалась сверхновая – настолько приятно его распирал чужой член изнутри, настолько это казалось правильным и нужным сейчас. Не сдержавшись, опустился до конца, чувствуя, как головка упирается прямиком в комок нервов внутри, посылая приятные волны возбуждения по всему телу.       – Д-двигайся, я выдержу... Пожалуйста, просто двигайся, Минхо, – часто дышал Хëнджин, цепляясь за плечи старшего и смотря ему в глаза. – Пожалуйста, я хочу кончить от твоего члена, хëн...       Хван просто мастерски сорвал всё терпение Минхо несколькими словами. Ли сразу пустился в быстрый и размашистый темп, шлепая по упругим ягодицам. Жаркое нутро сжимало его слишком приятно и правильно. Минхо был уверен, что они с Хëнджином созданы друг для друга. Хëнджин думал так же, подмахивая толчкам бëдрами и громко выстанывая чужое имя.       – Минхо, быстрее... Можешь укусить или шлёпнуть... – хныкал Хван, царапая широкие натренированные плечи Ли. А тот не мог ему отказать и сразу приник губами к груди, оставляя укусы и засосы, свободной рукой шлëпая его по бëдрам и ягодицам.       – Развратный и похотливый мальчик... У кого же ты такому научился, м? – Минхо вбивался быстро и глубоко, двигаясь без передышек или замедления, поэтому Хëнджин совсем не мог понять, как у того ещё есть силы говорить.       – Ни у кого, я сам... В интернете можно найти всё, что угодно... Там и научился... Чëрт, я сейчас кончу, Минхо... Хëн!.. – от внезапного сильного попадания по простате, Хëнджин вскрикнул и зажмурился, открыв рот в немом стоне. Он изливался себе на живот, закатывая от прошившего его насквозь удовольствия, сжимал чужой член внутри и мелко дрожал, вцепившись в Минхо ещё сильнее, чем до этого.       Минхо, чувствуя, как сильно сжимают его горячие и тугие стенки, не смог долго держаться, и кончил вскоре после Хвана. Вышел, любовно поглаживая трясущиеся ноги младшего, снял презерватив и поднялся, относя мусор на кухню и оттуда же притаскивая салфетки, чтобы вытереть себя и младшего. Закончив с приведением себя и Хëнджина в порядок, Минхо лëг рядом, сразу притянув его к своей груди. Укрыл сверху пледом, покрывая поцелуями всё лицо.       – Джинни, как себя чувствуешь? – тихо поинтересовался, слушая тихое сопение где-то рядом с его шеей.       – Охуенно, хëн... Это было великолепно, правда, – Хëнджин, не упуская шанс, уткнулся носом прямо в грудь старшего, прижавшись теснее, и совсем тихо прошептал на самое ушко, мгновенно заливаясь краской. – Я люблю тебя, Минхо...       Минхо честно удивился, услышав такие слова от младшего, и крепче сжал того в своих тёплых объятиях, целуя в висок.       – И я тебя люблю, Хëнджин... Никуда от меня теперь не денешься, никому не позволю забрать, – ревниво фыркнул Ли, вспоминая голодные взгляды всех в округе, направленные на Хëнджина, и уткнулся лицом прямо в макушку, перебирая в пальцах чужие волосы.       – Я и не думал, – хмыкнул, касаясь пухлыми губами жилки на шее. – Не думай об этих взглядах. Мне важно лишь то, смотришь ли ты на меня, Минхо.       Поднял глаза, положив прохладную ладонь на щеку, и улыбнулся так тепло и солнечно, что Минхо улыбнулся в ответ, не сводя взгляд с Хвана. Грудь распирало от щемящего чувства нежности и любви. Можно подумать, что теперь их игры в «кошки-мышки» закончатся, а подколов станет меньше, но нет. Пусть они и любят друг друга, но подкалывать не перестанут.       Первым и весьма быстро уснул Хëнджин, что было ожидаемо – Минхо сильно его вымотал. Сам Ли ещё долго смотрел на спящего младшего, отмечая каждую родинку, маленькую трещинку на губе и ресничку. Запоминал всё, что видел перед собой, и навсегда отпечатывал в памяти, согревая Хëнджина в своих руках. Он был счастлив, как никогда раньше. И ни за что не отпустит своё счастье, будет бороться за него и обязательно победит. Он в этом уверен. А сейчас заснёт рядом с любимым младшеньким и будет видеть самые лучшие сны, связанные с Хваном.